Дом - это не стены.

      Ной был хорошим человеком. Примером идеального главного героя, который боролся со злом и помогал обездоленным. Он делил мир на черное и белое, ведь зачем хорошему человеку добровольно делать злые вещи? Он продолжал думать так до встречи со своим кошмаром из детства. У Ноя не было никаких догадок как может так сильно поменяться человек. Иной раз, он предполагал, что ошибся и перед ним другой человек с похожей внешностью. Сколько бы он не измывался над Йенем, тот всегда терпел и справлялся с любой грязной работой. А ведь, в прошлом, считал всех прислуг за «не требующий внимания скот». Раньше Йен всячески над ними издевался, давая невыполнимые задачи и хохотал, когда они не справлялись. Вот именно тогда, Ной решил, что, обязательно, заставит этого человека ползти на коленях. Были еще много невообразимо жестоких выходок, за которые Ной его люто ненавидел, но впечатление от этой он не смог забыть. В течении месяца, Ной каждый день наблюдал, как упрямец трудиться вместе с остальными слугами. Йен, действительно, справлялся со всеми приказами. Ной же не мог понять откуда в нем столько опыта. В первое время, за непослушание его били палками, но увидев, что он абсолютно не боится, даже сам иногда предлагает наказание работе, Ной решил оставить эти попытки урезонить его. В общем, Йен не слушался только когда Ной перекладывал чью-то работу на него. «Требовал справедливости» — как он говорил. Ной никогда не встречал человека, которому бы нравились пытки. Он много раз шутил: — Наблюдая за тобой, выяснил, что ты любишь, когда тебя бьют. — Ты называешь меня мазохистом? — Смотря что означает это слово. — Мазохист — это тип личности, который любить унижения, ощущение боли, морально и физически. А садист тот, кто любит причинять боль. Но будь уверен, я тот, кто находится в комбинации с садистом и мазохистом. Это значит, что для тебя, сладкий, могу быть кем угодно! Ной усмехнулся. — Может просто применить другие виды пыток? — Предлагаешь поэкспериментировать? Буду ждать. — высунув язык, проворковал Йен. Так Ной решил не продолжать свои «садистские» наклонности. Он сам был против такого вида наказания. И больше Йена никто не бил, но его загрузили работой садовника, чему он, почему-то, несказанно обрадовался. Он любовно ухаживал за всеми цветами, деревьями, фруктами, пропадая до поздней ночи в саду. И сегодня ночью, он не вернулся с остальными слугами в замок. Ной, в это время, решил прогуляться и заметил упрямца около грядок с незабудками. Йен во все глаза смотрел, не отрываясь, складывалось ощущение, что он не дышал. Ной подошел к нему, присел. — Неужели такие красивые? Йен вздрогнул и посмотрел на него. — Напугал! — крикнул он. — Ох, да. Они настолько прекрасны, что не хочется их оставлять. Это мои самые любимые цветы. Ной хмыкнул. — Ты что, девчонка? — Какой вы узколобый, Мистер Голдберг. У цветов нет гендера. Они никому не принадлежат и любить их признак присутствия сердца. — Возможно, разрешу тебе взять их в комнату. — Ты предлагаешь их сорвать? Ты с ума сошёл? Я, конечно, не самый хороший человек, но убийство это слишком! — Ты преувеличиваешь. Мне каждое утро приносят свежие цветы и ты никогда не возмущался. — Потому что, срываю их не я. Иногда, я наивен, но не настолько, чтобы защищать каждый цветок. Вместо этого, буду сажать новые. — Твоя работа должна быть наказанием, но кажется ты всем доволен. — Знал, что так будет. Упрямее меня никого не найдешь. Но рад, что ты оказался лучше, чем я себе надумывал — улыбнулся Йен. Ной вопросительно уставился на него. — Ты добрый. Мне сложно испытывать неприязнь к тому, кто добр к окружающим — продолжил Йен. Ной отчего-то смутился. — Не забывай, что я то тебя ненавижу. И ты мне противен. «Почему это звучало так фальшиво?» — подумал Ной. — Мы говорим о моих чувствах, твои я слышал много раз. Твоя ненависть не подпитывает мою, а наоборот усиливает симпатию — широко улыбнулся Йен. Ной замер в растерянности. — Ты опять начинаешь эти свои игры. — Что, если я не играю? — заискивающе оскалился он. — Гадость — скривился Ной. Встав, он зашагал обратно в замок. Обернулся и крикнул: — Иди спать. Ночь на дворе! Не проснешься вовремя, заставлю посчитать все узоры на стенах. — Какой заботливый. Иду — побежал за ним Йен. С тех пор, цветы на столе Ноя неизменно напоминали ему о сероглазом упрямце. Ной расхаживал по комнате с нервным оскалом. Ему нужно было встретить своего двоюродного брата, но он никак не мог успокоится. Во-первых, брат славился своей репутацией самодура и любителем кабаков со смесью женщин и выпивки. От этого всегда страдал Ной, так как часто выпроваживал сомнительных на вид женщин (иногда и мужчин) и кучу неблагодарных собутыльников, которые были настолько наглыми, что при случайной встрече могли ввести себя, будто Ной был их закадычным другом. Во-вторых, брат был очень любопытным. Прознав, что в замке Ноя поселился наследник семьи Арджент, он не оставить возможности сунуть вой нос в эту историю. В-третьих, Йен. Ной боялся даже представить, что он ляпнет при встрече с братом. Йен был слишком непредсказуем и Ной был уверен, ему дорого обойдется его болтовня. Невозможность его контролировать сводило с ума. Иной раз, Ной думал, что Йен находится здесь только потому что сам этого хочет и громкие слова про наказание становятся даже смешными. Множество раз Ной замечал, что упрямец по-настоящему доволен нынешним положением. Раздражение Ноя стало почти нестерпимым. В дверь постучали. — Войдите. — Доброе утро — буркнул недовольно Йен. Ной расхохотался. — Ты чего? — спросил Йен. У Ноя свело живот от смеха. — Ты сам ко мне пришел, но при этом недоволен, как будто, я вызвал тебя. — Я просто не просыпаюсь так рано. Это мое обычное по утрам состояние. — Зачем пришел? У меня есть нерешенные дела. — Я сообщил дворецкому, что хочу сходить на ярмарку, чтобы приобрести новые виды растений, но он отправил к тебе за разрешением. — Надолго? — На целый день, думаю. — Хорошо, но с тобой пойдет Даниель. — Я не важная шишка, чтобы со мной кого-то отправлять. — Это тут не при чем. Даниель нужен, чтобы ты не сбежал. — Ха, ну и дурость. Я держу свои обещания! — И это говорит мне человек, который все свои прошлые обещания не помнит. — Хватит сравнивать меня с человеком из твоего детства. Будь как Эльза, отпусти и забудь — пропел Йен. Ной нахмурился. — Иногда, мне кажется, ты умалишенный. — Иногда? Ох, теряю хватку. — Уйди с сглаз моих. Не приедешь вовремя — потом не хнычь. — Опять палки? — Нет, заставлю весь замок цветами. Йен злобно прищурился. — Ты этого не сделаешь. — Вот и посмотрим кто тут держит обещания: я или ты. — Я так и так приду вовремя, не за чем угрожать. Ной махнул рукой и вышел вместе с Йенем на парадную часть замка. — Ко мне на несколько дней приедет брат, поэтому предупреждаю тебя. Не введи никакие разговоры с ним. Тебе запрещено с ним контактировать, либо тут разродиться кладбище из цветов. Ты меня услышал? — Ревнуешь? Ной приблизился к Йену. Схватив за подбородок, угрожающе шепнул на ухо: — Ты.Меня.Услышал? — Какие страсти! Теперь мне жутко интересно! Но я обещаю, что буду любопытствовать отдаленно. Ной не поверил. — И так ты в печенках сидишь, зачем мне второй? Не люблю заводить знакомства с теми, кто про меня знает больше, чем я сам. — как-то расстроенно продолжил Йен. — Ты про свой бред об амнезии? — Это не бред. Всё, хватит, я ухожу. — Тебя псы воспитали? Я тебе не давал разрешения уходить. — Накажи меня тогда. До встречи! Ной наблюдал, как убегает этот паршивец и в его душе зародилась маленькая надежда, что прибывание гостя, возможно, не сильно омрачит его спокойные дни. Надежда умирает последней, ведь вечером, он заметил Йена в окружении брата. Они весело болтали и периодически слышался взрыв смеха. Попрощавшись со своей нервной системой, Ной подошел их встретить. Йен, с энтузиазмом, пошел к нему навстречу. — Ной! Смотри с кем я познакомился! Представляешь, он тоже принц! Познакомься, это Антей. А это мой господин, Ной Голдберг! Ной закатил глаза от безнадежности. — Здравствуй, брат. Антей грациозно поклонился. — И тебе здравствуй, господин Ной Голдберг! В это время, Йен превратился в недоумевающую статую. Он с широко открытыми глазами уставился на Антея. — Ты его брат? Черт, я попал. — виновато зыркнул он на Ноя. — Я не сомневался в твоей глупости. Но ты смог меня удивить. — Как я мог это вычислить? А?! Вы слишком отличаетесь и разве ты единственный принц на всю округу? — Я герцог! — Недалеко ушел! А ты? — тут он