Рыцарский кодекс

      — Молодой господин, вы проснулись? — послышалось Акито после стука в дверь комнаты. Спустя несколько секунд дверь открылась, и показалась фигура горничной. Девушка поймала на себе сонный взгляд зеленых глаз и продолжила. — Господин Шинеи просит вас спуститься на семейный завтрак через полчаса.              — Аргх, я уже встаю. Позови ко мне Арату.              — Слушаюсь, молодой господин.              Девушка услужливо поклонилась и вышла, закрыв дверь. Шинономе потянулся в кровати и нехотя встал. Парень подошел к большому шкафу из темного дуба с росписью известного мастера империи. Акито достал излюбленный оранжевый халат и накинул на плечи. До прихода его доверенного лица - Тоно Араты - оставалось несколько минут. Акито подошёл к рабочему столу. Среди полного беспорядка он выудил несколько запечатанных писем с синей печатью в форме герба герцогства и положил прямо посередине стола. Послышался стук.              — Господин Акито, это Тоно Арата.              — Войди, — послышался скрип двери. Акито лениво повернулся в сторону гостя. Тоно Арата - старший сын барона Тоно. Он ещё с детства был близким другом Акито, плечом, на которое тот мог положиться, и просто верным товарищем в жизни. Акито очень ценил его, поэтому и выбрал в качестве своего помощника несколько лет назад.              Сейчас Арата был одет в строгий чёрный костюм с темно-синим галстуком. Из его кармана пиджака торчал клетчатый платок, который, кажется, был подарен девушкой с охотничьих соревнований, которая постоянно крутилась вокруг них, - Миятой Соумой.              — Доброе утро, молодой господин, у вас есть какое-то поручение ко мне?              — Сколько раз говорить, Арата, хватит этих формальностей, мы же с тобой столько знакомы, — вздохнул Шинономе, — Да, я подготовил несколько писем для отправки по поручениям отца. А ещё то, о чём мы говорили ранее. Есть новости?              — Да. Хотите получить отчёт сейчас?              — Позже. Как дела с Миятой Соумой? — Акито хитро улыбнулся, видя то, как кончики ушей Араты начинают краснеть. — Кажется я видел, как она дарила тебе платок на прошлых охотничьих соревнованиях. Скоро помолвка? — О да, Шинономе просто обожал всячески подкалывать и смущать своего друга.              — Давай не будем сейчас об этом, — Тоно отвёл взгляд и поднял к губам, учтиво кашляя.              — Ладно, ладно, не буду. Ты вроде просил отгул на следующей неделе? — Акито дождался ответного кивка и, уже открыто забавляясь, продолжил, — Я тебя отпускаю, но с условием: расскажешь, как прошло твоё свидание с той девушкой.              — А-Акито!       

***

             Эна со всей присущей ей грацией вошла в столовую. В её каштановые волосы была вплетена косичка с левой стороны, завязанная белой лентой. Белое платье с туго завязанным корсетом подчёркивает изящную талию. Прямой крой юбки заканчивался прозрачным воланом.              Во главе стола уже сидел отец, наблюдающий за сервировкой. Он почувствовал взгляд на себе и поднял глаза.              — Доброе утро, отец, — Эна поклонилась, согласно правилам этикета.              — Доброе утро. Присаживайся, — отец кивнул на место слева от него.              Вскоре в дверях Эна заметила рыжие волосы брата. Он учтиво постучал, после чего вошёл.              — Доброе утро, отец, сестра.              — Доброе утро, сын. Ты вовремя, садись, — Шинеи кивнул на место справа от себя.              — Матушка не будет завтракать с нами?              — Ей ещё нездоровится, она позавтракает у себя.              Повисла тишина.              Акито сел, после чего горничные стали выносить блюда. Перед семьёй Шинономе поставили блюда с фруктами и порции с блинчиками, сверху покрытые карамельным сиропом. Эна заметила, что девушка поставила чайник с изящным блестящим носиком, который она видела на портрете матери, написанном отцом. «Это же любимый чайник мамы» - подумала Эна. Герцог поднял левую руку, и тут же рядом появился дворецкий.              — Да, господин?              — Отнесите этот чай герцогине. Сюда принесите другой, — с неким раздражением ответил глава семьи.              — Да, господин.              Пока Эна наблюдала за этой сценой, в её голове крутилось много мыслей. Они, сталкиваясь друг с другом, превращались в огромный водоворот, который заставил её уходить все глубже ко дну сознания, а сердце болезненно сжиматься. Чувство тревоги нарастало с каждой секундой. Почему слуги перепутали чайники? В этом есть скрытый смысл? Матушка скоро поправится?              В это же время её младший брат неторопливо поедал свой завтрак. Его голова была забита совершенно другим: предстоящим балом и подготовкой к нему, рыцарским экзаменом и тренировками перед ним, а ещё выдумыванием шуток для подколов Араты. Ах, ещё что-то Ан говорила про чаепитие на этих выходных.              Завтрак закончился в полной тишине, как и начался. Каждый закончил его в своём настроении. Попрощавшись со всеми, Эна поднялась к себе. На её столе лежали скомканные листы бумаги, когда-то бывшие черновиками.              Девушка положила голову на стол и закрыла глаза. Нужно поговорить с девочками о беспокоящем её чувстве.       

