5. Неправильная дружба (Ч.1)
23 июля 2023 г., 20:28
— Отстранить? — Фэш шокировано наблюдал за профессором, расхаживающего возле камина в кабинете.
Оставались последние минуты перед началом первых уроков, коридоры наполнились студентами, но посторонний шум за закрытыми дверьми почти не проникал в помещение. Из открытого окна виднелась безоблачная синева и долетало пение птиц.
— Друг мой, я думаю, что Вы должны меня понять. — Фиг бросил свое занятие и остановился у стола, опершись о него. Перед ним покоилась книга, благополучно позаимствованная Фэшем из Запретной секции. — С самого начала я говорил Вам не только о секретности нашего исследования, но и об осторожности. Вы обладаете способностями к магии, могущество которой ещё совершенно неведомо.
— Я не понимаю, к чему Вы клоните. — Возмутился слизеринец. — Если Вы имеете в виду Себастьяна, то он ничего не знает ни о книге, ни о древней магии. Я всего лишь попросил его… — Помолчав в сомнениях, все-таки выдавил неуверенно: — … показать Запретную секцию.
Ситуация так себе.
— Я должен быть уверен, что могу на Вас положиться, — Фиг гнул свое.
Это утро омрачило не только предстоящее разбирательство. Настроение болталось на уровне плинтуса еще со встречи с Муном, не говоря уже о библиотеке, где они попались мадам Пергамм. Будь неладен этот Пивз. Библиотекарь действительно проводила студентов до входа в гостиную Слизерина, чтобы те не вздумали выкинуть ещё какие-либо фокусы.
Фэш хотел побыстрее оказаться в своей кровати, избежав любого разговора, ведь сокурсник всю дорогу до гостиной бросал чересчур долгие взгляды. Осуществить задуманное ему не удалось. Как только ребята оказались в тишине всё ещё спящей гостиной, Себастьян схватил его за плечо и развернул к себе:
— Зачем ты влез? — Он смотрел с раздраженным удивлением. — Я ведь сказал, что у меня есть свои методы уладить проблемы.
— Отличные, знаешь, методы. — Фэш стряхнул с себя его руку, слишком много тактильного контакта для этой ночи. — Или ты с самого начала планировал погостить в кабинете директора? С моей стороны было бы низко просто стоять и смотреть, как ты разгребаешь дерьмо, в котором оказался по моей вине.
Себастьян слушал, заставляя засыпающий мозг работать и вчитываться в лицо нового друга-должника. Тот тоже выглядел вымотанным, покусывая нижнюю губу и о чем-то напряженно думая. Какие именно мысли бродили в этой голове оставалось загадкой, но в одном он был уверен — вряд ли ключник сейчас придет к здравому умозаключению. Он подумал, Фэш открывается с какой-то новой стороны, но нет, коробочка Пандоры быстро захлопнулась с его язвительным:
— С другой стороны, да, ты сам решил плестись за мной.
— Не уверен, что ты сильно улучшил ситуацию, — подытожил Себастьян, проведя ладонью по лицу. Относилось ли это к ситуации в целом или к его собственным соображениям Фэш не понял.
Неожиданно растянувшаяся ночная прогулка, во время которой Себастьян лишь хотел поискать тайные ходы Салазара Слизерина, вытрепала все нервы, он чувствовал себя выжатым, как лимон. Голова разболелась, в глаза как песка насыпали, но вместе с тем, в груди грело странное чувство, что сегодня вляпался не он один. Злорадство это или…
— Пошли спать, — предложил ключник. — Безумная ночка.
Это стало верным решением.
На следующий день за завтраком ребята сидели также на расстоянии друг от друга, Фэш, по обыкновению, в гордом одиночестве, а Себастьян в компании сонного Оминиса. Оба полуночника только изредка обменивались взглядами, ожидая приведение в действие вчерашнего приговора.
К удивлению обоих, их отправили не прямиком в кабинет директора Хогвартса. В прочем, облегчение от того, что их удостоил аудиенции только декан факультета быстро улетучилось на первых же словах профессора Шарпа о наказании каждого в двадцать очков. Дальнейшая лекция о неподобающем поведении ухудшала не только настроение, но и самооценку, ведь преподаватель зельеварения красочно умудрился пройтись по сомнительным учебным достоинствам как Себастьяна, кого знал уже не первый год, так и Фэша, с умениями которого ознакомился недавно и ему этого хватило.
Фэш считал себя привыкшим к нотациям за домашние выходки и упрямство на занятиях, особенно, учитывая болезненные наказания, которые следовали за этим. Наперекор дяде идти себе дороже. Теперь же он понял, что у профессора Шарпа есть особый талант вынуть из тебя душу. Себастьян, хоть и кривился временами, пока декан отворачивался, но особого удовольствия не испытывал и неважно какой богатый опыт в подобном имел.
Они вышли с обязанностью всю неделю оставаться после занятий, предстояла чистка котлов без помощи магии и подготовка ингредиентов для следующих уроков по зельеварению. Так как Фэш выступал в роли подстрекателя и так не сидящего на пятой точке Себастьяна, то он получил ещё одну неделю каторжных работ в загонах преподавателя Бэй Ховин.
— Странно, что нас не отправили к директору. — Себастьян размял спину по дороге в холл. — Он даже не сказал о письмах нашим семьям, хотя дядя уже получал… парочку.
Фэш слушал его в пол уха, поднимаясь по лестнице. Внутри ворочалось неприятное чувство, и с презрением к самому себе он не хотел распознавать в нем страх перед реакцией своего опекуна. Он сжал теснее ремень школьной сумки, в которой лежала книга, интересующая Элеазара Фига.
Если дядя всерьез захочет узнать все подробности его похождений, то он вытянет из него информацию силой. В отличие от преподавателей в поместье, не чуравшихся таких методов воспитания как удары розгами по рукам, замечания дяди воспринимались более унизительно. Несколько раз Фэш получал пощечины за свой длинный язык и всего однажды опекун применил легилименцию — после того, как Фэш сбежал в Лондон на целый день и вернулся только к вечеру. Глупая детская выходка обернулась кошмаром. Окклюменция, безусловно, была в программе домашнего обучения, и он справлялся с ней довольно хорошо, но перед магией старшего ключника оставался бессилен. Опекун вторгался в разум через боль и получал от этого нескрываемое удовольствие. Он мог вытаскивать твой внутренний мир по частям, рыться в воспоминаниях и с завидным мастерством концентрировать страхи. Как бы ты не пытался блокировать сознание, в такие минуты ты не принадлежал себе, ты превращался в распахнутую настежь дверь.
