Цикличность.

      — Рон? — шёпотом спросил Гарри, в шоке рассматривая, собравшуюся в коридоре половину школы. — Что происходит? Я что, что-то пропустил?       — Нет, — фыркнул Рон, и неожиданно хихикнула Гермиона. — Это, если можно так выразиться, группа поддержки.       — Серьёзно? — ещё больше удивился Гарри. — МакГонагалл сказала, что решено было не афишировать и провести всё максимально тихо.       — Я тебя умоляю, Гарри, — Герми даже глаза закатила. — Это же Хогвартс. Кто-то, что-то услышал, кто-то вычислил, а кто-то заметил комиссию, которая не сильно-то и пряталась, так что вот…       — Прикольно, — ухмыльнулся Гарри. — И где тогда Амбридж?       — Профессор Амбридж настояла на своём присутствии во время экзамена, — раздался за спиной глубокий холодный голос мастера зелий. Так неожиданно, что все трое вздрогнули, прежде чем обернуться. — Она уже там.       — Профессор Снейп? — спросил Гарри. — Я был уверен, что у вас сейчас пара у шестикурстников.       Снейп, словно вскользь посмотрел на группу вышеозначенных студентов, столпившихся у лестницы, и живо что-то обсуждающих.       — Всё верно, но я решил, что раз остальные учителя отпустили с уроков всех студентов, то и мне стоит дать некоторую поблажку в столь знаменательный день, — ответил он недовольно, при этом прилагательное к описанию дня было произнесено с таким саркастическим презрением, что не возникало ни малейшего сомнения в том, что Снейп думает об этом на самом деле. — Полагаю, все слишком сильно ожидают увидеть выражение лица нашего дорого инспектора, когда она сядет в лужу. Я не мог пропустить подобное, надеюсь вы меня не разочаруете. Хотя… Должен заметить, что слухи ходят разные, например о том, что не все в министерстве надеются на ваш успех.       — В таком случае, их ждëт большой сюрприз, — сказал Рон с широкой улыбкой, видимо находясь в таком хорошем настроении, что даже не обратил внимания на слишком позитивную предрасположенность Снейпа к ним и к Гарри в частности.       Зато Гермиона заметила, проводив удаляющуюся фигуру профессора подозрительным прищуром. Она не стала ничего говорить, но видимо лишь отложила разговор на более подходящее время. Вместо этого, она поведала о всехогвартском тотализаторе. В нём участвовали даже слизеринцы, которые конечно ставили на провал Поттера на экзамене.       — Блин, чего ты так поздно сказала, надо было тоже поставить, — растроился Гарри.       — Я поставил за нас троих, — радостно сообщил Рон.       — Троих? — в ужасе возмутилась Гермиона.       — Ты мне ещё спасибо скажешь потом, — не отреагировал на её тон Рон. Гарри может ещё бы чего добавил, но тут его, наконец, вызвали в кабинет. Друзья пожелали удачи, а на всём пути к двери, он слышал тихие возбуждëнные подбадривания со всех сторон. Некоторых он даже в лицо не знал, но они всё равно показывали сжатые кулаки, вскинутые в победном жесте. Не хило так Амбридж всех достала. Это всё было очень причудливо, но вопреки обычаю, на этот раз такое внимание было больше приятным, чем наоборот.       Первая часть экзамена проходила в кабинете маггловедения. Кабинет сам по себе был не очень большой, а по стенам на многочисленных стеллажах располагались различного вида маггловские приспособления, типа старых тостеров, калош или лампочек разных форм и размеров. Почему выбрали именно этот кабинет вообще непонятно, хотя может просто именно он был полностью свободен в этот день.       В кабинете, помимо Амбридж с кислым выражением лица, было ещё трое магов возраста Дамблдора. Профессор Мерчбенкс, которой Гарри радостно пожал руку, профессор Орлетти, которого он и не знал раньше, ну и профессор Тоффти, которого он помнил ещё из своей прошлой жизни. Именно он принимал у него большинство экзаменов. Это хорошо, никакой подставы вроде не было.       Гарри сел за стол, открыв задания. Что ж, письменная часть экзамена немаленькая, больше семидесяти вопросов, а последний блок требовал ещё и развëрнутого ответа. Типа таких как «Как распознать чары заговора?», или "Перечислить отличия болотников от водяных».       Гермиона определëнно талантище, ибо Гарри не встретил ни одного вопроса, на который бы не смог ответить, а он уверился, что это именно её заслуга, потому что процентов десять информации из экзамена, он изучил только за прошлый месяц. Со спокойной душой сдав работу, он вежливо всех поблагодарил и пошёл на обед, который уже начался, если ему не изменяет чувство времени.       Гарри заметил, что примерно через час после начала экзамена, Амбридж перестала изображать члена комиссии и ушла из кабинета, причём так и не вернулась. Неужели, она правда думала, что Гарри, открыв задания взвоет волком и признается, что туп, как флоббер червь, а иначе никак не объяснить разочарование на её широком лице, когда он принялся писать сразу. Гарри в принципе закончил довольно быстро, затратив чуть больше половины времени, отведëнного под экзамен. Однако, когда он вышел в коридор, то никого не увидел. Народ куда-то разбежался. Возможно, они поняли, что ждать глупо, а может из-за обеда, который, судя по запахам, всё же начался.       Повернув за угол в сторону большого зала, Гарри немало удивился, когда в коридоре, заполнив все скамейки и ниши, сидели его друзья. Уизли, одногруппники, некоторые ребята из других факультетов.       — Слава Мерлину, пойдëмте обедать, — обрадовался Рон, породив смешки.       — Ну как? — спросил Невилл, взволнованно.       — Идеально! — не дала ему ответить Гермиона. — Не может быть иначе, правда?       — Не смею тебя разочаровывать, — гордо ответил Гарри. Забавно, насколько приятно ему было одобрение Герми.       — Ты просто молодец! — громко обрадовалась Джинни. Гарри широко улыбнулся ей, отбив пять, протянутой руке. — Ты бы видел, что тут творилось. Амбридж очень злится, особенно из-за того, что другие профессора устроили выходной в честь твоих СОВ.       — Так, это она всех разогнала? — понял Гарри.       — Ага! — ответил Рон, протащив его за руку в большой зал. — Даже несколько взысканий влепила, за… Как там было?       — Бесцельное брождение по коридорам! — торжественно припомнил Джордж.       — Или это! — продолжил Фред. — Несанкционированное общественное сборище!       — Кстати, за сборище баллы сняли только с Эрни, поэтому вообще анекдот, — добавила Джинни.       — Много баллов сняла? — спросил Гарри чуть поморщившись, чувствуя свою необоснованную вину.       — Да, брось, всем плевать, — заметил Ли Джордан. — Всем только в радость её побесить. Вон, накатала ещё три декрета.       Он показал на стену, где действительно висело три новых таблички. Гарри даже читать не стал. К тому же, все торопились на обед.       — Когда она успела? — удивился он только. — Я на экзамене был или в коме несколько недель провалялся?       — Бесится, — глубокомысленно заметил Рон с довольным лицом.       — Вы знали, кстати, что пергамент с наказаниями есть не только у нас? На Когтевране тоже такой висит, мне Луна рассказала, — со смехом поведала Джинни. Гарри невольно улыбнулся.       — Амбридж потихоньку настроила большую часть школы против себя, — сказала Герми, за секунду, как они вошли в большой зал. Там уже разговоры прекратились, потому что их встретили аплодисментами.       Профессора усмехались в тарелки, а Снейп, совершенно не скрываясь пялился на Амбридж, и Гарри мог бы поклясться, что видел удовольствие на дне его зрачков. Правда, само лицо ничего не выражало, поэтому в целом он не отличался видом от мрачных змеек за столом Слизерина.       Весь обед, ребята наперебой спрашивали, как всё прошло. Вопросы, которые были в задании, как за ним следили и вообще каждую мелочь. Оно и понятно, им это тоже предстоит в конце года. Некоторые слизеринцы не стеснялись подходить, выражая свою обеспокоенность тем, как он справится со своим провалом, после такого ажиотажа, но его это не волновало. Обед понятное дело затянулся, а потому он даже не успел переодеться на практический экзамен, хотя собирался, в кабинете маггловедения было необычно прохладно.       На этот раз его никто не провожал, потому что своими декретами, Амбридж добилась того, что выходной отменили, и ученики побрели в классы, хотя особо никто не расстроился, все понимали, что от уроков будет лишь название, кроме защиты от тёмных искусств, которую отменили по причине того, что Амбридж вернулась на экзамен.       Она села в угол, достав блокнот, видимо собирается конспектировать всё, что умеет Гарри. Только сейчас Гарри понял, что имел ввиду Снейп своим предупреждением. Министерство не будет радо его успехам, более того, они очень внимательно хотят изучить уровень его подготовки. Однако, бояться идиотов Гарри не собирался. Очень скоро всё изменится, и то что они увидят в Гарри талант к защитным чарам, нисколько не изменит вообще ничего. Так, какой смысл подставляться.       Профессор Тоффти целый час гонял его по щитовым чарам, выполненным безукоризненно, по его же словам. Комиссия вообще была довольна тем, как Гарри справлялся. Сам он нисколько не сомневался в том, что получит превосходно в итоге, но вот ради этого самого, мрачного взгляда Амбридж, было приятно постараться. Как и десять с лишним лет назад, профессор попросил продемонстрировать ему патронус, что он и сделал, намеренно сделав его особенно ярким, и буквально пылающим энергией. Долорес даже глаза выкатила от изумления. Гарри с огромным трудом поборол детское желание показать ей фак на выходе. Теперь она не сможет обманываться, думая будто Гарри слабый волшебник с непомерным эго, и как минимум подумает, прежде чем идти в лоб. Да, такого не было, но учитывая все изменения, что Гарри сотворил, нельзя со стопроцентной вероятностью утверждать, что и не случится подобное.       А изменилось и вправду многое. Особенно после экзамена. Шепотки за спиной, о том что Гарри не в себе не прекратились, однако, их стало заметно меньше. Многие, кто не мог понять чему верить, просто забили на это всё и жили с Гарри в хороших отношениях, как раньше. Некоторые даже подходили и говорили об этом. А в день экзамена, в гриффиндорской гостиной устроили самый многолюдный праздник, какой только мог припомнить Гарри, потому что пришли ребята с Пуффендуйя и Когтеврана. Было весело, а сколько было разговоров об Амбридж, вообще не счесть.       Гарри подумал, что это всё оттого, что он ведëт себя иначе, чем на своём пятом курсе. За всё это время, он говорил о Волан-де-Морте всего один раз, и то со Снейпом за закрытыми дверьми. Неужели страх, что порождают разговоры о нëм, так сильно меняет отношения между студентами? С одной стороны, это в некотором смысле замалчивание, что тоже не очень хорошо. С другой, не этого ли Гарри хотел, чтобы война не коснулась их всех?       В любом случае, он с нетерпением ждал понедельника, когда был назначен первый урок с Медой. МакГонагалл сообщила, что отныне он сможет уходить три раза в неделю, через её личный камин в кабинете ровно на шесть часов, прямиком в дом Тонксов. Уделив особое внимание времени, намекнув, что за этим будут следить очень внимательно. Что ж, шесть часов не так уж и мало. Некоторые налёты на преступные организации длились меньше, так что Гарри справится со всем.       Вечер воскресенья, Гарри провёл горестно вздыхая, перечисляя все вопросы с экзамена для Гермионы. Обидным было то, что Рон, с неменьшим энтузиазмом слушал, записывал и даже задавал уточняющие вопросы, сразу помечая ответы. Их нисколько не привело в сознание то, что нет никаких гарантий, попадания этих вопросов им самим на экзамене. Ужасно хотелось спать, но Гермиона вцепилась, как клещ, напомнив ему его же обещание, если она позволит им с Роном провести всю субботу в воздухе.       Одно только скрашивало этот вечер. После одиннадцати, к ним присоединилась Джинни, притащив пирожные. Она поделилась тем, что порвала с Коронером, и теперь ей скучно, так что она собиралась посидеть с ними у камина с домашней работой. Факт расставания Джинни с Коронером поднял настроение, а в какой-то момент малышка уснула с книгой по зельям в руках, привалившись к его плечу. Гарри нежно забрал книгу из её рук, и принял более удобную позу, чтобы ей было комфортно спать, привалившись к его боку. Голос он понизил, но стал с большим энтузиазмом отвечать на вопросы друзей, чтобы продлить это приятное чувство, которое стало забываться, когда Джинни была совсем рядом, пахла корицей и чувствовала себя комфортно в его личном пространстве.       Рон и Гермиона переглянулись, но видимо не стали сильно предавать этому значения. По крайней мере Рон продолжил вести себя, как обычно, но Герми всё же поглядывала на них с каким-то женским любопытством.       