Повелитель проклятых вод.

      — Этот шелудивый, наглый...       Потоку брани из уст Му Цина можно только удивляться. Фэн Синю, будучи простым и не имеющим за собой каких-то сильных обид или огромной ненависти к кому-либо, приходилось только идти вслед. Ещё бы желание генерала Сюаньчженя, так он переплюнет позорника четвёрки Непревзойдённых — Ци Жуна.       Небесные чиновники уже привыкли и не обращали внимания. Некоторые даже посмеивались. Восемь сотен лет на небесах, а ходят "за ручку", как прежде.       — От того, что ты проклинаешь Хуа Чэна, никому лучше не становится. Да и мы сами нарвались на гнев Его Высочества, — Му Цин подождал и снова хотел что-то сказать, но Фэн Синь опередил. — Повелительница... Кхм, Повелитель Ветров тоже не виноват.       Цинсюань — ни в чём невиновный небожитель, нечего клеветать. Уж лучше Наньян снова потерпит оскорбления в свою сторону.       — А эти ужасные одежды! Даже для Непревзойдённого он - полный смех для Ци Жуна! Потопил бы корабль, навёл бы страх на селение и добыл бы нормальные вещи, а не эти ужасные холщовые ткани! Он как мешок в них! Простолюдин, — Сюаньчжень сплюнул. — Да я бы в сто раз лучше сшил ему! А ты чего смеешься, стрелок неудавшийся, нарываешься?       Фэн Синь честно-пречестно старался не смеяться. Однако слегка прищуренный взгляд, подрагивающие плечи и... О ужас! Эти искривлённые в смехе губы! Му Цин точно от и до ненавидит его. И как только можно было прожить на свете более восьмиста лет рядом с этим чучелом? Да и вообще, как глаза ещё не закатились? Полный беспорядок в голове, потому он просто со всей силы вдарил локтем под дых. Так, для профилактики.       За одним ударом последовал ещё один. И так до тех пор, пока оба не образовали вокруг себя клуб пыли.       — И снова драться, — вздохнул другой небожитель. Рядом стоящий с ним нахмурился, но устремил взгляд в другую сторону.       Землю едва тряхнуло, золотой свет был чуть ярче посредственных небожителей, ровно такой же, как у Богов Войны. К слову, у Ши Цинсюаня, нового небожителя, пафос был ровно такой же. Какого же было удивление, когда следующий человек оказался с фамилией Ши! Сразу после первого!       В бирюзовых одеждах бежит весьма элегантная девушка с веером в одной руке, а второй придерживает причёску, которая так и наровит развалиться. Да что творится!       — Только что произошло вознесение! Да ещё какое! — восхитился кто-то. — Это брат Ши Цинсюаня!       — Бред! Потомок Пэй Мина и то на сотни лет запоздал, а этот едва ли не за пару дней!       — Сейчас много кто талантлив. Как бы их свет не затмил наш, — сказал уже который по счёту бессмертный. — Бог Войны Пэй Мин тоже недалеко от места событий.       — Как бы не спугнул новенького.       — Второй Ши сейчас тумаки раздает генералу Пэю. За брата своего!       Небожители загалдели, Фэн Синь и Му Цин тоже перестали якшаться и побежали к центру событий.       Вот в чём дело: генерал Пэй, видимо, в который раз старался привлечь внимание Ши Цинсюаня и в тот момент они застали Вознесение. Так они застыли в необыкновенной позе, а новый Небожитель... Ух! В тот момент лицо Повелителя Ветра сразу же побледнело, но после расцвело настолько сильно, что было трудно определить, обрадовалась ли небожительница брату или то, что от Ши Уду Генералу Пэю очень сильно попадет. И вжух! Цинсюань как ветром сдуло!       — Ши Цинсюань!       — Повелитель Ветров! Помогите!       Цинсюань либо не слышала, либо проигнорировала старого Бога и резво спрыгнула с небес, совершенно не зная, что там не земля, а вода! Девушка закричала, сжала пальцами веер и была готова уже приземлиться в воду. Так и произошло. Славно, что плавать она умеет, но словно цепкие руки, щупальца тянули девушку на дно. Всё вниз, вниз, вниз... Вот каковы владения Се Ляня и Хэ Сюаня. Подумать страшно, сколько людей здесь могло потонуть и.. О Небожители! Это что, кости на дне?! А это рядом разлагаемый труп?! Цинсюань передёрнуло от страха! Она стала грести руками и ногами усерднее.       Но Небожитель всё ещё не может выбраться из этого кошмара.       