— Эй? — Фэш наконец услышал Себастьяна и повернулся, тот как раз хотел махнуть рукой перед его лицом. — Ты так из-за писем напрягся?
В Себастьяне можно было увидеть непонимание и обеспокоенность. Фэш ощутил себя бесчувственным чурбаном, зацикленным только на себе, чем другом, которым его вчера назвали.
— Я просто не выспался, — отмахнулся он, и заметил знакомую фигуру в холле.
У фонтана с танцующими на воде русалками стоял профессор Фиг, покачиваясь с пятки на носок, то и дело отвечая на приветствия ещё вялых с утра студентов. Преподаватель выхватил глазами ключника. Фэша ждали и, судя по долгому взгляду, не пестрящему азартными искорками как было до этого, впереди маячил неприятный разговор. Сразу стало неловко и стыдно. Профессор не спешил звать студента, терпеливо ожидая.
— Извини, — ключник остановил Себастьяна, кратко сжав его локоть, — поговорим позже, хорошо?
Тот даже не успел вставить свои пять копеек, как Драгоций уже очутился на противоположной стороне холла. Темно-карие глаза провожали вихрастую макушку, пока Фэш вместе с профессором не скрылись за спинами студентов в одном из коридоров. Оставшись в одиночестве, Себастьян понял, что упускает из-под носа нечто очень важное.
То, что ребят не повели с повинной к директору, было заслугой профессора Фига, совершенно случайно услышавшего о ночных нарушителях. Если бы не причина, по которой Фэш сам отправился в Запретную секцию («еще и дружка с собой прихватив», как выразился Шарп), то Фиг не стал бы вмешиваться. Теперь Драгоций сидел под непривычно колючим взглядом своего наставника в этой погоне за древней магией.
Часть его стыд вовсе не испытывала, ведь ничего криминального (по его меркам) он не совершил, всего лишь взял на время книжку почитать. Да, ночью. Да, в секции, куда студентам вход закрыт. Да, он нарушил правила, хотя совсем недавно только прибыл в школу. А другая часть зудела противным и довольно мрачным приговором — выкрал из Запретной секции книгу с подачи преподавателя. Собственно, именно так это и рассматривал Фиг, правда интерес к лежащей на его столе несчастной книге скрывать было сложно.
Хуже перспективы вылизывать котлы да чистить загоны ближайшие две недели, оказались слова преподавателя о временном отстранении Фэша от похождений вне учебной программы.
— Простите, — виновато произнес Фэш, — но я думал, что являюсь весьма полезным в Вашем исследовании. И время…
— Так и есть. — Фиг не отрывал взгляд от расстроенного подопечного. — И я не хочу, чтобы из-за этого пострадала Ваша успеваемость, ведь тогда мы оба будем в неприятном положении.
— Но…
— Пока я буду занят изучением книги, Вам необходимо уделить больше внимания обучению. В конце концов, в декабре промежуточные экзамены, и Вы должны хорошо к ним подготовиться. — Впервые за сегодняшнюю встречу Фиг позволил себе по-отечески улыбнуться Фэшу, которому от этого ничуть не полегчало и он снова отвел взгляд куда-то в сторону. — И надеюсь, что впредь Вы будете чуточку благоразумнее.
— Да, профессор. — Вздохнул Драгоций. — Подобного больше не повторится.
Фэшу оставалось только смириться и делать то, что велят.
***
Всё достаточно быстро улеглось, и рутина учебы вернулась в свое привычное размеренное русло. Когда наступило время обеда, Себастьян и Оминис проводили большой перерыв во внутреннем дворе замка, расположившись на скамейке в тени. Жуя яблоко, Сэллоу утыкался в книгу, но что-то не давало как следует сосредоточиться на чтиве, вынуждая по несколько раз перечитывать строки. Изредка вздыхая, он отрывался от текста и обводил взглядом лужайку, спотыкаясь взглядом о проходящих мимо студентов. Большая часть народу была в Большом зале на обеде. Поблизости находились только группа хихикающих второкурсниц, играющих в плюй-камни, да пара выпускников, о чем-то болтающих возле одной из арок и пытающихся тайком покурить. Себастьян снова вздохнул, посмотрев в книгу. — Ничего не хочешь мне сказать? — Спросил Мракс, сидящий рядом. Слизеринец, скрестив руки на груди, наслаждался прохладой в укрытии от солнечных лучей и пытался подремать с чистой совестью в отведенное время, но мешали чужие вздохи прямо под ухом. В такие моменты он жалел о слишком чувствительном слухе. Еще и физически ощущалось, что с другом что-то не то. Он догадывался в чем дело, из-за чего молчание Себастьяна на эту тему выводило из себя. Но Мракс держался. Пока. — М? Ты о чём? — Тот снова откусил яблоко, перевернув страницу. Смысл прочитанного где-то потерялся. — Ты полдня вздыхаешь, как девица на выданье. Раздражает. Кусок яблока встал поперек горла, и Себастьян закашлялся, прикрыв рот рукой. — Ну, прости, что мне нужен кислород. — Хрипло выдавил он, наконец нормально продохнув. — Ты сегодня снова шатался ночью по замку? — Не спалось, решил прогуляться. — М-м-м, да так, что тебя снова наказали. — Оминис открыл глаза и нервно покачал носком ботинка. Себастьян бросил короткий взгляд на друга, замечая, что его брови сдвинулись к переносице, предвещая очередной разбор полётов. Подробно расписывать события прошедшей ночи смысла он не видел, да и вообще что-то об этом рассказывать, зато прекрасно понимал причину медленного закипания Мракса, которую игнорировал с великим упорством. — Хотел взять парочку новых книг, но что-то пошло не так. Недельку буду оставаться у Шарпа после занятий, ничего страшного. — Вместе со своим новым другом, судя по всему. Сэллоу сморщился от подобной формулировки и повернулся к нему, захлопнув измусоленную за утро книгу. — Ты сегодня не с той ноги встал и решил отыграться на мне? — Это ты решил выбросить последние мозги. — Шикнул блондин, но взял себя в руки, выравнивая голос. — Сколько раз я тебе сказал не лезть в это дело. Я уже смирился с твоим желанием находить приключения на задницу, а иногда даже калечить себя во время этого, но сейчас ты, видимо, вообще не осознаешь, куда это может привести. — Я никуда