Гетерохромия

В один миг голова потяжелела, и слабая шея уронила её вниз. От окружающего мира прятала светлая чёлка. В этом укромном уголке Феликс позволил разъедающему коктейлю из шока, боли и неверия разлиться по лицу. Пальцы под столом с силой сжались в кулаки. Картинка перед глазами задрожала, зубы впились в губы. Губы, которых сегодняшней ночью с нежностью касался Хёнджин. Воспоминание в этот раз принесло не трепет, а могильный холод. Потому что та страсть между ними двоими оказалась испачкана ложью и предательством. Как Хван мог так поступить? Как мог попросту воспользоваться телом блондина во время того, как состоит в отношениях? «Какие глупые вопросы. Я же знал, с кем связываюсь. Идиот», — губы тронула мрачная усмешка. В голове всплыли все слухи о «Ледяном принце», которые и не слухами были, оказывается. Ушей коснулся разговор Джисона и Чанбина. — А откуда ты узнал о том, что эти двое вместе? — поинтересовался любопытный Хан. — Так Со Ён выложила фотки с их свидания на выходных. Облепила всё сердечками и отметила популярное кафе для парочек. Элементарно, — перечислил довольный собой Чанбин. «Это случилось сразу после того, как я согласился на его предложение», — подумал Феликс, не испытав ни одной эмоции. Будто кто-то взял и размашисто стёр карандашный рисунок. Покалеченное сердце внутри сжалось и затихло. — Вау, хён, да ты настоящий… — Джисон сделал паузу, задумавшись, — сталкер. — Как будто тебе не было бы интересно, — язвительно ответил Со. — Мне очень интересно, но такая работа у тебя лучше получается, — приторно проворковал Хан. — Эй, сплетницы, до звонка пять минут. Нам до аудитории две идти. Пойдём уже, — вдруг подал голос Чан и встал из-за стола. — Феликс? Блондин вздрогнул и поднял пустые глаза на друга. По чужому лицу пробежала тень беспокойства. — Да, иду, — равнодушно сказал Ли и аккуратно задвинул стул. Блондина уже не радовала хорошая погода. Не радовала беззаботная болтовня Джисона. Не волновали внимательные взгляды Чана. Ему было всё равно на настоящее, прошлое и будущее. Всё, чего он хотел, это свернуться в клубок на кровати дома и сжать Джи в объятиях. Может быть тогда тупая боль в груди будет не такой сильной. Безразличное время летело с бешеной скоростью. Но именно сегодня Феликс был ему благодарен. Бы. Если бы не находился на дне дофаминовой ямы. Между началом и концом учёбы будто прошло не более пяти минут, но студенты уже спешили покинуть университет, направляясь по своим делам. И Феликс тупо повторял за ними, собрав вещи и последовав за знакомой спиной Чана, с которым им было по пути. Молчание ничуть не мешало, а скорее наоборот. Идеально сочеталось с серостью вокруг. Поэтому Феликс почувствовал дискомфорт, когда старший заговорил с ним. — Если тебя что-то беспокоит, то всегда можешь поделиться этим со мной, — чужие губы тронула добрая улыбка. Блондин не знал, что ответить. Стоит ли вытряхивать пыльную душу на Чана? Феликсу уже нечем дышать. Он не хочет душить самого близкого человека своими проблемами. Разглядывая лицо старшего в тишине, Феликс всё же заставил себя приподнять уголки губ в фальшивой улыбке. — Знаю. Всё в порядке, хён, — Ли уставился на дорогу впереди и спрятал подрагивающие пальцы в карманах штанов. Он не увидел, как с лица Чана пропала улыбка, уступив место грусти. Автобусная остановка встретила молчаливых и подавленных ребят негромкими разговорами ждущих транспорт студентов. Внезапно плеча Феликса коснулась чья-то рука. Он быстро обернулся и увидел смущённую одногруппницу, которая во время большого перерыва часто покупала ему еду. — Привет, ребята, — Пак Юнджи радостно улыбнулась и заправила прядь каштановых волос за ухо. Из-за небольшой разницы в росте ей приходилось приподнимать голову. — Привет, — дружелюбно сказал Бан. Феликс кивнул в приветствии, не переставая разглядывать вдруг заговорившую с ними девушку. — Я тоже езжу отсюда, — Юнджи кивнула на подъехавший автобус. — Видимо, мне с вами по пути. — Правда? — удивился Чан. — Не видел тебя здесь раньше. — А, — девушка