На следующий день, Гарри старался как мог. На переменах, за обедом, и конечно после него, когда у него было свободное время, он делал все свои ежедневные дела, включая уроки, чтобы ни у кого не возникло ни малейшего сомнения в том, что он справится со своим расписанием. Поэтому очнулся он только в кабинете МакГонагалл, готовый отправляться.       — Я понимаю, у вас есть какие-то свои дела за пределами школы, но постарайтесь не опоздать, — тихо сказала Минерва. — Амбридж настаивает над более тщательным контролем ваших отлучек, но Дамблдор пока держит оборону. Не давайте ей повод подвести взыскание.       «Интересно… И как много Дамблдор понимает? Или подозревает?»       У Гарри, к сожалению, не было ни одной идеи в том, насколько Дамблдор много понимает во всех этих его трепыханиях. Однако, это первый звоночек. Фактически, он позволил Гарри уходить из школы, при этом сам ни разу не перебросившись с ним не словечком. Что он думает обо всём этом интересно? Почему отпускает? Что он думает, о том что Гарри собирается делать за пределами школы? Стоило бы присмотреться к директору.       В доме Тонксов было очень уютно. Тёплые цвета, много мягких тканей, и в целом ощущение домашнего комфорта. Он не помнил всего этого, когда Меда впала в глубокую депрессию, после смерти дочери, дом потерял всякий уют. Всё время она проводила у Гарри на Гриммо вместе с Тедди, но вот с годами, и дом на площади стал похож на это место, пусть и сделано это было исключительно для внука. Сейчас у Меды большая семья. Муж, дочь, добрые соседи магглы. Хотя, он знал, что Андромеда жила в маггловском квартале только из-за мужа, но предпочла бы какой-нибудь Хогсмид. Гарри был уверен, что Меда любила своего мужа Теда, хоть и не так как могла бы. Однажды, она рассказала, что Тед был ей больше другом, но тот так сильно любил её, что не отвечать взаимностью просто было невозможно.       Для занятий, она выделила весь подвал, где собственно и помещалась-то одна лаборатория, хоть и большая, оснащëнная современным зельеварческим оборудованием. Там же она обустроила рабочую зону и поставила стол с двумя креслами для изучения теории и для перерывов.       — Поздравляю, кстати, с успешной сдачей СОВ, — улыбнулась она, приглашая его присесть.       — Результаты будут только в пятницу, — сказал Гарри, но в ответ улыбнулся, не сдерживая хорошего настроения.       — Я же говорила, что у меня есть знакомые в комиссии, — хихикнула Меда. — Я уже точно знаю, что сдал ты на отлично.       — Я особо не сомневался, но всё равно, спасибо, — ответил Гарри.       — Итак, давай начнём с того, что поймём твой уровень знаний, — начала она деловито.       — Боюсь, знаний не так и много, я пытался почитать учебники на выходных, но врать не буду, всё это для меня так и осталось жуткой тарабарщиной, — извиняющимся тоном, начал Гарри.       — Начинать с самого начала, считаю глупым, — не сильно расстроившись, сказала Меда. — Мы должны достигнуть уровня подмастерья до конца августа, то есть менее чем за год, мы просто не успеем выучить всё.       — Что же делать? — спросил он, подобравшись. Он уже уловил, что у Меды есть какой-то план, а потому навострил уши.       — Чтобы понять, как нам достигнуть результата, я должна понять на что ты способен, — ответила она. — Подумай хорошенько, какие зелья тебе удаются, хоть одно должно же быть.       — Ну… — Гарри задумался, отвечая не очень уверенно. — Могу сварить напиток живой смерти, оборотное, охранное, защитное, антипохмельное, кроветворное, поисковое и пожалуй смогу заживляющее, хотя оно у меня выходит не очень хорошо.       — Что ж… — удивлённо подняла брови Меда. — Я удивлена. Большинство из этих составов высшей категории. Кроме пожалуй заживляющего. Самое интересное, это то, что между ними общего…       — И что же? — заинтересованно спросил Гарри.       — В том-то и дело, что ничего! — ответила она эмоционально. — Почему именно они?       — Э-э-э… Думаю это случайность, — сознался Гарри. — Просто в разные периоды жизни они мне попадались на пути и были так важны, что кажется въелись в память до мельчайших деталей.       — То есть, ты можешь сварить любой из них, но если я спрошу, на каком этапе, и как взаимодействуют те или иные ингредиенты, то ты не ответишь? — задумчиво спросила Меда.       — Не-а, — пожал он плечами. — Ну, может некоторые вещи и смогу объяснить, но в целом нет.       — Ясно, — ответила она резко, видимо придя к какому-то решению. — Если ты можешь варить такие сложные составы даже без глубокой теории, значит с практикой проблем не будет, нужно только разработать твой стиль.       — В каком смысле? — не понял Гарри.       — Понимаешь, — начала объяснять она, встав с кресла пройдя к столу. — Зельеварение, несмотря на то что многие считают его искусством, на деле является довольно точной наукой. Существует сотня правил о том, как правильно держать нож, как обрабатывать ингредиенты, что можно трогать, что нельзя, где можно обойтись магией, где запрещено. Чтобы сдать экзамен на подмастерье, от тебя потребуется сварить зелье, которое выпадет в билете, оно может оказаться чем угодно. Одно только можно утверждать с уверенностью, скорее всего, это будет зелье высшей категории. Дело в том, что никто не станет смотреть на твою технику нарезания корней или время затраченное на приготовление зелья. Главной задачей будет получение готового к использованию зелья, даже если оно не будет идеально качественным.       — То есть, моя задача станет справиться с рецептом? — изумился Гарри. Он ожидал чего-то пострашнее.       — Именно так, — кивнула она. — Подмастерье идёт учиться на мастера, обычно, хоть и далеко не всегда. А вот в испытаниях на мастера уже проверяют всё, каждое движение, каждая секунда, причём главным испытанием является новое зелье, которое должен представить новый мастер.       — Не сочтите за ленность или неуважение, но на мастера я не пойду, — сказал Гарри честно, потому что не хотел давать ложных надежд.       — О, это я как раз понимаю, — махнула она рукой, садясь обратно в кресло. — Собственно, поэтому хочу предложить тебе необычную форму обучения. К слову, для удобства, можем перейти на ты.       — Я весь внимание, — ответил Гарри, очень заинтересованно, хотя ещё минут пятнадцать назад настраивал себя терпеть и стараться.       — Выучить все зелья высшей категории невозможно, потому что их там больше трёх сотен, но!.. — она даже палец подняла. — Мы с тобой отработаем основные варианты техник, чтобы ты смог видеть взаимосвязи всех ингредиентов. Не буду врать, это тоже непросто и потребует от тебя некоторых усилий, типа знания ингредиентов, или способности владеть инструментами, но как только мы нащупаем твой личный стиль, то уверена, ты справишься с испытанием.       — В чëм суть того, чтобы найти стиль? — спросил Гарри не до конца понимающий, что именно она имеет в виду.       — Мой опыт общения с зельеварами со всего мира показал мне, что несмотря на точность и порой детальную педантичность этой профессии, каждый зельевар со временем начинает отходить от правил, держит нож, как ему удобно, а не как положено, например. Или к примеру, у меня есть один друг из Австралии, с которым мы вместе защищали звание мастера, так он вообще не пользуется весами, предпочитая взвешивать необходимое количество ингредиентов руками или специальным мешочком. В этом его особый талант, понимаешь, он уверяет, что чувствует так лучше, а взвешивая на весах, даже самых лучших, он чувствует себя неуверенным, отчего приходится перепроверять сто раз. К чему я это. У всех зельеваров с годами появляется свой собственный стиль, особенность, личная методика, используемая для облегчения собственной работы. Я хочу найти твою, при этом не дожидаясь каких-то академических результатов. Ты сможешь варить нужные зелья, как бы интуитивно.       — Это… — в некотором оцепенении произнёс Гарри. — Было бы здорово.       — Но! — перебила его Меда. — У этого способа есть большой минус. Ты не сможешь пойти обучаться на мастера, даже если получишь печать подмастерья. Точнее сможешь, конечно, но придётся начинать всё сначала. Мастера, это буквально ходячие учебники. Однако, если ты уверен?..       — Я уверен, — хмыкнул Гарри. — На будущее у меня другие планы. Зелья всегда были нужны мне, и если мне не придётся каждый раз бегать за помощью ради очередного заживляющего, то это будет восхитительно и сильно облегчит мне карьерные перипетии в будущем.       — Отлично, тогда начнём!       Остальные пять с половиной часов, Гарри варил для Меды кроветворное и взрывной настой. Она выбрала именно их, потому что эти зелья вообще из разных категорий и по способу варки не похожи, да и ингредиенты тоже сильно из разных видов. Гарри даже немного волновался, но когда пришëл момент задействовать секреты Снейпа, Меда его отвлекла заметным энтузиазмом. Оказалось, что эти, казалось бы, мелочи, типа добычи селезёнки саламандры не ножом, а ложкой, очень много значат, поскольку, никто до этого никогда не пробовал доставать ложкой внутренности, ведь это может их размять. Однако, для взрывного настоя, оказалось очень даже можно. Почему? Да потому что считается очень важным именно этот этап приготовления зелья, и наличие нарезанной мякоти в зелье идеально по рецепту, в то время как способ с ложкой, помог увеличить концентрацию влияния на остальные ингредиенты. В процессе кипения селезёнки, смятые волокна пропускают больше мякоти, что является процессом сочным, что в свою очередь, сильно замедляет реакцию. Вытащить селезёнку, ложкой, одновременно так же очевидно и просто, как и гениально.       А когда Меда узнала, чья это собственно идея, то долго смеялась. Ибо по её словам, секреты Снейпа хотели заполучить так много народу, что с годами все уверились в том, что Снейп, чуть ли не секретные ингредиенты растит у себя в подземелье, для того, чтобы его зелья были лучшими, чем у самых именитых зельеваров. А всё настолько проще, что остаётся только восхищаться. Сквозь смех, она сказала, что, кажется, это и есть стиль Снейпа — упростить сложное, чтобы улучшить результат.       За минут десять до полуночи, когда, Гарри должен был вернуться в замок, Меда отложила его зелья в сторону.       — Я внимательно наблюдала за тобой, ещё более внимательно изучу зелья, и к среде попробую понять, как нам действовать дальше.       — Хорошо, — устало разминая спину, ответил Гарри. — Кстати, было интересно, спасибо, я признаюсь, не ожидал.       — Зелья, это в принципе очень интересно, — снисходительно сказала Андромеда. — Просто Снейп умеет уничтожить любой такой интерес на корню, это я по своей дочери знаю. Вообще не понимаю, что он в школе делает…       — Да уж, — хмыкнул Гарри, точно зная, зачем Снейп всё это терпит. — Вот тут вы правы, Миссис Тонкс, Снейп умеет отвадить от зельеварения.       — Если тебе нужно время, то в следующий раз, могу прикрыть, думаю, пару занятий в неделю будет вполне достаточно, — спохватилась она, когда он уже почти вошёл в камин.       — Это отлично, — отозвался Гарри, — Я напишу, как буду знать точно.       — Хорошо, и передавай привет Минерве, — чуть повысив голос сказала Меда, чтобы Гарри расслышал, в заворачивающемся потоке каминной сети.       Следующие четыре недели прошли для Гарри словно на ускоренной перемотке. Уроки, занятия по зельям, тренировки по квиддичу занимали большую часть времени. А по ночам, когда все крепко спали, наслаждаясь отдыхом, Гарри варил поисковое зелье в выручай-комнате. Само зелье готовится всего четыре дня, два из которых оно настаивается. Однако, после третьей неудачной попытки, Гарри сдался и пошёл за помощью к Андромеде.       — Раньше выходило хорошо, — попытался он объяснить. — Но вот уже третий раз сворачивается в процессе настаивания, что не так?       Сварив зелье при ней, Гарри и сам понял в чëм причина, что кстати очень подняло настроение. Оказалось, что в процессе закладывания ингредиентов, Гарри эмоционально волнуясь, выпускал личную магию, практически неосознанно, полностью меняя вектор магии в процессе.       — Не стоит так сильно придавать этому значения, — пояснила Меда после. — У подростков такое случается сплошь и рядом. Именно поэтому до семнадцати лет ведётся контроль за волшебством несовершеннолетних. Магическое ядро нестабильно и слишком зависит от эмоций, гормонов, которые у детей трудно контролируются. По этой же причине мастерами зелий становятся уже в возрасте. Ты например знаешь, что Снейп самый молодой мастер зелий столетия? Он получил звание в двадцать четыре года.       — Поэтому его бесят посредственные результаты студентов? — хохотнул Гарри.       — Он не может понять, почему дети не способны контролировать себя, потому что сам робот без чувств и эмоций, — кивнула Меда, с насмешкой.       — Ну, он же ещё и оклюмент, — заметил Гарри.       — А ты думаешь, тут ситуация другая? — удивилась она, его наивности. — Мастеров разума моложе шестидесяти вообще не существует. А он мог им стать, если бы пошёл на мастера. Говорю же, ледышка, никаких эмоций.       — Интересно… — пробормотал Гарри.       — Так, зачем тебе поисковое зелье? — спросила она, отвлекшись.       — Если я скажу что ищу путь к победе над Волан-де-Мортом, ты сможешь воздержаться от вопросов и сохранить в тайне? — с лукавой улыбкой спросил Гарри.       — Пытаешься найти кого-то конкретного? — спросила она подумав. К счастью, не отреагировав на чëрное имя.       — Вроде того, — ответил он неопределённо.       — Я помогу, если ты заверишь меня, что не подвергаешь себя излишней опасности, — сказала Андромеда, предельно серьёзно. — Что действуешь не в одиночку. Дамблдор в курсе?       — Дамблдор ждёт, что я стану солдатом в грядущей войне, — ответил Гарри искренне веря, что она поймëт. — Я же планирую эту войну предотвратить. Но, я не один. Считай, что это орден Феникса 2.0, только на этот раз он действительно тайный.       — Альбус спрашивал о тебе… — задумчиво призналась Меда. — Я сказала, что ты готовишься к войне. Пойми меня правильно. Для многих война началась всего год назад, для ещё большего количества людей, никакой войны нет. Но для некоторых она длится всю жизнь, всё что до этого происходило привело лишь к тому, что теперь всё необходимо начинать сначала, причём на остатках сил. Ты надежда сотен магов, хоть многие и отрицают это сейчас. Но конкретно я доверяю тебе. И если ты говоришь, что знаешь способ победить тихо, то я тебя поддержу. Никому не хочется отдавать своих детей в пекло.       — Понимаю, — кивнул Гарри и улыбнулся немного грустной улыбкой. — Спасибо за помощь, снова.       Уже к следующему занятию, после выходных зелье было готово. Они с Андромедой договорились, что в среду, он перенесясь к ней, сразу отправится на поиски, очень надеясь на зелье, она же его прикроет перед всеми.       Однако, утром в среду, Гарри вместе с одногруппниками, проваливаясь по колено в снег, покрывший весь двор замка, шëл в очень не радостном настроении. Потому что поисковое зелье не сработало. Буквально ничего не показало. Гарри понимал, что эта затея может не увенчаться успехом, однако, всё равно был жутко разочарован. На данный момент поисковое зелье было единственным планом по поиску крестражей.       — Чего ты такой мрачный с утра? — пробурчал Рон, на которого Гарри уже пару раз за утро срывался. Удивительно, как он ещё не обиделся после этого. Герми он вообще избегал, чтобы на эмоциях не сказать чего-нибудь грубого.       — Плохо спал, голова болит, — недовольно ответил Гарри, продолжая бороться со снегом.       Гермиона, взмахнув палочкой, немного расчистила путь. Идти стало легче, но вот бурлившие эмоции вложить было теперь некуда. Он даже притормозил, чтобы подышать холодным воздухом, для успокоения. Спал он в последнее время действительно хреново. Навязчивые сны становились глубже и реалистичнее с каждым днём. А шрам болел теперь уже почти постоянно, будто кто-то каждое утро вырезал его на лбу заново. Эмоций контролировать получалось всё хуже. Иногда они так зашкаливали, что приходилось прикладывать немало усилий, чтобы держать себя в руках. Ни о какой собранности и речи не шло. А после разговора с Медой, Гарри всерьёз засомневался в своей способности противостоять натиску Волан-де-Морта на разум. Сейчас он не закрывался специально, ибо ждал того самого момента, когда он обязан спасти Артура Уизли. Это было важно, а потому был готов потерпеть. Потом же он собирался запечатать свой мозг за окклюментивный щит. Только вот, сможет ли? Большой вопрос, добавляющий нервозности, которая и так через край льëтся.       Что делать дальше, он просто не знал. Тупик. Как найти кольцо? Всё, что он знал, это название деревеньки Литтл-Хэнглтон, где жил отец Реддла со своими родителями. Дом Мраксов, где-то неподалёку. Из воспоминаний он помнил примерное местоположение. Вниз с холма несколько миль, на окраине чащи. Дом даже не под чарами ненаходимости, поскольку расположен в местах болот, что не представляют интереса для магглов. Но этих воспоминаний было недостаточно для аппарации. Можно попытаться найти это место через магглов, только мысль начинать всё с начала бесила ещё сильнее.       Единственный способ, который Гарри знал, это довериться удаче. Интуиция, его главное оружие, всегда так было, с самого детства. Просто расслабиться и найти помощь из окружения. Звучит глупо? А вот Андромеда заверила его за этот месяц, что это совсем не так. Поиск стиля привёл её к такому выводу. Она учла тот факт, что зелья, которые Гарри освоил сам в разные периоды жизни, получались хорошо, только благодаря интуиции и в некотором смысле направленной удаче. Если проще, то Гарри так сильно желал успеха, что интуитивно действовал правильно, что и отложило рецепты в его голове.       В течении занятий, Гарри не раз вспоминал, какая она была замечательная бабушка для Тэдди, потому что умела подходить к информации нестандартно. Так и с ним, она нашла способ вложить в него знания так, чтобы он запомнил их на подсознательном уровне. Вместо академического заучивания ингредиентов, их свойств и особенностей, она разделила их все на категории, и объясняла путём моделирования ситуаций. Например, лимонная мята входит в категорию успокаивающих трав. При рассмотрении всех трав этой категории можно заметить кое-что похожее, что позволит отделить травы этой категории от остальных категорий, все они имеют запах приятный, навивающий спокойствие. При добавлении этих ингредиентов в зелья, они не конфликтуют с другими составляющими, а наоборот скрепляют их, смазывают петли в основном механизме и приносят мир во вселенной котла.       Или наоборот, иглы дикобраза или кровь саламандры, казалось бы, непохожие друг на друга внешне, на самом деле имеют схожие отличительные черты. Личная магия интуитивно показала Гарри, что их как бы стоит опасаться. Какое-то шестое чувство одинаково настороженно требует внимания и сосредоточенности. А всё потому, что конкретно эти ингредиенты очень конфликтные, и мало с чем имеют совместимость, как дикие животные. Чуть-чуть неверный взгляд, и ты разорван на куски когтями взрыва. Такие ингредиенты можно усмирить только выверенной дрессировкой, по научному — катализатором. То есть ингредиентами из категории жёстких. Кора дуба или рог двурога, они сложны в обработке, потому что имеют характер, требуют особого отношения, на уровне вип-клиентов.       