Компьютерщики

Андрей сквозь дрему переворачивается набок, забрасывая руку на соседнее место. Он надеется почувствовать теплую Мишину тушку, доверительно прижаться к ней и зарыться носом в непослушные мягкие волосы. Но вместо этого кожу обдает холодом, и его рука, не встречая сопротивления, падает на матрас. Миши нет, и это очень странно. Князев приподнимает голову с подушки и разлепляет глаза, проверяя. Рядом действительно пусто, и по остывающим простыням он понимает, что Миша поднялся сравнительно недавно. Андрей зевает и, потерев лицо руками, поднимается с кровати. Идти никуда не хочется, но лежать в одиночестве ему тоже не нравится. Когда он выходит в гостиную, он замечает Мишу, сидящего на подоконнике и курящего в приоткрытое окно. Он задумчиво смотрит на тёмную улицу и расползающийся по небу ледяной восход. Горшенев предусмотрительно натянул носки и свитер. У Князева перехватывает дыхание, когда он понимает, что это его блядский свитер - Мише он велик и достает чуть ли не до середины бёдер, так неудачно для Андрея прикрывая все самые интересные места. — Ничего, что я его взял? А то я замёрз, — Миша смущённо трёт нос рукой. — А ты чего вообще не спишь? — спрашивает Князев, вставая рядом с Горшеневым и специально облокачиваясь так, чтобы касаться голых Мишиных ног. Горшенев в ответ пожимает плечами. — Покурить захотелось. Андрей задумчиво кивает, тянет Мишину руку с сигаретой к себе и затягивается, дотрагиваясь губами до чужих пальцев. Горшок вздрагивает, и Князев чувствует, как тот напрягается. Интересно. Андрей наваливается на Мишу, дотягиваясь лицом до приоткрытого окна и выдыхая, дым прямо на улицу — задымлять квартиру как-то не хочется. Он замечает, как Миша, блестя в темноте глазами, влюбленно смотрит на него, и хитро улыбается. Князев наклоняется и замирает в паре сантиметров от чужой шеи, заставляя того вжаться в стену. Он глубоко и вальяжно дышит, вдыхая Мишин аромат и щекоча кожу. Горшок хихикает и пытается извернуться, поэтому Андрей хватает того за бедра, как хотел сделать с самого начала, и наконец целует в губы. Горшенев икает от удивления и ерзает, удобнее устраиваясь в сильных руках. Андрей забирается пальцами под свитер и оглаживает чувствительную внутреннюю часть бедер. Миша смущается и хватает чужие наглые руки через ткань. — Может не надо, а то я сейчас опять… — Горшок совсем тушуется, когда Андрей невесомо касается его члена ребром ладони. Миша всхлипывает, и Андрей обхватывает его сильнее через трусы и обводит большим пальцем головку. Второй рукой он поднимается вверх, проводя руками по ребрам и накрывая соски. Миша дёргается. — Ты такой чувствительный, мне нравится, — Андрей ловит чужой затуманенный взгляд и улыбается в ответ, целуя в нос и оглаживая ладонями бока. Князев исследует Мишино тело, проверяя, где тот чувствует нежнее всего. Горшеневу жарко и сладко, и он тихо постанывает, заставляя Андрея сходить с ума Князев даже в темноте видит, как пылают Мишины щеки, когда он ныряет головой между разведенных ног и прикасается губами к твёрдому члену через ткань. Миша сверху всхлипывает и сжимает его голову коленями, зарываясь пальцами в волосы. — Андрюшаа, — плаксиво тянет Миша, запрокидывая голову и закрывая лицо сгибом локтя. Подоконник находится почти на идеальной высоте, и Князеву не надо наклоняться слишком сильно. Он ласкает Мишу ладонью между ног и осторожно дует, удерживая свободной рукой постоянно норовящие съехаться обратно ноги. Он чувствует, как Горшок дрожит под его ладонями, и стаскивает с Миши трусы. Тот сразу пытается прикрыть себя свитером, но Андрей не даёт, на полпути перехватывая цепкие ручки, и несильно сжимает в своих ладонях. — Без рук, Миш, — Горшенев кивает, и Князев разводит их по бокам от Горшка, и наконец берет Мишу в рот. Тот выгибается и невольно сильнее толкается в глотку. — Потише ты, я давно не практиковался, — шипит Андрей, проходясь языком по всей длине. Миша совсем смущается, он пытается вырвать ладони из цепкой хватки и закрыть лицо, но Андрей крепко его держит. У Миши стискивает грудь, и внизу сладко тянет от осознания, насколько Андрей крупнее него. Князев отпускает одну Мишину руку и заглатывает глубже, помогая себе свободной. Андрей медленно водит большой мозолистой ладонью по члену, обхватив головку губами и доводя Горшка до исступления. Миша, не сдержавшись, громко стонет и прикусывает губу, Князев отстраняется, не переставая двигаться рукой. Миша тихо скулит и кончает в чужую ладонь, дрожа бёдрами. Он упирается коленками в крепкий Князевский живот, пытаясь унять трясущиеся ноги. Миша в порыве нежности прижимается лбом к чужому и шумно сопит в губы. — Ты же знаешь, что я влюблен в тебя, да? — признание само собой слетает с Мишиных губ, и он, испугавшись, прикрывает рот ладошкой. — Я понял это ещё раньше, чем ты сам, — смеётся Андрей, когда Мишины глаза округляются. — И молчал?! — картинно возмущается Миша. — Я давал тебе время ко мне привыкнуть, — он нежно целует Мишу за ухом, — я тоже в тебя влюблен. Горшенев мило жмурится в крепких Князевских объятиях. Утро за окном захватывает улицу, высветляя тени, и Миша знает, что все следующие утра в его жизни будут именно такими. Счастливыми.