потупила взгляд и снова коснулась уже заправленной за ухо пряди. — Просто моя машина сейчас в ремонте. Пришлось на время перейти к общественному транспорту. — Ого, — восхитился старший. — А мы с Феликсом до сих пор в автобусах трясёмся. Повезло тебе, — Бан закинул руку на плечи блондину и по-хозяйски похлопал. Тактильность друга в присутствии Юнджи вдруг смутила последнего. — Вовсе нет. Водительские права — это такая морока. Лучше бы я с вами всё это время ездила, — но девушка только засмеялась и отмахнулась от слов старшего. Чан мило улыбнулся. И секунду спустя как ни в чём не бывало спросил, обратившись к Феликсу: — Надеюсь ты вчера проводил Юнджи? — с игривой строгостью нахмурился парень. Блондин похолодел. Вчера он не был ни с какой Пак Юнджи и тем более никого не провожал. Глаза распахнулись в ужасе и метнулись к озадаченной девушке, которая уже открыла рот для вопроса. — Ага! Конечно проводил! И конспекты твои очень помогли, спасибо! — затараторил Феликс, неестественно улыбаясь и умоляюще подмигивая девушке глазом, который не увидел бы Чан. Юнджи сдвинула брови. В её глазах плескалось море вопросов, но она решила промолчать. Только сверкнула предупредительно из-под ресниц и растянула губы в соглашающейся улыбке. — Да не за что, — подыграла она. От наполнившей его благодарности Феликс готов был стоять на коленях и целовать её руки. Его лицо посветлело. Парень ответил на пронзительный взгляд девушки извиняющимся, поджав губы. — Я рад, что у вас всё хорошо, — ответил удовлетворённый Чан и обернулся на подходящий автобус. — Ой, а мне пора. Ты поаккуратнее с ним в следующий раз, Юнджи, — хитро шепнул перед уходом старший, кинув на скрытую капюшоном шею блондина многозначительный взгляд. «Говорит так, будто мы с Юнджи встреча-», — не успев до конца сформулировать мысль, Феликс ощутил такой мощный прилив шока и неприязни от неё, что нижняя челюсть почти грохнулась об пол. Блондин поймал её в последний момент громким и осуждающим «Хён!». Но Бан уже зашёл в автобус, двери закрылись, и бесчувственная железка зашумела к следующей остановке. Парень замер, будучи не в силах ни рот закрыть, ни посмотреть на Юнджи. Всё, что он мог, заключалось в бессмысленных попытках хоть как-то успокоить паникующее сознание. Ну, подумал Чан об этом и подумал, что с того. Почему одна мысль об отношениях с одногруппницей вызвала такое отвращение в Феликсе? Она добрая, заботливая и скромная. Плюс ко всему свободная и испытывает к нему симпатию. А Феликс не скован серьёзными отношениями. При фразе «серьёзные отношения» блондин вдруг подумал о Хёнджине, для которого Ли только лишь друг с привилегиями. Больше чем друг, которого можно трахать втайне от девушки. Феликса передёрнуло от вновь усилившейся боли в груди. Обиды, несправедливости и какой-то… брошенности. «Хватит, — в глазах зажглась искра, — я не буду больше страдать из-за этого придурка. Пусть только попробует хоть слово сказать, я тут же выскажу ему всё, что думаю. А сейчас… Сделаю с ним то же самое, что и он со мной. Забью на " Ледяного принца» хуй и буду флиртовать с симпатичными девушками». Стоявшая рядом «симпатичная девушка» даже не подозревала о далеко идущих планах блондина. В воцарившейся тишине она пару мгновений изучила палитру эмоций на чужом лице и поняла, что ничего не поняла. Когда брови Феликса сошлись на переносице, девушка решила разрядить обстановку и прояснить ситуацию. — Эм, — она попыталась аккуратно привлечь внимание погружённого в себя парня. Но потерпела неудачу. — Феликс? — А? — он посмотрел так, будто забыл, что всё ещё ждёт автобус в её компании. Внезапно лицо блондина смягчилось приторной улыбкой. Юнджи посмотрела на него секунду с озадаченным выражением лица, а потом звонко рассмеялась. — Что смешного, — насупился блондин. — Просто, ахах, эти резкие смены твоего настроения такие, кхм, забавные, — девушка спрятала улыбку за двумя ладонями, поэтому видно было только превратившиеся в полумесяцы глаза. «Мда… Я быстрее криминальным авторитетом стану, чем флиртовать