Спустя несколько мгновений её подхватывают и очень быстро куда-то тащат. Скидывают на песчаный берег, дева уже купается в песке. Все белые и бирюзовые одежды покрываются подозрительно светло-серым песком, больше схож с сажей или чем-то иным. Её Превосходительство толком не знает. Да и для опыта попадать в подобные ситуации слишком странно! И тут догадка всплывает сама за собой...       — Ты чего жопу холодишь на прахе! — недовольно высказалась какая-то сирена. Видимо, она вытащила её из воды. — Иди к Повелителю! Вход в замок один, не ошибешься!       — Прах?!       Небожительница тут же подскочила и стала обтирать платье, но было только хуже. Ладно, -посчитала она, - лучше и дальше думать, что это песок: очень-очень странный песок. Натянув улыбку, выражая странную эмоцию, возможно, истерику, Ши Цинсюань последовала "вежливой просьбе" водного гуля.       — Хэй! — она бросила веер в тучу праха. Цинсюань передёрнуло. — Забыла побрякушку.       Стоило сказать спасибо, но надо только бежать-бежать-бежать. Повелительница Ветров схватила подолы одежд и побежала, неловко спотыкаясь под скрипучий смех сирены. Вот же стыдоба!       Про такие манеры морских жителей Се Лянь нагло умолчал!       Она оглядывалась и врезалась во что-то твердое, что с противным скрипом стало двигаться. Это оказался вход в дом. Огромный дом, который своим убранством может восхитить разве что бедняков. Посредственная мебель и декорации, а еще подозрительно тихо.       Даже в этой серости было трудно отыскать человека в черных одеждах. Хэ Сюань во всем своем демоническом облике восседает на троне, придирчиво рассматривая то ли Ши Цинсюань, то ли что-то другое. Небожителю стало некомфортно под таким взглядом, но это не первый раз, когда она имеет дело с Непревзойдёнными. К тому же неплохо заручилась поддержкой Се Ляня!       — Я честно случайно попала в ваши владения, и никогда бы не подумала, что сразу же как только сбегу с Небес, так это попаду к вам! Может, я могу искупить как-то свою вину? — Хэ Сюань молча потребовал девушку подойти. — Есть какое-то поручение, о котором нельзя говорить громко?       — Откуда?       Цинсюань не поняла о чём говорит Черновод.       — Шпилька.       — Се Лянь принес. Сказал, что есть один мастер с золотыми руками. Где он только взял такие жемчужины? Ещё и так много, если он не просил самого Се-сюна принести! — Ши Цинсюань сняла украшение с головы, присмотрелась, протянула её мужчине и взглянула. Демон придирчиво осматривал работу, словно это какая-то грязь. — О! Так это ваша работа! Поразительно!       — Она не для тебя. Выброси это.       И Хэ Сюань встал, покидая зал. Вот так просто. Какой царь, такой и народ — бесцеремонный! Ши Цинсюань пришлось броситься в погоню за мужчиной с аксессуаром в руках. Пришлось даже обратно обрести мужской облик, чтобы пойти вровень. Его причёска была безбожно растрепана, а одежды неряшливы и грязны, словно он какой-то простолюдин, которым очень сильно любит прикидываться его второй сожитель Се Лянь. Хэ Сюань и бровью не повел. Вот уж камень!       Но молчание продолжало быть напряжённым и неуютным с обеих сторон.       — А у меня вот брат-       — Я знаю, — оборвал на полуслове Ши Цинсюаня Хэ Сюань. — Этот самодур настолько хотел найти черные жемчужины в моих водах, что ввел свою воду. Так и вознесся этот придурок, — раздался громкий и надрывный смех Бога. Хэ Сюань хмыкнул больше одобрительно. — Расспроси его об этом на досуге, как вернешься в небесные чертоги.       — Аха..ха.. Хорошо, Хэ-сюн! А, ой! Прости!.. те. Господин Хэ.       — Ничего. И ты всё еще не выкинул эту безвкусицу, Повелитель Ветров? — они зашли в какую-то комнату, в ней всё закрыто какими-то тряпками, тканями, словно сам хозяин не желал, чтобы это всё кто-то видел. Цинсюань удержал себя и своё любопытство, но украшение не выкинул, ответив, что это слишком красивая работа. — Как хочешь. А теперь смотри и выбирай.       Черновод аккуратно снял ткань с одного стола, и его превосходительство ахнул: настолько прекрасных работ он не видел в жизни. Тонкая, божественная... нет, настоящая демоническая работа. За такую можно только отдать душу и плоть без остатка, но это превосходит всё то, что надумал небожитель. Не касаясь и боясь разломить на кусочки искусные шпильки, он осматривал каждую. И везде настоящие камни, металлы, а не глупые подделки.       