apocalypse

минджэ вообще-то добрый парень. с тяжёлым кулаком и светлой улыбкой, замечательной репутацией и друзьями. ему не доставляли проблем хулиганы, можно сказать, наоборот тянулись стать ближе. ким рад только — лишние знакомые ему не помешают. у минджэ была сестра.прекрасная, светлая и красивая минджи. добрая и отзывчивая, со звонким смехом и очаровательной улыбкой, не оставшейся без внимания других парней, подкладывающих ей в рюкзак открытки и конфеты. возможно, как раз таки поэтому подавляющее большинство учеников стремилось узнать минджэ получше и влиться к нему в компанию. чтобы стать на шаг ближе к минджи. ему это не особо нравилось. отдавать свою любимую сестру какому-то уроду он не собирался. почти не подпускал, зная, что этой девушке волю дай, она пойдёт гулять с каким-нибудь баскетболистом, зная лишь его имя и класс. минджэ считал, что ей особая помощь не нужна, но можно сказать, делал это ради собственного спокойствия. да и минджи не возмущалась совсем, лишь звонко хихикая на каждую попытку старшего брата уследить за каждым смотрящим в её спину парнем. но однажды, она пришла домой в слезах. щёки её были красными, как спелая клубника, пока она растирая тушь по лицу ладонью тихо всхлипывала. — минджи, ты чего? тебя кто-то обидел? — минджэ подбегает ближе, убирая тонкие запястья в стороны, чтобы посмотреть в тёмные глаза. — идиот сумин снова лез ко мне на физкультуре. говорил, что обязательно украдёт меня и увезёт с собой, на другой конец сеула. , я так больше не могу. он ничего не понимает. я устала. — минджи снова всхлипывает, снова закрывая лицо руками. — я поговорю с этим ублюдком, минджи. не плачь, всё хорошо. — минджэ гладит её по тёмным волосам, ближе к себе прижимая. конечно, он зол. зол потому, что какой-то придурок сумин в очередной раз лезет к его сестре. что он тупой и глухой одновременно. что довёл его дорогую сестру до слёз, и наверняка, даже не догадывается о своём ужасном поступке. такое, минджэ не прощает. никто не смеет обижать близких ему людей. поэтому он решает, действовать радикально уже на следующий день. ким через кучку своих многочисленных знакомых выясняет личность этого рыжего (как оказывается) урода. тоже числиться в списке местных хулиганов, катается на мотоцикле, который ему любезно передал старший брат, курит сигареты с ментолом и ничего особого из себя не представляет. кто-то болтает про его наглый характер, кто-то про улыбку до ушей, словно тот чеширский кот, кто-то про надменность. минджэ всё равно. ему глубоко плевать на то, какое молоко он любит и как легко ему даётся английский. всё, что он считал для себя необходимым узнать, он непременно узнал. каждую среду, чхве сумин, после математики, соответственно последнего урока, восседает за школой на своём мотоцикле, дожидаясь выхода своего друга постарше. видимо, попытка, чтобы поймать его, у минджэ будет одна. и он старается её не упустить: бежит из школы сломя голову, лишь бы успеть. не хотелось долго с ним тянуть. просто поговорить, обсудить, прийти к компромиссу и на этом разойтись.  но стоило только минджэ остановится на месте. стоило только заметить рыжую макушку, чей хозяин спокойно таращился в свой телефон, держа в длинных пальцах уже достаточно выгоревшую сигарету. носом изредка шмыгая, и поднося окурок к губам, чтобы сделать очередную затяжку. стоило только его увидеть, как в груди у минджэ злость неописуемая накапливается — серьёзно? вот так легко? словно он думает, что ничего за свои выходки не получит? наглец. — эй! — парень отрывает глаза от своего телефона на зов, сщурившись, по-видимому, чтобы разглядеть его лицо. — ты