Double bind

***

Омега. Айян чувствует, как внутри со щелчком встают на места все, что царапало его раньше. Все намеки его нутра, все его влечение, злость, которую он испытывал. Даже то, что из всех одноклассников именно Акк привлекал его внимание. Он оказался омегой. Это же просто подарок! Айян погладил бедра, поцеловал нежную кожу там, где заканчивалась линия чулок. Поднялся поцелуями выше. И развел две половинки роскошной задницы. — Я так удивлен, Акк. — Он промурлыкал и погладил вход снова. Поцеловал поясницу, копчик. А потом решительно слизнул густые капли, поддразнивая вход. — Удивлен, но уверен, что ты не захочешь, чтобы я обошелся с тобой помягче. Не так ли? Хотя, если ты захочешь ванильного секса, то я с удовольствием займусь им с тобой. Он кружил пальцами, собирая тягучие капли, вдыхая неповторимый аромат и целуя нежную кожу. — Хочешь, я займусь с тобой любовью на кровати, любовь моя? Пойду, не торопясь, стану ласкать тебя медленно, нежно. Доведу тебя до слез при свете свечей. Ты будешь лежать весь разбитый подо мной, Акк. Но ничего, кроме, может быть пары засосов, на тебе не появится. Все в рамках приличия, как ты часто требуешь. Ласки его члена были все еще непривычны, но достаточно приятны, чтобы Акк затаил дыхание. Айян внезапно показал, что он умеет быть нежным, и нельзя было не наслаждаться каждым прикосновением. Особенно, когда он стал описывать то, каким может быть его первый раз. Акк жмурился и вздыхал, слушая описание того, что могло бы быть. О, он верил в то, что альфа сможет устроить такое. Но что-то внутри подводило живот и толкало просить большего. — Это все варианты? — в горле у Акка перехватило, когда Айян прикусил кожу в опасной близости от его мошонки. Он, наверное, извращенец, раз дразнит зверя, да? Айян поднялся и повернул Акка к себе снова, поглаживая спину. — Или — он смотрел ему в глаза — Ты можешь согласиться пойти со мной в мою комнату для Игры. И я обещаю, Акк — Айян прижался к нему всем своим телом и прошептал на ухо, — Ты потеряешь со мной полный контроль и узнаешь, как это может быть сладко. Он чуть прикусил под ухом и улыбнулся: — Так что ты выберешь? Ну вот и возник перед Акком вопрос: чего же он правда хотел? Он мог бы согласиться на нежность. Мог бы оттолкнуть Айяна… Ну или бы попробовал оттолкнуть. Но Акк уже устал сопротивляться своим желаниям и ожиданиям чужих людей. Он больше не хотел строить какие-то иллюзии, основываясь на понятии «должен». — Я, — тихо произнёс Акк, но оборвал сам себя. Он правда не знал, что ответить. Всю свою жизнь он делал не то, что хотел, а то, что нужно было. А теперь на него смотрел Айян и ожидал его решения. После того, как, собственно, без разрешения привел его в свое Логово и стал заниматься с ним всякими извращениями! Чего он хочет? Это было не сложно — согласиться на секс. О, ради всех богов! не этот вопрос крутился в голове у Акка. Решиться ли поступить так, как хочет именно он, Акк? Решиться ли он взять то, что предлагает ему альфа? И какой именно выбор он хочет сделать? Сердце, казалось, стучало прямо в горле, когда Акк взглянул в глаза Айяна, терпеливо ожидающего его решения. Акк чувствовал, что хотел чего-то большего с Айяном. Но это немного пугало. Он был новичком в сексе, во всех этих Играх, в извращениях. Еще с утра он не знал, что ему понравится переодеваться в женское бельё! Он не понимал многого и сильно боялся показаться смешным. Но с другой стороны… Возможно, его здравый смысл окончательно отключился, и Акк просто надышался чем-то в этом месте. Может быть, потому, что он стал потихоньку чувствовать себя собой — и это его начинало успокаивать. — Я всегда любил эксперименты, — немного неловко произнёс Акк. — Никогда не отступаешь, да? — Айян очень старается сдерживать свою собственническую натуру, когда ведет Акка в игровую комнату. С ума сходя от ощущения тонкой талии под ладонью. — Никогда, — подтвердил он. — Мне очень нравится это в тебе, Акк. Поверь, — я буду наслаждаться нашей Игрой. Он останавливается на пороге комнаты, давая внимательно рассмотреть ее обстановку, несмотря на полумрак и приглушенный свет. Рассмотреть большую кровать у дальней стены с изголовьем в виде