Голубоглазое Чудо
1 апреля 2023 г., 19:37
Как же я ненавижу эту белокурую девчонку, что день за днём проносится мимо меня не замечая!
Эта дрянная девчушка даже не подозревает о том, как она меня бесит!
Всегда, когда у нас совмещённый урок с Когтевраном, меня выворачивает наизнанку от её выходок: она просто не может не выходить за рамки дозволенного!
Пятый курс стал для меня мучением, ведь каждый раз я невольно засматриваюсь на её голубые глаза, которые светятся настоящим пламенем, когда она спорит о таких нелепых вещах! Или не совсем нелепых?
Засыпая, я всё время задумываюсь, почему она? Что именно меня влечёт к этой светловолосой девушке, не знакомой с простейшими правилами приличия?
Мне становится страшно и одновременно тепло на душе, потому что, кажется, я знаю ответ.
Вот я стою, задумчиво перелистывая учебник по зельеварению перед уроком профессора Слизнорта, ведь если даже весь из себя неряшливый Гарри смог выделиться на фоне этой грязнокровки Грейнджер, то сумею и я. Но одно мгновение, и я улавливаю запах. Этот запах пробуждает самые гадкие чувства во мне: услышав его, я будто превращаюсь в хищника, учуявшего свою добычу. Хотя, казалось бы, что может быть ужасного в аромате цветущих роз, смешавшемся с приторной сладостью десерта? Я не выношу, я ненавижу этот запах!.. Но всё же моя прогнившая насквозь душа чистокровного мага нашла в нём отраду.
Мне мерзко замечать за собой то, как я, отвлёкшись от книги, оглядываюсь на проскакавшую мимо ученицу параллели. Её небрежно уложенные локоны источают тот самый аромат, столь любимый и столь ненавистный мне, прыгают в такт причудливому ритму, что почему-то кажется мне знакомым, родным; её юбка повторяет движения танца волос, но вот мой взгляд случайно соскальзывает к нижней части её бёдер, и я уже не замечаю, как пытаюсь уловить малейший просвет белой ткани под подолом.
Но миг, который я мечтаю растянуть в вечность, проходит за считанные секунды. Я грустно провожаю взглядом белые носочки, оставшиеся без обуви: в очередной раз над ней решили подшутить и украсть её ботинки. Сердце начинает бешено колотиться, ярость вскипает в груди… Я убью их! Они больше не посмеют издеваться над ней!
Почему это так волнует меня? Мне кажется, я должна ненавидеть её, мне нужно не обращать на неё внимания. Да, стоит сделать вид, будто её не существует! Но каждый раз, когда я слышу этот приторно-сладкий запах, я словно схожу с ума, и до конца дня у меня не получается сосредоточиться ни на чём. Это убивает, пожирает изнутри.
Мой внутренний зверь начинает рвать свою старую гниющую от ржавчины цепь, выпускать острые когти из своих лап, когда я вижу её в паре с мальчиком, который позвал её на бал просто так, как друга. Ох, знала бы она, что я чувствую, никогда бы не стала дружить с таким, как он!
Ревность. Это самое противное чувство на свете. Оно разрывает изнутри, затмевает твой разум, и наконец ты не можешь думать больше ни о чём другом, кроме как об этом человеке.
Всё же как друга? Это вселяет надежды. Сердце снова сильно бьётся о стенки груди, ещё чуть-чуть, и оно выпрыгнет из неё. Я снова тайком наблюдаю за ней: она надела своё парадное серебристое платье с блёстками. О, как она прекрасна в нём! Серо-голубые, словно цвета тумана вечно удивлённые глаза, встретившись взглядом с проницательным взором которых внутри меня всё замирает; светлые, будто отлитые из золота волосы, струящиеся до самой талии, и всё это дополняет роскошный наряд. Я хочу утонуть в этих глазах, я желаю прикоснуться к её золотым прядям, зарыться в них, чтобы только ещё разок почувствовать этот сладкий аромат. Наступил новый день, идёт урок прорицания – я вижу, как её алеющие губы что-то еле шепчут профессору Трелони… Губы. О, как я жажду прикоснуться к её губам!
Нет! Нет, я не могу, я-я не хочу! Успокойся, это всего лишь глупые чувства, захватившие тебя на секунду. Всего лишь секунда? Ха-ха, кого я обманываю? Я не могла перестать думать о ней до начала зимних каникул! Что, что же я чувствую к этому белокурому ангелу? Ведь она явно не от мира сего.