***

             Акито сидел в своём кабинете отвечая на письмо и одновременно с этим просматривая статью в газете              В дверь постучали.              — Господин Акито, это Арата.              — Войди, — послышался звук открывания двери.              — Акито, тот отчёт, о котором ты просил утром. Я принёс его, — Тоно наконец-то перешёл на "ты". Помощник подошел ближе и положил несколько бумаг слева от Акито, — Ещё пришло приглашение на чаепитие от госпожи Ан.              — Ответь согласием. И попроси подготовить мой выходной костюм. Тот, что с оранжевым лацконом, — Арата кивнул, — Так, нам же ещё тебе что-то придумать нужно.              — Прости?              — Я говорю, что твоя возлюбленная тоже будет там, и нам нужен такой костюм, чтобы ты не ударил в грязь лицом.              — Я выберу что-нибудь сам...              — Я попрошу Ан узнать, что оденет леди Соума, а потом мы подберём тебе костюм в её цветах. Как тебе мысль?              — Не стоит так утруждаться, — Арата окончательно залился краской при мысли, что все гости будут считать их парой, раз уж они оделись одинаково. Акито лишь рассмеялся. Тоно устрашающе посмотрел в его сторону, — Когда у тебя появится возлюбленная, я обязательно отыграюсь, — прошептал он.              — Жду не дождусь, — ответил Акито.       

***

      Белоснежная карета с золотыми узорами остановилась на Верхней улице. Кучер спустился со своего места, чтобы открыть дверь и подать руку леди внутри. Прохожие постоянно озирались, смотря на ослепительную карету. Но девушка, что вышла оттуда, несколько разочаровала их.              Они ожидали увидеть роковую красавицу - Золушку в цветочном платье, лесную нимфу или богиню красоты, но реальность была иной. Из кареты вышла леди в скромном темно-синем жакете с чёрными брюками и высокими сапогами на небольшом каблучке. Тёмные волосы собраны в высокий пучок, а передние пряди, что свободно свисали по лицу, и чёлка скрывали лицо незнакомки. В своих руках леди держала длинную черную мантию, в которую что-то было завёрнуто.              Девушка элегантно спустилась, приняв руку кучера, и надела мантию, попутно пряча то, что в ней скрывалось до этого. Она сказала несколько слов слуге, тот поклонился и через пару минут уехал. Интерес людей потихоньку стих, и все вернулись к прежним заботам. Девушка уверенно зашагала по улице.              Верхняя улица - далеко не то место, куда стоит выбраться на вечернюю прогулку по столице. Говорят, что здесь находится много гильдий наёмников, которые принимают самые разные заказы: от подделки документов и до убийства по заказу. Поэтому уже само появление представителя высшего общества в подобном месте вызывало вопросы.              Дверь небольшого магазинчика с антиквариатом распахнулась. Из под чёрного капюшон показались выразительные медовые глаза. Взгляд зацепился за мужчину за прилавком.              — А, Шира, давно тебя не было. Как поживаешь? — мужчина улыбнулся.              — Здравствуйте! Я заскочила отдать меч, посмотрите? — девушка сняла тёмный капюшон и убрала мешающие волосы. Из под мантии она достала ножны с мечом. Продавец надел небольшие круглые очки с толстыми линзами и достал оружие. — Я хочу, — продолжила девушка, — зачаровать его. Это подарок для моего друга, так что заклинание должно быть необычное.              — Хмм, — мужчина задумался, разглядывая меч, — эта сталь из Валерии? Что ж, такой меч выдержит мощную магию. Например, молнию или призыв шторма. Ещё можно попробовать огонь или...              — Точно, огонь! Думаю, что огненная магия ему очень подойдет, — девушка вспомнила рыжие волосы человека, которому собиралась сделать подарок, — Как много времени это займёт?              — К концу следующей недели справлюсь. Приходи, как обычно, в пятницу, но вечером. В городе будет фестиваль, тебя могут заметить.              — Вы так обо мне заботитесь, — улыбнулась леди и положила рядом с мечом мешочек монет, — обязательно прислушаюсь к вашему совету. Ну, я побежала! До пятницы! — она помахала рукой, надевая капюшон. Дверь магазина закрылась.