научусь», — с грустью подумал Феликс и смущённо почесал затылок. Увидев подавленность блондина, Юнджи тут же перестала хихикать и поспешила извиниться: — Ой, прости, пожалуйста. Я не хотела тебя обидеть. Феликса тронула чувствительность девушки и он не смог сдержать ободряющей улыбки. — Ты не обижаешь, — отмахнулся парень. — Я и правда довольно… эмоциональный сегодня, — он неловко поджал губы и развёл руками. К этому моменту на остановку прибыл нужный Феликсу автобус. Он машинально сделал к нему пару шагов и развернулся, чтобы попрощаться с одногруппницей, но удивился, когда она последовала за ним. — Тоже на этом едешь? — одновременно и в унисон произнесли ребята, после чего засмеялись. — Да, — кивнула повеселевшая девушка. — Ты так легко от меня не отделаешься, — она игриво надула щёки и ткнула кулачком в плечо блондина перед тем, как зайти в салон. Парень в ответ мог только искренне усмехнуться. Общение с ней оказалось таким же комфортным, как с Чаном, Чанбином и Джисоном. Они заняли свободные места в самом конце. Двери закрылись, и автобус отправился. Юнджи повернулась к нему и хитро прищурилась. — Расскажешь, почему я должна была обманывать нашего старосту? — Ох чёрт, — поморщился Феликс. — Прости за то, что втянул в это. Вчера мне нужно было встретиться кое с кем, и чтобы не волновать хёна лишний раз, я наобум сказал, что иду к тебе за конспектами. Ничего не подумай! Просто мы виделись на большом перерыве и я- — Стоп, стоп, стоп, — замахала руками Юнджи, перебив тираду парня. Он замолк и напрягся в ожидании миллиона вопросов. — После «прости» ты мог ничего не говорить. И я приму твои извинения, если… — она задумалась, постучав пальчиком по нижней губе. — Если ты угостишь меня завтра. Идёт? — Юнджи протянула ладонь для рукопожатия и подмигнула. — Оу, идёт. Конечно! — Феликс удивился тому, как легко отделался. С плеч будто двадцатикилограммовая гиря свалилась. Он закивал головой и пожал аккуратную руку, счастливо улыбаясь. Они беззаботно болтали о друзьях, знакомых и учёбе ещё около десяти минут, пока не пришло время прощаться. Юнджи вышла из автобуса со словами: «До встречи, врунишка». И лёгкий, как пёрышко, Феликс поехал домой. По пути от остановки до дома, от входной двери до кухни, а потом до постели он прокручивал в голове события сегодняшнего дня. Только делал это в обратную от утра сторону. Поначалу с удовольствием вспоминал о более близком знакомстве с одногруппницей. Потом с нежностью думал о заботливом Чане, о жизнерадостном Джисоне и ленивом Чанбине. Блондин зарылся поглубже в одеяло и почесал сопящую Джи за ушком. Потому что в груди болезненно защемило, стоило лишь коснуться края бездны мыслей о Хёнджине. Феликс не хотел о нём думать, но как и всегда унёс его яркие глаза с собой в темноту. Он не выспался из-за нежных рук, мягких губ и тёплых глаз, что ускорили сердце, а потом с размаху швырнули вниз и коснулись стройного женского силуэта рядом. Феликс подскочил на кровати посреди ночи, тяжело дыша и шаря безумными глазами по спальне. Джи заурчала и приподняла заспанную мордашку. — Прости, — прошептал ей Феликс и всхлипнул. Глаза защипало и горло скрутили подступающие слёзы. Он скрючился и прижал ладони к векам, пытаясь вдавить чувства обратно туда, откуда их выдавила боль. Так одиноко, холодно и жалко он никогда себя не чувствовал. Крупная дрожь покрыла всё тело, которое уже не спасало одеяло. — Почему мне так плохо? — проскулил блондин, обращаясь к пустоте. Она не отвечала. Только слабо мяукнула кошка и уткнулась мокрым носом в руку. Феликс со всей любовью, на которую был способен, притянул Джи к себе и зарылся солёными щеками в её шерсть. Обычно кошка не давала себя обнимать, но сегодня заурчала и свернулась поудобнее в руках хозяина, позволяя ему быть слабым и разбитым. Так они и задремали до первого будильника, который за шкирку выдернул из кровати и пинками отправил собираться в университет. Смотря на себя в зеркало, на свои опухшие красные глаза, сонное лицо и обтянутую водолазкой шею, Феликс понял, что никуда