Starve, binge and purge — like clockwork

      Чонину всегда было трудно, когда дело касалось темы веса. И того, как он видит себя.       Он не обязательно был толстым, если вообще когда-либо был. Он советовался по этому поводу с другими мемберами и даже со своими собственным друзьями, и ему всегда говорили, что он настолько здоров, насколько это вообще возможно. Он даже взвешивался несколько раз, и результаты всегда были одинаковыми.       Но, конечно, его родителям этого было даже и близко недостаточно. Особенно для его матери.       Его мать не совсем была плохой, однако, она препятствовала многим вещам, которые он хотел делать с самого детства.       Он вспомнил один раз в средней школе, когда он хотел попробовать присоединиться к школьному конкурсу, но всё закончилось словом "нет" только из-за ее беспокойства, что он провалит конкурс и "на это просто не хватит времени". (Хотя он сказал ей за несколько месяцев до конкурса.)       И теперь она пытается ориентироваться на его фигуру. Всякий раз, когда она видела фотографию любого из его сценических нарядов, она звонила или писала сказать, что "наряд ему не подходит", "в нём он выглядит ещё более толстым" или "он не подходит его фигуре".       Он некоторое время воздерживался от язвительных комментариев, которые она всегда говорила о нём и о том, что он просто живёт своей жизнью. Но с течением времени от неё появлялось всё больше комментариев. Его мать рассказала о весе Чонина и "уродливой одежде" даже своим друзьям и другим членам семьи.       Даже когда он пытался игнорировать её звонки (что он делал несколько раз), она всегда чувствовала себя несчастной. Плакала о нём и о том, что "он слишком быстро вырос", что "он её больше не любит", так что он всё равно заканчивал тем, что отвечал. Он же не может вот так просто бросить свою мать, верно?       Он ясно, как день, помнил, как зародилась у него эта дурная привычка. Это было, когда он готовился пойти на репетицию с другими мемберами, как вдруг позвонила его мать. Она разглагольствовала о том, как прошел её день, пока не дошла до какой-то случайной темы, связанной с "весом". Затем она напомнила, что ему нужно взвеситься, чтобы "она была уверена".       И, чтобы не позволить его матери снова потерять самообладание, он последовал её совету. Он встал на весы: шестьдесят пять килограмм.       Он знает, что это совершенно нормальный вес, особенно для такого парня как он, но... почему такое большое число?       Он осторожно рассказал ей о результате, и затем она просто напала на него.       Тревожно. И дело всё в том, что это произошло на глазах у других мемберов. Телефон был включён на громкую связь.       Они все смотрели на него такими... жалкими взглядами.       Несмотря на то, что их реакция была нормальной, услышав, что чья-то мать чрезвычайно груба, возможно, со многими другими людьми и друзьями, он всё равно ненавидел это.       Он ненавидел внимание, которое ему уделяли, и, конечно, больше всего он ненавидел то, что мемберы должны были узнать это вот так.       Чонин просто повесил трубку, заблокировав и удалив её номер сквозь слезы, сидя за кухонным столом.       Мемберы подошли обнять его и даже спросили, не хочет ли он поговорить об этом.       И, будучи сыном матери, которая всегда пренебрегала его эмоциональными переживаниями, он ответил "нет".       И с тех пор эта тема больше не поднималась, как будто её никогда и не было.       Чонин был рад, что всё это исчезло из головы мемберов и никогда больше не поднимается, поскольку они предоставили друг другу личное пространство, однако, с того дня мысли морить себя голодом, чтобы быть "в форме", заполнили его разум.       "Что, если она была права?"       "Я становлюсь слишком толстым? Я толстый?"       "Я ненормальный".       Затем у него случается срыв.       Ему нужно поработать над своим весом.