От любви нет лекарств

Евгения: - Как долго? Тёмный силуэт на кухне обращён прямо на меня, но сил смотреть в глаза Саше у меня нет. Да что тут говорить, даже ответить на тот же самый вопрос, заданный в третий раз, не получается. -Ты не помнишь или просто не хочешь говорить? Конечно помню. Месяц назад. Наше первое свидание в ресторане. Тот самый вечер, когда я решила бросить приём таблеток и окончательно забить на список обязательных процедур для поддержания здоровья. Сказать тебе это только сейчас, когда ситуация накалилась до предела? Пожалуй, откажусь. - Я не помню. – вру от боязни наконец-то  услышать выговор на глупые действия, отчего чешусь, как от пилюли "правды", что незамедлительно начала действовать на меня не только изнутри, но и снаружи -Неужели?-громко вздёрнул Саша, теперь направляясь в сторону балкона, ещё дальше от моего стула.- Совсем не помнишь тот день, когда ты вся покрылась пятнами и беспрерывно ощущала сыпь на теле? Тем более ты сказала в кровати, что это проявилось вновь. Значит, наверняка всё помнишь, и нагло утаивать это сейчас–совершенно бессмысленная затея, которая обернётся лишь ещё более моим тщательным допросом. Ты ведь не хочешь, чтобы мы здесь просидели до рассвета? Тянусь к графину с водой, чтобы ещё хоть на секундочку отсрочить время перед тем, как я выставлю себя перед Сашей обугленным от жара угольком, который выплюнуло огненное пламя из костра беспощадным рывком на мягкий ковер в гостиной. В темноте не вижу стакана и наклоняю графин, лишь ориентируясь в полублёклом расположении предметов на память. И... Лью точно мимо стакана, потому что тут же ощущаю прохладную влагу на бедре левой ноги, куда не доходила ткань футболки. Одним мизинцем удерживаю ручку и ставлю ёмкость обратно на стол за секунду до того, как кухня озаряется непривычно ярким светом. Саша включил лампу. – Женя, что случилось? - Павлов подбежал к столу, за которым сидела, быстрее, чем я успела привыкнуть к освещенной комнате. - Да так, пролила чуть-чуть воды на пол. - посмотрела под ноги и увидела небольшую прозрачную лужу около ступней. - Дай, пожалуйста, тряпку. Саша слушается моей просьбы и тут же протягивает махровую ткань, сложенную вдвое. Пытаюсь убрать воду, но тряпочка, кажется, совсем не хочет этого делать. Она лишь делает разводы, а я почему-то не могу остановиться. Всё тру и тру, беспощадно стараясь увидеть чистый пол, но с каждым моим движением он становится всё более грязным.  - Господи, Женя. - чувствую руку Саши, которая выхватывает тряпку из моей сильной хватки. - Что ты делаешь? Моргаю, опять смотрю на пол, но там больше нет воды. Только чистый пол и мои голые ступни на нём. Саша резким движением поворачивает мою голову к себе, но я не могу смотреть на него. Слишком светло, слишком холодно, слишком стыдно. - Всё началось месяц назад. - как будто не своим голосом произнесла я и попыталась высвободиться из рук Павлова, но тот не собирался отпускать меня, а только сильнее ухватился за мои волосы на затылке. - Хотя нет, довольно раньше. Точно сказать не могу. Может, когда я села на велосипед в дождливый вечер и впервые решила почувствовать свободу, а не бесконечно вырисовывать её образ в голове красивыми карандашами. Или когда я лишь дала себе волю подумать о том, что со мной всё в порядке, что я не настолько слаба, что имею шанс на собственный риск, не прописанный на полях бумаги. Или когда выбросила все таблетки и послала к чёртовой матери эти бесконечные процедуры, правила и удушающие ограничения, родительский надсмотр и обратный отсчёт до моей преждевременной смерти, когда я окончательно прогнусь под неконтролируемые обстоятельства.  - Что ты такое говоришь? - в Саше чувствовались постепенно накапливающиеся вопросы, которые он ещё не успел корректно сформулировать, но которые уже назревали в его голове наслаивающимися стопками. А меня уже сложно было остановить. Наружу просились миллионы рыбок из сетей, что почти погибли от недостатка кислорода, из последних сил пытаясь захватить необходимый газ, но вот. Неужели они доплывут до своего место назначения? - Перед нашим свиданием в ресторане я в самом деле выбросила все таблетки, что были у меня до конца прописанного врачом курса. И такую лёгкость после содеянного я не ощущала уже очень давно. Но радость продлилась не долго. За ужином я почувствовала странный зуд, но скинула всё на аллергию и некачественный материал платья. Хочешь спросить, почему я тогда не призналась тебе во всём сразу? Да потому что не хотела портить чудесный вечер, когда ты сам светился от счастья. Но сказала ли я о случившимся родителям? Тоже нет, ведь подобное произошло лишь раз, да и точную предпосылку я не знала наверняка. Вообщем, ситуация быстро мной забылась и не произвела на меня сильного впечатления.  - Подожди, подожди. - Саша плавно отпустил меня, выпрямился и налил стакан воды из графина, который я еле как удержала несколько минут назад. - Твои сыпь очень схожа на проявления крапивницы. - он взял мои руки и начал тщательно изучать покраснения на теле. - Волдыри имеют чётко-ограниченный участок, припухлость и покраснение, будто ожог от крапивы. Но причин данного заболевания может быть огромное множество. От аллергии на еду, от постоянного нервного напряжения, укусов насекомых, бытовой химии, неправильно прописанных таблеток и так далее и так далее. Всего и не сосчитать. - Вот-вот. - подтверждаю реплику парня, будто хотела сказать тоже самое, хотя слышала про подобное заболевание, адресованное в мой адрес, впервые. - Но неявная причина сыпи должна была тебя как раз таки заставить встрепенуться и обратиться за помощью. Не хочешь волновать родителей? Понимаю. Стесняешься моей реакции? Принимаю и это. Но ведь в больницу сходить и лишний раз сдать анализы можно и самостоятельно, без чьего-либо разрешения. Тем более, ты на хороших счетах в частной клинике города. Тебе бы сразу всё сделали без лишней мороки. Но нет, ты даже не стала рассматривать данный вариант. Каждое слово Саши звучало всё строже и строже, отчего становилось непривычно и боязно. Он умело превращался прям передо мной в незнакомого человека, врача, студента-медика. Да в кого угодно, но сейчас я в нём не ощущала Сашу, которого смогла разглядеть при первой встречи и которого целовала несколько часов назад на этом же месте. - Поэтому утром, сразу после завтрака, я отвожу тебя домой, ты всё рассказываешь матери с отцом, после чего вы вместе едете в клинику, где ты пройдёшь полное медицинское освидетельствование и попросишь новый курс таблеток.  - Нет, нет, нет. - закрываю лицо руками с пониманием, что прятаться мне больше негде, а бежать больше некуда.  - Да, Евгения. - Саша непоколебим в решении, и своей разумной стороной я с ним полностью согласна, но внутренний капризный ребёнок хочет разрыдаться и начать бить кулаками в грудь Павлова. - Я говорю сейчас как специалист своего дела и не собираюсь оправдывать твоё безрассудное поведение, о котором ты мне поведала. Но я тебе и не осуждаю, а понимаю и принимаю твои чувства. - Да какая теперь разница, если всё вернулось на круги своя.  - Разница есть. Ты приняла попытку, ты боролась до последнего, но пришло время выстоять удары судьбы, хоть и не особо справедливые. Единственное, что тебе сейчас нужно сделать, это довериться мне. Саша встал напротив меня, протягивая руку навстречу, как рыцарь, что смог удержаться на своём коне, помогая подняться поражённому противнику.  Только вот, хватит ли мне сил встать, несмотря на занозу в сердце, что смогут вытащить только моя собственная отвага и желания принять ещё один бой?