и ничего не хочет. Но там снаружи ждали друзья и обещание Юнджи. Поэтому через силу, крупицы которой подарила трущаяся об ноги Джи, парень покинул стены своей квартиры, натянув маску человека, у которого всё хорошо. Размеренное течение жизни продолжалось. Влекло за собой сквозь пары, перерывы, разговоры, смех и апатичные мысли. Феликсу казалось, что он хорошо справлялся. Что с ним может быть всё хорошо. Даже когда ушей касались сплетни одногруппников и одногруппниц о новых отношениях «Ледяного принца», у парня получалось держать безразличное лицо. Это было главным, потому что никто не может узнать о том, что всё в груди переворачивается при каждом слове о брюнете и Со Ён. Никто не может узнать, потому что произошедшее между Феликсом и Хёнджином должно быть тайной. Вскоре они с Юнджи шли к кофейне рядом с университетом. Перед тем, как оставить их вдвоём, Чан хитро подмигнул Феликсу, но это никак не отозвалось в душе. Потому что ему уже всё равно. Какая разница, что думают другие, если в голове кромешная темнота? — Итак, — девушка потерла ладони, изучая настенное меню с перечисленными напитками и прилавок с выпечкой и салатами. — Пожалуй, возьму это и это. — Хорошо, — кивнул Феликс. — А мне воду, пожалуйста. — И всё? — удивилась Юнджи. — Аппетита нет, — равнодушно пожал плечами парень. Они взяли еду и сели за столик. Блондин крутил закрытую бутылку в руке, а девушка с аппетитом принялась за кусочек торта. — Почему такой грустный сегодня? — поинтересовалась она. — Не выспался, — в который раз за сегодня повторив, Феликс только больше убедился в лживости этих слов. — Соседи или диагноз? — она улыбнулась краем рта. — Да нет, просто думаю много, — вздохнул блондин и открыл бутылку, чтобы смочить пересохшее горло. — О! Знакомая ситуация. Хочешь совет? — оживилась Юнджи. Феликс посмотрел на неё и кивнул. — Кхм, смотри, — она кашлянула в кулак, настраиваясь на рассказ. — Протяни руки вперёд. Феликс замялся, но исполнил просьбу. — А теперь глубоко вдохни, — когда блондин с шумом вдохнул, она мягко коснулась его ладоней, перевернула и приподняла. — Теперь долго выдыхай, — и повторила то же самое наоборот. Прохладные пальцы девушки поначалу смутили, но Феликс почему-то доверял ей. Он не спешил прекратить контакт, но и не желал продлить его. Сердце продолжило ровный стук, но одинокой душе стало чуть теплее от заботы. — Понял? — она убрала руки и улыбнулась. — Сфокусируйся только на своём дыхании. Повторяй, пока голова не опустеет. И потом ляг поудобнее и скажи себе: «Всё хорошо. Я могу отдохнуть. Со мной всё в порядке», — зашептала девушка, прикрыв глаза. Произнося эти слова, Юнджи выглядела очень серьёзной. Феликс не смог сдержать смех и впервые за день искренне засмеялся. Атмосфера была окончательно разрушена. Девушка открыла глаза и недовольно посмотрела на прячущего улыбку парня. — Эй! Что смешного? — Хаха, просто твоё лицо такое забавное. — Я тут помочь тебе пытаюсь вообще-то, — обиженно надулась Юнджи и сложила руки на груди. — Прости, прости, — он сложил ладони в извиняющемся жесте. — Спасибо большое. Я обязательно попробую. — Хм, ну ладно, — растаяла девушка, улыбнувшись. — Расскажешь завтра, — не принимающим возражений голосом добавила она и ткнула указательным пальчиком в его сторону. — Конечно, если благодаря твоему совету все будильники не просп- Окончание фразы утонуло в звонком девичьем смехе, раздавшемся на всю кофейню. Феликс и Юнджи машинально повернули головы в сторону звука. Недалеко от них, в самом уголке, сидели Хёнджин и Со Ён. Улыбка медленно сползла на холодный пол. Грудь вновь скомкали пальцы невыносимой боли. Глаза вдруг отказались фокусироваться и картинка расплылась. Видно было только два силуэта, но Феликс не мог забыть о голове Со Ён, примостившейся на плече брюнета. «Хватит!» — собственный голос оглушил разум, но заставил резко отвести взгляд и уткнуться в бутылку с водой, заскрипевшую от сжавшихся на ней пальцев. — Ого, — протянула Юнджи. — Я слышала, что эти двое начали встречаться. Девушка спокойно