столбиков, к которым были прикреплены наручники. Рассмотреть изящные полки, на бархате которых были разложены его игрушки и все, что могло бы понадобиться при Играх. Но самое главное — расположенный по центру комнаты подиум со специальными распорками для рук и ног. Айян погладил спину Акку и поцеловал в шею. Зубы чесались поставить метку, пометить собой. Показать всем, что этот омега — его. — Знаешь, в чем красота подобной Игры, Акк? — он сказал полным возбуждения голосом. — В том, что ты будешь полностью зависеть от меня. Я дам тебе быть слабым, умоляющим, плачущим. Ругающимся. О да, детка. Мне точно понравится услышать от тебя ругательства. — Он сверкнет хищной улыбкой и слегка подтолкнет его к подиуму. — И тебе придется привыкнуть к этому, мой красивый. — Он приковал одну ногу, потом вторую, раскрывая Акка практически до неприличия и восхищаясь его растяжкой. Потом, оглаживая бока, поднимет и зафиксирует в манжетах кисти рук. И отойдет на пару шагов, любуясь открывшимся видом. И смущением на лице Акка. Под горящим взглядом Айана Акк снова почувствовал себя неловко. Он думал однажды (ну хорошо, пару раз!) о фиксации и играх в связывание, наткнувшись в интернете на видео с такой темой. Но никогда не предполагал, что осмелится решиться на что-то подобное. Это заставляло его сердце биться сильнее. Он ощущал манжеты на запястьях, поддерживающих широко разведенные руки. И точно так же широко разведены его ноги. Он не может двигаться. Не может прикрыться. Он весь выставлен напоказ перед взглядом Айана. По его телу потихоньку прошлась дрожь. — Думаешь о чем-то неприличном? — Айян кружил вокруг него, как голодный зверь вокруг подранка. Разве что не облизывался. Акк мотнул головой и не сдержал выдоха, услышав, как звякнули цепи. Ему не потребовалось много времени представить, что его колени подкашиваются от ласк. Было ли это чем-то плохим? Скорее, всё ещё неловким. В нем поднимались спрятанные желания, которые оказались не такими уж и спрятанными для Айяна. — Я потратил около двух часов выбирая для тебя игрушки, мой дорогой. Но знаешь что? Как только я представил, что в твою задницу входит мой любимый вибратор, как меня окатила волна ревности. Я приревновал тебя даже к вибратору! — Айян хрипло рассмеялся, запрокинув голову назад. Но внезапно рванул к Акку, хватая его за шею. — Я хочу быть тем единственным, кто возьмет тебя сзади. Я хочу пометить тебя не только снаружи, но и внутри. Хочу, чтобы твое тело знало и помнило только меня. Айян с м о т р е л взглядом так, что под кожей собирался жар, пальцы ног поджимались, и с члена бежали капельки. — Такие громкие слова — с придыханием произнёс Акк. — Ты слишком много о себе думаешь. Ты сделаешь что-то или мне можно уснуть? Даже в таком положении он просто не смог промолчать. К тому же Айян только что упомянул, что он не против ругательств, а это даже и близко не были они. Так что Акк каким-то образом собирался взять себя в руки, хотя это оказалось сложнее, чем он себе представлял. Айян слегка шлепнул Акка по ягодице, а потом сжал крепко ее в ладони. — Дерзишь — он облизнулся. — Значит, пора и правда тобой заняться вплотную. Он подошел к полкам, взял с них задуманные предметы и вернулся к своему добровольному пленнику. Продемонстрировал широкую полосу шелковой ткани. — Мне нравится, когда ничего не отвлекает, — он обошел за его спину и плотный шелк лег на глаза Акку. — Знаешь, я думаю, что нам нужно придумать свое стоп-слово. Как насчет Суппало? Скажешь его, если не сможешь выдержать то, что я с тобой сделаю. Айян прижался к Акку со спины все еще полностью одетый. Приласкал соски, зацеловывая загривок. Сжал их в пальцах и отпустил. Погладил снова. И снова сжал, добиваясь хныканья. Его стояк крепко натягивал ткань брюк. Ему до одури нравилось ощущать под ладонями дрожь Акка, чувствовать, как откликается тело на его ласки. Как он вздрагивает и выгибается, то ли пытаясь уйти, то ли толкнуться. Невероятный. — Я думал, что ты слишком ненавидишь Суппало, чтобы делать его стоп-словом, — пробормотал Акк, стараясь держать свою голову чистой от мыслей о том, какие они оба извращенцы. Он принял темноту с легким перехватом дыхания. Когда