повернулся к молча смеющимуся Антею — Ты почему не уточнил, что это замок твоего брата? — Ты не спрашивал. К тому же, нет особой разницы. Мы же не враждуем, правда, брат? Антей закинул руку Ною на плечо. — Нет. — Не вижу тут проблемы, да, брат? Или ты хотел спрятать от меня этот лакомый кусочек? — Я здесь вообще-то. И я вам не десерт. Ной, мне правда жаль. В следующий раз спрошу фамилию. — У нас разные фамилии. И не общайся с принцем на «ты»! — Тогда просто напиши мне имена тех, с кем мне нельзя пересекаться и забудем о недоразумениях. Принц разрешил мне говорить с ним как мне удобно! Антей повернулся к Ною. — Ему нельзя было со мной общаться? — Можно, но я не хотел, что бы ты утомился из-за этого недоумка. — он злобно стрельнул глазами на Йена. — Какое утомление?! Этот прелестный молодой человек заставил меня смеяться весь день. Больше не смей ему запрещать со мной общаться. Даже не так, я заберу его с собой! — в предвкушений, крикнул Антей. «Худшее свершилось.» подумал Ной. — А ты меня спросить не хочешь? — недовольно спросил Йен. — Не хочешь? — Не хочу! Мне здесь нравится. Ни в какие страны не собираюсь. — Он принц этой страны, недоумок. — закатил глаза Ной. — Тогда если Ной прикажет, ты поедешь со мной? — Ной не прикажет. — вмешался Ной. — Он мой слуга и останется им. Твои будущие уговоры бесполезны. — Нехорошо отказывать принцу. — с улыбкой сказал Антей. — В моих обязанностях герцога нет пункта передача слуги по первому слову. — Отлично, значит буду чаще приезжать к тебе. Ной обреченно вдохнул. Он знал, что так и будет. Но реальность все-таки превысила ожидания. С тех пор, Антей приезжал каждые два-три дня и пропадал в окружении слуг и Йена. Ной выполнил свое обещание и на следующей неделе, после знакомства Йена с братом, устроил фестиваль цветов, пригласив половину, казалось, страны. Йен в этот день провел за уборкой, старательно избегая Ноя, и тем более, его брата. Он был опечален, но горд тем какую работу по саду он сделал. Все цветы были великолепны, о чем долго еще восхищались жители деревень. --------------------------------------------------------------------------------- Ной любил прогуливаться по вечерам в саду. Каждый житель замка знал об этом. И каждый знал, что он не любит, когда нарушают его уединение. В один из таких уютных вечеров, пока Ной неспешно проходил по тропинкам своего огромного сада, на него из кустов набросился Йен. Ной зная, что он прятался там с самого начала, уклонился и Йен, с шумом, улетел в растущие напротив кусты с шиповником, исцарапав себе все тело. С яростью, он снова набросился на Ноя, тот снова угадав его манерв, свернул руку Йена за спину. — И чего ты добиваешься? — Я просто хотел тебя напугать! Ну и гадкий ты человек, раз кинул меня на колючки. Безжалостный! — Не кидал, ты сам прыгнул. И ты снова нарушаешь мои правила. Не беспокой меня во время прогулки. Уходи. — отпустив его, сказал Ной. — Дурацкое правило. Разве не скучно каждый раз одному лицезреть эту красоту? — Йен махнул рукой на луну, почти полную, но несомненно великолепную, которая освещала сад в неповторимых цветах. — Мне нравится одиночество. — До встречи со мной — возможно. Но согласись, одиночество — хорошее лекарство от любви. Я здесь, так что ты теперь будем вместе гулять. — Опять ерунду несешь. — Уж лучше твоих скучных суждений о любви и быте. Ты ещё скажи, что своих детей будешь воспитывать, как воинов. — Это то тут причем? — Расширяй свой кругозор, герцог. Мир меняется, а ты так и сидишь в своем замке с правилами и будущей набожной женой. — Я не верю во Всевышнего. — Так ты атеист! — Откуда только ты такие слова берешь? — А я верю в судьбу! — проигнорировал вопрос Йен. — Хочешь сказать, что все что происходит в твоей жизни — спланировано? И тебе нравится жить по сценарию? Они сели в лавку рядом с цветами акаций. — Меня не волнует кто или что спланировал. Просто верю, что все что со мной происходит — не просто так. — Тешишь себя иллюзиями. — И говорит это мне Ной Голдберг. — Что это значит? — Ты сам тешишь себя иллюзией моего наказания, хотя в глубине души знаешь, что ты все мне простил. Не мне даже, а маленькому Йену. Тот, кто ненавидит всей душой — это не про тебя, Ной. Йен выразительно посмотрел Ною в глаза. Ной отвернулся. «Даже