не лезу. — Огрызнулся Себастьян, с ним разговаривали как с неразумным ребёнком, сующим пальцы куда попало. В такие моменты Мракс напоминал дядю. — А ты не осознаешь, что это может быть реальной возможностью помочь Анне. Сначала вся затея выглядела поистине бредовой, пока он не начал искать информацию о магии времени в книгах. Лазейку к непростительным заклинаниям возможно было найти, укрощались они через пот и кровь, но это было возможно, а тут — провал. Все, что получилось найти на пожелтевших от времени страницах, это легенды, попахивающие сказками Барда Бидля. Скользкие упоминания магов, способных обуздать время. А Фэш… Фэш всего лишь родился в этой среде, имел доступ к Ордену Времени, и плевать на его слова о том, что он ничего этого не касается. Наследник из обеспеченной семьи, с которого, он уверен, дома сдувают пылинки, его обслуживают лучшие лекари, да и до Хогвартса тот точно не был обделён прекрасными преподавателями. Опекун Себастьяна тоже крутился в Министерстве в свое время, бывший мракоборец, но он и в подмётки не шел этому проклятому Рунису, кого Блэк едва ли не облизывал. Себастьян стиснул зубы. Если бы от проклятия пострадал ребенок в такой семье, то на уши поставили бы всех. Анне может помочь только он. И он готов идти по головам. Встав, он швырнул огрызок яблока в урну. В голове всплыл сердитый взгляд голубых глаз, а затем воспоминания о парной дуэли. Картинки рассеялись также быстро, как и возникли. Пускай идея познакомиться с Фэшем ближе имела иные мотивы, но вчера он помог ему не из-за них. Сталкиваясь нос к носу с Драгоцием, посторонние планы пропадали. Казалось, они оба имели нечто общее. Рядом с Фэшем не было того ощущения ущербности, когда общаешься с кем-то, чья семья имеет положение в обществе далеко выше среднего. Возможно, этим он напоминал Мракса и поэтому Себастьяну было комфортно. «С моей стороны было бы низко просто стоять и смотреть…» А теперь низко поступал он. Цель оправдывает средства. Его рукава осторожно коснулись. — Брось эту затею, — голос Оминиса прозвучал мягче, пальцы сжимали мантию Себастьяна, словно тот мог исчезнуть в любой момент. Лицо Мракса больше не искажал праведный гнев, оно выражало только печаль и страх за близкого человека. Бледные радужки были устремлены в пространство перед собой. — Со мной всё будет в порядке, Оминис. — Вздохнул Себастьян, от его возмущения не осталось и следа, он заменил ткань в руке друга своей ладонью, сжав кисть, но тот быстро высвободился. — Некоторые считают, что род Ключников в далёком прошлом заключил сделку с иным существом. — Мракс снова откинулся на спинку скамьи, и легкий ветерок выбил пару прядей из его укладки. — И ты веришь в этот бред? — Я верю в то, что Глава их Ордена жестокий человек. Понятия не имею, чем они могут заниматься, но вряд ли в их обязанности входит просто перекладывать бумажки в Министерстве. Именно поэтому тебе стоит держаться от него подальше. Оминис всем своим видом показывал окончание дискуссии, хотя Себастьян и не знал, что на это можно ответить. Прозвонил колокол, предупреждая о последних минутах обеденного перерыва, чтобы студенты возвращались к занятиям. Он только сейчас заметил оживившийся вокруг двор, но теперь все разбредались кто куда и им самим предстояло идти обратно в класс. Наверно, Оминис был прав и сейчас Себастьян действительно переходил черту. Он сам это чувствовал, ведь использовать человека таким образом для него оставалось чем-то… диким? Непривычным? Неправильным? Да, определенно. «Неправильно и непривычно» — именно так можно было охарактеризовать его отношение к Фэшу. Неправильно высматривать парня в толпе. Неправильно наблюдать за ним на занятиях. Неправильно касаться взглядом серебряной цепочки, что во время дуэлей, дразня, вечно показывается из-под воротника рубашки на чужой шее, а её обладатель поспешно прячет побрякушку, будто стыдясь этого клейма. И так непривычно слышать это… — Себастьян? — Прозвучало в тишине класса зельеварения. Учеба прошла спокойно, снова куча заданий на вечер после уроков. За остаток дня Себастьян и Фэш так и не перекинулись даже парой слов. Сидели они отдельно, Сэллоу практически всегда находится в сопровождении Мракса, в то время как от Драгоция не отлипала Онай, к которой он регулярно заглядывал в лекции. Наверно, новоприбывшему пятикурснику ещё тяжело успевать конспектировать слова некоторых преподавателей. Ребятам просто не о чем было пообщаться, никто не решался идти на контакт первым. Себастьяна всё еще одолевали противоречивые чувства после разговора с Оминисом, а Фэш априори редко выступал инициатором социальных связей. После окончания занятий они вдвоем отправились к Шарпу, чтобы выполнить долг по отбытию своего наказания. Себастьян едва не выронил склянку с чьими-то глазами, которая привлекла его внимание на одной из полок, забитых странными и мерзкими ингредиентами. Поставив вещь на место, он обернулся. У входа в класс стоял Фэш. Мантии и форменного пиджака на нем не было, серая жилетка подчеркивала талию, галстук ослаблен, рукава рубашки подвернуты выше локтя. Со стуком он поставил на пол жестяное ведро с грязной водой и тряпкой. Так как после случая в библиотеке Фэш выступал подстрекателем в глазах преподавателей, ребят было решено разделить и занять разными полезными (и не очень) делами. Сегодня ему поручили сортировать протухших флоббер-червей от нормальных, а Фэш занимался чисткой котлов в соседней комнате без магии. Перекладывать и ловить склизкие тельца ему быстро наскучило, особенно тогда, когда ты один находишься в таком обилие любопытных магических ресурсов. Дополнительного надзора Шарп не приставил на время своего отсутствия. Особо ценные экземпляры находились в запертой кладовой, и все равно перед тем как ребята приступили к своим обязанностям, тот четко дал понять, что если пропадет хоть одна крошечная вещь, то оба