Цикличность.

       Несколько лет спустя...

Душно...       В кабинете Люциуса было нестерпимо тесно. Хотелось раскидать многочисленные коробки с документацией и открыть окно. Только погода была не летней, а переезд предполагает порядок и сосредоточенность. Накопившаяся макулатура от десятков бизнесов и дел рода, оказалась больше, чем он думал. Но, Нарцисса права, пора что-то менять в жизни, включая привычные устои семьи. Счастье сына значило для него гораздо больше, чем кто-либо мог предположить. Пусть его выбор и не нравится ни лорду, ни леди, очень накрученной в последнее время. Оно и понятно, новая миссис Малфой сводила с ума старших представителей семейства своей безумной расхлябонностью и пренебрежением к устойчивому быту.       Может быть, будь выбором Драко кто-то более ожидаемый, например, воспитанная в традициях леди из их общества, было бы проще. Да, даже если бы это была не чистокровная, но самая обычная девушка, Люциус бы всё равно нашёл бы компромисс. В конце концов, можно было бы купить хороший отдельный особняк для молодых и встречать молодую чету на выходных в меноре. Собственно, так они и поступили прошлым летом, когда Драко женился на мисс Лавгуд. Было дорого, пафосно и красиво. Весь цвет общества пришёл поздравить их. О чём ещё можно мечтать? Молодые, невидящие ничего, кроме друг друга, переехали в свой дом, а их визиты были иногда странными, но в целом оставляли позитивное впечатление. Полумна не была образцом элегантности или даже банальной вежливости. Часто забывала о субординации, могла не ответить на прямой вопрос и постоянно хихикала, когда Люциус или Нарцисса пытались привить ей хотя бы базовые навыки этикета. В противовес, Драко успешно невелировал любую неловкость или странность, часто отвечая за неё или поясняя непонятные высказывания своей жены. И если для Люциуса было нестерпимым раздражителем любое личное общение с девушкой, то Драко, казалось, ловит каждый её вздох. Пожалуй, это тот самый факт, что заставлял беспокойных родителей мириться со всеми неудобствами.       Однако, чуть больше полугода назад, едва вернувшиеся с медового месяца молодожёны, принесли новость, которая одновременно вознесла Люциуса к высшей точке эйфории, но при этом принесла столько мёртвых нервных клеток, что он уже и не знал, как управлять собственным эмоциональным фоном. Незамутнённое счастье и гордость сплелись с зашкаливающим возмущением и раздражением в такой тесный клубок, что он возненавидел собственную одежду, так тесно было внутри себя. Впервые на своём веку, он проклинал собственное воспитание, потому что нутро разрывало от желания выйти на площадь и смачно выматериться под сонорусом или даже подраться.       Фееричная новость состояла в том, что молодая миссис Малфой понесла, и совсем скоро по менору побегут маленькие ножки, со, скорее всего, неуёмной белокурой головой. И эта новость сама по себе великолепна, но вишенкой на торте оказалось ещё кое-что. Неожиданно выяснилось, что род Лавгудов намного древнее, чем принято считать. Более того, род силён и наделён дарами, а репутация рода чиста перед магией, что позволило смешению генов Малфоев и Лавгудов не только приумножить силу обоих родов, но и очистить род Люциуса от скверны прошлых поколений. А главное снять проклятье одного наследника. Потому счастливые дедушка и бабушка ожидали, в скором времени, внучку, чего не случалось в родовом гнезде Малфоев уже две сотни лет.       Только вот, были и сложности, сопутствующие столь щедрому подарку магии. Полумна нуждалась в поддержке родового камня рода мужа, то есть Драко. Собственно, потому они и затеяли столь масштабные перемены. Почти два месяца Нарцисса перестраивала правое крыло Менора, чтобы вместе с Люциусом полностью освободить левое для Драко и Луны. Им нужно было хоть какое-то разделение, ибо в первые же дни проживания Луны в меноре показали, что в одном пространстве они жить не смогут. Слишком уж разные представления о быте сложились в семьях Малфой и Лавгуд. Хотя Драко успешно перестроился под нужды жены, сохранив собственную индивидуальность и уважение к родителям. Хотя этому Люциус совсем не удивился. Драко - его главная гордость. Настоящий слизеринец, самый гибкий из всех ему известных магов. Он абсолютно точно осознавал, что всё в этой жизни могло закончится плохо. И своим положением сейчас, да даже собственной жизнью, он обязан тому, что его сын проявил чудеса гибкости и смелости, правильно, а главное вовремя, найдя способ перейти на нужную сторону в войне. Конечно, сам Драко с этим не согласен, и твёрдо стоит на том, что их всех, и его в частности, спас именно мальчишка Поттер. Может, в каком-то смысле так и было, только вот нужно обладать поистине слизеринским чутьём, чтобы даже в таком ужасном положении, в котором был Драко, заметить возможность, продумать риски, и не побояться действовать. Короче, достойному наследнику, Люциус вознамерился обеспечить достойную жизнь. А внучка будет наградой за труд.       К слову, Нарцисса, умничка, тоже прекрасно всё понимала, а потому очень старалась поддержать мужа, успокоить, настроить на позитивный лад, особенно в моменты особого раздражения.       - Прекрати морщиться, морщины появятся, - спокойным, ласковым голосом сказала женщина, заметив его отражение в зеркале, в которое смотрелась, поправляя причёску, просто стараясь себя чем-то занять. - Сегодня эльфы закончат переезд. Твой кабинет готов и вдвое больше этого. Осталось немного потерпеть. Здесь начнёт обживаться Драко... Так что, всё хорошо.       - Конечно же, ты права, моя дорогая, - сдержанно ответил мужчина, немного расслабляясь в кресле. - Однако, эльфам не поручить разобрать все бумаги и стематизировать, а меня эта перспектива не особо вдохновляет. К тому же, сама понимаешь... Жить придётся с мисс "я ничего не слышу, если не хочу!". Хоть и в разных крыльях менора.       - Не стоит так драматизировать, - отложила зеркало женщина. - Луна, хоть и слегка своеобразного склада характера, всё равно очень милая девушка. Она не высовывается на открытых мероприятиях, не отсвечивает в скандальный прессе. Особых проблем с ней на внешнем плане жизни нет. К тому же, она очень ласкова с Драко. Вот увидишь, пройдёт некоторое время, её дар потеряет сырость и оформится более основательно, тогда и разум подуспокоится.       - Очень надеюсь, что ты окажешься права! - мысленно воздевая руки к небу, ответил Люциус, слегка улыбнувшись жене.       Правда улыбка мгновенно испарилась с его лица, потому что в это мгновение в дверь постучались.       - Можно? - спросил Драко, слегка приоткрыв дверь.       - Разумеется, теперь это твой кабинет, - ответил Люциус, вставая с кресла, чтобы поприветствовать сына.       Глаза наследника заблестели довольством, и даже каким-то энтузиазмом повеяло в его позе, когда он полностью вошёл.       - Рад вас видеть мама, отец, - со сдержаной улыбкой ответил парень, просто таки лучившися жизнью из самого нутра. Драко вообще изменился после свадьбы. Стал более раскрепощённым, уверенным в себе. Даже его шаги приобрели особую пружинистость, что делало его вид абсолютно удовлетворённым жизнью. Люциус предполагал, что дело не только в молодой жене, но и новом окружении, что принесла девушка. В любом случае, это давало ежедневной рутине наследника рода особую успешность в делах. - Мы с Луной прибыли посмотреть крыло и дать указания на переделку. Вы ведь переезжаете сегодня?       - Уже через пару часов, - ответила Нарцисса, счастливо смотря на сына, наслаждаясь его видом и расслабленной статью. - А где Полумна?       - О, она уже в коридоре ждёт, когда вы будете готовы присоединиться, - ответил он, словно бы легкомысленно. Только вот его воспитывали отец и мать в равной степени трепетно и строго, а потому сразу уловили двойное дно. Луна, очевидно не захотела даже заходить с Драко для приветствия, как того требует этикет, а Драко замаскировал это просто игрой слов. Люциус приложил немало усилий, чтобы не поморщиться, лишь уловив предупреждающий взгляд жены.       - Что ж, тогда не станем заставлять её ждать, - чуть скованно ответил мужчина.       К слову, Полумна была совсем недалеко. Она стояла и задумчиво рассматривала портрет одного из Малфоев на стене коридора, прямо возле кабинета, ласково наглаживая свой округлившийся животик. Выглядела она удовлетворённо и красиво, удивительно гармонично вписавшись в интерьер. Люциус даже немного успокоился, заразившись этим умиротворением. Пока она рот не раскрыла, конечно.       - Портретам не место в коридорах, нужно перенести его куда-нибудь в гостиную, например... - тонким голоском сказала она, посмотрев на Драко, фактически проигнорировав присутствие родителей.       - Малфоям вполне удобно будет в голубой гостиной, - спокойно ответил Драко, преобразившись в воплощение нежности, при виде девушки.       Только потом она обратила внимание на мужчину и женщину, очень радостно улыбаясь, поприветствовала. И пока Люциус давил в себе очередной приступ раздражения, Нарцисса скользящим движением взяла его за руку, одновременно давая силы и предупреждая держать лицо.       Прежде чем они отправились дальше по коридору, принимать решения по изменениям в меноре, которые скорее всего не понравятся Люциусу, Луна попросила Драко взять цветок в большом горшке, что был незамечен ранее, но стоял возле девушки.       - Вы хотите поставить это в оранжерее? - в лёгком ужасе спросил Люциус, разглядывая явно агрессивное растение с большими кусачими бутонами. Драко же, будто не понимая отвратительности этого цветка решительно поднял горшок с пола, обхватив его двумя руками, хотя он точно был тяжеловат для одного человека.       - Это Говард, он будет жить с нами, - как-то радостно сказала Луна, погладив самый огромный бутон по бледно розовым лепесткам. Цветок резко захлопнул пасть и словно приластился к её ладони, как уродливый котёнок. - Мне его папа на день рождения подарил.       Потом они двинулись дальше, почти молча. Ибо говорила только Луна, озвучивал всё что видит. "Большой шкаф!", "Витражное окно!", "Итальянские ковры!". Зачем она всё называла непонятно, но никто не возражал. Драко старался справиться с тяжёлым горшком, Люциус с ругательствами, а Нарцисса с Люциусом.       - Какая крупная золотая лепнина! Абсолютная безвкусица, мы же уберём это? - спросила она, но в её голосе не было капризного тона, наоборот будто восхищённый. Люциус же едва не задохнулся возмущением. Причём сама лепнина его не волновала, но её сюда заказала Нарцисса. А вот описание предпочтений Нарциссы назвать безвкусицей, как раз и было чем-то выбивающим терпение напрочь.       - Спокойно, Люци, - тише зашептала Нарцисса, успокаивающим тоном. - Это их дом, пусть делают как нравится именно им, не стоит так резко реагировать.       Не то чтобы Люциус возмущённо топал ногами или даже успел что-то возразить, но его выражение лица было более чем красноречивым, чтобы Нарцисса даже сменила невербальную поддержку на вербальное давление.       - Для тебя... Всё что угодно... Милая... - задушенно и с перерывами ответил Драко, который не только нёс горшок, но ещё и был вынужден извиваться, аки змея, чтобы иметь возможность увернуться от кусачих бутонов, так и наровившим откусить ему ухо или нос.       Они как раз подходили к оранжерее, когда со входа послышались громкие шаги.       - Доставка! - крикнул высокий, безумно красивый мужчина с весёлым взглядом и чуть небрежной причёской, которую сейчас предпочитали носить самые любвеобильные представители мужской части волшебного сообщества.       - Кузен! Какими судьбами? - обрадовалась Нарцисса, тепло обнимая Сириуса Блека, после того как он левитировал огромную коробку ко входу в оранжерею.       - Привёз посылку молодых, для переезда, Луне же не стоит особо колдовать сейчас, - ответил он, пожав руку Люциусу, с которым наконец-то стали складываться какие-никакие отношения.       - Супер, спасибо огромное, - обрадовался Драко, но почти сразу скрылся за дверью оранжереи, собираясь наконец избавиться от своенравного цветка.       Луна уже вовсю рассматривала довольно большую площадь комнаты, почти полностью окружённую окнами в пол.       - Вот сюда и поставим, самое лучшее место. Цветы тут потрясающе красивые, - сказала она, улыбнувшись Нарциссе самой невинной улыбкой в мире.       - А что это такое? - с любопытством спросила женщина, потому что принёс её Сириус, а значит прямиком из маглловского мира.       - Так, это качели, - легко ответил Сириус, как только и Луна скрылась внутри комнаты. А потом он ещё загадочно захихикал. - И место для них, просто огонь!       - Качели? - удивилась Нарцисса. - Луна, конечно, выглядит всегда максимально невинно, но качели это по-моему перебор. Ей же не пять лет. Или это для будущего ребёнка?       - В каком-то смысле... - фыркнул Сириус. - Только не для детей, а для их зачатия.       - В каком, говоришь, смысле? - застыв в неловкости, переспросила Нарцисса. Тут до Люциуса стало доходить, и его брови поползли вверх.       - В том самом, - ответил Сириус и, не выдержав, рассмеялся слегка лающим смехом. - Это секс качели. Иногда даже завидую племяннику, такую кудесницу урвать!       - Что? - будто задыхаясь, разнервничалась Нарси, покрывшись пятнами смущения и вцепившись коготками в руку мужа, ища хоть какую-то опору.       - Спокойно, милая! - запричитал Лорд, стиснув зубы от боли в правой руке, левой придерживая жену за плечи. - Они молоды, это нормально. К тому же беременность. Вспомни себя беременной и свои сомнительные решения. Например, то малиновое платье на рождество, которое ты считала лучшим решением в жизни.       - О, Мерлин! - воскликнула она, мгновенно отвлекшись. - Ты же обещал никогда не вспоминать этот день!       - Да, прости, просто напоминаю тебе твои же слова. Луна делает нашего сына счастливым, а значит стоит стойко принять все изменения в нашей жизни.       - Но как же? - она беспомощно указала рукой на коробку.       - Ну же, любовь моя, не стоит так резко реагировать, всего лишь шалость...       "На открытой со всех сторон оранжерее..."       - Пойдём - ка лучше чаю тебе налью, - задыхаясь внутренним смехом, заявил Сириус, разворачиваясь в сторону чайной. - Переваривать сложные эмоции без чашечки чая невозможно, если дело касается детей.       "Сказал холостяк недели, по версии ведьмополитена".       - Это просто... - всё ещё слабо возмущалась леди Малфой, отсвечивая красными щеками, но позволяя мужу увести себя подальше от возмутительной маглловской коробки. - Ты ведь поговоришь с Драко???       - Конечно, милая, всё будет хорошо, - заверил её Люциус, ласково поглаживая жену по спине.       Да уж, похоже в этом доме больше не место замшелым правилам предков. Эмоции больше не будут чем-то исключительно личным, жизнь вдруг преобрела особые яркие краски. И Люциус непременно поговорит с сыном, чтобы успокоить свою прекрасную жену. Как минимум научит сына правильному сокрытию оранжереи от посторонних глаз. А как максимум... Нужно подарить им путешествие на рождение внучки. Пусть отдохнут, наберутся впечатлений. А пока они будут отсутствовать, Люциус найдёт способ затащить любимую жену на запретную территорию сына и протестировать это любопытное новшество.       Полумна Лавгуд изначально, несомненно, не самый желанный выбор жены для единственного наследника. Однако, Люциус чувствовал в последнее время так много, что у него вернулся вкус к жизни. Луна будто обновила его нутро, выключив спящий режим. Осталось только доказать жене, не словами так эмоциями, что всё что происходит к лучшему. К интригующему, неизведанному, но потрясающему лучшему.

