Огонь, окутавший сердца

Ниалл ритмичными движениями расчесывал густую гриву Намтара, мыслями находясь где-то далеко в академии, до которой оставалось еще два дня полета. Никкаль попросила немного времени, чтобы все обдумать, и он готов был его дать. Поэтому, когда следующим вечером, после разговора, она пришла к нему в оранжерею, он отказался слушать ее. Вручив ей в руки тарелку с финиками, мягко намекая помолчать, предложил ей отложить разговор до его возвращения. Девушка, казалось, была не в восторге от этой идеи, но все же согласилась. Следующим утром вместе с Су он улетел в город, вблизи которого была построена академия. Но по пути пришлось изменить свой план, и они отправились в столицу. Так что вместо запланированных двух дней, они отсутствовали уже неделю, за которую Ниалл тысячу раз пожалел о своем предложении подождать. Су, если и замечала рассеянность и задумчивость поручителя, предпочитала тактично выводить его из раздумий, не задавая вопросов. Но рано или поздно она узнает. Ниалл отбросил гребень, вытащив из мешка несколько сухарей и скормил своему коню, поглаживая его шею. Бросил взгляд на подопечную, чистящую овощи для супа. Поглощённая в процесс, она выглядела так, будто картофель — самая ценная вещь на свете. Но он знал, что все ее мысли о брате, которого они не смогли предупредить, что задержатся. Осознавая, насколько их компания привязана друг к другу, Ниалл пытался отослать письмо в академию. Пошел на почту, но, по словам работника, у них была большая нагрузка, из-за чего его отправили бы лишь через неделю. Посчитав, что через неделю они уже будут дома, он отказался от этой идеи. Потому никто из их близких не знал, почему они еще не вернулись. Быстро вымыв руки в водоеме, он сел рядом с ней на траву, жестом требуя передать ему нож. — Давай мне. Сходи лучше к речке, искупайся, отдохни. Полет был долгим, ты вымоталась. — Я дочищу, а потом пойду. Посиди со мной пока. Он кивнул, проверяя, не закипела ли вода в котелке, хотя прекрасно знал, что Су контролирует этот процесс. — Мы все купили для вас? Если что-то не нашлось в столице, можем остановиться в еще одном городе. — Вещей, что я взяла, должно хватить нам с ней на ближайший сезон. Не переживай по этому поводу, мы всегда можем попросить некоторые вещи у Зизи, или заказать у Ияра, когда он будет ехать. Следующие две картошки они сидели в тишине, пока Ниалл не решился прервать ее. — Мне нравится Никкаль. Если сначала ему было некомфортно говорить об этом ее лучшей подруге, которая держала в руках нож, то, когда увидел, что рука ее не дрогнула и в лице она не поменялась, слегка расслабился. — Я знаю. — И Этан знает. — Открою тебе секрет — абсолютно все в академии это знают. Тихий смех вырвался из его груди. — Похоже это знали все, кроме меня. — И Никкаль, — Су вручила ректору нож, а сама принялась собирать ошметки. — Вы оба будто живете в своем маленьком мире, не замечая ничего вокруг. — Когда вы всё поняли? — Этан давно пытался нам доказать, что между вами что-то есть. Мы думали, он просто беспокоится, ну или ревнует. А потом… — она ненадолго задумалась, перебирая в руках шелуху от луковицы, — помнишь, когда Никкаль влезла в драку с бандитами, которые пытались обидеть деревенскую? Когда увидели вас в твоей комнате вместе, сомнений уже не было. Ваше тяготение стало практически осязаемым. Даже Шимун все понял, а он у нас глупенький. Ниалл внимательно слушал ее, аккуратно нарезая картошку кубиками. Тогда, в его комнате, действительно было положено начало чему-то новому. Он даже хотел ее поцеловать, но, испугавшись этой мысли, отстранился. Как раз в это время и пришли студенты, уберегая его от ошибки. Хотя сейчас это таковым не казалось, и если бы был шанс вернуться… — В любом случае, я буду рада за вас, если вы будете счастливы. Вы оба безумно дороги мне, и я поддержу любое ваше решение. — Спасибо. Су улыбнулась, наклонившись к поручителю, и оставила целомудренный поцелуй на его лбу, как он делал на протяжении