babe, are u cheating on me?

ххх

Страница за страницей, блокнот даже не думал заканчиваться. Джисон поставил на паузу видео, отодвинул от себя ноутбук и открыл чистый разворот. С экрана стопнутого ролика выглядывала улыбка с очаровательными передними зубами, которая появлялась, когда Минхо тянул высокие ноты. Нацарапав заголовок в виде названия песни, Джисон принялся писать, строчка за строчкой, существующий текст чёрной ручкой. Он несколько раз послушал оставшийся хронометраж и дописал лирику до конца. Щёлкая кликером ручки, он был сконцентрирован на своем занятии, совсем не обращая внимания на окружающие его вещи. Даже чуть не опрокинул кружку с кофе возле себя. Из кучи стикеров, ластиков и карандашей он выудил ручку красного цвета и принялся черкать на готовом чёрном тексте. В местах, где лирика ему не пришлась по душе, красовались бордовые буквы вперемешку с кляксами. Это не были глобальные изменения, просто замена некоторых слов, другие рифмы и более мелодичные переходы. Джисон не имел цели принизить навыки написания текста фронтмена его любимой группы. Особенно сравнивая его опыт в написании песен и опыт Минхо. Он знал, что эту песню Минхо писал самостоятельно, в отличие от других песен, в написании которых участвовали и Крис, и Хёнджин. Эта песня ему очень нравилась. Пересмотрев выступление целиком в третий раз, он встал с пола и спрятал дневник в его обычном месте (до страниц с лирикой ещё красовались три листа красочного описания вчерашнего вечера). Проверив фото переписанного текста на телефоне, он уже собирался написать Минхо, как вдруг в квартире раздалась трель звонка. Мама вернулась из командировки раньше и не в самом лучшем настроении, поэтому Джисоном было принято волевое стратегическое решение: сесть за домашку до самого вечера.

ххх

Всё-таки ближе к ужину они смогли поговорить в более приятной атмосфере, поедая лазанью. — Как провёл выходные? — спросила мама, наполняя свой бокал вином. — Да ничего особенного, погуляли, и Феликс на ночёвку приходил, — в целом, он ведь даже не соврал. Почти. — Что, совсем ничего интересного? — мама и сама ничего не рассказывала про собственную командировку, а от Джисона что-то требовала. — У нас новый учитель физики, Ликс рассказал. Слава богу, у меня физики нет в этом семестре. Но зато по французскому, — он поморщился от упоминания этого ужасного предмета, — у меня всё неплохо. — Ты у меня молодчина, — мисс Пак — фамилия после развода снова сменилась на девичью — потрепала сына по волосам и открыла ноутбук, даже сейчас уходя в работу. Джисон был рад, что мама не выпытывала подробности его времяпрепровождения и личной жизни, но сейчас ему нужно было — просто жуть как — обсудить один вопрос. — Мам, а расскажи, как ты почувствовала, что влюбилась в отца? — глаза Пак поднялись от голубого света экрана. Она тяжело вздохнула. — Это было на третьем курсе архитектурного, мы тогда не особо были сконцентрированы на учёбе, в основном проводили время на квартире моих друзей — не вздумай так поступать в будущем, Джисони! И там наши общие друзья нас познакомили. Я тогда была ещё в отношениях, но мы быстро расстались с тем парнем. Боже, даже не помню, как его звали, — мама устало усмехнулась, — но, в общем, после этого твой отец и я как-то сблизились. — Ты раньше не рассказывала. — Это не так важно. С того времени прошло где-то несколько лет, и мы уже находились в отношениях, при этом мы очень часто расставались! Это происходило примерно раз в полгода. До тех пор, пока твоему отцу не пришло в голову сделать мне предложение, а я, будучи всё ещё сильно влюбленной в