Как же сложно быть шиноби

      Новая смена прошла спокойно. Не было ни нападений на ближайшие деревни, ни делегаций, ни буйных торгашей, которым чужда бумажная волокита. Красота, а не смена. Начальник похвалил меня за то, что я наконец-таки собрался с мыслями и больше не витаю в облаках.       — С возвращением! — подал голос с кухни Какаши. — Я дожарю яйца и можем есть.       — Я дома. — тяну я и иду мыть руки. — У нас есть помидоры? Жуть как хочу брускетты.       — Эм-м-м. Не знаю я как готовить эти «брускети», но помидоры у нас есть.       — Поджарь тогда, пожалуйста, багет, я сейчас приготовлю.       Какаши оказался хозяйственным. Вынести мусор, помыть посуду, продукты купить для него не было проблемой. А мне оставалось приготовить. Красота.       — Вкуснятина. — промычал я, наворачивая яичницу с рисом в каком-то соусе. — Ты отлично готовишь!       — Не смеши меня. После твоей еды-то! Доедай, а я помою посуду. — Хатаке уже унес свои тарелки к раковине. — Что на ужин сделать?       — Давай сходим куда-нибудь. — предложил я. — А стой! Мне сегодня к Кане-сан надо сходить.       — Хорошо. — Какаши подошел и забрал мою тарелку. — Иди поспи.       — Ох, Какаши! Ты прям заботливая женушка. — хохотнул я, и сразу словил полотенцем в лицо.       — Пошел спать!       

***

      Проснувшись, я сходил ополоснуться и отметил, что волосы больше не похожи на паклю, а кожа лица приобрела вполне приятный вид, мешки под глазами пропали.       — О, ты встал. — удивился Какаши, когда я вышел из ванной.       — Да. — я скинул полотенце на плечи. — А ты куда ходил?       — За покупками. Ты же сам список написал. — и кивнул на пакет на столе.       — А-а-а. Хорошо. Наделаю сегодня закусок. — мечтательно протянул я.       В дверь постучали. Странно, Дан так рано не приходит. Я двинулся было в сторону двери, но пусть мне преградила рука Хатаке. Он кивнул мне в сторону моей спальни, намекая, что мне надо бы переодеться. Это да. Я по дому в одних домашних шортах хожу. Кивнув, пошел приодеться.       — Добрый день. Здесь живет Фуметсу-сан? — голос я узнал. Это была та молодая мамаша, что потеряла свое дитятко на торговой улочке.       — Добрый день, Учиха-сан. — поздоровался Какаши. — Он сейчас подойдет.       — Я уже здесь. — кладу руку на напряженное плече друга. — Здравствуйте.       — Добрый день, Фуметсу-сан. — улыбнулась девушка. Сегодня на ней было красивое платьеце с нежными белыми цветами, а в руках плетеная корзинка, прикрытая платком. — Спасибо за помощь в тот день. Примите, пожалуйста. — девушка поклонилась и протянула мне корзинку.       — Не стоило…       — Примите, пожалуйста. — повторила она.       Я взял. Неловко как-то заставлять девушку так стоять. А корзинка-то увесистая.       — Может зайдете на чай?       — Ох, нет. У меня еще есть дела. — мило улыбнулась девушка. — Если мы как-то можем помочь вам — обращайтесь.       — Хорошо, Учиха-сан. Хорошего Вам дня.       — Хорошего дня. — девушка кивнула нам на прощание и ушла.       Я отнес корзину на кухню и, не удержавшись, начал разбирать подарочек. Хорошее вино, фрукты и ягоды, данго из одного хорошего заведения и открытка с милым трехцветным котом.       — Смотри какая прелесть. — показываю соседу открытку.       — Ага.       — Вино хорошее. Оставлю до какого-нибудь праздника. — прячу бутылку в шкафчик и иду обуваться. — А фруктами угощайся. Будет жалко если испортятся. И данго бери! А я пока к Кане-сан сбегаю. Не скучай! Я скоро!       — Хорошей дороги! — отозвался Какаши.       Коноха, как всегда прекрасна! Теплый спокойный вечер. Птички поют, малышня из Академии бежит по домам, а те, что постарше бегут гулять. Вот оно! Мирное время!       