вылетят не только из кабинета, но и из школы. За увлеченным изучением полок Себастьян не заметил появление Фэша. Ключник подошел к одному из столов, заглядывая в чан с вяло ерзающими червями, тут же сморщил нос. — Омерзительно. — Произнес он и, стараясь даже не подходить к емкостям с уже отсортированным материалом, двинулся мимо шкафов. — Хоть перчатки дали и на том спасибо. — Не знал, что ты из брезгливых, — хмыкнул Себастьян. Тот пожал плечами, и он заметил его покрасневшие кисти. Судя по всему, вода, которой Фэш намывал котлы, была ледяной. — Предпочитаю то, у чего есть голова. Хотя, кажется, она у них есть. Когда он подошел ближе, Себастьян снова вернул все внимание к колбам и склянкам, чье содержимое порой поражало воображение. «Дико» — до этого вертевшееся в его голове, наконец-то нашло свое место прямо тут, в образе ключника, изъявившего завязать разговор первым. Себастьян мысленно дал себе подзатыльник, понимая, что в очередной раз гоняет ненужные мысли. Чертов Оминис. Если бы он не завёл всерьёз эту тему, то, наверно, этих самокопаний не было бы. Он бы снова наворотил дел с горячей головы, потом расхлебывал бы последствия, получил бы очередной нагоняй от сестры и друга, и все, никакого самобичевания. А ещё виновато сегодняшнее отсутствие сна. Да. Завтра всё будет проще. — Что от тебя хотел Фиг? — Обсудить пару моментов по учёбе, — моментальный ответ. Он что, заранее готовился? — Не знал, что он такой нетерпеливый и решил поболтать с самого утра. — Ты занят на следующих выходных? Себастьян оторвался от созерцания полок, воззрившись на ключника. Тому явно были до лампочки все сомнительного вида снадобья, представленные в классе, он только щелкнул пальцами по неизвестной настойке и посмотрел в ответ. На лице ни следа усталости после учебного дня и богатой на события ночи, темные волосы с косым пробором пребывали в творческом беспорядке, а голубые глаза в тусклом освещении кабинета приобрели серый оттенок. — Как странно слышать подобное от того, кто только и пытается уйти от разговора. — Брови Себастьяна были скептично подняты. — А! Или ты решил «склонить того, у кого и так хватает дисциплинарных наказаний, к очередному нарушению школьных правил»? На цитирование слов Шарпа Драгоций закатил глаза: — Я планировал посетить Хогсмид и подумал о твоей компании. Голос Оминиса, читающий морали, затих, как и изначальная причина общения с ключником. Себастьян спросил: — А ещё подумал, что от меня можно получить много полезной информации, которую не достанешь в учебниках? — Не без этого. Он усмехнулся, в шоколадных глазах отразился лисий блеск, который нашел моментальный отклик в загадочной лазури и улыбке с ямочками. Новый учебный год складывался весьма непредсказуемо для этой странной дружбы. Его всегда привлекало всё загадочное, запретное и мрачное, и Фэшиар, каким-то чудесным образом, воплощал в себе эти качества, а значит, он не остановится, пока не доберется до самой сути Ордена Времени.***
Две недели пролетели быстро, принося с собой прохладные октябрьские ночи. Замок и его предместья потихоньку преображались к празднику Хэллоуина, добавляя больше атмосферы: тыквы со светящимися рожицами, обилие паутины и украшений в виде летучих мышей, придававших больше уюта, чем мрачности. Для Фэша всё это было в диковинку, ведь в поместье Драгоциев эта пора за праздник никогда не считалась, а такого рода украшений в своем доме старший ключник точно не потерпел бы. Максимум, который позволял себе Рунис в праздничную ночь, это бокал хорошего спиртного в память усопшим. Слишком большой потерей Фэш это не считал, принимая за детскую забаву. Остальные студенты воодушевленно планировали свои развлечения для праздничной ночи. Слизерин хотел устроить вечеринку с выпивкой в общей гостиной после отбоя (интересно, как им это удастся), Когтевран и Пуффендуй также решили остановиться на «домашних» посиделках. Больше всего Фэшу приглянулась идея ребят с Гриффиндора, которые предлагали отправиться на поиски спрятанных по всему замку тыкв Джека, конечно же, с началом комендантского часа. Принимать участие могли все факультеты, поэтому он, скорее всего, посетит мероприятие в числе первых. За две недели наказаний он вымотался, над душой висело ещё приличное количество внеклассной работы. Хотя бы с дополнительными тестами от преподавателей получилось разделаться, иначе бы он просто лег смертью храбрых. Дисциплинарная отработка у преподавателя ухода за магическими существами оказалась куда приятнее, чем рабство у местного зельевара, пускай в задачи входила чистка вольеров и загонов от навоза. На последней неделе он познакомился со студенткой Пуффендуя — Поппи. Милая девушка, что так трепетно переживает за судьбу, кажется, каждого существа волшебного мира, она была на голову ниже Фэша, с тёмным каре до плеч и румянцем на щеках. В какой-то момент он посчитал её детское личико даже привлекательным. Не смотря на скромность и небольшую зажатость, с ней легко можно было поболтать на любые темы. В такой компании дополнительные часы на свежем воздухе в окружении магических существ показались вполне неплохим времяпровождением. Что касается Себастьяна, то все две недели Фэш пытался понять не выглядело ли предложение посетить Хогсмид как попытка использовать его в своих интересах. Точнее, использовать его знания. Хотелось ещё немного прикоснуться к тайнам Хогвартса, и кто в этом мог помочь если не он? С самого детства у Фэша не было близких людей. Действительно близких. Он привык рассчитывать сам на себя, проводить время в одиночестве, поэтому сохранял за собой неловкость во взаимоотношениях. Лично для себя (пока) отношения с Себастьяном он назвал партнерством. Странным, но партнерством. Себастьян выглядел как противоположность, у него были родные люди — сестра и лучший друг. Оминис Фэша не особо жаловал, по крайней мере, создавал такое впечатление. Иногда