Каждой категории ингредиентов Меда задала характер, присущий живому существу, и Гарри действительно понял, как это может работать, ведь теперь даже не имея понятия о рецепте, он никогда не смешает ингредиенты так, чтобы это привело к расплавленному котлу, взрыву или свëртыванию. А зная даже примерный рецепт, уже был способен интуитивно, опираясь на взаимоотношения корешков и порошков понять, что делать.       Конечно, для варки зелий этого мало, но это начало, и имея свой собственный стиль, который Меда обозвала — «На ощупь», Гарри мог осваивать даже самые сложные зелья в разы легче, а главное информация оставалась в голове, на каком-то подкожном уровне. По словам мастера, немного практики, отработки навыка и глубокого знакомства со всеми перипетиями общения ингредиентов друг с другом, и Гарри сможет осилить испытание на подмастерье.       Вот и сейчас, он искал подмогу в собственных поисках, в других людях. Обязательно, кто-то, что-то скажет, что позволит ему "на ощупь" найти решение. Правда, пришлось отложить свой гениальный по своей абсурдности план на некоторое время, потому что на уроке по уходу за магическими существами, на который они собственно тащились по свежему ноябрьскому снегу, пришла инспектор Хогвартса собственной персоной.       Хагрид, до этого, с большим энтузиазмом демонстрирующий студентам фестралов, резко растерял всю свою уверенность под натиском полного отсутствия уважения к нему, как к преподавателю.       — Ну так… Это… — Хагрид, сильно нервничая, снова повернулся к студентам. — Хм… О чëм я говорил?       — По видимому… Легко теряет… Нить изложения, — по буквам пробубнила Амбридж, записывая это в свой блокнот, недостаточно тихо, чтобы кто-то не смог услышать.       Гермиона очень раскраснелась и просто пышала негодованием. Гарри только положил ей руку на плечо для поддержки. Он её очень понимал. Хагрид мог быть кем угодно, наивным лесничим, преподавателем, плохо расценивающим риски, полувеликаном, но он всегда оставался их самым близким другом. И у Гарри также ëкало в сердце, когда он наблюдал за растерянностью друга, от столь жестоко троллинга на глазах у всех.       — Ага, ну да, — попытался Хагрид взять себя в руки. — Я хотел рассказать вам, как мы обзавелись этим табуном. Начали мы с одного самца и пяти самочек. Этот значит, зовëтся Тенебрусом, мой любимец, первый родился здесь в лесу…       — Вам известно, — перебила его Амбридж, так громко, будто Хагрид был глухой. — Что министерство магии отнесло фестралов к разряду опасных?       Хагрид неожиданно рассмеялся.       — Они не опасны. Конечно, куснуть тебя могут, если ты им шибко досадишь.       — Проявляет… Признаки… Одобрительного… Отношения к насилию… — снова застрочила Амбридж.       «И ведь даже не стыдно, сучка!» — невольно подумал Гарри.       — Да, полно вам! — забеспокоился Хагрид. — Ведь и собака может укусить. А у фестралов плохая репутация из-за всяких разговоров про смерть. Просто плохие приметы, только они всё выдумки, верно ведь я говорю?       Амбридж не ответила, по её лицу было видно, что она уже получила, что хотела. В её глазах так и блестели рождественские огоньки.       — Пожалуйста продолжайте занятие. Я похожу среди учеников, задам пару вопросов, — сказала она громко и членораздельно, как глухонемому.       У Герми уже слëзы на глазах выступили. Но Гарри правда не представлял, чем помочь. Амбридж ещё до приезда Хагрида решила, чем закончится эта инспекция, и никакие слова тут не помогут, разве что терапия с колдопсихологом для злобной жабы. И то, не факт. А если Гарри рот откроет, то всё может обернуться ещё хуже.       — Ну, так вот… — продолжил Хагрид, стараясь вернуть нить лекции. — У фестралов много хороших качеств…       — Как вам кажется? — громко заговорила Амбридж, словно вообще не слышала Хагрида. — Вы в состоянии понимать речь профессора Хагрида?       — Нет, — глупо хихикая, ответила Паркинсон. — Потому что это, по большей части, больше похоже на рычание.       Хагрид покраснел, а слизеринцы засмеялись. Гарри же крепко зажмурился.       «Это всего лишь дети! Всего лишь дети!» — как мантру повторял про себя Гарри. Эмоции снова накрывали с головой, он даже не заметил, что слишком сильно сжал плечо Гермионы.       — Гарри, — зашептала она тихо. — Оторвëшь мне руку.       — Ой, прости! — сказал Гарри и бездумно чмокнул её в плечо, которое сжимал, как делал сотни раз в будущем. Только вот, раньше в этом жесте была лишь забота, как о сестре, но в этот раз, какой-то электрический разряд дëрнул, что-то в животе.       Гермиона резко отвела взгляд, Гарри судорожно вздохнул и тоже отвернулся, хотя и успел заметить, какой-то насмешливый взгляд от Рона.       Это снова произошло, слишком странная реакция на Гермиону. Словно организм забыл, кто она для него. Его жена Джинни, он не может чувствовать такое к своей лучшей подруге, как-то сложно для восприятия. Раньше ведь такого никогда не случалось. Неужели, то что Гарри видит каждый день Джинни здоровую и счастливую недостаточно, чтобы думать только о ней? Или это гормоны заставляют его реагировать на всех женщин в личном пространстве, в котором бывает только Гермиона? Но в тот вечер после СОВ, Джинни буквально спала в его объятиях, однако, такой яркой реакции не было, было приятно тепло, но и только. Гарри решил, что возможно дело в том, что Джинни ещё слишком мала, и воспринимается, как опекаемая, но почему Герми-то? В любом случае, Гарри стал внимательно вслушиваться в лекцию, чтобы отвлечься, чтобы разобраться с женщинами, никакая интуиция не поможет.       — Да, хорошие качества фестралов, - продолжал Хагрид. — Когда ты их приручил, как этих, ты уже никогда не заблудишься. Они изумительно ориентируются, только скажи им, куда тебе надо…       — Ага, если они понимают твою речь, — перебил его Малфой, после чего они заржали.       Амбридж только снисходительно усмехнулась, и начала задавать абсолютно бестактные вопросы Невиллу. Хагрид совсем затих, перестав вести лекцию, которая превратилась в форменный бардак, но он уже сказал достаточно. По крайней мере для Гарри.       «Никогда не заблудишься… Только скажи, куда тебе надо… Ну, конечно! Это же идеально простой выход!»       Он полетит в Литтл-Хэнглтон на фестрале!!! Конечно, есть вероятность того, что фестрал понятия не имеет, где это, но ведь они когда-то прилетели в Лондон к общественному входу в Министерстве, именно в маггловской части. Вероятность, что всё получится, стремиться к абсолютной в этом уверенности. Гарри захлестнуло невероятное возбуждение. Он даже заëрзал на месте.       — Спокойно, друг, она уходит, — тихо сообщил Рон. Амбридж и вправду ушла, после чего лекция продолжилась более-менее нормально, если не считать тихо бормочущую ругательства Гермиону, в сторону подлой, лживой, старой ведьмы. Гарри же, на радостных эмоциях от найденного решения, казались эти ругательства забавными из уст всегда такой правильной и тактичной Гермионы. Рон сначала поддакивал, но вскоре стал хихикать на пару с Гарри, отчего они получили по подзатыльнику вместе, со звонком с урока.       — Я больше не могу держать это в себе, — заявила Гермиона, по дороге в замок после урока.       — Не стесняйся, тут все свои! — крикнул, мимо проходящий Теодор Нотт, сильно куда-то спешащий.       Герми поморщилась и замедлила ход, после чего заговорила в пол голоса.       — Сейчас она устранит Хагрида, потом Трелони, потом ещё кого-то, — говорила она убеждëнно. — Студенты и так все расхолаженные ходят, а тут ещё все дружно готовятся провалить СОВы по защите от тёмных искусств.       — Ты это к чему? — спросил Гарри тоже шёпотом, хотя они уже были достаточно далеко от остальных.       — Я это к тому, что нам пора начать готовиться самостоятельно, и не только к экзаменам, но и к тому, что нам предстоит рано или поздно, — пояснила Гермиона.       — Нам ничего не предстоит, — без особых эмоций ответил Гарри, он-то всерьёз надеялся, что предотвратит войну до того, как она войдёт в горячую стадию.       — Одевай в таком случае розовый бант! — в пол голоса рявкнула на него Гермиона.       — Ахаха-ха, — расхохотался Рон на всю округу. — Герми, ну зачем? Всю серьёзность момента убила, как я теперь смогу тебе помочь его уговорить, если я буду представлять его с бантом на голове.       — Она его на шее носит, — не сдержала улыбки Гермиона.       — Ну извини, моё воображение другое показывает, — икая от смеха, ответил Рон.       Тут-то до Гарри и дошло, что она говорит про ОД. Гарри вообще удивился, как раньше об этом не вспомнил. Если судить по воспоминаниям, то ОД появился ещё до Хэллоуина. А здесь ничего такого не было. На дворе преддверие декабря, и только сейчас всплывает эта идея.       — Мы с Роном много говорили на эту тему, — упрямо продолжила Гермиона. — И он со мной согласился. А потом согласились все с нашего курса, а потом и многие ещё выразили желание поучаствовать. Короче, мы хотим, чтобы ты обучал нас защитным заклинаниям.       Она замолчала, закончив на торжественной ноте, и выжидательно на него уставилась, полностью остановившись посреди двора.       — Когда вы успели всё обсудить и сговориться? - удивлëнно спросил Гарри.       - По правде говоря, уже давно, - немного извиняясь, ответила Гермиона. - Не хотела отвлекать тебя от экзамена, который, кстати, и привёл к нам в группу большую часть студентов. Потом ждали подходящий момент для разговора, но ты всегда такой напряжëнный, что...       - Гарри, - перебил её Рон, настроившись на речь. - Ты единственный на курсе, кто сдал СОВ, да ещё и на превосходно, и многие прекрасно осведомлены о твоих заслугах. Мы правда хотим учиться у тебя. Это отличная идея, поверь. Не важно, ждёт нас война или нет, на самом деле, но мы в любом случае хотим быть способны защитить себя и близких. Только способные помочь друг другу, прикрыв спины, мы справимся с надвигающейся опасностью.       "Надо же, действительно речь..."       С какой стороны ни глянь, а возразить нечего. Ведь даже, если Гарри удастся победить, не прибегая к полномасштабной войне, то это всё равно необходимо. Гарри помнил, что многие погибли, ещё до войны, опасность уже существует, а впереди рождественские каникулы, которые студенты проведут вне безопасной школы, а потом лето, а потом вообще никакая Трелони не скажет наверняка.       Но, в некотором смысле, это так не вовремя, Гарри и так зашивается в собственном расписании. Взять на себя ответственность ещё и за толпу студентов. А надо ли?       - Слушай, - нахмурив брови, наконец, ответил Гарри. - Мне нужно на занятие к Андромеде, но я подумаю и скажу ответ вечером, ладно? Но я пока не могу обещать.       - Понимаю, - кивнула Гермиона.       - Надеюсь, ты согласишься, говорят слизней сам Снейп тренирует, не хотелось бы опозориться перед этими идиотами, - задумчиво закончил разговор Рон, продолжив движение к замку.       - Чушь, вот ему больше заняться нечем, - пробормотала Гермиона, тоже разрядившись. Дальше начался спор между ними, такой привычный и почему-то успокаивающий, будто ничего в этой жизни не меняется.       Ровно в половину пятого, Гарри направился в кабинет МакГонагалл, чтобы отправиться в дом Тонксов. Он полностью подготовился: несколько зелий, клык василиска, холщовый мешочек, перчатки из драконьей кожи и мантия-невидимка, конечно. Однако, по дороге он размышлял о том, что сказал Рон. О том, что справиться можно только прикрывая друг друга, держась того, кому можно доверять. Гарри всегда был один, в том смысле, что он никогда не пытался прибегнуть к помощи опытных взрослых, даже тех кому доверял. Да, с ним всегда были друзья, но по сути они были одни, бросая вызов в лицо опасности вместе, с голыми спинами. К чему это привело? А к тому, что он сейчас здесь, и делает всё заново, исправляя ошибки.       Резко развернувшись, Гарри пошёл в другую сторону, в сторону подземелий. Потому что пора разорвать этот его личный цикл. Он не один, и больше не останется один. На этот раз у него есть тот, кто готов прикрыть его спину.       На полпути к кабинету Снейпа, Гарри наткнулся на очень занимательный разговор. Это были определëнно слизеринцы, хотя кого ещё можно встретить так глубоко внизу не в учебное время.       - Что, Драко? Больше не знаешь, что ответить? - сказал Теодор Нотт. - Непросто было застать тебя без охраны, но похоже Крэббы и Гойлы получили отмашку, что больше не обязаны тебя опекать, а иначе как объяснить их частое отсутствие.       - Да, что ты понимаешь, придурок!?! - ответил Малфой резко, хотя Гарри достаточно хорошо знал того, чтобы распознать отголоски страха в его голосе. - Тень, о которой ты тут так бездарно распыляешься, лишь в твоей голове. Дай только время...       - Время на что? - рассмеялся Нотт, а по смешкам Гарри понял, что он там совсем не один. Тихонько выглянув из-за угла, он увидел удручающую картину. Как минимум восемь старшекурсников стояли перед Драко, грозно скалясь. Очень похоже на херовую ситуацию.       - Иди Нотт своей дорогой, - сказал Забини, очевидно единственный на стороне Драко здесь.       - Тебя не спросил, сын чëрной вдовы, - пренебрежительно кинул ему Тео.       - Просто иди к чёрту, пока не пожалел, - кинул Драко, в защиту друга, который похоже не мог ничего больше ответить.       - В этот раз, ты так просто не прогонишь меня, теперь настало моё время, - оскалил Нотт свои идеальные зубы. А потом, словно отдал приказ. - Берите его!       Вот теперь дело плохо, потому что началась очень неравная потасовка. И заклятья свистели совсем не безобидные, более того, за многие из них светил Азкабан. Гарри понимал, что Малфоя и Забини просто размажут по стенке, а потом скажут, что так и было. Необходимо было вмешаться.       Гарри вышел из-за угла, но нападать сразу не стал, чтобы выглядело так, будто он вообще случайно попал не в то место, не в то время. Уворачиваясь от лучей, он подобрался ближе, после чего без особого труда раскидал всех участников отталкивающими чарами, чтобы не навредить серьёзно. Всё же говняное воспитание, да сложные отношения между ними не отменяли тот факт, что перед ним дети.       Гарри не тронул только Малфоя и Забини, которым и так досталось. А потом чтобы собственно запутать следствие, Гарри громко начал нести ахинею.       - Напали толпой на одного, да как вы могли? - чуть истерично заявил он, чтобы они подумали, что он сам решил, будто драка была не между ними, а нападение на него. - Вы меня преследовали, я обязательно нажалуюсь старостам!!!       Это надо было видеть лица Малфоя и Забини! Просто картина маслом. Они-то точно поняли, что он их защитил только что, ведь всё что в них попало от Гарри - это лëгкая щекотка, в отличии от остальных, которые, как последние крысы, уползали с места преступления.       Собственно их побег объяснялся просто. На горизонте показалась чёрная длань Немезиды. Снейп словно на крыльях ночи летел на помощь, или не на помощь, сейчас уже не важно, главное мини битва закончилась без последствий.       - Какого дьявола здесь происходит? - рявкнул беспокойный декан. - Чего вы орëте, Поттер?       - Малфой и Забини напали на меня в коридоре, - не моргнув глазом, соврал Гарри.       Снейп, коротко осмотрел покоцаных змеек, ошалело пялившихся на своего спасителя, и невредимого Гарри, а потом яростно раздувая ноздри, повернулся именно к нему.       - Драки в коридорах школы запрещены, - процедил он сквозь зубы. - Десять баллов с Гриффиндора. Малфой, Забини, идите в гостиную, разберусь с вами позже.       Забини и Малфой молча пошли в сторону центрального коридора подземелий, при этом не сводя с Гарри шокировано-напряжëнных взглядов. Как только они ушли, Снейп снова повернулся к нему, многозначительно выгнув бровь.       - Нотт тёмную устроил этим двоим, - сразу выдал всех с потрохами Гарри.       - Все живы? - ровным, как скальная порода голосом спросил Снейп, при этом так бегая глазами, что Гарри ухмыльнулся.       - Помял чуток, царапин даже не оставил, - заверил Гарри. Снейп сразу расслабился.       - Баллов не верну, - категорично заявил Снейп, будто из вредности.       - Приятного аппетита, - съехидничал Гарри, фыркнув. - Не знаете случайно отчего Малфой больше не в фаворе?       - Дело в Люциусе, - поморщился Снейп. - Тëмный лорд отчего-то решил, что именно он виноват в том, что вас допустили до экзаменов.       - А он разве не финансами заправляет? - удивился Гарри. - С чего он должен был узнавать о комиссии? Или дело в том, что он крутился в министерстве, но ничего не узнал об этом, а потому и дурак?       - Узнал, но слишком поздно, - ответил Снейп, ухмыльнувшись. - Но в целом, вы верно поняли. Люциус потерял некоторую доверенность от лорда, Нотт старший фактически занял его место.       - Ясненько, повышение, - сморщил нос Гарри. - Похоже Драко предстоят не лучшие времена...       - Вы разве не на "занятиях"? - с чуть заметным сарказмом спросил Снейп.       - Как раз шёл, чтобы вас пригласить, - уже более серьёзно сказал Гарри, надеясь, что намëк прозрачен.       - На свидание или на уроки по зельям? - спросил он насмешливо, но потом мрачно добавил. - Надеюсь на свидание, иначе я вас ударю.       - Прогуляться, - снова хохотнул Гарри. Он стал получать удовольствие от общения, с когда-то таким ненавистным человеком. - Обещал же, что один не полезу в пасть василиску.       Снейп резко подобрался и стал внимательно вглядываться в него, ища подтверждение своим мыслям.       - Вы нашли ещё? - спросил он с надеждой. - Третий?       - Почти уверен, что да, там ещё проклятье заковыристое, так что один немного очкую, - сказал он, кивая, как болванчик. Снейп, чуть поморщился над выражениями Гарри, но промолчал. Видимо, очень разволновался.       - Куда? - только и спросил он.       - Это сложно объяснить, - с лëгкой досадой ответил Гарри. - Я вернусь за вами сюда к пяти, встретимся на опушке, со стороны загонов с фестралами. Там всё и объясню.       Снейп чуть прищурился, но снова промолчал, похоже опасаясь, что Гарри передумает его брать с собой, раз не говорит конкретного места. Гарри же действительно было сейчас лень объяснять, и про Реддлов, и про Мраксов, а уж про фестралов вообще. Да и времени было в обрез, он уже опаздывал к назначенному часу.       - А да, и возьмите с собой, то волшебное шипучее зелье, может пригодиться, - сказал Гарри, уже начиная движение в сторону лестницы наверх.       - Это был яд василиска, чистый и без примесей, - ответил он, с едва заметной гордостью. Хотя оно и понятно, обработать и очистить яд не самая простая задача.       - Собственно, я так и подумал, - крикнул он, потому что отошёл уже достаточно далеко, - Не забудьте, на опушке леса, я буду в невидимом...