Невозможно принять нечто подобное, но Хэ Сюань ждал. Молча. Терпеливо.       Демон даже отошел от Бога, дав время. Он нашёл прекрасную возможность продолжить очередную работу, которую всё никак не может закончить.       Легкий скрежет инструментов об новое украшение отвлекли от сложного выбора Повелителя Ветра. Цинсюань подкрался сзади, едва ощутимо дыша над Хэ Сюанем. Сначала Цинсюаню казалось, что одной лишь магии достаточно, чтобы сотворить подобное нечто, но сейчас... перехватывает дух. Демон Черных Вод не просто спокойно сидит и пугает всех путников на кораблях, а терпеливо делает такую красоту своими руками! Интересно, все ли Князья Демонов имеют какой-то талант? Надо будет расспросить Се Ляня. О, Хуа Чэна тоже!       — И как тебе доставляет удовольствие сидеть за таким кропотливым делом? Мне даже не нравилось в человеческой жизни читать молитвы, не то что заниматься чем-то подобным.       — А ты попробуй найти что-то для себя. Может, так и скоротаешь век-другой.       Почему-то от таких слов на душе Повелителя Ветра стало грустно. Нет, даже паршиво! Паршиво, что столько лет кто-то проводил в глупом одиночестве и не веселье. Хэ Сюань закончил работу.       — Хочешь, я буду твоим другом? Обещаю, со мной не скучно!       — Мгм, — Хэ Сюань мыкнул слишком тихо, но этого достаточно.       — Тогда эту шпильку я буду считать началом нашей дружбы. Я её постоянно буду носить.       И украшение, которое так и хотелось снять с Цинсюаня и надеть другое, приобрело другой оттенок. Больше сокровенный. То, о чём будут знать только они.       Обоим нечего было возразить.

***

      — Цинсюань попал в мои воды, — внезапно, но Се Лянь только ехидно посмеялся. — Ну, зато познакомится с Черноводом, а то тому так тоскливо. Никогда не вылезает из мастерской.       — Гэгэ уверен, что твоего друга не съедят?       — Кто кого ещё съест, Саньлан! Всё, давай дальше учи! Как ты так вертишь костями, что выпадают одни шестерки?       Се Лянь снова трясёт короб с кубиками, но вместо желаемого результата получает глаза змеи. Да что же это такое! Он жалостливо посмотрел на мужчину, но не увидел ни капли сожаления. Стоит помнить, что Саньлан тоже демон, и каким бы он ни был добрым, но корысть и желание выигрыша превыше всего. Порочный мир с порочными существами.       Знай, советник, чем он тут занимается, заставил бы исправляться так долго, что дух можно выбить даже из мертвого.       — Это удача, гэгэ.       — Которую я растратил на встречу с тобой? — лукаво улыбнулся.       — Именно.       — Ты жесток.       Непревзойдённые посмеялись, а развлечения в игорном доме добавили ещё перчинки. Раз у Градоначальника отличное настроение, значит, можно надеяться поиграть с ним! Нечисть сразу захотели этим воспользоваться.       — Саньлан хочет присоединиться? Я же могу посидеть с тобой?       Хуа Чэн не стал оспаривать то, что сказал Се Лянь. Казалось, что оба видят друг друга насквозь. Если не больше. Демон Проклятых Вод, словно змея, подполз к Собирателю Цветов, лукаво подмигнул и потянул мужчину в алом из скрытого вуалью ложа в игорном доме. Нечисть оживилась.       — О.. Да это же тот даос с корабля!       — Точно-точно! Сам видел, как он нахально ведет себя с градоначальником!       Нахально? Се Лянь не знал, плакать ему или смеяться. Разве близкие друг другу люди не могут вести себя также, как и они? Пожалуй, это то, о чём принц мог грезить всю свою смертную жизнь. Будучи в королевской свите, он не мог давать волю своим чувствам, о чём нагло и беспардонно напоминал каждый встречный-поперечный. Но это был давно. Сейчас мало кто может в нём узнать наследного принца, да и сам Се Лянь давно отказался от этого титула.       — Хи-хи, градоначальник в настроении!       — Ихи-и... Хе-е, да ещё и какой довольный! Охомутал красивого мальца, ай да Хуа Чэнджу!       — Да ну тебя! Не может он за столько лет одиночества отдать себя парню!       Се Лянь удивился и повернулся к Саньлану: тот как наблюдает глазом за принцем, так и продолжает. Спор между демоницами интересный, но игра алого демона ещё интереснее. Тот ловко, с некой ноткой игривости, не даёт никому выиграть. Демоны злятся, нечисть смеется, и повелитель Проклятых Вод сидит рядом, изредка кидая взгляды в огромный зал. Конечно же, что всех заинтересовала игра с Хуа Чэном. Кажется, что сам их предводитель никогда не был таким азартным, как сейчас.       