они перекидывались парой слов между уроками, и если в этот момент рядом находился Мракс, то его фырканье было неотъемлемым атрибутом разговора. Эти негативные флюиды ощущались физически, отчего Драгоций в своих глазах стал преступником, посягающим на чужую собственность. Спрашивать об этом Себастьяна он не собирался, пусть эти двое сами разбираются. Планам ничего не мешало, поэтому в утро субботы Фэш ждал у главных ворот, как и договаривались. Ночью прошел дождь, и все дорожки до сих пор оставались сырыми вместе с газоном. Пахло влажной листвой и свежестью, солнце иногда показывалось через серую пелену туч, но его лучи уже не грели. Кажется, скоро дойдет дело до шарфов и перчаток. В выходные можно было не залезать в форму факультета, чему Фэш искренне радовался, ведь намного привычнее сидела черная рубашка и куртка, чем мантия, которая первые пару дней очень мешалась своей длиной. На плече он держал свою метлу, которую планировал модернизировать в «Круголётке» — скорость не устраивала, хотелось побыстрее. Вскоре на тропинке показался сокурсник. На Себастьяне была серая вязанная жилетка поверх белой рубашки, и брюки, вместо бридж. В голове Фэша возникал легкий диссонанс. Понимать, что Сэллоу это не часть Хогвартса и не его призрак, а вполне себе отдельный самодостаточный человек, обладающий личной жизнью вне стен замка. У него есть дом, где он проводит каникулы, где его ждут близкие… — Не ожидал, что стану третьим лишним. — На веснушчатом лице расцвела ухмылка, он кивнул на метлу. — Не беспокойся, ты не в её вкусе. Они вышли за ворота и пошли по дороге в сторону Хогсмида, решив немного проветриться. Вокруг шумели поля, огороженные низкими сельскими оградами, иногда попадались каменные руины и небольшие заброшенные строения. Пики родных башен отдалялись, оставаясь у озера в глубине долины. Не смотря на середину осени, природа всё ещё дышала полной грудью, стрекоча и переливаясь редкими бликами златоглазок. Навстречу попалась группа других студентов, шедших к замку. До ребят долетели их голоса, пока те обсуждали гиппогрифов, недавно увиденных в предместьях Хогвартса. — Ты подружился с той девчонкой из Пуффендуя? — Спросил Сэллоу. — Свитинг, кажется? — Она почти всё свободное время проводит рядом с кем-то из подопечных мадам Ховин, а я эту неделю там работал. — Всем раздала клички? — Почти. — Фэш улыбнулся. — Она довольно милая. Непосредственная. Ключник упустил короткий взгляд Себастьяна на себе, пока смотрел на Запретный лес с манящей тропинкой, укрытой в тени. — Значит, такие в твоем вкусе? — Фэш оглянулся на друга, но тот быстро перевел тему, кивнув в сторону раскидистых узловатых деревьев. — Ты же слышал про лес? По-моему, преподавателям стоит больше верить в наши силы. — Только не говори, что ты там тоже бываешь на регулярной основе. — Может да, а может нет. — Себастьян осмотрелся и со следующим шагом наклонился чуть ближе. — Я же не могу вот так просто рассказать все свои секреты. Фэш хмыкнул и несильно толкнул его плечом, поправляя метлу. Впереди раздался приглушенный скрип — на широкой дороге, переваливаясь на ухабах, вслед за двумя фестралами ехала карета. Величественные существа, чья темная кожа блестела в редких лучах солнца, обтягивая крепкий скелет. Они шли, иногда разминая огромные крылья. непривычно белые глаза скользнули по обоим студентам, стоило им поравняться на пути. В Хогвартс Драгоций прибыл именно на таком транспорте, любезно предоставленном директором школы для гостей. Он читал о них ещё во время домашнего обучения. Невозможно относиться к этим существам без восхищения, их мрачная красота завораживала и пугала. К угловатым и резким чертам хотелось прикоснуться, провести ладонью по шее и выступающим ребрам. Виски пронзило неприятное покалывание, вынуждая Фэша поморщиться, отворачивая голову от кареты. Болезненные ощущения постепенно пропали. К слову, никакого ухудшения самочувствия он больше не испытывал, как в тот раз в банке. Использование новых способностей, даже когда он всего лишь прислушивается к некоему внутреннему чутью, сказывалось физически, но пока это больше не повторялось. Фиг отмалчивался, попадаясь на глаза только во время уроков, а сам Фэш всё ещё чувствовал себя некомфортно и лишний раз не лез, планируя выждать хотя бы эти выходные. — Фестралы нагоняют на меня тоску, — услышал он голос Себастьяна. — Хотя многие даже не видят их. — Они по-своему прекрасны. Не понимаю тех, кто считает их дурным предзнаменованием. Тему того, что они оба способны ими любоваться, никто не решил поднимать. У каждого своя история и даже в подобный момент касаться её казалось лишним. Встретив фестралов, путь приобрел необъяснимый покой и тишину, хотя возможно, это была заслуга деревьев, на некоторое время укрывших ребят под своими сводами. Фэш думал, что способен видеть их после смерти отца, хотя четко это событие не помнил. Дядя упоминал, что немного поспособствовал тому, чтобы оградить племянника от неизгладимой травмы. Даже среди волшебников самоубийство считалось чем-то диким и постыдным для семьи. Хогсмид обладал своей, не похожей на что-либо другое, атмосферой. Лабиринты небольших улочек жили и шумели, наполненные местными, студентами и волшебниками, заглянувших на время. В отличие от Лондона, где маглы без продыху соревновались в достижениях науки и производства, тут время будто бы остановилось. Высокое небо над домиками не было задымлено выхлопами заводов, брусчатка, омытая ночным дождем и воздух, пропитанный нежным ароматом местных сладостей, осени и пряных полевых трав, долетающих с окраин. Фэш не мог надышаться. Вдохнув полной грудью, он задержал дыхание, на мгновение прикрыл глаза. Хотелось оставить всё темное где-то позади, в прошлом. — Мне нужно посмотреть кое-что для сестры. — Себастьян показал в сторону одной из лавок, витрины которой до потолка оказались завалены различной