него, сразу согласилась. Мы тогда поверили, что сможем быть вместе, если отношения перейдут на другой уровень. Но сами не были готовы к этому. — Вы расставались уже в браке? — Джисон не ожидал такого от рассказа. — Нет. Как только мы поженились, ни у одного из нас не возникало побуждений расстаться, возможно это был страх разрушить брак, а потом появился ты. — Так, получается, это из-за меня вы…? — Нет, нет, дорогой, — мисс Пак встала с барного стула и подошла ближе к сыну, чтобы обнять его, — ты у меня драгоценный! С тех пор, как ты родился, я знаю точно, что буду счастлива, пока ты у меня есть. Мы с твоим отцом имеем большую историю за плечами, и я рада, что из наших отношений получилось что-то такое замечательное, как ты, — Джисон всхлипнул, внезапно ощутив фантомную грусть от этих слов. Может, что-то похожее он чувствовал, когда переживал развод. Они обнимались какое-то время, пока он не почувствовал себя лучше и не потянулся за салфетками. — Позволь мне узнать, почему ты спросил меня об этом сейчас? — женщина улыбнулась и посмотрела заинтересованно. — Ну, я не знаю. Мне вдруг захотелось узнать, как у тебя это было, — слишком частое моргание и увод взгляда в сторону выдал его, но мама ничего не сказала, — вот и всё. — Ладно, надеюсь, в будущем ты разберёшься в своих чувствах до того, как наделаешь ошибок, как это было со мной, — она поцеловала его в макушку и села обратно за ноутбук. Джисон закончил ужин и ушел в свою комнату, оставаясь наедине со своими мыслями. Его родители никогда не были примером идеальной семьи, он знал это. Но услышав предысторию их брака, его как волной оглушило. Расставались много раз. Как можно вернуться к человеку, который ушёл из отношений? Как поступил Хван? Джисон думал об этом какое-то время. Он не чувствовал боли от потери близкого человека. Он чувствовал стойкую обиду. Что чувствовал Хёнджин, когда изменял ему? Как он осмелился подойти к Джисону после всего этого? Как смеет до сих пор заявлять свои права на него и задирать в коридорах? Нет. Джисон никогда больше не будет с таким, как он. Минхо никогда не был похож на Хёнджина. Он чаще всего предпочитал общество Джисона любому другому, они проводили кучу времени вместе, и сам Джисон мог с уверенностью сказать, что ближе человека у него нет. Они с Минхо не были знакомы, когда Джисон переживал развод родителей, но что-то ему подсказывает, что тот мог бы быть рядом, когда он ушёл в себя на несколько недель. В голове утвердилось желание стопроцентно поговорить с Минхо и рассказать ему об отношениях родителей. Джисон надеялся, что он поймет.       Джи: минхо привет!       Джи: занят?             Хо: уже нет :))             Хо: как ты? мама вернулась?       Джи: у меня все супер       Джи: есть новости       Джи: кое-какие ;)       Джи: и мне нужно тебе что-то показать             Хо: я заинтригован             Хо: можем встретиться завтра в парке возле того уродливого памятника?       Джи: о можно устроить пикник       Джи: возьмешь гитару???????             Хо: о боже джи, ты заставляешь меня играть где-то помимо репетиций             Хо: :(((((((((((       Джи: ну пж пж пж!!!!!             Хо: что мне за это будет?       Джи: тыы       Джи: шантажист       Джи: принесешь гитару и тогда посмотрим, что я смогу тебе предложить             Хо: лаааадно             Хо: буду ждать <3 Джисон заблокировал телефон, откинул его в сторону и прижал ладони к лицу. Он был полным идиотом, почему-то радуясь тупому символу в виде сердца от Минхо. Но он знал, что даже идиотом он нравился ему. От этого и приливал жар к его шее прямо сейчас.

