Повелитель проклятых вод.

      Хуа Чэн не мог налюбоваться на устрашающую синюю гладь моря. До противного, колющего чувства неизвестности того, что находится там. Корабль мерно рассекает воду на мелкие волны, медленно исчезая и разбиваясь о такие же волны. Кое-где виднеются водоросли, всякая подводная живность, уплывающая в страхе от кого-то. Словно акула, этот кто-то резво плывёт за чересчур жирной рыбёшкой. Силуэт двух существ своеобразной погони скрылся под кораблём, но спустя секунды вновь показались перед взором Собирателя Цветов под Кровавым Дождём.       Хвать!       Демон хмыкнул и выгнул в изумлении бровь. Из-под толщи солёной воды показалась тёмная макушка волос. Кровожадная улыбка Се Ляня не предвещает ничего хорошего, однако она по-прежнему столь же мила и удивительна, как и восемьсот лет назад. Слишком очаровательно видеть эту жестокую натуру принца.       — Ого, гэгэ настоящий молодец!       Се Лянь гордо кивнул и вскинул обе руки вверх, подобно ребёнку: одной он впился насквозь пальцами с ногтями в тело рыбёшки, а вторую протянул Хуа Чэну в немой просьбе помочь выбраться из воды. И не то, чтобы он сам не может оказать своё вызволение, просто не славно ли воспользоваться кем-то? Особенно, если это Князь Демонов. Эмин в это мгновение ринулся из ножен в сторону Ляня. Оружие от волнения чуть было не урезало в половину руку и улов, только Се Лянь, не замечая этого казуса, схватился за рукоять, выбираясь на корабль. Хуа Чэн смерил взглядом Эмина, от чего тот виновато крутил глазом, лишь бы не пересечься с хозяином. После мигом улетел в ножны, прячась.       — Эмин славный. Саньлан, не злись на него, хорошо?       Уже стоящий на палубе наследный принц приласкал оружие, которое мигом затряслось от удовольствия. Хуа Чэн почувствовал эту жалобную вибрацию на своём бедре, но его взгляд был прикован исключительно на сухие волосы принца и мокрые холщовые одежды. Две детали так странно контрастируют друг с другом. Хуа Чэн почти дотронулся до чужего гладкого на вид каштанового шёлка, как юноша поднял на него свой взгляд. Рука зависла на секунду, но тут же была опущена.       Послышалось тихое "Пф-ф" и лёгкий смех Се Ляня.       — Гэгэ, не издевайся над этим Саньланом.       — Саньлан падок на сокровища, — демон хитро улыбнулся, замечая, как теряется Хуа Чэн в этот момент. — Но боюсь, что соль лучше собирать с морского дна, а не с меня и моей одежды.       — Ваше высочество... — Собиратель Цветов почти простонал от очевидного проигрыша.       — Ну-ну, я обещал приготовить обед. Точнее, ты его выиграл у меня нечестными путями, — наследный принц обиженно зафыркал.       Хуа Чэн снова принялся хитро-прехитро улыбаться. Казалось, что только эта эмоция и может преобладать на его лице.       — Ваше высочество, надо уметь проигрывать.       Се Лянь кивнул и последовал на кухню. Кажется, что Собирателя Цветов под Кровавым Дождём вообще не волнует, что за двадцать раундов игры в кости Демон Проклятых Вод проиграл ровно двадцать раз. Тут не нужно уметь элементарно считать или быть учёным, чтобы понять, что во всём виновата жуткая удача капитана корабля. Этот коварный лис даже признался, что в игре с Ши Цинсюанем у последнего была парочка побед. Значит ли это, что Се Лянь полностью обделён удачей, а Хуа Чэн ещё при жизни был Богом целованный ребёнок?       Команда демонов днём и ночью руководит кухней, однако именно сейчас она пустует по просьбе самого Се Ляня. Просто не хочется по-настоящему шокировать нечисть по истине отвратным варевом.       