***

      - Держать позиции, блять! - грохотал голос, сквозь какофонию звуков боя и взрывов. Гарри вёл отряд через подземные коридоры, разрушенного магловского метро. Со всех сторон, не обращая внимания на неустойчивый ландшафт, к ним пробирались десятки инферналов. Они всё выходили и выходили из тёмных тонелей по периметру. А вперемешку с ними попадались агрессивно настроенные маги в чёрном. Естественно. Хоть бы раз преступники оделись в неоноворозовые плащи, чтобы их было видно в темноте. А так, о магическом происхождении противника удаётся узнать только после его вступления в бой.       Группа Гарри была не в самом лучшем состоянии. Но они, отправляясь сюда, даже предположить не могли, с чем столкнутся. Изначально начальство отправило их просто проверить неадекватную магическую активность на окраине Лондона. В процессе они поняли, что источник находится внизу, под землёй. Ловушка это была или нет, понять было невозможно. Потому что толпа магов, проводившая что-то вроде собрания, на нижних уровнях заброшенной ветки метро, очень удивились прибытию целого отряда авроров. Однако, они слишком быстро, и организованно разбежались по тонелям, обратив тихие каменные стены в ад. С авадой на перевес и мертвечиной, в качестве прикрытия. Возможно их ждали, но не сейчас. Или не ждали, но тогда их собрание становится до жути организованным.       Сами же авроры совершенно не ожидали столь явного противостояния, а потому собрались с силами не сразу. В процессе мобилизации, группа потеряла двоих в нокауте, которых сейчас пришлось тащить на себе, расчищая путь наверх. План Гарри был прост. Выбраться из-под земли, чтобы миновать странный барьер, глушащий связь, перекрыть выход и вызвать подкрепление.       - Зубами, блять вцепились и держимся, - орал Поттер, выпуская адреналин и корректируя строй, дабы снизить риски потери ещё единиц группы. - Назад, суки, прикрывай слева! Слева сказал! Переебу всех!       Подземелье дрожало и было на грани разрушения, что было очевидно по осыпавшейся крошке вокруг. Какого-то мага впереди убило на месте огромным валуном. И Гарри уже начал нервничать, но впереди, наконец, появился просвет, и он живо свернул, учуяв свежий воздух осени.       Подкрепление прибыло достаточно быстро, чтобы успеть взять преступников, удержать стены тонелей и даже зачистить инфернальную вечеринку, до того как они выйдут на поверхность в пригород.       Адреналин схлынул только в больнице. Он слегка повредил руку, что может быть очень опасным для аврора на службе, да и для любого другого мага тоже. Но травма оказалась пустяковой, и всё обошлось. А, пока он ждал выписки в палате, к нему зашёл действующий глава аврората Руфус Скримджер. Гарри слегка поморщился. Разбор полётов может затянуться, а он уже опаздывал на ужин домой, к любимой жене.       - Мистер Поттер, колдмедик заверил меня, что вы в порядке, - начал глава, по-военному встав у стула, даже не собираясь сесть. В этом человеке было много энергии, но вот использовал он её больше на политику, чем на нужды аврората. С другой стороны, было легче продвигаться вверх по карьерной лестнице, потому что никто его не тормозил.       - Так точно, сэр, - ответил Гарри незамедлительно. - Никаких серьёзных повреждений.       - Зачистку уже завершили. Взяли шестнадцать человек. Думаю, уже завтра мы сможем получить какие-то пояснения.       Мысленно Гарри прикинул, что внизу было больше шестнадцати магов, а значит кому-то точно удалось скрыться. Похоже открывается новое дело. Таких уже четыре открылось, с тех пор как министерство взяло курс на ликвидацию лютного переулка. Это было плохой новостью, но она уже не пугала своими масштабами, как по - началу.       - Вы, мистер Поттер, судя по отчёту, взяли на себя командование группой? - спросил он несколько безмоционально, отчего Гарри не мог понять плохо это или нет.       - Начальник опер группы лишился возможности вести группу, ещё на втором или третьем уровне. Думаю, максимум черепно-мозговая травма. Но да, выбора особого не было...       - Поздравляю, вы смогли вытащить всю группу живой, а потому я подаю рапорт на повышение. Теперь вы новый начальник опер группы быстрого реагирования.       "Фух, не накажут!" - вздохнул он с облегчением.       На самом деле, Гарри был очень рад этой новости, ведь начальник опер группы, это ещё один шаг вверх. Теперь ему осталось всего одно повышение. Повышение до главы аврората. Чтобы заменить этого Сримджера остался всего шаг. Один шаг до желанной должности и возвращения в свой любимый кабинет.       Поблагодарив начальника по форме, Гарри, словно на крыльях, отправился в больничный душ. Прежде чем возвращаться домой стоило смыть всю грязь и кровь. Не стоит его девочке вдыхать химические запахи с его волос и тела. Для глубоко беременных это не полезно.       