ххх

В воздухе стояла влажность от пруда неподалеку от них. На бледные страницы то и дело приземлялись надоедливые жуки, которых Джисон сгонял рукой и продолжал следить за рисующими образы буквами в строчках. Тишину прерывали только редкие всполохи звуков от струн гитары. Бедро в чёрных потёртых джинсах, на котором он лежал, зашевелилось, и Джисон поспешил отвлечь глаза от книги на обладателя этого бедра. — Неудобно? — Джисон повернул голову в сторону, обращая внимание на вопрос, а Минхо отложил от себя гитару. Его пальцы, только что перебиравшие струны, мимолетно вплелись в тёмные волосы Джисона. — Нет, всё хорошо, а тебе удобно так? — Джисон на секунду прикрыл глаза, наслаждаясь ощущениями, а затем приподнялся на локтях — книга и кисть руки мгновенно свалились прочь. — Я хочу, чтобы ты играл, поэтому играй. А я сяду, чтобы тебе не мешать. — Джи, ты не мешаешь, — начал с улыбкой Минхо. — Игра-а-ай! — он прикусил губу, в ожидании смотря на парня, снова взявшего гитару к себе на бедра. Тишину разрезали первые аккорды песни, которую Джисон не слышал до этого. Wait a minute I think I left my conscience on your front doorstep Стиль не был похож на обычные песни группы Минхо, поэтому сначала он даже не замечал текст, но, кажется, это было важно. I'm here right now, right now with you I don't even care I’ll run my hands through your hair Мелодия была легкой, как облака над ними и как взгляд музыканта, который он иногда поднимал на Джисона, чтобы увидеть реакцию. Hold on, wait a minute Feel my heart's intention Небольшой перебор на струнах отзвучал, и песня смолкла. — Что это? Я не слышал подобного раньше, — Джисон широко улыбнулся и подсел ближе. — В голову пришло сейчас, пока наигрывал немного, похоже, намётки новой песни, — Минхо смущённо поджал губы и отвел глаза. Он был слишком мягким, когда дело касалось его музыки. И Джисона. — Мне понравилось, особенно строчки про «совесть на пороге», — хихикнул Джисон, тут же делая себе мысленную заметку просить Минхо играть почаще. — Думаю, я закончу её позже. Кстати, ты хотел мне что-то показать и обещал вознаграждение, зачем я принёс гитару? — теперь пришла очередь Минхо улыбаться ему. Джисон подумал несколько секунд, как будто на что-то решаясь. Он осмотрелся по сторонам, замечая отсутствие людей поблизости и свисающую ветвь дерева прямо возле них. Она полностью закрывала обзор на двух парней. После этого, глубоко вздохнув, он схватился за воротник джинсовки Минхо и потянул его на себя, легко прижимаясь своими губами к его. Он не планировал углублять поцелуй, но это сделал Минхо, удерживая его возле себя за шею и заставляя его неловко опереться рукой на то, что первым попадется. Это оказалось то самое бедро, на котором пятнадцать минут назад он лежал. Мозг начинал плавиться от ощущений, и в тот момент, когда стало понятно, что поцелуй перерос уровень невинного, Джисон поспешил разорвать его, мгновенно отстраняясь и зачёсывая волосы назад в нервном жесте. — Это считается за вознаграждение? — он почувствовал тепло на собственных щеках и приложил тыльную сторону ладони к ним, чтобы слегка остудить. Лицо Минхо приобрело розоватый оттенок, замечательно сочетаясь с его джинсовкой и зеленью листвы позади. — В стократном размере, — Минхо облизал губы, словно собирая оставшийся вкус с них, и моргнул несколько раз, чтобы отвести взгляд от такого же движения со стороны Джисона. — Так вот, что я хотел показать, — Хан встряхнул головой, отворачиваясь и нащупывая телефон в заднем кармане джинсов, чтобы открыть фотку лирики, — твоя песня на шоукейс, я немного переделал её. — Ты… что? — Минхо в недоумении