***

      Шираиши Ан - единственная дочь герцога Шираиши - сидела в гостиной герцогства Шинономе на мягком диване и медленно, как подобает этикету, пила чай из свежезаваренных чайных листьев. Её волосы струились локонами к плечам, где были собраны в аккуратную причёску, название которой Акито не знал. Голубое пышное платье с вырезом буквой «V» и юбкой с легкой сеткой на несколько оттенков темнее основного цвета было украшено жемчугом и вышивкой. Такое платье хорошо сочеталось с длинными серебристыми алмазными серьгами. Руки, что изящно держали чашку, были в белых перчатках до локтя. Леди отняла чашу от губ и поставила на блюдце, переводя внимание на собеседника.       Все это время Акито недовольно пялился на Ан и с хрустом поедал шоколадное печенье, пристально наблюдая за неким чайным обрядом Шираиши.              — К слову, с чего вдруг ты организовываешь чаепитие? — наконец начал он.              — А почему нет?              — У нас же рыцарский экзамен через неделю, ты что, забыла?       — Что? Неужели он через неделю? — глаза девушки округлились. Она приложила свободную руку ко рту. Глаза продолжали округляться. — Я же уже разослала приглашения, что же теперь делать? Не могу же я их отозвать!       — Ан, ты серьёзно? — Шинономе вскипел. Вот же ведь! Он значит целый год ждал, готовился и переживал, а у нее это так легко выскочило из головы, неужели ей всё равно на этот экзамен? «Да как про такое можно было вообще забыть?!» — добавил в мыслях красный от злости парень. Спустя напряженную минуту девушка звонко и громко рассмеялась.       — Ты бы видел своё лицо! Да шучу я, шучу! Я бы никогда такое не забыла! В отличие от тебя, у меня уверенности в своих силах через край, и тебе стоит быть уверенней в себе! Так я и подумала, что чаепитие на природе будет прекрасной возможностью чуть-чуть успокоиться, — она ещё немного отпила чая. Акито чуть-чуть расслабился. Гнев на подругу утихал.       — Что насчёт леди Соумы? — пробурчал он.       — А? Да. Платье будет фиолетовым.       — А конкретнее? Пышное, не пышное, цветочное, в клетку, в точку, я не знаю, в чашку? Какие они там ещё бывают?       — Акито, ни одна девушка не раскроет дизайна своего платья другой. Я и так еле-еле узнала цвет, а ты ещё и фасон просишь! – Ан театрально возмутилась.       — Да почему нет-то?       — Потому что я могу скопировать дизайн, — начала загибать пальцы Ан, — надеть такое же, а потом обвинить её в краже идеи. И поверили бы мне, ведь мое положение в обществе выше. Поэтому никто и никогда не говорит, в чем придет. И я не исключение. Никто даже не знает имя моего дизайнера!       — Ладно, я понял - вникать не буду. Ваши женские штучки слишком тяжелы для меня, — недовольно замычал Шинономе, на что Ан лишь рассмеялась.       — Скажи лучше, как ваша матушка?       — Да как, как. Плохо. Врачи ничего не говорят, лишь руками и разводят. Она даже не ест с нами, ей очень тяжело вставать с постели. Отец тоже молчит и постоянно в кабинете сидит. Как не зайду к ней - она все время спит. И все ходят ужасно грустные. Даже не знаю, что тут говорить. Наверное, уже готовятся к худшему.       — Ты поэтому так часто тренируешься вне дома? Это... очень плохо, Акито, если я, — она запнулась, — если я могу чем-нибудь помочь, ты только скажи, — в её взгляде читалось беспокойство. Кажется, сейчас девушка сняла маску "идеальной леди" и откровенно волновалась за друга. Акито тепло улыбнулся.       — Спасибо, Ан. Но я в порядке. Сейчас меня лишь волнует моя цель. Кстати, насчёт чаепития... — парень поймал удивлённый взгляд Шираиши, — Мы же как обычно вместе пойдём?       — И почему твои предложения сопроводить леди такие не эстетичные, — она закатила глаза, — Неужели так сложно взять леди за руку, улыбнуться и сказать? — Она театрально положила руку на грудь, — Моя прекрасная леди, я думал о вас дни и ночи и хотел бы спросить нечто важное для меня, — Ан выдержала театральную паузу и продолжила с ещё большей наигранностью, — Удостоите ли вы меня чести сопровождать вас на этом чаепитии? — Акито на все эти «телячьи нежности» закатил глаза и простонал.       — Так это да?       — Конечно мы пойдём вместе, я что, зря подготовила то оранжевое платье? Знаю же, что ты свой оранжевый костюм оденешь!       — Ну, с костюмом ты угадала. Погоди, какое ещё «то платье»? — в голову Акито полетел красный макарун, — Да че ты сразу едой кидаешься, я же пошутил! Помню я его!