многих лет. Схватив свою сумку, она побежала в сторону реки, чтобы привести себя в порядок. *** — Ты спишь? Никкаль робко заглянула в спальню Этана, боясь то ли застать его в компрометирующем положении, то ли пасть жертвой его экспериментов или ловушек. Но, слава Энки, брат лежал в своей постели, читая какую-то книгу, название которой она даже боялась спрашивать. — Росточек? Огненная зашла в комнату, тихонько закрывая за собой двери. Залезла на его кровать, украв одеяло. — Что случилось? — Этан обеспокоено окинул ее взглядом. Абсолютно ничего, если не считать, что Ниалл и Су должны были вернуться еще несколько дней назад. И они должны были поговорить, лахаму его подери, еще несколько дней назад! — Просто хочу поговорить. Этан отставил книгу на стол, и лег рядом с сестрой, плотнее укутывая ее в одеяло. В Доме детей они часто спали вместе, как и первые месяцы в академии. Четырем сиротам было непривычно иметь свои комнаты, тем более такие большие, поэтому несколько ночей они проводили все вместе у него или Шимуна. И хотя всем на одной кровати было тесно — по сравнению с приютом это казалось роскошью. Так продолжалось, пока не узнал ректор. Тогда он поставил девочкам новые, хорошие замки, чтоб они не боялись оставаться одни в комнатах, и поселил студентов как можно ближе друг к другу для их комфорта. Он был обеспокоен тем, что они не могут чувствовать себя в безопасности, как дома, поэтому делал все для того, чтобы им было хорошо, нарушив сотни собственно придуманных правил. И благодаря этому, они уже давно не боялись спать отдельно. Но когда сестре было плохо, грустно или просто скучно, она знала, что он всегда поделится с ней огромной кроватью и запасами сладостей под ней. А он, к слову, не любил сладкого. Девушка долго рассматривала темные зеленые стены его комнаты, и растущие на них кристаллы, указывающие, что здесь живет маг земли. Задержала взгляд на алтаре в углу комнаты, рассматривая огромную стопку свитков с рунами и мешочков с травами. — Я влюблена в Ниалла, — шепотом призналась Никкаль. Этан устало вздохнул, проводя рукой по ее кокону из одеяла. — Знаю. Этого я и боялся. — Но почему? — Сколько ему лет, Никкаль? Сколько пережил? Кого терял? Он уже многое видел, многое узнал. А ты? — речь его была тихой, но уверенной. Будто он заучивал ее. — А я увижу. И узнаю. И мир, и его. Я ведь просто влюблена, Этан. Это совсем-совсем не страшно, я все обдумала. Это не помешает мне закончить обучение, стать хорошим магом и увидеть мир. Даже поможет. Ты ведь видел — мой огонь намного ярче, когда я с ним. Брат усмехнулся, поднес палец к губам, и щелкнул им по ее носу. Никкаль смешно скривила лицо, стараясь спрятать улыбку. — Я доверяю тебе. Ниаллу тоже. И хотя мне не очень нравится эта идея — это твоя жизнь. Я не имею права запрещать тебе или указывать, что делать. Просто… не бойся, если что, прийти ко мне. Я всегда буду здесь, для тебя. Еле сдерживая рвущуюся на волю слезу, Никка улыбнулась. Он всегда был рядом. Когда мама плакала, Этан уводил сестру из дома, рассказывая про разные растения, которые были высажены в клумбах. В Доме детей он защищал ее от сирот постарше, а иногда и от преподавателей. Даже в академии, он всегда пытался взять вину на себя, когда Ниалл ловил девушку за какой-то выходкой или ночной прогулкой. Никкаль боялась подпускать близко людей после предательства родителей. Но в ее сердце всегда найдется место для ее семьи. Она подползла ближе к брату, настолько грациозно, насколько позволял кокон из пледа. Усмехнувшись, Этан сгреб ее в объятья, оставляя невесомый поцелуй в районе макушки. — Доброй ночи, Росточек. Он… он скоро вернется. Не переживай. *** Теперь, когда Никкаль знала, как ректор возвращается в академию незамеченным, вечера она проводила в оранжерее, вблизи водопада. Она достаточно уважала Ниалла, и, хотя знала, что он оставил открытым потайной ход, не переступала порог его комнаты. Вместо этого каждый день она ждала его в беседке, на всякий случай