поднял бровь. Джисон не понял, как это правильно интерпретировать, поэтому тут же поспешил объяснить. — Я просто слушал эту песню и мне пришло в голову несколько идей, как можно её изменить, чтобы она лучше ложилась на музыку и звучала мелодичнее. Но, конечно, это только на твоё усмотрение, и ты можешь это рассматривать только как предложение или мою альтернативную версию, — Джисон тут же почувствовал себя неловко. Он не хотел обижать Минхо этим. Минхо снова положил гитару себе на колени, устраивая руки на ней и, параллельно изучая фотку на экране, попытался немного наиграть. — Окей, давай попробуем, — он начал играть всю песню от начала до конца и посматривал на Джисона с улыбкой, когда пел его исправленные куски. Когда он закончил, то ударил по струнам для логического завершения, — это получилось очень неплохо, Джи, я подумаю над этим вариантом и обсужу с парнями, но это правда имеет право на существование, спасибо. — Не надо меня благодарить, это одна из моих любимых песен, если считать вашу дискографию, поэтому я был бы только рад поучаствовать в процессе её совершенствования, — он улыбнулся. В парке стало прохладнее, поэтому они решили найти какое-то тёплое место, чтобы подкрепиться и согреться. Джисон не мог перестать смущаться от мыслей, которые настигли его после очередного поцелуя. Они какое-то время блуждали по замёрзшим улицам, но пришли всё равно к станции метро, не найдя ничего приличного в этом районе. Тогда Джисон просто предложил пойти как обычно к нему, объясняя это тем, что дома осталась пицца, а мамы снова не будет допоздна. Конечно же, он не упомянул, что это ещё одна отличная возможность остаться наедине, чтобы ещё больше насладиться поцелуями компанией друг друга. Да, точно, компанией. Дружеская посиделка. Гитара, пицца. Круто. Дверь захлопнулась изнутри с плотным звуком. Минхо, мгновенно роняя с плеча футляр с гитарой, ударился лопатками о твёрдую стенку позади себя. В темноте коридора было не разглядеть, как Джисон снова и снова припадал к его губам, опираясь одной ладонью на стену возле головы Минхо, а второй сжимая грубую ткань его джинсовки, чувствуя между пальцами холод металлических пуговиц. Минхо перехватил инициативу на себя, прикусывая и оттягивая нижнюю губу и укладывая собственные ладони на талию Джисона, забираясь под плотный бомбер. Он слегка сжал пальцы, чувствуя через тонкую футболку гораздо больше тепла, чем до этого. В нетерпении он на секунду отстранился и принялся судорожно отцеплять кнопки бомбера друг от друга, но почти сразу вернулся к губам, продолжая целовать их. Когда с бомбером было покончено, Минхо притянул Джисона ближе к себе, переходя губами сначала на щёку, затем на линию челюсти и уже потом к шее. Услышав рваный вздох прямо возле уха, он спустил руки ниже талии, прижимаясь настолько, что уже точно можно было почувствовать без слов все желания обоих находящихся в этом тесном пространстве парней. Пальцы Джисона сомкнулись на мышцах плеч, тут же напрягшихся из-за этого прикосновения. Он толкнулся навстречу бёдрам, которые только что были возле него, и сжал пальцы сильнее, уже больше цепляясь за руки, чтобы устоять на ногах. Хан услышал тихий всхлип, с ужасом обнаруживая, что он исходил от него самого, когда почувствовал немного щекочущее прикосновение зубов к очень чувствительной коже между шеей и ключицей. Минхо остановил все движения моментально. — Д-Джи? — голос казался ниже от возбуждения, но был всё ещё на много тональностей выше голоса Джисона, который смог отозваться только мычанием и взглядом, направленным в глаза напротив. — Мы не слишком торопимся? — Что? Я не… — Ты