повязка легла ему на глаза, Акк сначала ощутил лёгкую панику. Не видеть и не контролировать все вокруг было невероятно сложно. Он почувствовал себя ещё больше дезориентированным. — Зато совершенно точно не скажешь его случайно — Он слышит Айяна рядом. Слышит в голосе насмешку, и под закрытыми веками встает его лисья ухмылка. Почему-то ему стало спокойнее, хотя полностью волнение всё ещё никуда не делось. — И я не ненавижу Суппало. Я ненавижу правила, которым сто лет было еще сто лет назад. В наше время правила стали намного интереснее, — Айян потянулся снять с себя рубашку, все еще оставаясь в брюках. Он хотел получить больше ощущений кожа к коже. — Тебе не нравятся правила, которые есть в Суппало, — всё-таки произнёс Акк. — Тогда я всё ещё не понимаю… — Мы не будем сейчас говорить о школе. — Айян пробормотал, прижимаясь к Акку со спины, удерживая его в своем захвате. — Займемся чем-то более интересным, если ты не возражаешь. Айян поправил концы повязки с таким расчетом, чтобы они касались сосков Акка. И всё это для Акка было в новинку. Контраст воздуха и разной ткани заставлял нервные окончания сходить с ума. Кружево, хлопок, шелк… это слишком приятно касалось его кожи. Айян умело ласкал его, и Акк почему-то наслаждался каждым его прикосновением. Он заставлял его вздрагивать и выгибаться. Его тело (и наверное, он сам) было в восторге от происходящего. Каждое движение, каждое прикосновение — Акк принимал все его ласки. Он совершенно не контролировал лёгкую дрожь своего тела. И почему-то сейчас это казалось правильным. Сейчас ему стало немного легче. Может быть, потому что Акк ощущал себя в безопасности рядом с Айяном. Он никогда не думал, что такие безумные мысли могут посетить его голову. Айян же вел себя как дорвавшийся до сладкого диабетик: оглаживал Акка везде, чувствуя непроизвольное сокращение мышц. Гладил бедра с внутренней стороны, слегка царапая нежную кожу и наслаждаясь ощущением вседозволенности до темноты перед глазами. И, конечно же, ласкал член, так удобно устроившийся в его ладонях. Айан собрал прозрачные капельки влаги подушечкой большого пальца и влажно облизнул ее, мыча от удовольствия. — Я тебя обязательно позже съем, — Айян поцеловал за ухом и обошел снова, разглядывая шикарный вид на раскрытого Акка спереди. — Сейчас будет немного необычное ощущение, Акк. — Он шепчет, доставая из кармана первую игрушку, — Расслабься. Айян погладил еще раз головку и стал аккуратно вставлять вибратор в щель. Длинная цепочка бусин проталкивалась с совсем небольшим усилием. Сперва пара одна за другой — вытащить и снова вставить, имитируя половой акт. Затем на две больше — и снова вытянуть и вставить. Слушая, как раздаются по комнате влажные и непристойные звуки. Акк ничего не видел из-за повязки на глазах, но его ощущения были обострены в разы. Он тяжело дышал, ощущая каждую бусину, которая входила в него. Это было странно. Но странно в хорошем смысле этого слова. Айан включил вибратор. И Акка словно облило с ног до головы горячим приливом. Нервы, распаленные темнотой, ласками и давно сдерживаемым возбуждением, заставили его выгнуться всем телом, натягивая цепи до упора. Ему казалось, что эта цепочка какая-то слишком длинная, но он каким-то образом наслаждался каждой секундой, слегка вздрагивая от каждой бусины, введенной в него. Акк поджал пальцы ног и слегка откинул голову назад. Приглашая… Айян лизнул открывшееся горло, урча от удовольствия. Видеть строгого старосту в таком непотребном виде было невероятно. Он буквально заставил себя отойти и сделать пару снимков, после чего снова приласкал член. Прислушался к тому, как Акк тяжело дышит практически до гипервентиляции, и втолкнул всю цепочку до конца, ловя губами вскрик. Акк не ответил на поцелуй, был слишком занят, пытаясь разобраться в том нравится ему такая игрушка или нет. Неожиданно, но это оказалось приятно. Он почувствовал, что низ его живота слегка схватило судорогой, но сейчас его волновало что-то немного другое. Ему хотелось знать, пялился ли на него Айян? Смотрел ли он на его член? Уставился ли он на его грудь? Или на его лицо? Акк не мог этого сказать точно, но даже с полной темнотой он