заваривая в чайнике трав на две чашки. Вот и сейчас. Кинув взгляд на часы, девушка отметила, что уже глубоко за полночь. Чай давно остыл, но она не теряла надежды, что вот-вот откроются двери и он вернется. Время шло, но кроме нее и легких порывов ветра в оранжерее никого не было. Даже студенты не приходили за светлячками. Хотя это было неудивительно, поскольку экзамены все сдали только две недели назад, и до следующих было еще добрых полгода. Очистив чайник и выливая нетронутый отвар в ближайшую клумбу, Никкаль собрала все свои вещи обратно в сумку. Не боясь быть замеченной, поскольку были каникулы, и комендантский час не действовал, она направилась в сторону своего общежития. Пути на территории академии были вымощены камнями и украшены магическими символами, светящимися тусклым сиянием, указывающим путь для студентов и персонала академии. Никкаль следовала по извилистым дорожкам, осторожно ступая по газону, всматриваясь в звездное небо. Весной она успешно сдала экзамен по астрономии, благодаря ее занятиям с Ниаллом. Она жаловалась ему, что не может запомнить расположение многих звезд и созвездий, а он предложил помощь. Тогда они стали выбираться по ночам в лес хотя бы два раза в неделю. Ректор снимал свой плащ, используя его вместо подстилки, любезно предлагая место для девушки. Сам же ложился рядом, на траву, не боясь запачкать дорогой костюм. Следующий час он подробно описывал каждую из звезд, которые отчетливо было видно в небе. Однажды они даже застали падение одной из них. Никкаль не успела тогда загадать желание, а Ниалл, загадочно улыбнувшись, не рассказал, что он попросил. Погрузившись в воспоминания, огненная не заметила, как дошла до своих дверей. Вяло достав ключи, открыла замысловатый замок. Комната не изменилась с тех пор, как она покинула ее утром. Но вот запах… Солоноватый запах лимона ударил ей в нос прежде, чем она заметила мужской силуэт на балконе. Кинув сумку на кровать, Никкаль кинулась к нему. Вжалась в его спину, крепко обнимая сзади, уткнувшись носом между лопаток. Ниалл хрипло рассмеялся, попытавшись развернуться лицом к подопечной, но она отказалась отпускать его. — Искорка… — Замолчи! И слышать не хочу. Ты оставил меня больше, чем на неделю, хотя обещал, что мы поговорим. Я ждала тебя каждый день в оранжерее, как идиотка, а ты… Ему все же удалось освободиться из ее объятий, но только для того, чтобы самому обнять ее, мягко поглаживая копну рыжих волос. — Срочное поручение от Энки, пришлось ехать в столицу. Я правда не хотел оставлять вас так надолго. Он расчесывал ее пряди пальцами, оставляя на каждой из них по короткому поцелую. — Мы должны поговорить. Никкаль подняла на него взгляд, полный решимости. Будто говорила: «Я не дам тебе больше уйти от разговора». Ниалл кивнул, гладя ее лицо. Развернувшись, она повела его к себе в комнату, усадив на кресло. — Ты голоден? Я могу разогреть немного супа. Он определенно не был голоден, но он видел, что она нервничает. За все годы, что он знает ее, он успел понять — рутина ее успокаивает. Поэтому молча кивнул. Никкаль достала специальную миску, на которой можно развести небольшой огонь. Сверху поставила котелок с супом, который попросила на вечер у кухарки с собой в комнату. — Я много думала, пока тебя не было, — голос ее слегка дрожал, выдавая ее волнение, — и пришла к выводу. Я хочу быть с тобой. Ниалл смотрел ей в спину, ожидая услышать «но». — Но для начала я хочу узнать тебя. Девушка развернулась, оперевшись сзади об столешницу. — Что именно ты хочешь знать? — Все. Но не прямо сейчас. Я готова узнавать тебя каждый день, на протяжении жизни. Сейчас хочу услышать только то, что важно. — И что для тебя важно? — Я хочу, чтобы ты сам это решил. Она развернулась обратно к котелку, помешивая суп, чтобы не подгорел. Ниалл задумался. Воспоминания осязаемым туманом накрыли его разум. Он пытался выбрать то, что могло оказаться важным. Но вдруг понял. Она не хочет, чтоб он вспоминал. Ей нужно то, что у него на