Дом - это не стены.

Йен понимал, что эта сделка абсурдна, но ему было жутко интересно, что из этого выйдет. Он не хотел всю оставшуюся жизнь ждать подвоха или быть зарезанным в подворотне. Хотя Ной, казалось, не мог бы пасть так низко. «Неужели я проникся уважением к этому нахалу?». Ной был занозой в заднице, но ужасно красивым. Йен не мог это отрицать. У Ноя были черные волосы и изящный нос, пронзительные черные глаза и атлетичное тело, которые можно увидеть даже из-под одежды. «Будь я девушкой, запал бы только из-за этих нахмуренных бровей», — помечтал Йен. Вспомнив, что бывают и много видов любви, он шлепнул себя по щекам. «Ни за что! Очнись, этот говнюк тебя ненавидит и считает отвратительными даже намеки на такие отношения. А ещё, я натурал. Надо перестать на него пялиться, а то уже растекаюсь лужей». Чтение BL-новелл сделало его ещё более лояльным к отношениям между мужчинами. Теперь Йену было любопытно. Из-за этого Йену не хотелось прибывать в окружении такого красавца долгое время. Но он надеялся, что, возможно, Ной будет уезжает на продолжительное время и подцепить какую-нибудь милую девушку. «Раз он теперь важная шишка, то уверен девушек у него будет куча». С такими мыслями, он снова зашел в зал к седовласому мужику. Он был не один. Прямо напротив отца, сидела изящная женщина с такими же синими волосами как у него. «О, ну вопрос с волосами решен. Однозначно, в маму пошёл. Спасибо, что не красил их «Йен». — Здравствуй, мама. — Сын, я по тебе скучала. Мы так долго не виделись. И только вчера мне сказали, что ты приехал ночью и даже не поздоровался с нами. — Так ведь вы спали, мама. Зачем мне вас будить, если утром Вы намного краше? — Льстец. — Братец! Ты приехал! Кто-то набросился на Йена сзади, отчего он чуть не упал. Обернувшись, он увидел юную красавицу с серыми волосами и яркой улыбкой. Не будь они родственниками в этой вселенной, Йен точно был бы уже отшит. Девушка казалась нежным июньским солнцем, при появлении которого, хотелось улыбнуться. И Йен улыбнулся. — Здравствуй, сестрица. — Ты такой ужасный брат. Приезжаешь, когда только сам захочешь. Я ужасно по тебе скучала. А ещё, я скоро выйду замуж. — выпалила сестрица и выпучила глаза в ожидании реакции Йена. «Это странно. Как будто, я должен быть против». — Поздравляю, сестрица. Ну и кто тот несчастный? — Брат, ты что, наконец-то, разрешаешь мне задумываться о замужестве? — У меня нет власти над твоей жизнью. Решай сама или посоветуйся с родителями. — Это дитя не подвластно нашим советам. — буркнул отец. — Только ты можешь ее усмирить. Уже столько времени надоедает с этим замужеством, что буду рад выдать её хоть завтра. — Так кто жених? — спросил Йен, зная, что имя ничего ему не даст. — Ной Голдберг. Йен застыл. Выпучив глаза, воззрился на сестру. — Ной сказал, что у него нет невесты. — Он даже не знает, что твоя сестра одержима им уже год, с тех пор как увидела его в восточной ярмарке. — уточнил отец. — Эта была судьба, отец! Как только я его увидела, то сразу поняла, что он должен быть моим. — А спросить его самого ты не додумалась? — недоумевал Йен. — Я была слишком юна, чтобы говорить о замужестве или встречах. Но в этом году мне исполняется 18 лет. А значит, я могу, наконец-то, перейти в наступление. — Тебя не смутить его отказ или наличие возлюбленной? — Это несложно исправить братец, правда? — Помогать тебе в этом не стану. Я за взаимное согласие. — Братец, ты в порядке? Раньше ты говорил, что сделаешь для меня все что угодно! Ты обещал меня оберегать! — Оберегать — не значит помогать разрушить чьи-либо отношения. Тебе нужно понять, что это бесполезно заставить кого-то тебя полюбить. — крикнул взбешенный Йен, вспоминая истории как строили планы третьи лишние и мешали героями быть счастливыми. «Моя сестра не будет такой!» — Сестра, я скорее помешаю тебе, чем помогу. Если он полюбит тебя сам, без козней, без интриг, тогда так тому и быть. — Брат, ты изменился. — рыдая, убежала сестрица из зала. — Ты с ней жесток — сказал отец. — Она так долго любит этого парня, что уже безнадежно втолковать ей что-либо. — Разберусь с этим по мере возможности. На самом деле, я пришел сюда, чтобы объявить вам об отъезде с мистером Ноем в его замок. — Ты же только приехал и уже покидаешь нас? Останься! Что за срочные дела с этим несчастным парнем? — Я поживу у него полгода и вернусь к вам уже на долгое время. Мне нужно кое-что уладить. Это важно, отец. — Даже