повернулась обратно к блондину. — Так что ты хотел сказать? — Я… — «хочу уйти отсюда». — Не очень хорошо себя чувствую, — голос прорезал низкий хрип. Феликсу правда стало так плохо, что сказанное не было ложью. Он устал от всего этого. От этой боли, сплетен и обмана. — Мамочки, — охнула девушка и тут же засуетилась. — Тогда давай пойдём скорее. Надо срочно домой отдыхать. Они встали с мест и пошли к дверям. Феликс с огромным трудом не обернулся туда, где сидел Хёнджин. Только смог в последний момент дать себе мысленную пощёчину со словами «мне всё равно». И продолжал повторять их, как мантру, пока девушка обеспокоенно щебетала рядом. — Можешь сам доехать? Тебя проводить? Может быть какие-то лекарства нужны? — она нахмурила брови и обхватила руку ладонью, желая поддержать. — Нет, всё в порядке, — он слабо улыбнулся и мягко убрал чужие пальцы. — Я посплю и всё будет в порядке. Иди, ты же хотела ещё в библиотеку зайти. Юнджи недоверчиво изучила его с ног до головы, выдержала паузу и вздохнула. — Хорошо. У тебя есть мой номер? — спросила она. Феликс в ответ отрицательно мотнул головой. — Тогда дай запишу, — девушка протянула ладошку, куда Феликс положил свой телефон. Мгновение спустя она вернула его обратно. — Напиши мне, если что. Увидимся завтра! Юнджи заспешила в сторону университета, помахав на прощание. А Феликс замер посреди тротуара, сжимая пальцами телефон. Теперь у него есть новая… Кто? Подруга? Он был бы не против такого варианта развития событий. Но что думает об этом сама Юнджи? Раньше Феликсу казалось, что он ей нравился. На это намекали краснеющие при встрече щёки, съедобные подарки, поздравления по праздникам и внимание. Однако теперь парень сомневался. Потому что их общение больше походило на дружеское. И ему нравилось. Не хотелось бы ничего менять. Блондин вздохнул и медленно пошёл к автобусной остановке. Дома ждала Джи, в компании которой можно было не прятать грусть. Вокруг шумела улица, и поэтому он не обратил никакого внимания на резкий звон открывшейся за спиной двери кофейни, пока не услышал знакомый голос. — И ты вот так вот меня бросишь?! — девушка взвизгнула, кажется прямо над ухом, так, что мозг в трубочку свернулся. — Извини, сегодня никак не получится. Вспомнил о неотложном деле! — улыбка в голосе парня резко контрастировала с чужим настроением. Феликс ускорился, когда понял свидетелем чьей ссоры стал. Но не успел и пары шагов сделать, когда запястье обхватили тёплые пальцы. — Хёнджин? — он ошарашенно уставился на широко улыбающегося брюнета. — Твой автобус? — сразу же шепнул парень и тыкнул в сторону подъезжавшего транспорта. — Ага… — выдавил блондин, сбитый с толку чужим поведением. — Тогда давай быстрее, — ухмыльнулся Хван и потянул за собой к открывшимся дверям. Феликс в мгновение ока оказался затащенным в салон. Он задел кого-то плечом, наступил на ногу и понял, что находится в кукурузной банке, где кукурузой было не меньше тридцати пассажиров. Половину составляли сами студенты, а значит, что его и Хёнджина, прижатых практически к самым дверям, уже могли взять во внимание. Блондин напрягся. Теплота чужих пальцев превратилась в жар, что оставлял неприятные ожоги. Парень вырвал запястье и отвернулся от брюнета, хмурясь и поджимая губы. Чувство обиды стало острее. Потому что Хёнджин вёл себя так же, как и всегда. Улыбчивый, мягкий и тактильный, он вновь дарил тепло, но теперь всё это приносило дискомфорт. И раздражение, зудящее всё сильнее с каждой секундой нахождения рядом с брюнетом. — Как ты? — низкий голос коснулся ушной раковины, дыхание перебрало волосы на затылке. — Нормально, — сухо ответил Феликс. Он пытался максимально абстрагироваться от настоящего, а тревожащий внутренние ссадины брюнет совсем этому не помогал. — И даже не спросишь про меня? — тут же продолжил Хёнджин, в его голосе слышались расстроенные нотки. Парень стоял прямо за спиной, что напрягало, но блондин не мог увеличить расстояние из-за толпы вокруг. Как бы не хотелось узнать чужую причину нахождения рядом, Феликс решил