понимал, что Айян в любом случае наслаждался им. — Айян, — произнёс он, и его голос смешался с тихим стоном. — Все еще зовешь меня по полному имени, господин главный староста? — Айян выдохнул и покачал головой. — Но я не могу злиться на тебя. Ты бы видел себя со стороны, Акк. Я просто наслаждаюсь зрелищем. Ты так хорошо воспринимаешь все, что я тебе даю. Умница мой. Айян чувствовал. что еще немного и он позорно кончит в брюки, даже не дождавшись полноценного секса. Поэтому он напоследок лизнул под мышкой Акка, ловя возмущенно-удивленный стон, и сел на кровать, переводя дыхание. Вид на стонущего Акка не сильно упрощал задачу, но вдыхать его запах… это гарантия того, что он кончил бы в ближайшие тридцать секунд. Так что он закинул ногу на ногу и щелкнул кнопкой. Вибратор имел десять скоростей и несколько режимов движения. Айян мог бы быть ублюдком, но… для девственника он решил включил сперва вторую скорость. А потом поднять до середины интенсивности. Пока. Акк чувствовал себя крайне хорошо. Вся эта игра с Айяном, включая и вибратор и его поведение, возбуждала его. Он ощущал, что интенсивность увеличилась и он кое-как держался, чтобы ровно стоять на ногах. Хотя тот делал все, чтобы ноги позорно подгибались. — Ублюдок! — Акк выдохнул и вздрогнул, когда вибрация ударила его новой волной удовольствия на грани боли. Слезы давно бежали по его щекам сами по себе. — Какой же ты… скотина… Айан! Айян наблюдал за Акком, играя со скоростями. Увеличивая до пятой, приглушая до второй, заставляя извиваться в строгих ограничителях и стонать. Ох! Стонущий Акк, с текущими по щекам слезами был невероятно красив. — Как же мне хочется держать тебя в такой вот позе все время. Заставляя тебя умолять и скулить от наслаждения. — Аян снова достал камеру и сделал пару снимков. — Я бы хотел разбить тебя, Акк. — Айян, — простонал Акк уже намного громче. Он повторил его имя ещё несколько раз, пока не произнёс заветное, — Ай! Он ещё никогда не сокращал имя своего альфы, но сейчас так было лучше. Так было правильнее. И Акк чувствовал, что это было именно тем, что понравится Айяну. Ему пока что было сложно разобраться в их необычной динамике, но теперь он кристально ясно уловил и понял этот момент. Айян не смог долго усидеть вдали от Акка. Его тянуло к нему со страшной силой. И когда он услышал долгожданное сокращение своего имени, это было то, что осело внутри несмываемой меткой. — Да, мой хороший. Ты замечательно справляешься. Айан снова подошел близко к Акку и стянул с его глаз ленту. Это совсем не то, чего ожидал Акк — он уже успел привыкнуть к темноте. Странно, но сейчас он почти что не ощущал неловкости, просто растворяясь в наслаждении. Его мозг окончательно перестал здраво мыслить несколько минут назад. — Тебе нравится Акк? Хочешь зайти немного дальше или мне дать тебе кончить? — Я могу выдержать больше, чем ты думаешь, — с вызовом ответил на вопрос Акк, хотя сам не был уверен в этом утверждении. — Это вызов, дерзкий мой? — Айян улыбнулся и увеличил вибрацию до шестой скорости. Наблюдая за реакцией. — Может быть и вызов, — бросил ему в ответ Акк, смаргивая слезы. Он прекрасно осознает, что эти слова — это не самое хорошее решение, но у него не получается остановить себя. Айян усмехнулся, он выглядел ещё более довольным, чем был минуту назад. Акк видел это. Они стоял так близко друг к другу. Их ароматы смешивались в коктейль, бьющий по всем инстинктам. Альфа чувствовал аромат омеги, запах его возбуждения. Во рту у него скапливалась слюна, и клыки то и дело показывались из-за губ. Но именно сейчас Айян не прикасался к Акку. Не трогал ни член, ни задницу. Просто обозначал тепло своего тела рядом. Вибрация на шестой скорости должна не просто отзываться более глубоко по ощущениям. Это уже волна колкого жара от копчика до загривка. Акк подумал, что он не сможет стоять на ногах ни сегодня, ни завтра. Но это были не все ощущения. Он чувствовал подрагивающие мышцы бедер. Он хотел коснуться себя и кончить н е м е д л е н н о! И невозможность этого вызывало желание кричать! Хуже всего была нехватка дыхания. Акк плавал практически на грани асфиксии, когда никак не можешь вдохнуть больше, чем тебе