Первая Континентальная

Отряд разбудил парадный зов трубы, разносящийся по лагерю. Жизнь в нём закипела - снабженцы таскали ящики, парни из учебки занимались строевой, и даже звено из трех “Патонов” очутилось на главной улице города. Алекс быстро встал, и налегке направился к штабу, не обронив ни слова перед отделением. Он подошёл к дому выцветши-жёлтого цвета, который и именовался штабом. Он открыл дверь, выпятив грудь колесом и отдавая воинское приветствие. — Отряд “Танго-4”, третий рейнджерский взвод, пятый разведывательный полк второй дивизии первой континентальной армии ТША, говорит сержант Джеймс, разрешите доложить! — Взволнованно говорил он, больше всего на свете боясь что-то забыть или показаться глупым. Штаб представлял собой просторную гостиную, где царила достаточно напряженная атмосфера: по центру комнаты, за бильярдным столом с разложенной картой стол полковник лет сорока на вид. С зелёными, будто урановыми, глазами, поседевшими и чуть выпавшими волосами и вечно недовольным видом. Вокруг него суетились майоры, капитаны, лейтенанты, в то время как в углах комнаты, будто зажатые в углы, сидели сержанты и капралы за передатчиками и радиоточками. — Разрешаю, вольно. Танго-4, говоришь? Да, мне о Вас докладывали... Сержант... — Алекс Джеймс, Полковник. — Да, Алекс. У нас образовалась проблема, мешающая наступлению на Грин-Ривер. Вам известно что-то о так называемых “Интербригадах”, сержант? — Никак нет, сэр! — громко и чётко проговаривая каждое слово почти кричал он — Тогда скажем так: русские хотят нашу землю, но не хотят марать руки. Поэтому посылают парней, вроде вас, подрывать операции. Только в отличие от вас, сержант, они очень хорошо обучены и экипированы. Мы уже послали на их уничтожение несколько таких же отрядов, и они справлялись относительно недурно. Вашей задачей будет найти отряд, терроризирующий авангардные позиции у Брайана. Насколько нам известно там действует вражеская кавалерия. — Кавалерия, сэр? Я думал она перестала существовать ещё в тридцатые. — с удивленным видом говорил Алекс — Я тоже так думал. Но только на прошлой неделе они угнали два грузовика снабжения и захватили трёх таких же сержантов как вы. Они куда опаснее чем вы можете подумать, Джеймс. — Вас понял, полковник, мы выдвигаемся сегодня же! — Очень жду вас. Вы свободны. Обдумывая речь перед отрядом, Алекс быстрым шагом вернулся к той самой закусочной, где его подчиненные уже в полной экипировке ждали приказов. — В шеренгу - стройся! — раздался такой непривычный, командирский голос — Отряд, слушай мою команду! Нам поручено найти вражеских диверсантов в окрестностях Брайана, севернее отсюда. Закончив с этой миссией, мы сильно поможем второй дивизии в наступлении на Грин-Ривер. Вам это ясно? — Так точно, сэр! — стройным и единым голосом разнеслось по округе — Тогда вперёд! — воодушевленно говорил Алекс, чувствуя себя по-настоящему нужным в этот момент. Нужным для страны и армии. Они вновь двигались по пустынным степям Вайоминга, под его палящим солнцем, и кажущейся такой далекой войной. О ней, впрочем, напоминали только далёкие столбы чёрного как ночь дыма. Лишь редкие грязно-зелёного цвета кусты и перекати-поле разбавляли общую атмосферу, близкую к безысходности. Через пару часов этого, как уже начинало казаться, бесцельного хождения, Алекс резко подает сигнал рукой, от которого всё отделение присаживается на корточки. В метрах 300 от отряда видна тонкая антенна, точно как у Шейна за спиной. Сержант дрожащей рукой снимает автомат с предохранителя, почти ложась на землю. Подумать только, первый бой в его жизни! Вот только не заметив следов присутствия других противников, он жестом отдает Шейну приказ - взять противника живым. Тот, словно охотящийся тигр бесшумно пробирается ближе. Он видит молодого, лет 14, паренька, в форме, что не похожа ни на их, ни на западную. Одним прыжком он набрасывается на него, сметая худое тело вместе со стоящей аппаратурой. Не успев закричать, точным ударом в нос капрал лишает его чувства, хищно смотря в полные страха глаза. — Это ещё кто... — удивленно говорил Патрик, осматривая форму и рации. — Римская пять, чехословацкий флаг, и звезда интербригад... Это мой шанс на медаль, ха-ха! — улыбчиво осматривая тело, с доликой безумства сказал Шейн. — Отставить, сукины дети. Это тот кого мы ищем, ещё и при оборудовании... — закуривая и устремляя взгляд вдаль размышлял Алекс. — Это средства радиоэлектронной борьбы, тут и думать недолго. Только всё написано черт знает как... “Ра-ди-о-э-ле-ктрон-ский-бой”... Чешский что ли... — рассматривая огромную стальную коробку бормотал рыжий. — Танго-4 Сеньору, в квадрате Зулу-31 вражеский диверсант со средствами РЭБ... Да, захвачен в плен. Поняли, конец связи. — говорил по рации он. — Сказали оставить оборудование, за ним вышлют инженеров, а нам продолжать миссию. — Все всё слышали? Этому свяжите руки и пока тащите. Как проснётся - проведём допрос. А теперь - шагу! Солнце, пылающие десятком огней, медленно заходило за горизонт. Душный и жаркий день уступал мягким и ласковым ветрам с севера, что приятной прохладой будто заманивали к себе. На небольшой заброшенной ферме, что, казалось, была покинута ещё в Великую Депрессию. С уставшим видом отряд собрался у костерка из старых досок, на котором грелась большая банка фасоли. Спокойствие нарушил пленник, что начал медленно просыпаться. Шейн хладнокровно достал из кобуры “Кольт” и приставил его к испуганному парню, чьи глаза были наполнены страхом. — Слушай внимательно: нас четверо, а ты один. У нас есть оружие, а у тебя нет. Мы можем убить тебя в любой момент, а ты нет. Так что тебе было бы очень недурно согласиться поговорить с нами. Сечёшь? Он быстро кивнул пару раз, бегая глазами по всему помещению. — Отвечаешь быстро, чётко, и не кричишь. — Шейн вынул тряпку из его рта, и, сев напротив, начал “беседу”. — Как зовут? — Германик Новак! Германик Новак! — говорил он высоким, явно ещё детским голоском, метаясь взглядом. — Отлично, Новак. Расскажи, где твой отряд. — Клянусь, я не знаю! Они послали меня с оборудованием, а сами ушли из лагеря! Они могут быть где угодно! — Ах так... Ладно, хорошо. — вновь отобрав у Новака возможность говорить прошипел Шейн, привязывая его к столбу. — Посиди тут. Устремив взгляд в дыру на крыше, через которую открывался вид на звёзды, Алекс лег на доски, что наполовину были в песке. Он лишь хотел понять, почему всё произошло именно так. Почему он сейчас здесь, в глуши, рядом со своими вчерашними одноклассниками ищет советских диверсантов. В какой момент жизни он свернул не туда? Где так ошибся и оступился, что не смог всё исправить? Теперь, видно, уже поздно думать. Или же нет?...