Каникулы стали для меня очередным испытанием. Даже тогда мои мысли были забиты только ей, и от этого время с каждым часом, казалось, становилось всё медленнее и медленнее. Как это было невыносимо каждую ночь лежать в кровати и фантазировать о том, как я подхожу к ней и признаюсь во всём, а она отвечает взаимностью. Во мне боролись две стороны: одна старалась убедить, что ничего не выйдет, и стоит бросить любые попытки, но другая твердила, что надо быть лишь немного настойчивее, и всё получится. Наконец каникулы прошли: настала пора возвращаться в Хогвартс. Совру, если скажу, что я не ждала этой поездки.
Вторая сторона моей личности всё-таки одержала верх в той схватке: я набралась смелости и одолжила у Гарри его мантию-невидимку. Теперь я могу подобраться к ней, проследить за ней везде, где она может только оказаться. Да, ничто не помешает мне наслаждаться ею!
Едва завидев её пленительный силуэт, я затаила дыхание, укуталась в мантию-невидимку и встала за колонной. Я почувствовала, как цепи, удерживающие моего внутреннего хищника, начали трещать, их звенья – раскалываться, вот-вот и он вырвется на свободу. Мой разум захватывала страсть, а тело подчиняли инстинкты.
Мгновение, и передо мной стоит прекрасный белокурый ангел. Она тревожно хлопает своими глазками, не понимая, что происходит. Я сдёргиваю с себя мантию, и в этот же момент меня настигает новый сильнейший приступ. Сердцебиение ускоряется, над кожей пробегает лёгкий жар… Отступать нельзя, больше не вынести этих бессонных ночей. Я слышу её взволнованный голосок
- Джи…
Я затыкаю её своими губами. Внутри меня разливается тепло, копившееся с первого дня моей ненависти к этому чуду, она выбрасывается диким зверем в этот поцелуй. Останавливаться нельзя.
Я упираюсь коленом в мягкую ткань между ног и слышу этот нежный, мечтательный полустон, но мне всё мало, мне нужно ещё... Ещё, я хочу ещё!
Прошло немало времени перед тем, как я смогла оторваться от её пухлых губок, сделавшихся сладкими от остатков пудинга. Я даже прослушала звон школьных часов: уже давно начался следующий урок. Но сейчас мне всё равно.
Только я решила перевести дыхание, как мы соприкоснулись взглядами. На короткое время наступила тишина. В ней я услышала, как наши тяжёлые вздохи будто слились в унисон. Я вновь посмотрела в её глаза: они уже наполнялись слезами. Не выдержав этого, я стала разглаживать кончиками пальцев капельки, разводя их дальше по алеющим щёчкам. Снова возник этот запах, но я уже не ощущаю ненависти к нему. Я припадаю к её солёным от слёз щекам, солёный смешивается со сладостью, в груди загорается ещё более яркое пламя. Я теряю дар речи: все слова будто застревают в горле, сминаются во всё нарастающий комок. От этого становится ещё мучительней, тяжелей, чем даже просто смотреть в её блестящие от влаги глаза.
Я начинаю двигать коленкой и одновременно прислоняюсь к её мягким щекам: из её губ снова начинают доноситься приглушенные стоны. Стоны, что я так давно мечтала услышать, что снились в звонкой тишине ночи, от которых я каждое утро просыпалась с мокрыми глазами. Это месть? Любовь? Что бы это ни было, мне уже всё равно: в моих объятиях заключён некогда свободный ангел, порхавший словно птица под голубыми небесами. Но теперь она полностью моя.
Притянув девушку за бирюзово-белый галстук, я снова страстно целую её, вновь становятся слышны её великолепные стоны, от этого внутри становится всё жарче. Боже, если это сон, я не хочу просыпаться.
Больше я не помню почти ничего: слишком сильные чувства захлестнули меня. Перед глазами возникают лишь редкие эпизоды: грубые прикосновения к её мягкой бледной коже, как она зарывалась своими пальчиками мне в рыжие волосы и шептала на ушко: «Ещё…»; потом я вижу перед собой неровно дышащего ангелочка, чьё тело дрожит от усталости и наслаждения, а глаза наполняются слезами счастья. В конце на выдохе я слышу её шёпот:
- Джинни, если я тебе нравлюсь… То так бы и сказала. Не нужно было ходить вокруг да около.
Я только что вспомнила, за что я ненавижу этого белокурого ангела.