если я против, ты же все равно уедешь. Так что просто береги себя и наше семейное достоинство. «Знал бы он в каких одеяниях я буду держать достоинство (хехе), в жизни бы не отпустил». — Мама, мне жаль, но я все решил. — Хорошо, просто сдержи своё слово и возвращайся. — Обещаю. И не говорите сестре куда я еду. Мне кажется, она за мной увяжется. — Ты прав. Скажем ей, что ты уехал путешествовать. — Отлично. Покину вас ради сборов. До встречи. Отец и мать долго смотрели ему вслед и каждый испытывал непередаваемую тоску по сыну, которого они, как будто, уже потеряли. Йен вышел в полдень во двор. Он не знал в чем передвигается аристократы в этом мире и озирался в поисках кареты. — Мы поедем на лошадях! Йен не умел ездить на лошадях. — А на карете никак? — Ты же превосходный всадник. — В последнее время не очень. Я потерял свой навык. — Вот и наверстаешь. — Сяду к тебе Ной нахмурился. — Нет! — Обязательно! Или будешь месяц ждать меня в замке, пока не дойду пешком! — В чем проблема поехать одному на лошади? — Либо с тобой, либо пешком! — Значит, иди пешком! — Отлично, тогда встретимся через месяц! — Ты серьезно сейчас? — Предельно. — Чувствую, это будут очень долгие полгода… — Я говорил, что ты сам себя наказываешь. — нахально улыбнулся Йен. — Садись ко мне. — Не подумай, я не боюсь лошадей. Я их даже обожаю. Просто нужно заново к ним привыкнуть. «Врун. Я же никогда не катался и не видел так близко лошадей. Но я, действительно, считаю их красивыми». — Неважно. Залезай уже. И почему ты общаешься со мной неформально? Я твой господин на полгода. — Буду обращаться как захочу. Можешь меня избить или пытать. Ничего это не поменяет. — Может все-таки попробовать пытки? — задумался Ной. — Прекрасно, как только приедем, начнем. — злобно выпалил Йен и забрался на лошадь Ноя. «Настроение — поиздеваться». Ной пустился галопом и Йен всем телом прижался к его телу и обнял за талию, хихикая. В голове Ноя взрывались петарды ярости, но терпел, ведь добравшись до замка, он отомстить за все козни, которые совершил этот синеволосый ублюдок. До замка было ехать от силы 4 часа. Но так как у Йена не было часов, он быстро заскучал и начал домогаться Ноя. Его руки соскользнули к обнаженной части тела. Он медленно погладил, действуя неуклюже, будто это случайность. Ной не был глуп и сразу просек, что этот гадкий человек пытается его вывести из себя и молчал, не давая ему повода для радости. Рука Йена переместилась вверх по коже и начала исследовать другие обнаженные участки. Ной терпел из последних сил, но когда его рука начала опускаться, он остановил лошадь, повернулся и схватил Йена за локоть. — Что, по-твоему, ты делаешь? Йен, наконец дождавшийся реакции, расхохотался, как умалишенный. — Боже, ты такой забавный. Я не могу ахахахха. — Это было домогательство. — Нет, это было весело. — Ты пойдешь пешком. Идти осталось не долго, максимум час. — Твоя вера в мои географические познания поражают. Откуда мне знать куда нужно идти? — Не ты ли хвастался, что знаешь каждую лавочку в своем районе? — Я хвастался. Конечно, не знаю. Я больше не буду тебя трогать, доедем вместе. — Отрежу руку, если посмеешь! — Не лишай меня любовницы, — заныл Йен. Ной сначала недоуменно уставился, а потом осознав, густо покраснел и уже собирался вышвырнуть Йена, но тот схватился за него с такой силой, что выбора не оставалось, кроме как продолжить путь. — Стесняшка — тихо хмыкнул Йен. Замок представлял собой огромную территорию. При виде великолепного сооружения, у Йена перехватило дыхание. Замок был окружен густо пророщенными садами и выглядел угрожающе. Но Йен обожал все мистическое и пришел в полный восторг. — Это потрясающе. Даже завидую, что ты здесь живешь постоянно. — Можешь остаться тут навсегда. — В качестве слуги — никогда, с тобой рядом — никогда! — Слишком много запросов — улыбнулся Ной. «Не улыбайся, зараза, я же падок на красивые лица». — У тебя много слуг? — Много, но раз пришел ты, я их всех уволю. — Отлично, будешь спать в грязи, ибо я не буду делать работу за другого. — У тебя нет права голоса. — Увидишь, что станет с твоей комнатой, если попробуешь заставить меня работать сверх меры. — Ты знаешь, что наказание за вольность слуг — это плеть? — Да, можешь начинать сегодня. — Хорошо, посмотрим, как ты запоешь от боли — усмехнулся Ной. «Это именно тот случай, когда задетая гордость больнее пыток». Йен вступил на порог черного замка с мрачным предчувствием.