Но всё-таки градоначальник пошел на уступки, решив, что можно выбивать четное или нечетное. Это значительно упрощает игру, но и тут Хуа Чэн не промах. Принимал он ставки не каждого встречного-поперечного.       — Хочу, чтоб конкуренты подохли!       На лице Се Ляня появилась странная эмоция.       — Гэгэ, что-то не так? — шепнул Хуа Чэн.       — Нет, просто... — Се Лянь придвинулся к уху непревзойдённого. — Разве можно так затрагивать ни в чём невиновных людей? — Принц действительно озабочен этим вопросом?       — Естественно, можно, — он хмыкнул. — Но я буду трактовать это по-своему, гэгэ. Никто не умрет, если я этого не захочу.       Се Лянь криво улыбнулся, но решил поверить. Раз Саньлан так уверен в себе... Нет. Владения его, и он сам может правильно всем распоряжаться.       Ну а как Собиратель цветов решил справиться с проблемой... Он решил просто-напросто не лезть. Мало ли что попортит. Особенно тому не стоит лезть в жизнь чужого города, когда сам не смог удержать в руках власть в Сяньлэ. Как принц вспомнит, так его и передёрнет. Постоянные смешки, издевательства, сырая темница, голод, болезни и, в конце концов, публичная смерть.       Нет и не было ничего позорнее на свете, чем история о падении наследного принца Сяньлэ.       Наследный принц - утопленник. Ха! Смех народу!       Картинки прошлого проносятся перед глазами, застилая взор на яркое красное казино. Се Ляню не по себе. Он почти что как наяву помнит то, как его тело несколько месяцев томилось в заточении от цепей под водой пока его кто-то не вытащил. Какой-то добрый человек, лица которого он не разглядел. Перед глазами была только белая дымка и низкий голос с ноткой хитринки. Он что-то бормотал пока до Се Ляня доходило то, что произошло.       — Как же быстро Ваше Высочество обратилось демоном... Быстро же вы... Так и до Свирепого можно дойти, если не до непревзойдённого...       Се Лянь ошалело соображал. Ни одна мысль не была собрана в связную нить повествования.       — Заткнись...       — Ваше высочество?       Голос неизвестного не отдалялся, только приближался, заставляя неестественно съеживаться. Демон продолжал глядеть в одну точку. Однако в ту же секунду почувствовал, что стало как-то тихо, нет лишних голосов и чего-то постороннего. Нет давящей демонической ауры, которая была как тогда. Только тепло.       Картинка медленно прояснилась. Се Лянь уже был не в игорном доме, а в резиденции. Огромная комната, сделанная на лад Хуа Чэна, теплое одеяло и кровать. Алый балдахин с серебряной вышивкой по-своему успокаивал. Глаза сами по себе бегали по блестящим линиям, они создавали невероятный узор, больше похожий на лепестки цветов.       — Ваше высочество.       — Ох, Саньлан... — он обернулся и странно смутился. — Ты уже закончил играть?       Хуа Чэн только кивнул и встал. С его стороны очень мило получить успокаивающий чай с закуской в виде паровой булочки.       — Извини.       — Ничего, гэгэ. Я рад, что ты пришёл в себя.       — Я, видимо, долго не спал, — демон сделал глоток душистого чая. — М-м-м... Вкусно. Впервые пробую нечто столь прекрасное.       Разговаривать с Собирателем Цветов под Кровавым Дождём - это подвиг, а заставить его смутиться - просто невозможно! Се Лянь посмеялся.       Страх, вызванный картинами прошлого, прошёл, но остался странный осадок. Внезапно появилось ощущение, что за ним стали следить. С чего бы?       Но чем меньше знаешь, тем крепче спишь.       Не стоит зацикливаться. Прошлое остается в прошлом, ничего с этим не попишешь. Приходится его пересилить и наслаждаться настоящим. Например, сидеть в компании Алого демона и пить чай, прикусывая горячую паровую булочку. Спокойно, умиротворённо и всё по домашнему.       — Саньлан, вот ты как умер?       Хуа Чэн на мгновение прекратил двигаться и говорить, а потом ухмыльнулся, показывая острые зубы.       — Неужели это волновало ваше высочество?       — Отчасти да.       Ответ был прост: "За вас, за мятеж против короля. Ваше высочество было недостойно так умирать".       Се Лянь подозревал такой ответ.