Се Лянь приступил к долгому и трудоёмкому процессу приготовления еды. Кривые и слишком огромные куски лука, капусты, моркови летят в чан с водой. На своё усмотрение принц кидает другие сомнительные ингредиенты, делая всё, что, казалось бы, нельзя. Однако Хуа Чэн довольно наблюдал за парнем, улавливал каждое движение, не заметив, как на кухню вошёл Ши Цинсюань, громко радуясь их компании. Се Лянь, конечно же, отвлекается, забывая контролировать поток соли из мешочка, и спохватывается в последний момент.       — Я могу тоже попробовать твои кулинарные изыски?       Одним движением принц кидает разделанную тушку рыбы в бульон.       — Конечно! Но я вас предупреждал, — пару чешуек всплыли на поверхность, но Цинсюань этого или не заметил, или сделал вид, что всё в порядке.       На вид блюдо не внушает доверия. Кажется, что оно даже отдаёт мутно-фиолетовой аурой, а на кусках рыбы — неестественно яркие зелёные пятна. Если красиво выразиться — мешанина походит на то, что поможет, если не вознестись так просто-напросто пасть смертью храбрых. Однако Се Лянь сумел так органично выложить блюдо на две тарелки, что все сомнения полетели в тартары. Хуа Чэн благоговейно посмотрел на их кормильца, а Ши Цинсюань похлопал в ладоши. Еда пахнет многообещающе.       Се Лянь бросил в кастрюлю деревянную поварешку. Дай бог, она не раствориться в этом месиве.       Первый кусочек блюда полетел в рот, Собиратель Цветов буквально расцвёл от счастья и стал есть, есть, есть... и что твориться? Просит добавки! Хуа Чэн, как жадный ребенок, уплетает стряпню Се Ляня, словно кто-то может её забрать, посягнуть на это чудо.       — Неужели действительно вкусно? — Се Лянь было потянулся к кастрюле, чтобы попробовать, как его ладони обхватили нежные, но до жути трясущиеся пальцы. — Ваше превосходительство, вы плачете!       — Это так... Ваше высочество! — слёзы не переставали лить. — Пожалуйста, не обращайте внимание. У вас определённо талант. Простите, я вынужден-       Даже не договорив, Ши Цинсюань подобрал подолы одежд и выбежал, продолжая лить слёзы. Се Лянь ничего не понял, только нервно хохотнул.       — Разве еда может настолько растрогать человека?       — Гэгэ, ты не поверишь, но да.       — Саньлану палец в рот не клади, а то откусит.       — Настолько плохо обо мне думаешь?       Се Лянь удивлённо приподнял брови и по-глупому уголки губ. Всем видом спрашивая: "С каких это пор ты так думаешь?". А Хуа Чэн, лис, ждёт ответа, и принцу ничего не остаётся кроме как половником зачерпнуть блюдо из кастрюли и влить его к пустой тарелке. Мало ли поможет Князю Демонов перестать задавать глупые вопросы.       — Считаю, что Саньлан слишком хорош, чтобы напрашиваться на комплименты от такого, как я.       — Уверены, ваше высочество?       — Более чем, — половник противно скрипнул о железную кастрюлю. Очередной добавки просто не осталось. Хуа Чэн съедает последнюю порцию рыбы с бульоном.       Искоса наблюдая за Собирателем Цветов под Кровавым Дождём, хотелось только по-дурацки улыбаться и умиляться. Как ребенок, старательно до последней капельки опустошает тарелку, его глаз блестит от счастья, а переводя взгляд на Се Ляня... Всё ухает в пятки.       Принц кашляет пару раз и делает что-то мега глупое, но не менее милое. Потом заикания, глупые бессвязные предложения и ответы.       — У меня там шляпа некормлена. У меня остатки остались, — Хуа Чэн только кивнул и Се Лянь, не дождавшись самого демона, покинул помещение, горя от стыда.       Да, поистине очаровательное зрелище.       И с каждым днём жадное демоническое сердце желает видеть своего принца в любом его виде. Хуа Чэну определённо не хватает самообладания.