Втянув носом теплый воздух, я улыбнулся как дурак. Вот только сколько продлится это мирное время? Ну может лет пять еще. Все более-менее оправятся и начнется новая волна разбоев и междуусобец. Может и я помру там… А жаль. Мне нравится этот мир.       — Акира-кун. — улыбнулась мне Кана-сан. Старушка ждала меня на лавочке перед своим домом. — Рада видеть тебя.       — Здравствуйте Кана-сан. Я тоже рад вас видеть. — я улыбаюсь и протягиваю ей руку. — Разрешите сопроводить столь эффектную даму.       — Если Вы настаиваете. — маленькая ладошка женщины оказалась в моей. Холодная, покрытая морщинами. Она напоминала мне ладонь матери.       Домик у Каны-сан был небольшой, но вполне уютный и располагался в тихом районе, правда далековато от её работы. Живёт она одна. Ни мужа, ни детей. И как у любой самодостаточной женщины, у Каны-сан есть кот. Большой чёрный и лохматый. И зовут его странно. Мадара… Ещё бы сразу Учихой окрестила.       Хотя признаю, кот и правда необычный. Взгляд у него больно умный, да и понимал меня вроде.       — Мадара-кун умный кот. — женщина погладила это мохнатое нечто. — Так как там твои фууин? Все еще увлекаешься?       — Ну… Мне нравится. -ох, нехорошо на меня эта животина смотрит. — Правда, я еще не со всем разобрался. Знаете ведь, что ни учебников, ни наставников у нас здесь нет.       — Твоя правда… Акира-кун, могу я задать тебе вопрос? Возможно, он покажется тебе странным…       — Все хорошо, Кана-сан. — улыбаюсь женщине. Ну что эта милая старушка может у меня спросить? Про личную жизнь или про какие-то новые словечки среди молодежи? — Задавайте.       — Какой вопрос тебе задали?       — Что?       — Ну… Когда я умерла, у меня спросили самое ужасное на мой взгляд число. Я ответила, что восемьдесят четыре. И теперь я умираю в последние сутки перед моим восемьдесят четвертым днем рождения. Очень обидно, когда в мире все живет под тысячу лет, а ты помираешь еще в раннем детстве. А иногда наоборот… Тело болит, разваливается на глазах, а умереть ты не можешь.       — Вы… — горло пересохло от волнения. — Тоже попаданец?       — Я называю себя «перерожденцем», но суть от этого не меняется. — улыбнулась женщина. — Так какой вопрос тебе задали?       Женщина улыбнулась и чуть наклонила голову. Прежде я никогда не встречал таких же как я… Точнее догадывался, но поговорить с ними мне не доводилось. Обычно мы были врагами и к переговорам как-то не шло. Как узнать «попаданца» среди всех? Они используют слова и выражения, которые остальные не понимают. Просят пистолет в мире-"средневековье» или наши классические подкаты… Они вообще неподражаемы. Или резко меняется поведение, появляются знания, которыми человек просто не мог владеть до этого.       — Я… Он спросил готов ли я еще раз потерять… Своего сына… Я тогда…       Старушечья рука накрыла мою стиснутую до белизны ладонь. Эта тема все еще была для меня болезненной, несмотря на бесчисленное количество жизней, десятки тысяч лет жизни…       — Я больше не могу иметь детей. — всхлипываю и опускаю голову. — Ни будучи женщиной, ни будучи мужчиной.       — Ну-ну, милый мой. — утешала меня женщина. — Знаешь, может это и к лучшему… Я становилась матерью, но оставлять детей, какими бы взрослыми они ни были, очень сложно. Даже сейчас я о них беспокоюсь… А внуки… Они совсем маленькие были, когда я умерла. Да и всегда можно взять ребенка из приюта…       — Это да… — грустно улыбаюсь я. — А как вы догадались, что я не Акира?       — Видела я этого мальчонку. — фыркнула Кана-сан. — Такой…       — Убогий?       — Да. — смутилась женщина. — А потом появился ты. Такой яркий, приветливый, добрый.       — А вы были в России?       — О, да! Я жила в Брянске, а потом переехала с мужем в Москву. — оживилась женщина. Кот на ее руках посмотрел на нас… как на сумасшедших. Это точно кот?       — А я в Петербурге жил.       — Красивый город. — смеялась женщина. — Я ездила туда к дочке. Ой! Совсем мы заговорились! Идем! — Кана-сан подскочила, скинув кота, и побежала в кухню. Разве старые люди могут так бегать. — Акира!       — Иду!       В кухне библиотекарша подняла несколько половиц. Под кухней оказалась лестница куда-то под землю. Подвал?       На полу рядом со спуском стояла керасиновая лампа, точно такую же взяла Кана-сан, когда спускалась. Я бросил взгляд на жалобно орущего кота и спустился следом. Спустились мы в обычный подвал с закатками (?) и соленьями. Вон даже свекла и картошка в мешках. И лук вижу.       — Помоги мне. — женщина ухватилась за один край полки. — Тяни за тот край.       За полкой… Оказалась еще одна дверь. А за ней комнатка, исписанная фууин и покрытая печатями. Воу, да это настоящая секретная комната! Как же много здесь свитков и книг. Это Архив?       — Это не архив. — покачала головой старушка. — Здесь собраны все знания клана Узумаки.       — Узумаки? Разве Кушина не была последней из красноволосых демонов?       — Нет. — Кана-сан подошла к полке и достала три свитка. — Но она была последней Узумаки, прибывшей в Коноху. Смотри. — она развернула на небольшом столике свитки, и я заметил печати Хокаге и Дайме страны Огня. Это официальные документы. — Первый раз Узумаки пришли в Коноху с делегацией, но после этого все Узумаки вернулись на родину. Второй раз Узумаки прибыли с Госпожой Мито, когда она вышла замуж за Хашираму-саму. Всего в Коноху приехало двенадцать членов клана, включая Химе-саму. Третий раз Узумаки переселились в Коноху с Кушиной-самой, но тогда с ней приехало всего две служанки в возрасте.       — Получается в Конохе было пятнадцать Узумаки? — задумался я. — И все это… Они привезли с собой?       — Ага. Вот от сих до сих привезла лично Мито-сама. — Кана-сан показала на шесть забитых под завязку полок. — А вот это привезли мои родители. — она хлопает по полке. — Моя семья специализировалась на защите территории. Как видишь, мы с отцом много времени потратили на создание этой комнаты.       — Стойте, так Вы…       — Узумаки Кана. Мои родители приехали в Коноху с Мито-самой. Она была невероятным человеком. Такой доброй и талантливой женщины я никогда не видела, но она не была такой как мы.       — И зачем Вы меня сюда привели? Явно не для того, чтобы похвастаться своей коллекцией.       — Я хочу обучить тебя искусству фууин. — строго сказала женщина, спрятав руки за спиной. — Мне осталось три года, и за это время я сделаю из тебя Мастера!       — Э-э-э-э. Я, конечно, рад, но разве у Вас нет подходящего Узумаки? Не чистокровного, так полукровку?       — Из Узумаки остались я, Каори, Дан и Наруто. Мы с Каори старые уже, Дан совсем бездарный, а Наруто слишком мал. — покачала головой Кана-сан.       — Огава Каори и Огава Дан? — удивился я.       — Да. — кивнула старушка. — Как тесен мир, правда?       — А… Ага.       — Когда мы с Каори умрем, не останется ни одного мастера фууин… Я понимаю, что ты нам ничем не обязан, но, пожалуйста, передай эти знания Наруто, когда он подрастет. Я верю, что однажды он заинтересуется наукой наших предков.       — А Дан? Чтобы передать теорию, не надо же быть гением.       — Фууин не такая специальность. Ты или его понимаешь интуитивно, или не понимаешь вообще. Дан, как раз, второй случай. Так что выбора у нас нет. Но тебе, как перерожденцу, я доверяю больше, чем любому жителю этого мир.       — Хорошо. Это в моих интересах, поэтому не вижу смысла отказываться. Когда приступим к обучению, Кана-сенсей?       — Прямо сейчас!