литературой. — Ты пойдешь разбираться со своей красоткой? — Да, отдам метлу, а после увидимся на главной площади. Там уже посмотрим, чем займёмся дальше. Себастьян ушел в противоположном направлении, и Драгоций какое-то время провожал его спину взглядом. То, с каким трепетом его сокурсник относился к сестре, невольно трогало. Подарок, даже если это какой-то незначительный пустяк, крошечная безделушка, способен стать самым дорогим для твоего сердца. В доме Драгоциев обходились без подобных сюрпризов. Фэш получал подарки на два праздника — свой День Рождения и Рождество, и то, в эти дни Рунис просто брал парня с собой в одно из мест, где можно было приобрести что-то из магических вещиц, и разрешал самому выбрать подарок. Это не ограничивалось Великобританией, опекун посещал разные страны, порой их заносило во Францию, Швецию и Штаты. Однажды даже посетили Российскую Империю. Пока Фэш был ещё ребенком, его это радовало, но затем стало совершенно обыденным. Как-то раз он купил безделушки для прислуги и преподавателей, но лично их отдать опекун не позволил, сославшись на неподобающее отношение к низшему классу. Тот выслушал лекцию, а на следующий год повторил всё снова, как итог — выговор, отправлен в свою комнату без ужина, личный подарок (на тот момент это была коробочка зачарованных солдатиков) конфискован. Подарки покупались и дяде, но Фэш после вручения их больше никогда не видел, да и каких-то особых чувств на это опекун не испытывал. Вскоре такая инициатива прекратилась. Он не отказался бы о ком-то позаботиться или почувствовать это на себе. Наверно. Теперь это стало неизвестным и чужеродным для него. Проведя пальцами по гладкому древку из темного дерева, Фэш отправился в «Круголётку». Себастьяну совершенно не требовалось оборачиваться, он и так ощущал внимание друга на себе. Почему-то именно сегодня между ними витала странная неловкость, будто бы недосказанность, она не давила, но порхала вокруг, задевая обоих призрачными крыльями. Причиной не была их встреча с фестралами. Что-то другое, чему пока он не мог дать определения. Приобретя несколько книг, которые заинтересовали бы Анну, он вышел из лавки и отправился к главной площади. Сегодня тут было не так много народу, и уже разместили украшения в виде тыкв и даже зловещее пугало. Драгоций в своей темной одежде бросался в глаза среди ухмыляющихся ярких тыкв. Подобрав одну ногу, а вторую свесив вниз, он сидел на нижнем уровне постамента подле статуи волшебника, разглядывая прохожих. В планах было посетить «Сладкое Королевство», а ещё сводить его на окраину Хогсмида, где есть хижина с редкими растениями и удобрениями для них. Может быть, это станет неплохим поводом, чтобы Драгоций открылся. Любопытно же чему обучают за закрытыми дверями семейного поместья. В этот момент Себастьян понял, что не представляет, чем вообще можно удержать внимание Фэша. Вряд ли его заинтересует прогулка по окрестностям (Себастьян сам не в восторге от бессмысленного шляния, да и тот, скорее всего, уже всё вокруг осмотрел). Чем занимается новый пятикурсник в свободное от учебы время? На ум пришли встречи в общем дворе школы, где практически постоянно тот ошивался в компании своей метлы. Он, абсолютно точно, оценил бы полеты на скорость, но Себастьян предпочитал оставаться на земле. Он до сих пор с содроганием вспоминал последнее падение с метлы, когда чудом не сломал себе шею. Не его это, лучше летучий порох. И быстрее, и безопаснее. Ещё тот часто заглядывал в дуэльный клуб. На каких-то дополнительных занятиях школьной программы Фэш особо не показывался. — Ну, что, Ключник, — на оклик Себастьяна тот сразу поднялся с насиженного места, — надеюсь, сладкое ты любишь? Неожиданно где-то за стенами домов раздался рев. Голоса на площади разом стихли, все повернули головы в сторону раздавшегося звука, за которым нарастал приближающийся шум. Фэш сделал несколько шагов назад в сторону друга. — Что за… Остаток фразы утонул в оглушительном грохоте, с которым разлетелась телега с тыквами под ногами ворвавшегося в деревню тролля. Его дубина с силой врезалась в брусчатку площади, и камни брызнули в разные стороны, вынуждая обоих парней отпрянуть, закрывая головы руками. Кто-то из жителей завизжал и бросился бежать, кто-то попытался атаковать монстра, но броня на его теле, переливающаяся темно-алыми разводами, превращала любое заклинание в бесполезные тычки. Тролль снова взмахнул оружием, попадая по стене одного из домов, разнося ту на груду кирпичей. Кривые зубы торчали из разинутого в очередном рёве рта, а глаза, горящие от ярости, выискивали кого-то в стремительно редеющей толпе. Фэш первый выхватил палочку, когда понял, что вид обмундирования тролля до боли похож на те, в чем были гоблины, напавшие в банке. Себастьян также быстро справился с растерянностью, присоединившись к другу. Янтарные глаза монстра остановились на ключнике, и огромная туша ринулась на него. Все заклинания отскакивали от тролля, не нанося даже незначительного ущерба. Еще метр и очередной удар дубины попал бы по ним, но в голову тролля прилетела яркая «Бомбарда», адресованная от констебля Хогсмида. Рут Сингер в компании ещё двух волшебников осыпала того заклинаниями. — Уводите его дальше от деревни! — Громко скомандовала женщина своим коллегам. — Дальше от домов! Тролль снова взревел, и под огненными вспышками бросился на своих новых противников, что побежали в противоположную от центра сторону. Громоподобный топот огромных ног постепенно удалялся. — Что это, мать его, было? — Пораженно выдохнул Себастьян, сглотнув. Студенты ещё не успели перевести дыхание, как дом позади них рассыпался под натиском второго монстра, обдав их пылью и щепками. Развалившиеся стены заблокировали пути отступления, а тролль уже знал кто ему нужен. — Осторожно! — Крикнул Фэш прежде, чем металлический наконечник дубины врезался в землю между