сердце. Относительно свежие раны, которые ей удалось залечить. — Ты знаешь, что я потерял магию за некоторое время до того, как встретить вас. Это был не вопрос, а утверждение. Поэтому Никкаль никак не подтвердила его слова, хотя в глубине души и правда знала это. — Каждое упражнение я выполнял вместе с вами. Я учился точно также, как и вы. Вы стали моим новым смыслом жить, бороться. До вас у меня пропало это желание. После смерти мамы я катился на дно. Лишение звания, безразличие отца, смерть Эрры… — Эрра? Никка развернулась, услышав новое имя. — Ты никогда не рассказывал мне про Эрру. — Потому что нечего рассказывать. Все закончилось быстрее, чем могло начаться. Голос его был уставшим, но, что ее успокоило — не было в нем старой боли. Он давно пережил этот этап, смог идти дальше. — Это девушка… человек. Я не смог защитить ее во время войны. В какой-то степени я даже стал причиной ее смерти. Она была слепа, но я смог показать ей мир перед тем, как она ушла. С помощью лесных духов. — История про слепую Эрру, когда один мужчина использовал духов, чтобы показать ей… — Мир, — Ниалл кивнул. — Я хотел тебе рассказать еще тогда, в лесу. Но сейчас более подходящий момент. — Да… думаю, подходящий. Не сдержавшись, он спросил: — А ты? — Что я? — Ты никогда не рассказывала мне о своем прошлом. Всегда жила настоящим, даже не мечтая о будущем. Но я тоже хочу узнать тебя. Какое-то время она молчала, вновь обратив все свое внимание на суп. — Когда-то я тебе рассказала небольшую часть. Мама боялась меня. Отец из-за этого ненавидел. В Доме нас обижали, но вчетвером справляться с этим было чуть легче. До семнадцати лет я фокусировалась на выживании. Так что, считай, жить я начала только под твоим присмотром. Ты знаешь меня настоящую больше, чем я сама. Ниалл подошел к девушке сзади, положив руки ей на плечи. Заглянул ей за плечо, отмечая, что суп уже давно кипит. Но Никкаль не спешит снимать его с огня, а значит, что-то еще тревожит ее. — Ты хотела поговорить. Я отвечу на все, что важно для тебя. Не бойся. — Ниалл… как все это будет? Ей не нужно было уточнять, что она имеет в виду. И хотя нигде не запрещены отношения поручителя и подопечной, ректора и студентки — в обществе многие это осуждали. А еще она боялась стать его тенью. Бывший генерал, могущественный маг воздуха, ректор академии. И его жена, младше его на добрых двести лет, без опыта за плечами. — Искорка, посмотри на меня. Он мягко развернул ее за плечи к себе лицом, заглядывая в глаза со всей серьезностью. — Я не могу тебе обещать, что все будет хорошо. Возможно будет сложно. Возможно никто не обратит на это никакого внимания. Я могу только пообещать тебе, что я тебя не обижу. Ты продолжишь жить так, как ты хочешь. Но я хочу быть всегда рядом. Я стану твоим спутником, а не центром твоего мира. И если ты согласна попробовать, если ты хочешь попробовать — я сделаю все, чтобы ты не пожалела об этом решении. Я не стану тебя обязывать. Она долго смотрела в его глаза, стараясь найти там ответы на все волнующие ее вопросы. Наконец, она улыбнулась и приблизилась к нему, взяв его руки в свои. — Я готова попробовать, — прошептала она. Никкаль мягко взяла его лицо в ладони, проведя пальцами по манящим губам. Приподнялась на носочках, осыпая поцелуями все его лицо. Щеки, нос, лоб, уши, — ничего не осталось без ее внимания. На мгновение ей даже показалось, что Ниалл замурчал, как довольный кот. Отпрянув, она заглянула в его глаза, как и прежде наполненные безграничной любовью и нежностью. Увернувшись от его попытки обнять ее, она сняла суп с огня, затушив его. Вылила содержимое котелка в глубокую тарелку, и оставила на письменном столе, не прекращая улыбаться. Весело глядя на недоуменного Ниалла, настоятельно усадила его на стул. — Точно любишь меня? Ректор кивнул, завороженно глядя на Никкаль. Та в свою очередь устроилась на кровати рядом со столом, подобрав ноги под себя. Вытащив из рукава ложку, торжественно протянула ее мужчине. — Тогда ешь!