***

      В столовой Синего дворца царила удушающая тишина. Тоя ел медленно, тупо смотря в свою тарелку, и, ловя на себе взгляды братьев. Кажется, те опять что-то придумали и пытаются понять, если они сбегут, сдаст он их или нет.       Впрочем, Тое было абсолютно плевать. Сейчас он встанет из-за стола и пойдёт к себе работать. Потом спустится на обед. Затем снова поднимется в свой холодный кабинет. И уже после всего запланированного посетит ужин или сразу уйдёт спать. Его жизнь - однообразные дни в работе; светских мероприятиях, что были похожи одно на другое; постоянном обучении и самобичевании.       И лишь иногда эту постоянную рутину разрушали брат и сестра Тенма, однако в последнее время и они были заняты: совсем скоро у Саки церемония совершеннолетия. С яркими цветами и фейерверком в конце, как рассказал ему Цукаса. Уж он лично проследит, чтобы каждый цветок был свежим, а каждое блюдо приготовлено идеально.       Вот что значит - души не чаять в сестре.       И ведь несмотря на свою гиперактивность, Цукаса являлся одним из самых завидных женихов. Оно и понятно - каждый видел, как тот нежно заботится о сестрёнке. Наверное, любая девушка мечтала оказаться её месте, лишь бы сам Цукаса Тенма заботится о ней с таким рвением.       Тоя погрустнел. Он бы тоже хотел, чтобы о нем заботились. Чтобы каждое утро слышать «Как спалось?». Чтобы он был кому-то важен. «Интересно, есть ли в мире такая же одинокая душа, как я?» — размышлял Аояги.       Но это лишь глупые ванильные, словно вата, мечты. Ему стоит быть внимательней: в любом приёме пищи может оказаться яд, а какой-нибудь тёмной ночью к нему могут ворваться убийцы. И, пускай, Его Величество Император ведёт активную антинаемическую политику, по слухам, на Верхней улице за достойную сумму можно найти людей. Кажется,       — Я закончил завтракать, братья, — Тоя встал, поправляя пиджак. Он слегка склонил голову в поклоне, словно кукла, — Хорошего вам дня.       Тое просто хотелось тепла.