нужно. Особенно когда твоя грудь затянута в нижнее белье. Больше никогда… не наденет… Никогда… — Посмотри на меня, Акк, — Айан зовет его, ловит взгляд помутневших от наслаждения карих глаз. — Ты можешь кричать, — он разрешает ему мягко. И увеличивает скорость работы вибратора до седьмой, возводя все вышеперечисленные ранее ощущения в квадрат. Акк почувствовал, что перестает справляться с накрывающей его волной. Вибратор продолжал работать ещё быстрее, и возбуждение возрастало ещё сильнее. — Ай! — его голос прозвучал как-то жалобно и умоляюще. Акк видел, что это нравилось Айяну. Ему нравилось, что он дошёл до того, что умолял. И Акк закричал. Оргазм Акка был прекрасен. Айян отключил мгновенно вибратор — после оргазма со сверхчувствительностью Акку будет невыносимо ощущать внутри себя игрушку. Ну и вытаскивая нитку бусин, он создал продление приятного момента. Все для его старосты. Айян выдохнул сам, спрятал клыки и обнял Акка, вжимая его в себя. Поцелуями касаясь таких соблазнительных губ, покусывая пухлую верхнюю губу — предмет постоянных фантазий. Он старался не касаться его сверхчувствительного сейчас члена, но прижимался к нему всем телом. Не обращая внимания на то, что пачкается. — Ты такой молодец, Акк, очень хороший мой. Нежный. Ты все сделал очень хорошо, — он шептал ему на ухо короткие фразы одобрения, поглаживая спину и водя ладонями круги по лопаткам. — Я сейчас позабочусь о тебе. Не волнуйся. Ты заслужил награду. Он снял с него бюстгальтер давая возможность дышать полной грудью. Обтер влажным полотенцем, стирая следы спермы. Далее, расстегнул карабины сперва на ногах, потом на руках. Поймав в объятия, переместил его на кровать. И, пристегивая наручниками руки к изголовью, шепнул — Сейчас вернусь, родной. Акк ощущал себя измученным. Он не мог толком пошевелить ногами. Но почему не чувствовал, что это было ошибкой. Может быть, виной тому, что его рациональный мозг в значительной степени отключился. Но, может быть, не так уж и плохо оставаться в таком состоянии? О нем есть кому заботиться. Правда, немного болели запястья: Айян, уложив его на кровать, пристегнул их снова. Может быть, ему стоило хоть немного возмутиться, ну хотя бы для вида? Но Акк полностью растворился в наслаждении после такого хорошего оргазма. Он просто закрыл глаза, давая Айяну возможность убрать за ним этот беспорядок. Его альфа был нежным, и он наконец-то снял с него бюстгальтер, который несколько затруднял ему дыхание. И только в этот момент Акк осознал, что не против был бы и не снимать его даже несмотря на неудобства. Он чувствовал себя в нем красивым и желанным, даже если это и звучало как-то глупо. — Ай, — тихо позвал его Акк, обнаружив, что его голос начал хрипеть. Айан поднес к губам Акка чашку с водой (обезвоживание после всего, что пережил Акк было весьма ожидаемо) и помог ему напиться. А потом поцеловал, жарко и властно. — На твоих руках останутся легкие следы на завтрашний день. — Он коснулся запястий и усмехнулся. — Мне понравится видеть их. Айян вдохнул аромат Акка и не выдержал. Он просто не мог сдерживаться больше. И так старался не пугать, не давить. Держать в голове, что Акк девственник, что нужно не торопиться. Но вот в таком виде: расслабленный, раскрасневшийся, покорный. В этих чертовых кружевных чулках, в которых его ноги выглядели невозможно длинными. С руками, скованными над головой… Айян не железный. Он сорвал с себя одежду. Кажется, выломав молнию, но это к черту. И потом просто отпустил себя. Поцеловать и снова, и снова. Прикусить соски, сжать талию. Айян изучал пальцами и губами все тело, не сдерживаясь, оставляя метки. Чувствуя, как так долго сдерживаемое возбуждение практически бросает его в незапланированный гон. Под ладонями бился пульс, как пойманная птица. То ли от приятных ощущений, то ли от страха — разбираться именно сейчас Айан не хотел. Он оскалил зубы и толкнул коленом ноги Акка, раздвигая их и размещаясь между. Огладил всего, припал губами и зубами к шее, всасывая и оставляя метку. Потерся о такой желанный вход, размазывая головкой члена смазку, и толкнул бедрами, входя. Под веками пульсировало алым. И словно издали он слышал глухой рык. Свой рык.