Меж пальцем и спусковым крючком

      В эту схватку с Зараженными приходится вступить и ей.       Раньше Шанайе приходилось убивать: она защищала свое убежище, свой дом; ошарашенное лицо мужчины, не ожидавшего, что ему дадут отпор, до сих пор снится ей в кошмарах.       С серого мрачного неба тускло светит холодное солнце. Шанайя перерезает глотку Зараженному, протягивающему к ней уродливые искривленные руки, покрытые струпьями и кровавой коркой, и отскакивает в сторону. Она шумно дышит, глядя на то, как подобие человеческого тела заваливается вбок и падает на промерзшую землю.       Они продолжают идти и идти. Куда они идут? Зачем?       Задумавшись, Шанайя не замечает, как на нее сзади набрасывается Зараженный. Она кричит, когда на спину наваливается что-то холодное и тяжелое, воняющее гниющим мясом и кровью, и пытается скинуть его с себя с зашкаливающим отчаянием, продолжая борьбу. Слышится чертыхание, затем Зараженный обмякает, и его пинком скидывают с Шанайи, а саму Шанайю прижимают к широкой груди.       Она вздрагивает, шумно судорожно дыша и чувствуя, как загнанно бьется сердце, и прижимается к Скарамуше теснее.       Хотя бы на секундочку, хотя бы на мгновение Шанайя в надежных руках.