Мышцы немного ныли, поэтому он снимал драконий доспех с неаккуратным скрежетом. Бордовая мантия была влажной и очень пыльной, пришлось сначала её почистить и высушить, чтобы надеть после душа. Такие вот мелочи Гарри научился делать не так давно, на самом деле. Просто когда они с Гермионой узнали, что она беременна, то захотелось стать лучше, заботливее, хотя-бы в вопросах своего внешнего вида. Он старался приводить себя в порядок до прихода домой, потому что был убеждён в необходимости поддерживать особую чистоту в семейном гнёздышке.       Они поженились сразу после школы. Денег рода Поттер было достаточно для обустройства. Особняк в западной части Лондона, построенный на межпространственном разломе, с огромной каминной гостиной и автомобилем в магловской части. Пока они учились в высших учебных заведениях, к ним часто приезжали родители Гермионы, помогая с бытом, хотя и миссис Уизли не оставила их вниманием. Было сложно, а иногда они не виделись неделями. Однако, едва устроившись на новых рабочих местах, поняли как соскучились, что стали проводить друг с другом каждую свободную секундочку. Карьера Гермионе, как и Гарри, давалась легко, потому казалось что жизнь полностью удалась. Но потом начались сложные дни.       Беременность наступила неожиданно, и Гарри осознал, что так и не отправился от потери своего первенца из прошлой жизни. Его поминутно захлёстывала тревога. Гермиона злилась на чрезмерную опеку, хотя и понимала откуда ноги растут. В целом, всё проходило хорошо, только одна неопределённость не давала покоя. В прошлой жизни, Гермиона родила первым ребёнком Розу. Джинн тоже носила девочку, судя по отчётам. Сейчас же, колдмедики уверяли, что будет мальчик. Это точно другой ребёнок. Что Гарри чувствовал по этому поводу, он в точности сказать не мог, хотя Герми, конечно, и пыталась всё объяснить как-то. По её теории, Роза и малышка Джинни не могли появиться на свет, ибо гены родителей другие. Возможно сочетание генов Герми и Гарри создали что-то по-настоящему новое. И несмотря на то что фактическая потеря двух неродившихся малышей ложилась болью на сердце, Гарри был невероятно взбудоражен перспективой стать отцом для своего ребёнка.       Встав, наконец, под тугие струи воды, Гарри немного расслабился и опустил плечи, подняв голову вверх. Вода грела и успокаивала рельефное тело, натренированное годами учёбы в академии и работе на должности. Волосы на лице были очень густыми, хоть стильно оформленными, а потому промывались дольше, но его это не волновало. Гарри наконец был в той форме, которую добивался, в которой чувствовал себя комфортно. А многочисленные царапины были недостаточно глубокие, чтобы впоследствии оставить шрамы.       - Какой же ты секси! - услышал он знакомый голос из палаты, куда не закрыл дверь. - Герми небось уже пол страны прокляла, чтобы слюни на тебя не пускали.       Джин смотрела на него с восхищением и смешинками в своих голубых глазах. Живость и лёгкая насмешка напрочь убило чувство дежавю. Эта Джинни не была искалеченной женщиной. Это была настоящая звезда британского квиддича. И, неожиданно, жена ловца, главного противника сборной, Виктора Крама. Ею восхищались, ей завидовали, её превозносили на пьедесталы, однако внутри она осталась всё той же девчонкой, что была своя в доску. Гарри называл это феноменом Уизли, потому что в этой семье никто не менялся, не звездился и оставался предан самым близким людям, несмотря на деньги и славу. Вот и Джинни с Гарри остались близкими друзьями. Он с радостью стал свидетелем на её свадьбе и искренне был рад, видя как счастлива девушка с болгарином.       - Я думал, ты на сборах, - с улыбкой сказал Гарри. Он выключил воду и обернулся полотенцем.       - Вернулась вчера, - кивнула девушка. - И очень вовремя. Ты был в не зоны досигаемости, поэтому Герми вызвонила Рона. Мы все были дома у родителей, поэтому теперь здесь. Сам понимаешь, никто не смог такое пропустить.       - Что пропустить? - занервничал Гарри. - Зачем она звонила Рону? Ей плохо стало?       - А ты не знаешь? - удивилась Джинни. - Почему тебе не сообщили, к тебе даже Скримджер заходил, говорят? Хотя, может он всех и распугал. Герми почти час назад родила.       - Что? - немея всем телом, переспросил Гарри.       - Одевайся, я так-то за тобой поднялась. Она на третьем этаже, - умилившись выражению лица Гарри, скомандовала миссис Крам.       Как он добрался до родового отделения, Гарри не смог бы вспомнить и под пытками. Он буквально не видел ничего вокруг, ни персонал, ни друзей, что собрались в зале ожидания, просто ворвавшись в палату.       