промолчать, сосредоточившись на удержании равновесия. Автобус невыносимо качало, но пытке этой осталось длиться лишь несколько минут. Потом он выпорхнет отсюда, как птица из клетки, и закроет входную дверь за собой на все замки. Вдруг автобус особенно резко мотнуло в сторону и Феликс не смог удержать равновесие. Его тело подчинилось законам физики и начало падать назад. Крепкие руки тут же обхватили за талию, выбив из горла шумный вздох. — Аккуратно, — мягко прошептал Хёнджин и ещё крепче прижал спину блондина к своей груди. Такое бесстыдство в общественном месте принесло Феликсу практически паническое смущение. Он взбрыкнулся и оторвал чужие руки, оборачиваясь на брюнета с горящей в глазах злостью. — Ты что творишь?! — прошипел парень, искоса поглядывая на пассажиров. К счастью, они были заняты лишь собой. Однако это всё равно не отменяло охватившую разум паранойю. — Не даю тебе упасть, — серьёзно ответил Хван, но на его губах играла довольная ухмылка. — Сам справлюсь. Поэтому не надо стоять так близко, — сквозь зубы сказал Феликс и отвернулся, сделав шаг подальше и сдавив челюсти. — Почему? — тихий и расстроенный голос брюнета отозвался в груди. — Когда мы только вдвоём, ты реагируешь прямо наоборот. Чужие слова были правдой, которую Феликс не хотел признавать. Оттого прибытие на остановку показалось ему последней возможностью избавиться от Хёнджина. Ноги быстро покинули салон и понеслись в сторону дома, не сбавляя темп. Свежий воздух заполнил лёгкие и прибавил сил и уверенности желанию сбежать. Да, глупо и на уровне детского сада, но до лучшего уставший мозг сейчас додуматься не мог. Представьте же каково было разочарование блондина, когда он услышал шаги не отстававшего Хёнджина позади. — Ну Ликси, почему опять убегаешь? Что с тобой? — сыпал вопросами брюнет, не скрывая заботы в голосе. И Феликс тоже не смог больше скрывать болезненно набухшие чувства. Они достигли края и взорвались оглушающими фейерверками на кончике языка. Он резко застыл на месте, повернулся к брюнету и уставился прямо ему в глаза. — Что со мной?! Могу задать тот же вопрос тебе! Чего ты прилип ко мне вместо того, чтобы со своей девушкой лизаться?! Я не хочу быть разлучником, блять! Отъебись от меня со своей ложью и дай побыть одному, — взрывающиеся с треском слова за мгновение погасли и застыли в воздухе жалкой дрожью. Повисла гробовая тишина. Губы и пальцы Феликса мелко задрожали, но парень спрятал это за напряжёнными мышцами, ожидая хоть какой-нибудь реакции со стороны Хёнджина. А шок на чужом лице распахнул глаза и рот, из которого не издавалось ни звука. Секунды текли, и в голове Феликса всё увереннее звучало выворачивающее наизнанку: «Мы обречены». Уголок его губ задела пустая усмешка. Глаза опустились к асфальту, пока слабые ноги готовились уйти прочь. — Феликс… — неверящий шёпот заполнил тишину, остановив. — Ты… правда думаешь, что я встречаюсь с Со Ён? Вместо ответа блондин взглянул на него, не видя больше смысла скрывать тоску. — Ах… — со слабой улыбкой выдохнул Хёнджин и приложил ладонь к глазам. — И кто из нас теперь глупый? — этот вопрос, казалось, не адресовывался никому конкретному. Поэтому Феликс не спешил на него отвечать. Он ждал следующих слов брюнета. Ведь с каждой эмоцией на чужом лице блондин терял уверенность во всё, в чём ранее не сомневался. И его терпение не оказалось напрасным. Хёнджин убрал пальцы и пронзил Феликса незамутнённым взглядом, чистым, как небо после дождя. — Я знаю про свою репутацию в университете. И не буду оправдываться, потому что отчасти слухи правдивы. Только хочу, чтобы ты знал, что я никогда не относился к людям, как к игрушкам, — брюнет прерывисто вздохнул и сделал шаг навстречу. — Поэтому даже не думай, что я могу проигнорировать чувства человека и использовать его, пока нахожусь в отношениях. Между мной и Со Ён ничего нет, поверь мне. И не отталкивай, пожалуйста. На последних словах серьёзный голос потеплел, глаза ласково блеснули. Кажется, что в любой момент Хёнджин возьмёт чужие ладони в свои и аккуратно