в порядке? — Минхо прикусил губу, выглядя взволнованным. — Да. Да, я в порядке! Чёрт, просто, — Джисон снова нервно зачесал волосы, смотря вверх. — М? Кажется, я слышал что-то прямо сейчас, — старший приложил ладонь к его щеке и ласково погладил, — ты весь горишь, тебе не жарко? — его голос приобрёл крайне игривые нотки. — Ты серьёзно? — Джисон скривил недовольное лицо и попытался приблизиться снова к губам напротив, но его остановила рука, прикоснувшаяся к его лицу. — Давай поговорим, я не хочу, чтобы всё происходило так… — Поговорить? — Хан бережно взял запястье с щеки в свою руку, переплёл пальцы и поднял их выше к его голове, придвигаясь ближе к уху Минхо и начал шептать. — Мне сказать вслух, как сильно я хочу тебя сейчас? — очевидно, это не было тем, что хотел услышать Минхо — по крайней мере не сейчас — потому что, когда колено, всё ещё находящееся прижатым между его ног, двинулось, прижимаясь сильнее, ему пришлось подавить все непристойные звуки, рвущиеся из его рта, чтобы… — Джи-ммфх-сони, пожалуйста, я серьёзно, — Джисон заинтересованно поднял взгляд и, похоже, поняв свою ошибку, остановил все движения. — Я— Прости, это не должно… Не должно было быть так, ты прав, — он отошёл на шаг назад и запустил руку в волосы Минхо, чтобы пригладить их, после того, как сам испортил причёску. — Тебе не нужно извиняться, мне тоже нравится всё, что, — он указал на пространство между ними, — происходит между нами, просто давай для начала проясним моменты для нас двоих, если ты готов к этому. — Давай. Можешь пока пойти в мою комнату? Я разогрею пиццу, чувствуй себя как дома, — если бы в помещении было светло, Минхо бы увидел, как парень улыбается, но он услышал лишь то, как тот споткнулся о футляр его упавшей гитары и выругался на это. Минхо много раз был в комнате Джисона. Здесь, как обычно, всё было в своём собственном порядке: на стенах небрежно были приклеены плакаты любимых групп, и даже висела стащенная реклама их выступления на шоукейсе. Над столом висели недавно сделанные фотки их вдвоём. Минхо провел пальцем по одной из них и улыбнулся. — Итак, разговор, — начал Джисон, как только они уселись на пол возле кровати, ставя перед собой тарелки горячей пиццы. Молчание продлилось несколько секунд, потому что никто из них не знал, с чего лучше начать, — ты хотел обсудить то, что произошло сейчас или… то, в каких отношениях мы находимся? — Если быть честным, оба варианта, но это зависит от твоего желания, — Минхо отвёл взгляд, и Джисон только сейчас заметил, какими красными были его уши. — Эм, ну, я не против, — он призадумался, — да, давай обсудим, наверное, всё? — Хорошо. — Хорошо. Они посмотрели друг на друга немного испуганными взглядами. — Ты мне нравишься, — начал тихо Минхо. — Будет враньём, если я скажу, что ты мне — нет. Поэтому, думаю, определённое время я тоже заинтересован в тебе? — Определённое время? Это какое? — Джисон скомкал салфетку, которую от неловкости теребил в руках уже десять минут. — Возможно, с того раза, как ты приходил ко мне после репетиций… летом, — он ждал реакции парня напротив, который не спешил отвечать. — Но ведь вы с Хёнджином были тогда ещё вместе? — в ответ Минхо приподнял одну бровь. Джисон закатил глаза. — Ли Минхо, я разве сказал, что был влюблён в тебя уже тогда? Слово заинтересованность означает немного другое, — ему неловко было признавать, что прошло уже столько времени с первых появившихся мыслей на эту тему. — А сейчас? — Что сейчас? — Джисон начал строить из себя дурака, прекрасно понимая, о чём идёт речь. Что-то в нём не давало признать собственные чувства. — Джи, — Минхо убрал уже