ними. Вскочив на ноги, Себастьян потрясенно увидел то, как тролль в доспехах раз за разом пытается попасть оружием по Фэшу или вовсе раздавить того всей своей массой. — Конфринго! — Заклинание достигло цели, но монстр только потерял ориентир и влетел в очередной дом, выломав балкон второго этажа. Пути отхода с площади перекрыты, здесь остались только они вдвоем, но ни одна атака не пробивала зачарованную броню. Монстр поднимался и замахивался снова, с ещё большей свирепостью преследуя жертву. — Мы хоть немного ослабляем его?! — Драгоций не мог занять ни одну позицию, постоянно перемещаясь по площади, перепрыгивая обломки ближайших лавок, клумб и ящиков. Не повезло даже статуе, куски которой теперь валялись в разных частях улицы. Обычно, тролли более медлительны, этот был явно не в себе. — Мы вымотаем его рано или поздно! — Себастьяна пытался хоть как-то отвлечь монстра на себя, чтобы дать другу время перевести дух. Тролль, как зачарованный, атаковал только Фэша, и не имело значение достигают ли его заклинания Себастьяна или нет. Зубы сводило от собственной беспомощности, горло раздирала нехватка воздуха, а кожа взмокла под рубашкой. Парни начали выдыхаться. С очередным ударом тролля Фэш все чаще оступался среди хлама, в который превращалась площадь Хогсмида. Себастьян пропустил вдох, видя как Фэш упал за одним из ящиков, а следом за ним полетела дубина. Серебряная вспышка рассекла воздух, и тролль отшатнулся назад. Фэш поднялся. Взмах палочки, за которым пронеслись серебряные всполохи, и одна из бочек, валявшихся на земле, отправилась в голову монстра, заставляя того терять равновесие. Ключник повторял это снова и снова, отправляя в противника один предмет за другим, с каждым разом делая это с большей силой и жестокостью. Фэш применил иную магию. Руки двигались сами. Не требовалось заклинаний, чтобы поднять в воздух предмет и с силой метнуть в монстра. Желание — воля — действие. Внутри нарастала ярость. Стало жарко. Он действовал инстинктивно. — Фэш… — Призрачно рассыпалось где-то на периферии. Шелест. Как песочные часы. Себастьян заметил даже на расстоянии как трясет друга, а затем понял, что у него самого дрожат руки. Карие глаза ловили каждое движение ключника, его напряженное лицо, позу, он тяжело дышал. То, как он атаковал, захватывало дух, но в нём что-то изменилось. После очередного взмаха палочки Фэш зажмурился и зажал уши руками, пошатнувшись. Себастьян сделал шаг навстречу, но тролль постепенно стал приходить в себя и подниматься с колен для новой атаки. Пользуясь заминкой, он ударил того в голову несколькими заклятиями, и впервые монстр замахнулся оружием в его сторону. Мимо слизеринца пролетела голубая сфера и попав в тролля, тот рассыпался на мелкие частицы. Глубоко дыша, Себастьян смотрел как черные крупинки, танцуя в воздухе, опадают на землю. Сзади послышались медленные шаги. Фэш шел к нему, держа ладонь сбоку на ребрах, одежда запачкана, куртка не плече порвана. Пряди волос упали на взмокший лоб, на лице расцвели свежие ссадины, а размазанный подтек крови под носом не сулил ничего хорошего. Себастьян тоже был весь помят и в пыли, но ему повезло больше, ведь весь удар шел на ключника. — Ты в норме? — Он шагнул к нему, готовый протянуть руку. — Да, — хрипло ответил Фэш, поморщившись, — ударился немного… Ай! Скривившись от боли, он снова зажал уши руками, согнувшись. За его спиной Себастьян увидел мужчину, который взмахнул палочкой, сверкнувшей алым. — Пригнись! — Он схватил Фэша за плечи и дернулся в сторону, мимо со свистом пролетело огненное заклятие, врезавшееся в стену одного из домов. — Так, так. — Мужчина в шляпе-цилиндре и фиолетовом камзоле раскинул руки в стороны, вышагивая между грудами хлама и помахивая палочкой. — Воришка обзавелся новыми друзьями? — С насмешкой произнес он. Себастьян явственно ощутил, как содрогается Фэш в его руках. Дыхание ключника стало частым и поверхностным, он буквально пылал через ткань одежды, это был жар. Выпустив из хватки, Себастьян закрыл его собой, направив палочку на мужчину. Постепенно он узнал в нем Руквуда. Как же ему всё это не нравилось. Скрипнув зубами, он сильнее сжал рукоять, держа того на прицеле. Рядом появились ещё двое из его банды. На школьников да с группой поддержки? — Хватит… — Раздался за спиной шепот Фэша, и такой голос Себастьян от него слышал впервые, он граничил со скулежом. Внутри что-то сжалось. Ключник все также зажимал уши руками, стоя за его спиной. — Парень, тебе лучше уйти, если не хочешь, чтобы я тебя поджарил. — Виктор держал гордую прямую осанку. — Твой дружок кое-что у нас украл, и ему следует преподать хороший урок. С каждым шагом браконьеров в их сторону, Себастьян отступал. Сердце билось где-то в горле, ладони вспотели, подмывало обернуться назад и проверить друга, а мозг же искал способ выкрутиться. Подмоги не было слышно, констебль пропала, будь она не ладна. Все жители трусливо попрятались, либо сбежали дальше от центра. Беглый взгляд заметил рядом один из переулков, не заваленный обломками домов. Руквуд со своей шайкой поравнялся с уцелевшим среди хлама ящиком петард, приготовленных к празднику Всех Святых. — Да пошел ты. — Прошипел Себастьян. Слизеринец метнул «Бомбарду» в ящик из магазина «Зонко». Раздался оглушительный хлопок. В воздух взметнулось облако разноцветных искр и конфетти, петарды со свистом стреляли в разные стороны, на площади начался настоящий хаос из фейерверков. Крепко схватив Фэша за кисть, он рванул к переулку, который заприметил до этого, молясь, чтобы тот не был завален и в них не попала одна из петард. Над головой раздавались хлопки, летели разноцветные блестки, а до ушей доносились браные крики Руквуда. — Ходу, ходу, ходу! — Себастьян тащил за собой Фэша по лабиринту переулков Хогсмида, всё время оглядываясь назад и проверяя отсутствие хвоста. Драгоций вынужденно бежал следом, слепо