сожмёт. И Феликс не вырвал бы руки, потому что… поверил. И почувствовал себя законченным идиотом. Он же знает другого Хёнджина, не того «Ледяного принца» из сплетен. Честного, внимательного, заботливого, игривого и тёплого. Того, кто любит аккуратно касаться, забирать тревогу, внимательно слушать и просто быть рядом. Легкие расширились, потеснив разбушевавшееся сердце. Застывшие мышцы лица невольно размягчились. И такими бессмысленным показались выцветающие в прошлом сомнения, страхи и обиды. Феликс никогда не ощущал себя настолько нужным кому-то. И сам как никогда хотел быть нужным. Что это за чувство? — Не оттолкну, — тихо сказал блондин и тут же смущённо поджал губы. Брюнет засветился ярче солнца. — В следующий раз просто поговори со мной. Не слушай других, — парень по-доброму улыбнулся. Феликсу стало слишком стыдно за себя прошлого. Ослеплённый собою же, он грубил и хотел посильнее задеть брюнета, чтобы он чувствовал себя так же. А в результате оказался слепо блуждающим в темноте. — Прости, — в его голосе и ровном взгляде не было ни капли сомнений. Хван же в ответ чуть склонил голову набок и хитро подмигнул. Феликс отзеркалил его улыбку. Он стал таким лёгким, что смог бы прогуляться по облакам. Так он себя чувствовал только рядом с Хёнджином, и это внезапное осознание не оттолкнуло, а побудило остаться рядом с ним ещё подольше. — Эм, раз уж ты почти до самого дома меня проводил, то как насчёт знакомства с Джи? — предложил Феликс, скрывая робость в голосе за паузами между словами и отведённым взглядом. — Конечно, я за! — Хёнджин последовал за блондином чуть ли не подпрыгивая от радости. Пока они поднимались к квартире, Хван болтал не переставая, то нахваливая стоящие в подъезде растения, то сетуя на то, что не купил кошке лакомств. На это Феликс только усмехался и в шутку говорил брюнету, что лучшим лакомством для неё будут человеческие пальцы. Бесстрашный Хван не на шутку оробел и мялся за спиной открывающего входную дверь блондина. Когда путь был свободен, Хёнджин с опаской выглянул из-за чужого плеча, но тут же забыл о любом страхе при первых мяукающих приветствиях подбежавшей к новоприбывшим Джи. — Какая прелесть… — зачарованно выдал брюнет, наблюдая за Феликсом, присевшим на корточки, чтобы кошке было удобнее передними лапками опереться на его колени и обнюхать лицо хозяина. — Смотри, Джи, это Хёнджин, — блондин указал кошке на брюнета, мило улыбаясь. — Давай уже, проходи, — поторопил его парень. — Привет, красавица, — Хван медленно, стараясь не делать резких движений, тоже сел на корточки и протянул Джи раскрытую ладонь. Она перевела недоверчивый взгляд с него на руку. Нехотя отошла от Феликса и, мягко переступая лапками, по дуге приблизилась к гостю. Её ушки и хвост подёргивались от напряжения, но так как незнакомец не выказывал никакой агрессии и продолжал терпеливо ждать, она всё-таки решилась вытянуть шею и кончиком розового носика изучить чужой запах. — Теперь я могу её погладить? — шёпотом спросил Феликса брюнет, не сводя глаз с Джи. — Попробуй, — усмехнулся блондин. Его забавляла серьёзность, с которой Хёнджин подходил к этому процессу. — Эй, малышка, — Хёнджин аккуратно согнул пальцы и коснулся ими мягкой шёрстки под подбородком кошки. — Кажется, тебе такое по вкусу. И Джи действительно понравилось. Она зажмурила глазки и тихо-тихо замурчала. Хван счастливо улыбнулся и горящими глазами посмотрел на Феликса. — Поздравляю, ты принят, — блондин показал два больших пальца вверх, восхищённо поджав губы. — При первой встрече она никогда никому не давала себя погладить. — Правда? Кого-то она мне напоминает… — ухмыльнулся Хёнджин, продолжая гладить кошку. Феликс закатил глаза и направился в сторону кухни со словами: — У тебя с памятью проблемы. — Хм, и правда, скорее во вторую встречу… — задумчиво протянул Хёнджин и прошёл к кухонному столу, чтобы устроиться на стуле с наихитрейшим из всех возможных выражением лица. Феликс почти сдался желанию кинуть в него первую подвернувшуюся под руку, желательно острую, вещь, когда