Vampirism

      Сегодня Кенуши, как и в любой другой день, разбудил громкий и звучный лязг колокола. Колокол - достопримечательность многих королевств, включая Северо-западное. Он расположен в центре королевства, а точнее в замке. Вроде далеко, но слышно на весь город! Его обычная функция - сообщать о начале рабочего дня, а также о его окончании. Но к счастью, юный Кенуши ещё мал для работы. Те любимые времена, когда можно повалятся в постели. Яркий свет бил в окна, заставляя глаза щуриться. На улице мальчик заметил толпу горожан. Но ведь колокол только пробил... Чего это они?       Юноша решил выяснить, в чём же дело. Неспешно поднявшись с кровати, Кенуши побрёл в коридор, где на полпути его остановил отец. - Сынок, подойди сюда. - он стоял упираясь на кухонный стол, а рядом сидела чем-то явно расстроенная мать. Не к добру. - Да, пап? - Кенуши прошёл на кухню, где уже стояла тарелка с похлёбкой, видимо для него. Отец жестом показал, чтобы тот присел. - Кенуши, понимаешь, тебе пора повзрослеть... И научиться понимать то, что не всё в жизни бывает так красочно... - Я это каждую ночь понимаю. - прервал отца сын, постепенно поедающий содержимое тарелки. - Я не про это, сынок... А про то, что пора смотреть на вещи прямо и принимать то, что неизбежно... Прошлой ночью я убил ту девушку. - Кенуши чуть не подавился и на секунду решил оторваться от еды. - Выстрелил в неё из ружья, когда заметил укус на руке, потому что её нельзя было спасти. Кстати попал очень метко, прямо в голову. - Ну зачем же так!... - прошептала женщина, сидевшая рядом. - Не нужно считать меня убийцей, сынок, я сделал благое дело, пристрелив её. Я люблю людей и тебя, но она уже не была человеком. Если бы я дал ей обратиться, она бы убила куда больше невинных. - К чему ты это, пап?... - Я скажу прямо, как и положено. Мы с матерью долго думали и решили, что ты отправишься в лагерь. Большая ложка выскользнула из руки мальчика и угодила в тарелку. - Нет!... Пожалуйста, я не хочу... - В Северный лагерь требуются новобранцы. Ты нужен своему королевству! - Но я не хочу! - Не хочешь служить родине?! - оба перешли на повышенные тона. - Не хочу убивать!... Мама, ну скажи ему! - Кенуши... Так действительно будет лучше... Для всех. - ответила женщина, подняв взгляд на сына. Взор того наполнился разочарованием и какой-то детской обидой. Мать всегда поддакивала отцу. А что ей ещё остаётся делать? - Тебя ссылают в лагерь охотников и это не обсуждается. - заключил мужчина и вышел из кухни.       Было бы прекрасно доесть похлёбку, но аппетит был прерван ещё описанием смерти той незнакомки. Мозг невольно представил, как в голову девушки всаживается серебряная пуля. Мальчик не знает её, но почему-то в ту ночь, он так переживал за незнакомого ему челока, как никогда. На службе в лагере Кенуши не раз прийдётся стрелять не то, что в незнакомого человека... А в возможного друга или товарища. А может... И в него когда-то выстрелят. Точно также, без лишних церемоний... Ведь неизвестно, что может произойти. - Скоро подъедят повозки, собирайся сынок. - раздался голос отца из коридора. - Ссылка сегодня?! - опешил Кенуши. - Да, живее, без лишних разговоров! - Кенуши начало казаться, что отец ликует, отправляя единственного сына на другую сторону тайги, чтоб тот воевал с вампирами и в итоге был застрелен. Или, что ещё хуже, съеден... Или ещё хуже! Был обращён!... Ничего не оставалось, как смериться с горестной участью.       На улице слышен приближающийся топот копыт и звон сбруи. На улице всё та же толпа, которую видел Кенуши в окне. Не одного его забирают из придворцового города. С ним отправляются и другие дети, примерно его возраста и старше. - Почему я?... - вдруг, неожиданно спросил Кенуши. - Мне нужно обеспечивать и защищать свою жену - твою маму. Да и сам подумай, я далеко не молод. Другое дело - ты! Молодой и сильный! Такие, как ты, сынок, там позарез нужны, поверь. - Обещайте... Что с вами всё будет хорошо... - Обещаем... - мама крепко обняла юношу, по щекам скатывались заметные слёзы, которые женщина периодически вытирала платком.       Наконец, повозки остановились рядом с толпой. Кинув последний взгляд на родителей, Кенуши сел в ближайшую, заняв свободное место. Чуть погодя остальные места также заняли. Хотя-бы не один и то радует. В одной повозке умещалось человек шесть, не считая кучера, управляющего лошадьми. Были мальчики и, на удивление, девочки. - Уселись там? - послышалось от кучера. - Да! - Ну, поехали! - кучер хлыстнул лошадь и та тронулась, застучав копытам.       "Начало долгого пути..." - подумал Кенуши. Но на тот момент он и представить не мог, насколько.