он догадался, а я даже себе в этом признаться не могу.» — Что за чушь? — пролепетал он наконец. — Наверное трудно отпустить те события прошлого, в которых я замешан. И я уверен, что заслужил твою неприязнь. Можешь мне рассказать немного об этом? Ной молчал. Йен уже собирался сменить тему, как вдруг Ной тихо заговорил: — Мне тогда было 5 лет, когда я познакомился с тобой. Ты приехал со своим отцом в дальний район и вел себя так вызывающе, что наши парни решили тебя обокрасть. Они сходили с ума от несправедливости, ведь у тебя были самые лучшие украшения, самые мягкие ткани и что важнее, у тебя были родители. Родители, которые души в тебе не чают, хотя видели и мерзкий характер, и повадки нарцисса, и жестокость. Парни озлобились сильнее, когда увидели как «этот ублюдок» относится к своим родителям, как что-то само собой разумеющийся.       Ты швырял на ярмарке тканями и орал «что за мерзкий запах, не хочу пахнуть, как эти отродья». Сироты окружили тебя в переулке плотным кольцом и начали сдирать с тебя все украшения и обувь. А ты, знатный драчун, отбивался, будто всю жизнь этому учился, но в итоге, проходя мимо, я увидел эту драку, решил, что избивают другого сироту. До сих пор жалею, что вмешался. Мы вдвоем разняли толпу парней и отдышавшись, я ждал благодарности, на что ты сдал меня своему отцу, сказав, что это я напал на тебя в том переулке.       В детском доме меня наказали палками и неделю не разрешали выходить из комнаты. В первый раз, я не сильно злился, ведь ты был таким же ребенком, как и я. Не знаю, откуда у меня было столько понимания, но я тебя простил, пока ты не начал приезжать каждый день в наш район и не издевался над сиротами, находя все новые и новые виды унижений. Твой отец не замечал или не хотел замечать всего дерьма, что ты натворил с этими бедными сиротами. Так продолжалось 6 лет. Шантажом заставлял меня ходить, по несколько раз в неделю, к тебе в поместье и я наблюдал, каким ты был жестоким к слугам, которые, при упоминаний твоего имени, дрожали. Потом, ты построил в подвале «пыточную», где запирал нас на ночь, желая чтобы и у нас была боязнь темноты, ведь ты не любил быть слабым. Нужно было сделать остальных ещё слабее. Конечно, наши крики никто не слышал. Парни после этого решили, что лучше быть избитыми палками от смотрительниц, чем идти на поводу «зажравшегося ублюдка», которому все верили. Дальше тебе это наскучило. Мы больше не виделись. И я обещал, что найду тебя и заставлю заплатить за каждый крик в той комнате. Йен во время рассказа не смог посмотреть в глаза Ною. — Неужели дети бывают такими жестокими? — Ты говоришь о себе. — Я не он. — Кто же ты тогда? — повернулся к нему Ной. — Моя личность полностью изменилась после потери памяти, но я понимаю, что это не умаляет мои грехи. Отвечать за них мне все же придется. Йен понуро смотрел на свои ладони. — Мне жаль. — тихо сказал он. Ной выдохнул. — Я думаю иногда, что ты из другого мира. Йен вскинул голову. — Что за бред? Ещё скажи, что я вселился в тело предыдущего Йена. Ха-ха, очень смешно, я — призрак бууу~ Йен состроил жуткую гримасу, приподняв руки над головой. Ной приблизился к нему. — Это признание? — Нет, это забавно. — Хм, благодаря тебе, у меня есть о чем подумать. После продолжительной паузы, Йен схватил Ноя за ногу, перекинул через лавочку и крепко обнял его за талию. В первые минуты, Ной яро сопротивлялся, но железная хватка Йена не ослабла. — Отпусти меня. Ты что делаешь? — Прошу прощения. — Можно словами, пожалуйста. Отпусти немедленно. Йен ещё крепче его сжал. Ной взвыл от ярости. — Йен! — Мне жаль, что ты такое пережил. Я бы хотел, чтобы ты перестал видеть во мне того жестокого мальчишку и присмотрелся ко мне настоящему. Ной замер. «Я с первой встречи отношусь к тебе не как к прошлому Йену». — Отпустишь, если скажу, что подумаю над этим? Йен провел щекой по плечам, вдохнул терпкий запах Ноя и расслабил объятья. Ной залился краской. Сердцебиение стало ненормальным, он еле вдохнул и высвободился из плена рук. — Я тебя засмущал? — Не неси ерунду. Я не люблю, когда меня трогают без разрешения! — Как скучно спрашивать разрешение. Ты всегда откажешь. Ной встал и не оборачиваясь, пошел обратно в замок. Он гадал, бежал ли от Йена или от самого себя.