вбежавшая в помещение Джи требовательно замяукала и уставилась на пакет с кормом. — Точно! — хлопнул себя по лбу Феликс и принялся ухаживать за голодной кошкой. — Кстати, — добавил он, обращаясь к Хёнджину, — если голодный, то у меня лапша есть. — А я бёдрышки заказал, — пожал плечами довольный собой брюнет. — И не говори теперь, что у меня плохая память. — Мда, уж адрес мой ты теперь точно запомнил, — скептично приподнял брови Феликс. — Спасибо в любом случае, — он благодарно улыбнулся и размял уставшую шею. Блондин внимательно осмотрел кухню на предмет невыполненных дел, мысленно проверил все дедлайны по учёбе и с радостью убедился в том, что сейчас имеет полное право завалиться на свою кровать. — Давай в моей комнате еду подождём. Мягкий матрас прогнулся под свалившимся на него Феликсом. Мышцы расслабились, и блондин прикрыл глаза от наслаждения. По комнате прошлись чужие шаги. — Тобой пахнет, — сказал невидимый брюнет. — Мгм, — лениво промычал блондин, не открывая глаз. — И также светло. — Мгм. — Всё выглядит именно так, как я себе представлял. Одеяло зашуршало из-за присевшего на него парня. Феликс приподнял ресницы и оказался безвозвратно втянут в небо чужих глаз. — Ты представлял мою комнату? — спросил блондин. — Да. И ещё кое-что, — звёзды в том небе становились ярче с каждой секундой. Феликс заинтересованно приподнял брови. — Как целую тебя, — брюнет опёрся на локоть рядом с раскиданными по покрывалу волосами и тихо прошептал. — Можно? Вместо ответа блондин вплёл пальцы руки в шоколадные пряди и притянул пухлые губы к своим. Лепестки закружили в медленном танце, пропитанном нежностью и теплом. Между приоткрытых век мелькала порозовевшая кожа и искры от сталкивающихся взглядов. Приятная дрожь забежала по телу, ускоряясь с каждым движением. Вздохи становились всё громче и жарче, смешавшись с узорами языков. В ушах шумела кровь, заглушая влажные звуки и еле слышное мычание. Феликс не хотел, чтобы происходящее заканчивалось, потому что оно казалось бесконечно правильным. И лишь прижимался ближе, путая волосы со своими и цепляясь за одежду. Но лёгкие упустили нужный кислород и загорелись. Танец прервался сбитым дыханием. «Мало, мало, слишком мало». Феликс вновь потянулся к чужим губам, но был остановлен прохладными пальцами. Брови озадаченно встретились у переносицы. — Если честно ответишь на один мой вопрос, то я сделаю всё, что захочешь, — тихо сказал Хёнджин, серьёзно разглядывая блондина. — Хорошо, — горячо выдохнул Феликс. Тонкие пальцы брюнета обвели краешки губ и легли на щёку, мягко поглаживая. — Ты был так зол на меня, потому что ревновал к Со Ён? Блондин замер и распахнул глаза. Он боялся самому себе признаться, но Хёнджин вновь увидел его насквозь, достав до глубин души. Страшно было не из-за гордости, а чувств, которые неразрывно существовали с ревностью. Однако под внимательным и нежным взглядом Хёнджина тревога вдруг посерела, уступив место наполняющей грудь честности. И пусть он был во многом не уверен, эта правда не имела права скрываться в темноте. — Да, — слова смешались с воздухом, но в повисшей тишине прозвучали громче крика. Хёнджин расплылся в улыбке и повёл руку от щеки вниз, параллельно поднимаясь, чтобы оказаться у коленей блондина на полу. Пальцы легли на приподнявшийся после поцелуя член и легонько сжали. Феликс с трудом не вскинул бёдра и сумасшедшими глазами уставился на брюнета. — Ты что… — Хочу отсосать тебе, — чужие глаза хищно блеснули, от чего возбуждение только усилилось. — Нет! Не надо, я же даже в душе не был ещё! — Феликс сел и попытался убрать руки Хвана, но он тут же поймал его пальцы и устроил их на своих плечах. — Всё в порядке, малыш. Я не брезгую и мне только в радость сделать тебе приятно. Просто получай удовольствие, — брюнет успокаивающе погладил бёдра, попутно зацепив штаны. Мгновение, и ткань упала к стопам. Милое обращение лишило последних крупиц сопротивления. Феликс мог лишь судорожно вздохнуть и провести языком по алым губам, не отрывая глаз от парня у его ног.