***

      По прибытии в порт, туман искажённой ци с каждой минутой пробирал до костей всё сильнее и сильнее. Даже Ши Цинсюань, который любил каждый раз принимать любые облики, внезапно перестал это делать. Точнее сказать, перестала. По словам девушки, её женский лик намного сильнее и больше подходит для демонической обстановки, якобы легче слиться с нечистью. Се Лянь спорить не стал, только славно улыбнулся и кивнул. За приличное время в плавании он привык к быстрой и переменчивой, словно ветер её превосходительству. Это и был её шарм.       Хуа Чэн с Инь Юем всё меньше и меньше стали появляться на палубе. Видимо, заняты важными делами. В это же время алые паруса вспыхнули ярко-красным оттенком, так, будто на ткани сидят тысяча светлячков.       — Вау...       Ши Цинсюань с Се Лянем дружно ахнули. Такое оба видят впервые.       Туман сгустился до бордового цвета. Вот они, владения Хуа Чэна. Демоны на палубе засуетились, радостно хрюкая и бегая с веревками и другими вещами. Как же быстро закончилось путешествие на корабле. Се Лянь даже не мог вздохнуть от досады — не менее сильно ему хотелось хоть одним глазком увидеть владения другого Князя Демонов.       С появлением Хуа Чэна на трудном пути существования стало везти гораздо больше.       Корабль не слабо тряхнуло, Цинсюань аж выронила бы веер в море, если бы не Се Лянь.       — Вот уж спасибо! — с придыханием ответила её превосходительство, прижимая украшение к груди. — Подарок от брата не хотелось бы потерять.       В ответ кивнули. За это маленькое путешествие наследный принц уже успел прослушать сотню, а может и тысячу историй, оскверняющих честную натуру Ши Уду — братца Ши Цинсюань. Наверное, девушка специально говорила только о таком, поскольку Се Лянь оказался демоном, но... видимо, проколов и неловких ситуаций у старшего Ши было намного больше, чем достижений. Хотя даже самый угрюмый человек будет иногда шутить.       — Ваше высочество, ваше превосходительство! Градоначальник просил передать, что лучший вид на Призрачный город вон оттуда, — демон указал копытом в другую сторону корабля, на самую верхушку корабля, не считая мачты, место за штурвалом. — И он просил передать, что, к сожалению, он не сможет присутствовать с вами.       — Мы всё понимаем, — Се Лянь позволил демону-свинье покинуть их, и тот, радостно цокнув копытами, убежал ругаться на других демонов. Вслед ему только неловко улыбались. — Раз у нас есть время, то стоит им воспользоваться?       — А разве демоны не любят ходить в гости в чужие владения?       Ши Цинсюань нагнала принца и чуть нагнулась вперед, чтобы увидеть едва кислый взгляд в ответ.       — Не думаю, что даже людям нравятся, когда в их дом вламываются незваные гости. Поскольку мы с Хозяином Чёрных Вод появились в относительно одинаковое время, то и воды мы поделили поровну и живём мы вместе, никому не мешая. Лично я не горел желанием повстречать другого князя демона, помимо Хэ Сюаня, но сейчас... — демон Проклятых Вод задумался на самую малость. — Саньлан меня очень даже устраивает! Я буду рад посетить его владения в целях путешествия, а не захвата его города.       Девушка резко выкинула:       — Вы хотели захватить город!       — Даже Боги мечтают отхватить больший кусок пирога. Что уж до нас? Разве что Черновод захотел бы отхватить у Саньлана не владения, а праздные блюда. Тот ещё обжора.       — Ого, ваше высочество, вы так выражаетесь. Не боитесь поругаться с ним?       Се Лянь только помотал головой.       — А вы желаете с ним увидеться? — принц не ожидал на свой вопрос получить яростный кивок от девушки. Он замялся. — Вы бы подружились?..       Неуверенная интонация, но почему-то кажется всем нутром, что Хэ Сюань и Ши Цинсюань подружатся. В который раз проскальзывает эта мысль и сколько она не даёт покоя.       За неловким разговором корабль пришвартовали. Демоническая аура здесь настолько сильна, что захватывает дух. Се Лянь вздохнул бы восхищённо, как Ши Цинсюань, если бы не мертвое тело. В воздухе можно просто не нуждаться. Поэтому демон крутил головой из стороны в сторону, с одного дома на другой, восхищаясь каждым ярким фонарём, шумным улицам и главным зданием Призрачного города — резиденцией Хуа Чэна — Домом Блаженства.       — Наконец-то доплыли! Я думал, что из меня выйдут все кишки! — прокряхтела нечисть внизу, Се Лянь хихикнул.       — Добро пожаловать в Призрачный город.       Девушка с юношей дёрнулись чужому голосу и одновременно обернулись. Хуа Чэн на пару с Инь Юем вернулись на поверхность. Если первый завораживающе блестел одним единственным глазом и хитро улыбался, то другой лишь непоколебимо стоял рядом с градоначальником Хуа в маске. Цинсюань хихикнула, ударив веером о свою ладонь, чуть прихлопывая им. Раз уж они прибыли, то и исследовать город нужно прямо сейчас!       — Я должна отведать здесь самого лучшего вина. Ваше высочество, мы обязаны сделать это сию секунду!       Се Лянь кивнул, однако сам понимал, что ни капли вина в его рот не попадёт, сколько бы не старались. Хоть дождь из вина устрой — всё равно! Потому нет ничего лучше, чем просто обезоруживающе преклониться перед волей доброго ветреного друга и последовать за ним... Точнее, за ней.       — Инь Юй пойдёт с вами.       — Саньлан — великий градоначальник. Разве Инь Юй не должен быть подле тебя? — однако он уже принял непоколебимое лицо и немое решение Хуа Чэна. — Тогда идёмте туда, где есть еда.       Желудок отозвался многозначительным урчанием, и Се Лянь неловко засуетился. Несмотря на то, что в последнее время он стал есть чаще, чем обычно, организм всё равно требует только больше и больше.       Инь Юю пришлось отводить двоицу по всему Призрачному городу не только ради экскурсии, но и ради сáмого приличного заведения. Если, конечно, такое есть, помимо вечно ломящегося стола в резиденции Хуа Чэна. Жаль, что никто не видел многострадальческого лица за маской юноши.       Хуа Чэн проводил компанию взглядом, не двигаясь ни на цунь. Белая фигура, такая блёклая, но самая светлая в этом месте, особенно привлекает внимание. Самое прекрасное и непорочное сокровище, которое могло находиться в городе.

***

      Се Лянь и Инь Юй ступили через двери дома Блаженства; они закрылись сразу за их спинами с громким хлопком. Принц обернулся, постучал по красному дереву, но ничего не произошло. Густая тёмная демоническая энергия окружает этот дом целиком. Почти как корабль с алыми парусами. В этот раз всё происходило в тишине.       Богатство тут и там. Словно владелец специально спустил все силы в это место, а бесконечные коридоры могли бы свести с ума человека. Наверняка Ши Цинсюань повезло, что она не смогла прийти в резиденцию по... некоторым обстоятельствам. Она наверняка взбесилась бы такому.       — Саньлан не зря потратил столько времени на это место! Напоминает о старых добрых временах в Сяньлэ, — демон до сих пор помнит золотой дворец в своей родной стране и остальные внутренние богатства. Все сундуки, наполненные драгоценными камнями, украшениями, одеждой с золотой вышивкой. — Прекрасно раскрывает натуру хозяина.       Инь Юй промолчал и завернул вправо — Се Лянь за ним.       Да, редко можно наблюдать за покоем здесь, когда в замке Хэ Сюаня и Се Ляня в на границе с Чёрными и Проклятыми Водами вечно плавают раздражающие сирены. Слава всем Богам, иронично, что в самом замке только они оба. Се Лянь воткнул бы все самодельные шпильки Хэ Сюаня в горло тем водным гулям. Всё ради тишины и спокойствия.       Первые демоны появились у главной, по мнению наследного принца, двери. По крайней мере, она выглядит самой массивной и огромной, по-особеному разрисованная, вырезанная. Демоницы-танцовщицы легкой поступью в газовых тканях вошли в помещение, самое большое здесь. Вот здесь и прячется всё богатство. Зал с едой, зона для танцовщиц и музыкантов и длинный коридор к трону самого Собирателя Цветов под Кровавым Дождём. Тот величественно восседает на нем, скучающе теребя меж пальцев косичку с алой бусиной. Такой вид умиляет.       Музыка заиграла тихо, золотые и серебряные украшения стали переливаться прекрасным звоном элегантных движений девушек, Се Лянь загляделся. Однако тут же перевёл взгляд на Хуа Чэна, тот будто ничем не заинтересован, кроме им самим?       — Саньлан?       Хуа Чэн резко подорвался и медленно подошёл к принцу, вытягивая руку. Грубая бледная ладонь с синими венами ничем не уступала по бледности ладони Се Ляня. Если только чуть-чуть выглядит здоровее.       — Как вышло так, что ваше высочество в сопровождении двух персон вернулся только с моим подчиненным? — Хуа Чэн искренне недоумевал, что даже одним взглядом приказал всем быть на тон тише и менее заметнее.       Се Лянь вздохнул, дошёл до трона с Хуа Чэном, и они оба сели. На удивление места было полно, только принц всё равно присел вплотную, чуть теребя наручи Саньлана.       — Да, это даже забавно, — легкий смешок. — Кто бы мог подумать, что в Призрачном городе обычный человек-заклинатель, распивая в таверне вино, вознесётся на небо. Слишком иронично, не думаешь? — Се Лянь рассмеялся, пытаясь прикрыть улыбку, больше похожую на демоническую.       — М... И кто бы мог подумать?       — Ши Цинсюань заслужил это. Уверен, что он вернётся сюда. По крайней мере, мы довольно близки. Он хороший друг.       Хуа Чэн одобряюще прищурил глаз:       — Да, даже очень.       Се Лянь ещё сильнее прижался к Хуа Чэну. Как же ему нравится, когда демон в алых одеждах соглашается практически с каждым словом. Можно вести себя так, как можно и хочешь, да и ничего за это не будет. И всё же это очаровательно — смотреть на Саньлана, когда на любую проделку он смотрит с легким прищуром. Даже когда принц напакостничал на корабле, намочив до блеска чистую и сухую палубу после очередного улова рыбы солёной водой, Саньлан с упоением взирал на матросов, которые вновь натирали дерево тряпками. Те вымученно стонали, как только Се Лянь проходил по начищенному месту, оставляя за собой песок, водоросли и, о ужас, морскую живность. Как только она умудрилась зацепиться?!       И нынешний прищур ничем не уступал предыдущим.       — Господа, Градоначальник Хуа сейчас занят. Если вы хотите высказать своё недовольство, то я с радостью передам это! Но только когда Градоначальник освободится! — голос Инь Юя слышно даже за завесой музыки, гремением украшений танцовщиц и за толстой дверью. Кто же так довёл его!       — Как сразу появляться в наших чертогах, так мы перед ним на коленях должны стоять! Что ему выйти и поговорить пару минут?!       — Вот именно! Ни стыда, ни совести! Паршивый пёс! Подвесить его на смех всем!       Се Лянь напряг слух, казалось, что даже чуть заострённые уши дёрнулись. Он весь навострился и завертелся. Хуа Чэн обхватил Се Ляня, приказывая ему утихомириться и не волноваться. Но как же не волноваться, если это они!       Дверь распахнулась. Божественная аура среди демонов была чуть ли не отвратительна. Се Лянь знал, кто там, но всё равно удивился и чуть поджался, Саньлан не шелохнулся.       — Вот ты где! — это было адресовано Се Ляню.       Он подпрыгнул на месте от непривычного, но такого знакомого крика.       — Генералы Наньян и Сюаньчжэнь. Господин Хуа, я пытался предупредить, что вы заняты приёмом важного гостя, но эти небожители не только отказались слушаться, но и едва не разгромили резиденцию.       Се Лянь возмущённо нахмурился. Нет дела до этикета, когда сами гости не умеют его соблюдать. Впрочем, Му Цин с Фэн Синем всегда стояли на первом месте по несдержанности характеров. Как глупо.       — Посмели, а как иначе мы—       — Иначе вы могли бы подождать, — холодно и резко вырывается изо рта наследного принца. — Господин Инь Юй вам сказал, что Саньлан принимает меня как гостя. Дождитесь своей очереди, — всем своим видом он показывает, что так просто не отдаст старым друзьям заполучить своё.       И когда-то же Му Цин с Фэн Синем могли запросто вертеть и управлять личной жизнью Се Ляня. Начиная с выбора одеяний и заканчивая временем, затраченное на разные дела.       — Божки, а возомнили о себе невесть что, — лениво протянул Хуа Чэн, а Се Лянь игриво хлопнул его по ладошке. — Но правда ведь.       — Такой гадкий...       — Следую вашему примеру, гэгэ.       Оба переглянулись и захохотали. Сказать, что Боги Войны были обескуражены, значит ничего не сказать. Они даже не знали, как можно прервать их игру "Назови наихудший комплимент и умиляйся", просто стояли в неловком ожидании. Встреча с принцем спустя века не могла уложиться в голове, ведь... Как же так! Беззлобный Се Лянь не мог восстать демоном и иметь в кругу себе подобных! Как оказалось, может и ещё как! Бледная кожа, заостренные уши с выпирающими тремя хрящами на манер рыбьих плавников... И зоркий глаз Фэн Синя не мог не заметить едва поблескивающие на шее и ладонях чешуйки. Ошибки быть не могло.       — Так их действительно двое. Новый божок не так уж и бесполезен. Её частенько надо спаивать крепким алкоголем.       — Не её, а его. Настоящее обличие Ши Цинсюаня — мужчина.       — А твоё — Демон Проклятых Вод. Я уж думал, что между Проклятой и Чёрной Водой разница не важна, но кто же знал, что любимец богов падёт так низко, — Му Цин закатил глаза, но слова никак не задели душу морского демона. — Ещё и с Кровавым Дождём снюхался!       Се Лянь открыл возмущённо рот, но тут же закрыл обратно. Он выпрямился, принял более величественную позу, охладил порыв высказать что-то не то, то, что хранится давно в сердцах. Можно почувствовать, как ладони Хуа Чэна напряглись, синие вены вздулись, ногти впились в обивку подлокотника. Если он этого не скажет, то это с удовольствием сделает Саньлан. Позволить это сделать нельзя. Нежно, невесомо наследный принц провёл пальцами по чужой ладони от запястья до кончика фаланги пальца и обратно. Наверное, это длилось не долго, но для них — вечность. Всё закончилось тем, что Собиратель Цветов обхватил Се Ляня, прекращая эту усмирительную пытку. В ответ только нагло улыбнулись.       Можно помолиться всем Богам Небесного Пантеона, чтобы его гэгэ прекратил вести себя так... так отвратительно и очаровательно одновременно.       — Я тогда был очень сильно обижен. Меня возносили как Бога, почитали и любили. Все в Сяньлэ сами не понимали, что я не божество. Все пророчили светлое будущее, не страшась и не гнушась игнорировать мою отвратительную судьбу. Советник сам говорил мне об этом. Думаете, что в сердцах мне не было обидно? — двоице стало неуютно. Ради этого они жили бок о бок с принцем Сяньлэ, чтобы не допустить подобного поворота событий. Всё пошло коту под хвост. — И после моей смерти засуха не ушла. Сяньлэ пало, хотя всё можно было бы спасти. Но к чему ворошить прошлое? Я и Черновод не доставляем никому хлопот. Живите и радуйтесь дальше. Смейте говорить гадости про меня, но ни в коем случае не трогайте Саньлана. С ним я нахожусь по своей доброй воле, — Се Лянь разочарованно выдохнул. — И ради чего вы устроили эту встречу? Мне бы не хотелось ссориться с вами вновь.       Это глупо. Плакать или смеяться — непонятно.       Они больше не друзья. Всё стёрлось, воды размыли пески времени, оставляя за собой чувство горечи и тонкой сладости от ностальгии. Восстановить эту хрупкую непорочную связь уже невозможно, это даже представить смешно! Вода в графине на столе с яствами забурлила, за стеклом — жуткий шторм.       Се Лянь расстроен, не трудно догадаться. И, кажется, из-за всего сразу. Он с силой обвил руку Хуа Чэна своими, так, что синева под кожей показалась ещё больше.       — Ежели гости пожелают остаться, то с воли гэгэ выделю покои, — Се Лянь чуть расслабился, услышав добродушный тон Собирателя Цветов. — А если есть дела в Небесных Чертогах, то имеете права заглянуть в Призрачный город единожды.       — Во имя добрых намерений! — перебил принц.       — Во имя добрых намерений.       Графин воды сожалений и печали успокоился.       Му Цин закатил глаза, развернувшись и уйдя из дома Блаженств под предлогом "В Чертогах и так дел не оберешься". Фэнь Синь же постоял, задумался, глядя на двоицу, которая уже переключилась на что-то другое, совершенно непринуждённое. Стоит повнимательнее присмотреться к ним, увидеть счастье в глазах Се Ляня, как сомнения в миг разлетаются. Неужели есть счастье не быть чиновником на небесах, а опуститься в омут? Видимо, есть. После лёгкого поклона своему принцу, Фэнь Синь тоже покинул Призрачный город.       Музыка заиграла громче, беззаботное празднество восстановилось.       — На этот день так много всего выпало. Я аж утомился, буду честен, — Се Лянь прикрыл медовые глаза. Короткий, но очень тяжелый разговор. — Ох...       — Надеюсь, что у вас есть силы на отдых, ваше высочество.       — Только если Саньлан пообещает не оставлять меня одного. Вдвоём отдыхать не одиноко, я прав? — короткая улыбочка скрылась за слабым зевком.       — Тогда оставь это на Саньлана.       Наследный принц хохотнул. И всё как в первый раз — ох уж этот хитрый лис!       Но а в доме Блаженств есть место счастью! Демонессы тихо заулюлюкали и затанцевали пуще прежнего.