повинуясь хватке друга. Вокруг него был какой-то шум, окружение быстро менялось, а голова раскалывалась от острой боли, что перед глазами мелькали белые всполохи. Странные безликие крики летели следом, они не позволяли думать, преследовали. Он бежал от них. Улицы петляли, но Себастьян отлично ориентировался, уводя их дальше от центра, прочь от всего безумия. Люди, наоборот, начали стекаться в противоположную сторону, привлеченные шумом и салютом. Мимо пронеслись подчиненные констебля, разделавшиеся до этого с одним из троллей. Выбившись из сил и задыхаясь, Себастьян замедлился, толкая Фэша за один из домов окраины в тень. — Отличная суббота, ничего не скажешь. — Озирался он в поисках погони. Но Фэш его не слышал. Все внешние звуки перекрыл мерзкий шелестящий звук, проникающий в голову, вытесняющий все мысли. Казалось, череп медленно крошится изнутри. Как он не старался зажать уши, это не помогало. Из звука, нарастая, стали отделяться более четкие голоса: — Спаси её, Фэш! Мама! — Мне больно! Они не замолкали, перерастали в стоны агонии, переполненные ужасом и страданиями, словно людей рвали на куски. Вокруг задвигались тени, чьи-то уродливые тонкие пальцы пытались до него дотянуться и утащить во тьму. Туда, где ничего нет. Только голоса. Только боль. — Жжется! — Ты чудовище! Испуганный взгляд метался из стороны в сторону, но тени были неуловимы. Они охотились за ним. Они видели его. Палочка выскользнула из ледяных пальцев Фэша и укатилась куда-то под ноги, он прижался спиной к холодной стене, содрогаясь всем телом. — Фэш! — Себастьян попробовал схватить его за плечи, но тот ударил по рукам, не позволяя себя трогать. — Посмотри на меня! Ноль реакции. Он не здесь. Это было похоже на паническую атаку. — Я не знаю… — Пробормотал Фэш. — Не знаю... — О чем ты? — Себастьян нахмурился, не оставляя попытки привести его в чувства. — Что ты не знаешь? — Как им помочь... — Что? Было бессмысленно что-то спрашивать у него в таком состоянии, надо что-то делать. Видя, как тяжело дышит друг, Себастьян дернул его за воротник рубашки, наглухо застегнутой, оторвав верхнюю пуговицу, а следующую неловко расстегнув всё ещё трясущимися руками, чтобы облегчить доступ воздуха. Он ровно говорил, будто успокаивая маленького ребенка: — Тише, дыши, все хорошо. — Пальцы случайно задели серебряную цепочку и их обожгло, словно он коснулся раскаленного железа. — Черт! Отдернув руку, Себастьян вперился взглядом в выступающие ключицы и тонкой работы серебряный ключ. Металл переливался в тени переулка, блестя, будто бы отлитый только вчера, он резонировал от чужих касаний. Себастьян поджал губы. Это не было похоже на творение волшебников, это была гоблинская работа. Мерзких, жадных до денег существ. Фэш снова постарался закрыть уши руками, оттолкнуть от себя, но Себастьян обхватил его лицо ладонями и… замер. Раскрытые от тяжелого дыхания губы, оголенная персиковая шея, что так контрастировала с черной тканью рубашки и переходила в ямки ключиц, серебро, подвижное от каждого рваного вдоха, и глаза. На него смотрели голубые омуты, сияющие и переливающиеся льдом, они приковывали к себе. Мерлин, это было похоже на наваждение. Себастьян сглотнул, забыл, что хотел сказать, его щеки вспыхнули, в то время как чужие в его ладонях обдавали огнем. Стало душно, либо ему только казалось. Фэш больше не вырывался, он смотрел пристально в карие глаза. Ладони Себастьяна были прохладными, мягкими, они вылавливали его из бесконечного водоворота голосов и повторяющихся по кругу криков. Так знакомо. Когда в последний раз кто-то настолько нежно касался его? Тени рассеивались, возвращая сознание в пасмурный день под небом Хогсмида. В переулке пахло сыростью, со стороны улицы слышались чьи-то разговоры. Усталость накатила огромной волной, угрожая сбить с ног. Фэш моргнул. Сияние в его глазах потускнело, плечи опустились. Дыхание возвращало привычный ритм и глубину, пока сердце в груди его товарища угрожало выпрыгнуть или, как минимум, оглушить. — Голова… болит. — Прошептал он, прежде чем уронить голову на плечо Себастьяна. Тот не дышал, стоя как вкопанный. Фэш навалился на него, давая почувствовать, как двигается его грудная клетка, и постепенно они стали дышать в унисон. Глубоко и ровно. Он все ещё горел и был слишком близко. Себастьян мог чувствовать выдохи у своей шеи. В голове всплыла ночь, когда он зажал ему рот и утащил за статую, чтобы смотритель школы их не увидел. Тогда всё воспринималось совсем иначе, теперь воспоминания вызывали ещё большую неловкость. Послышался хриплый смех возле уха: — Ты первый, с кем у меня столько тактильного контакта… Хах… Себастьян на мгновение закрыл глаза, возвращая себе самообладание и выдавая бабочек в животе за нервозность. — Заткнись. — Спокойно ответил он, но ключника не оттолкнул, только очень осторожно опустил ладони на чужие лопатки. Взгляд карих глаз скользнул над темной макушкой к углу переулка. Банды Руквуда видно не было, всё тихо. Значит, пронесло. — Теперь ты просто обязан рассказать, что происходит. — Продолжил он. Фэш выпрямился, убрав волосы со лба, и Себастьян сделал над собой усилие, чтобы не мазнуть взглядом по этим гребанным ключицам. Слишком много событий для одной прогулки. Что за чертовщина происходит вокруг этого парня? — Только не здесь. — Голос Фэша оставался сиплым, он поправил воротник рубашки, спрятав ключ. — Пошли. Себастьян поднял палочку и отдал ему, заодно окинув взглядом, удостоверившись, что тот в относительном порядке. Он пошел к выходу из переулка, осматриваясь и стараясь быть тише. Нужно было добраться в «Три метлы» и там переждать, да и плетущемуся сзади Фэшу требовалась пауза. О, у него очень много вопросов к ключнику. Сознание упорно не хотели покидать небесно-голубые сияющие глаза, чужая дрожь в его руках и горячее дыхание на шее. Кажется, вопросы есть не только к Фэшу, но и к самому себе.