Гермиона лежала на больничном койке, уже переодетая, с маленьким свёртком из одеял в руках. Она выглядела очень бледной и растрёпаной, но показалась ему сейчас красивее, чем когда-либо. Теперь уже медленно, словно на ватных ногах, Гарри подошёл к девушке, что так устало, но радостно улыбнулась.       - Привет, - сказала она тихо.       - Как ты себя чувствуешь? - спросил он, присаживаясь рядом.       - Можешь выдохнуть, самое страшное позади, всё закончилось, - ответила она, намекая на его нервозность в течении всей её беременности.       - А он? - чуть нерешительно спросил Гарри, теперь уже переведя взгляд на свёрток. Она немного поджала губы, словно в нерешительности, и Гарри едва паника не захлестнула, от того что что-то может быть не так. Однако, это чувство выветрилось в мгновение ока, потому что она аккуратно потянула свёрток мужчине.       Гарри шумно выдохнул, и протянул руки в ответ, максимально трепетно беря своего сына на руки. Это был невероятно маленький человечек. Тоненькие реснички почти не были видны, носик, так напоминавший Гермионин, чуть морщился, а губки бантиком едва заметно причмокивали. Волна нежности вытеснила беспокойство, но мозг не отпустил важное. Потому он посмотрел на Герми вопросительно, впрочем, сразу вернул взгляд на малыша.       - С ним всё в порядке, - поспешила она его успокоить. - Просто есть какая-то странность. Мистер Бервик, можете объяснить? - спросила она чуть громче.       Тут к ним пошёл доктор, что был в палате всё это время, что-то записывая за маленьким столом в углу комнаты. Гарри отметил его краем сознания, но особо не обращал внимания, до этого, поглощённый своими переживаниями. Теперь Гарри беспокойно воззрился на колдмедика.       - Не стоит так нервничать, мистер Поттер, ребёнок здоров и действительно в полном порядке. Однако, у него замечаны проявления родовой магической активности.       - Какие проявления? - стараясь не паниковать, спросил Гарри.       - Новорождённый непрерывно меняет цвет глаз, от черного до голубого. Совершенно безсистемно, при том, что магическое ядро ещё не готово генерировать магию, в силу возраста.       - Но разве такое бывает? - удивился Гарри.       - Мы уже провели диагностику и могу предположить, что малыш получил в дар от предков метаморфомагию, - ответил, среднего возраста мужчина, довольно. - Не знаете, может в вашем роду были метаморфы. Иногда дары проявляются через многие поколения, особенно такие редкие и сильные.       - Н-нет, - запнувшись ответил Гарри, будучи в полном шоке от новостей.       - О, в этом нет ничего страшного, - по доброму рассмеялся мужчина. - Такой дар был у Прюэтов и Блеков. Возможно, он перешёл к вашему сыну от кого-то из них. В разные времена Поттеры и с теми и с другими создавали брачные союзы. Оставлю вас пока, но помните, что молодой маме нужно отдыхать.       В полной тишине, доктор покинул палату, чувствуя себя немного неловко, от странного напряжения в комнате.       - Герми... - после долгой паузы, начал Гарри, не способный отвести взгляда от ребёнка.       - Знаю, о чём ты думаешь, - сразу отозвалась девушка, которая едва сдерживала слёзы, наблюдая за сменой эмоций на лице мужа, иногда слишком болезненных, для того что бы назваться позитивными. - Твой крёстный сын...       - Думаешь, такое возможно??? - тихо спросил Гарри, судорожно выдыхая, пытаясь не задохнуться эмоциями.       - Раньше бы с уверенностью сказала, что нет, однако вот он, и как по мне всё очевидно, - уверенно сказала девушка. - Но имей ввиду, я не позволю назвать моего сына Тедди! Тедди Поттер - звучит просто ужасно.       - Если быть честным, моя фамилия любое имя испортит, - заулыбался Гарри, посмотрев на жену влажными глазами. - Как насчёт Эдварда?       - Хитро... - не смогла не улыбнуться она в ответ. - Но ведь ты всё равно будешь звать его Тедди.       - Милая, ты ведь понимаешь, я сегодня отцом стал, дважды! - перешёл в наступление Гарри, но потом опустил взгляд на младенца и завис, потеряв весь запал. Герми на это только улыбнулась.       - Ладно, пусть будет Эдвард, - ласково согласилась Герми. - Он ведь выбрал тебя, верно?       - Нас, - поправил её Гарри. Дело ведь действительно было не в имени. А том, что его сын выбрал их родителями. И пусть для многих это было бы странным заявлением, но они не собирались никому об этом рассказывать. Просто Гарри знает, что когда-то потерянная душа Тедди Люпина так сильно привязалась к своему крёстному отцу, что выбрала для своей новой жизни его и Гермиону своими родителями.       Волна любви и благодарности заполнила сердце до краёв. Будто этот ребёнок целый мир! Хотелось срочно поделиться своим счастьем со всеми на свете.       - Там целая толпа наших друзей, которые жаждут увидеть нашего сына, - сказал Гарри, вдруг полностью отпуская напряжение, и улыбаясь от уха до уха. - Когда я сюда мчался, то казалось ничего и никого не видел, но сейчас понимаю, что просто не мог обработать информацию. Я даже Перси, кажется, приметил.       - Это называется профдеформацией, - захихикала Гермиона, расслабленно ложась на койку. Она всё ещё чувствовала тяжёлую слабость, хотя зелья уже начали её восстановление. - Иди, я немного посплю.       Нежно поцеловав жену в губы, Гарри медленно пошёл на выход из палаты. И только наличие младенца на руках останавливало его от желания выйти вприпрыжку, как шестилетка. Как только он вышел, его тут же окружили рыжие головы. И улыбаться захотелось ещё шире, хотя больше некуда было.       - Знакомьтесь, Эдвард Гарри Поттер!       Сюсюканья и поздравления почти мгновенно превратились в гул, потому что каждый хотел что-то сказать. От поднявшегося шума, малыш слабо заёрзал и открыл бирюзовые глаза.       - Какая прелесть! - воскликнула миссис Уизли. - Держу пари, цвет глаз пошёл в твою бабку со стороны отца.       Но тут, цвет глаз Эдварда, быстро, но плавно перетекли в тёмно карий. Как раз, за мгновение перед тем, как он их закрыл.       - Или в Снейпа... - хохотнул Рон.       - Нет, серьёзно, что это было??? - спросила Джинни.       - Он метаморф, - гордо сообщил Гарри. А потом не сдержал смешка. - Сам в шоке.       - Не помню, чтобы среди Поттеров были метаморфы, - нахмурилась Молли.       - А ты вообще уверен, что это твой ребёнок??? - живо поинтересовался Джордж, за что тут же словил подзатыльник от матери. Фред тут же фыркнул, но уже промолчал.       - Думай, что несёшь, - прошептал кто-то в толпе, хотя в этом было больше насмешки, чем возмущения.       Гарри же совсем не обиделся на вопрос. Более того, его накрыло всепоглащающим чувством нежности, от осознания правды. А потому он ответил тихо, но ёмко, всем нутром осознавая глубину собственного счастья.       - Мой...

***

      Северус вышел из камина особняка Поттеров, когда время уже было ближе к восьми часов вечера. Он был редким гостем в этом доме, но всегда тепло встреченным. Его жизнь стала уютной и интересной. Когда перестаёшь бояться за свою жизнь и разум, двадцать четыре часа в сутки, обнаруживается, что мир многогранен и постоянно меняется. Он много путешествовал, много работал, а иногда писал, издав уже три учебника по зельям в соавторстве со своей женой. Семейная жизнь тоже, можно сказать, удалась. Они с Медой оказались настолько совместимыми, что со временем вообще перестали разлучаться, вопреки ожиданию, не тяготея от общества друг друга. Однако, с ней он познал не только ряд эмоциональных оргазмов от интеллектуальных споров, но и чувственное удовольствие. Секс с женщиной, с которой близок ментально, сильно отличался от любого другого. Это даже сложно назвать просто удовольствием, иногда он думал, что это чувство и есть истинная любовь.       Было сложно признаться даже себе в том, что всё это стало возможным для Северуса, только благодаря человеку, который сейчас встречал его на пороге в каминную залу своего дома, с бутылкой виски в руках.       - Есть повод? - без расшаркиваний начал Северус. - Миссис Поттер, насколько мне известно, сегодня гостит у Малфоев.       - Да, Луна уверяет, что Тедди прекрасная пара Кесси, - фыркнул Гарри. - Нарцисса, кажется, готова слушать каждое её слово, так что она всё время зовёт Гермиону погостить. В общем, у них там странный девичник.       К тому моменту, Северус уже вышел из каминной залы, вслед за Поттером, который вёл его в кухню, судя по маршруту. За эти годы, Снейп уже привык, что Гарри предпочитает все взлёты и падения праздновать именно на кухне, чего долго не понимал Драко, но даже он привык. А Северус находил в этом определённое очарование. Удобно расположившись на диванчике, под уютным вечерним светом, Гарри распечатал бутылку и наполнил бокалы.       - И так? - выжидательно уставился на него Северус, но не отказал себе в глотке ароматного, терпкого напитка. Про себя он отметил, что виски хорош, и стоит, скорее всего, как половина его дома. Наверное подарок от крёстного. Чего, чего, а этот пёс никогда не экономил на выпивке в подарок, хотя сам никогда не пил.       - Сегодня тот самый день... - как-то печально отозвался Гарри. Север же недоуменно поднял бровь, и Гарри продолжил. - Сегодня утром я проснулся в неизвестном месте. Без одежды и палочки. Было жутковато, если честно. Сначала мне показалось, что это какая-то комната для швабр и всё такое. Потом подумал, что она слишком большая для коморки, а вокруг вместо тряпок были коробки. В общем, это был склад артефактов. В самом сердце отдела тайн в министерстве.       - Звучит и вправду жутковато, - поморщился Северус. - Раз ты здесь, а не задержан за проникновение в самые тайные закоулки министерства, то полагаю нашёл способ выбраться незамеченным?       - Попробовали бы они меня задержать, - весело, по-мальчишечьи фыркнул Гарри, но согласно кивнул, подтвеждая, что шумихи не будет. - К тому же, перед тобой новый глава аврората Британии, с завтрашнего дня.       Северус посмотрел на бокалы в руках и скептически поднял бровь. Эта новость не была неожиданностью, он ожидал назначения уже несколько недель, но всё равно был горд. Гарри же проследил за его взглядом и снова помрачнел.       - Просто день сегодня... В общем ты мне нужен, - сказал он немного потерянно, хотя признаков беды или опасности Северус не почувствовал.       - Очень похоже на эмоциональный коллапс, - отозвался Северус, с лёгкой насмешкой. Однако, в душе было тепло от осознания собственной важности для Гарри. - Что ж, ваш личный психолог уже на смене, удиви меня.       - Короче, это то самое место, из которого я нырнул в прошлое, - начал Гарри. - Точнее, нырнул то я из дома Рона, но по задумке должен был оттуда. Изначально, артефакт заколдовали так, что бы объект, который отправится назад, автоматически должен был вернуться, так сказать, на базу в тот же день.       - Насколько, я понял, - задумался Северус. - Это было сделано для того, чтобы в случае неудачи, иметь возможность проделать тот же фокус, ещё раз.       - Верно, - оживился Гарри. - При прыжке должна была быть фокус группа, которая тоже закреплялась за нужной датой.       - Но ты ведь там был один? - чуть занервничал Север, но расслабился, когда увидел кивок.       - Какая тупая задумка, если подумать, - усмехнулся Гарри. - Мне ещё повезло, что там в принципе была комната.       - Но ведь никто из них не предполагал, что ты можешь нырнуть так глубоко назад, - резонно заметил Северус.       - Тоже верно...       Установилась уютная тишина. Северус видел, что Поттер в некотором смысле настальгирует, лёгкая грусть во взгляде, но никаких признаков сожаления. Оно и понятно. Прошло ровно столько времени, на сколько Поттер вернулся в прошлое. По сути, сегодня, он вернулся назад.       - За это действительно стоит выпить! - нарушил тишину Снейп, подняв бокал на манер тоста. - Круг замкнулся, и больше никаких временных приключений.       Они выпили с удовлетворёнными улыбками и даже тихонько рассмеялись, оба прекрасно понимая, что это приключение изменило в целом мире.       - Знаешь, когда я понял, что произошло сегодня утром, - решил поделиться Гарри чувствами, расслабленный виски, и помня шутку про психолога. - Мне стало так легко. Я даже не осознавал, как сильно давило на меня то, что я фактически не отсюда. Каждый день, из года в год, я боялся проснуться там, откуда ушёл. Что это воспалённая фантазия или, например, что артефакт даёт сбой. Было жутко страшно понять однажды, что я вернулся назад и потерял всё, что у меня есть здесь. Сегодняшнее пробуждение показало, что больше бояться не нужно. Это так... Освобождает.       Северусу было приятно наблюдать за Гарри сейчас. Это было похоже на ощущение, будто твоё дитя илечилось от серьёзного недуга, хотя раньше он этого чувства не осознавал. Гарри не только победил Волан-де-Морта, которого теперь не страшно так называть, он победил гораздо большее зло. Своего рода, круговорот зла. Отчасти Северус чувствовал, что и сам приложил к этому руку, ведь Гарри никогда не стеснялся говорить, что во многом выстоял именно благодаря своему профессору.       - Ты молодец... - решился Северус. Поттер же, крайне удивлённо, посмотрел на Снейпа. - Не смотри так, я хвалил тебя и раньше.       - Не так открыто, уж точно! - отозвался Гарри, сжав губы, сдерживая смех.       - Я всегда верил, что ты выживешь и даже справишься, в конечном счёте, но... Такого не мог представить, - решительно продолжил Северус, вдруг почувствовавший потребность отплатить Гарри за его открытость с ним, честность и дружбу. Он не мог вспомнить, с кем мог быть по жизни так близок, как с ним, а потому считал, что тот имеет права знать это. - Ты спас не только меня и своих близких. Ты спас десятки жизней, дал шанс десятками душ на ещё один шанс. Это дорого стоит. И по этому да, от всей души, ты молодец!       - Да, перестань, - захихикал Поттер, но в глазах его была гордость, благодарность и чуточку незамутнённой детской радости.       Они ещё долго сидели на уютной кухне, пили дорогущий виски, вспоминая всё что прошли почти бок о бок. Больше они не предполагали того, что может случиться завтра, или через пять лет, потому что это было бессмысленно. Отныне будущее для них неизвестно, и строить они его будут сами. Оставалось лишь надеяться, что их ждёт впереди счастье, за которое они боролись, которое вырвали из лап мрачной цикличности удручающих событий. И они верили. Верили всем сердцем, что смогут защитить своё выстраданное счастье, всё так же держась за жизнь и друг за друга.