чхве сумин? в ответ следует лишь довольная ухмылка, которая превращается в улыбку с каждой секундой, как минджэ стремительным шагом достигает его мотоцикла. — чем обязан? — сладко тянет сумин, глазами хлопая как школьница. — отвали от минджи, или я тебе зубы пересчитаю. — ким не церемонится особо. с первых секунд понимает, что не стоит тратить на этого человека своё время. — ох, ты наверное её братец? как тебя, минджэ? — сумин кивает в такт своим словам, будто убеждается. голову вниз опускает, манерно кинув себе под ноги тлеющий бычок сигареты. — хорошо. я выполню твою просьбу, минджэ-хён. но конечно, не за бесплатно. ким куксится, заставляя наглую ухмылку на чужом лице появиться снова. он и не особо надеялся на то, что их разговор станет совсем быстрым и лёгким. в очередной раз убеждается, что все слова про сумина правда — он тот ещё прохвост. — поцелуешь меня? минджэ не скрывает своего удивления, ибо спрятать глаза размером с монету будет сложно. серьёзно? какой к чёрту поцелуй? минджэ буквально пришёл к нему весь на взводе и еле держась от того, чтобы поддаться соблазну и вставить этому нахалу по самые рёбра, чтобы выпендриваться перестал. — ещё чего. мне проще тебе челюсть сломать, чем целоваться с тобой. — фыркает минджэ, сложив руки на груди. — тогда вперёд, милый. тебе нечего терять, ведь так? — сумин раскидывает руки в стороны, открывая доступ к груди. буквально — бей куда хочешь, дело твоё. снова улыбается ядовито, нагло. знает, что минджэ не ударит. знает, что он сделает что угодно, обзовёт или даст щелбан, но серьёзно не ударит никогда. и довольствуется его растерянному взгляду, упивается своей победой и господством нам очередным кимом. — не называй меня так. — ты тоже слабак, минджэ-я. — расстроенно выдыхает сумин, бросая руки на сиденье мотоцикла. — вроде за этим же и пришёл, но отнекиваешься. тогда был ли в этом смысл? ждать, когда у меня закончатся уроки, когда я останусь здесь один? только ради того, чтобы вежливо попросить меня отстать от своей горячо любимой сестрички? плохо, минджэ-я, очень плохо. возможно, ким будет себя за это ненавидеть. возможно, станет жалеть или в силу собственной натуры извиниться, но это будет потом. когда он в полной мере признаёт свою ошибку. наверное, сумин будет первым и последним человеком, который нарвётся и получит кулаком в своё наглое лицо. минджэ чувствует тепло кожи под своими костяшками, слышит болезненный вздох и чуть ли не отпрыгивает назад. ладонь неприятно жжёт. видимо, слегка перестарался. пугает только реакция сумина. у него губа в кровь разбита, на щеке красуется яркий, красный след, который он накрывает собственной ладонью. глаза шокированные, но скорее в приятную сторону. такое чувство, что он рад только, что минджэ сорвало крышу. и довольствуется этому вдвойне, стоит киму схватить его за ворот рубашки и грубо поцеловать. мычит что-то в чужие губы, почти смеётся, обхватив его лицо ладонями, чтобы и не вздумал отстраниться. железный привкус крови растекается по щекам, попадает на язык неприятной горечью, смешиваясь со слюной. минджэ его за пряди рыжие назад тянет, заставляя прийти в себя и дойти осознанию до его разваренных мозгов. минджэ это делает, чтобы сумин отвалил. а не потому, что так сильно хотел с ним целоваться. это нормально. чхве и это устраивает. — теперь, будь добр, — ким дышит рвано, отстраняясь, — отвали от минджи, и от меня тоже. сумин словно глухой и тупой одновременно. поправляет ладонями сбившуюся укладку у себя на голове, вытирает лишнюю влагу с щёк, поднимая хищные глаза на озадаченного такой реакцией минджэ. — над этим мы ещё поработаем, минджэ-хён.