пустые тарелки в сторону и сел прямо напротив, смотря парню в глаза, — я не давлю на тебя, если ты не готов говорить о твоём отношении ко мне, то не нужно, всё ок, — он протянул руку и заключил одну из ладоней Джисона в свою. Тот колебался. — Хо, понимаешь... Вообще-то это именно то, о чём я хотел рассказать изначально, — он вспомнил диалог с мамой и постарался описать кратко суть и свои чувства по этому поводу, — мне бывает сложно говорить о чувствах, потому что иногда кажется, что это имеет не такое уж важное значение. Я никогда не знал об истории родителей, они были рядом со мной, но мои чувства волновали их не в первую очередь, и мы разговариваем об этом довольно редко. А в прошлых отношениях я, то есть, мы, — голос Джисона немного надломился, он почувствовал, что рука Минхо ободряюще сжала его собственную. Он не хотел плакать, но это выходило само собой, — с Хёнджином у нас практически не было подобных разговоров. Все наши отношения состояли из того, что мы ходили куда-то, сосались и страдали какой-то хуйней. Стоит ли говорить, что мои чувства у него были явно не на первом месте, особенно учитывая измену, — Джисон тяжело выпустил воздух сквозь зубы, ощущая внутри странную легкость вперемешку с уколом оставшейся обиды. Было неловко только из-за слёз, которые Минхо тут же принялся стирать пальцами. — Мне жаль, что всё так произошло, Джи, — он поцеловал его сухие от дыхания губы и заглянул в глаза ещё раз. — Знаешь, я правда не умею говорить о такой хуйне, Хо, но мне всегда казалось, что ты был для меня близким человеком. Если раньше это можно было списать на дружбу, то сейчас, — он приостановился, — я не думаю, что это нормально — фантазировать о руках своих лучших друзей, — он усмехнулся сквозь слёзы и сделал над собой усилие, чтобы смотреть Минхо прямо в глаза, не опуская взгляд на ту часть тела, о которой сейчас говорил. — Хан Джисон, ты бесстыдник, мы говорили о твоих чувствах, а ты даже это умудрился свести к своим сексуальным предпочтениям! — он усмехнулся, мило — как показалось Джисону — моргая несколько раз. Хан довольно улыбнулся снизившемуся градусу напряжения между ними и потянулся к Минхо для объятий. Уже прижавшись носом к его плечу и обхватив спину ладонями, он тихо вздохнул и решил проговорить: «Ты мне нравишься, Минхо. Мне многому ещё нужно будет научиться в плане разговоров о чувствах, но я рад, что это взаимно». Пальцы мягко гладили волосы Джисона на затылке. — Спасибо, что рассказал мне, несмотря на то, как для тебя это трудно, — ладони сползли чуть ниже затылка, оказываясь на шее, — так что ты там сказал про мои руки? — та часть шеи, где сейчас они находились, тут же залилась теплом. — Это всё, что ты запомнил? — проворчал в его плечо Джисон. — Это наша вторая часть разговора, — Минхо продолжал усмехаться. — О боже! Я не стану этого говорить, — Джисон отстранился и недовольно взглянул на лицо Минхо, который в ответ смотрел на него с прищуром. — Тебе и не нужно, ты уже сказал, — в привычном жесте голова Минхо наклонилась в одну сторону, растрёпывая непослушную чёлку. Джисон протянул руку, зачёсывая её обратно, и вместе с этим приблизился к губам, начиная медленный поцелуй, прерываясь на свои слова. — Мне много что нравится, — поцелуй, — в тебе, — ещё один, — не знаю, на чём, — и ещё один, — остановиться. — Тогда не останавливайся, — прошептал Минхо, ловя губами частые вздохи парня напротив. Они перебрались с пола на кровать, светлое покрывало смялось, пока Джисон пытался устроиться удобнее. Минхо протянул руку под его поясницей, чтобы в следующий момент прижать талию ближе к своей. Для Джисона это стало словно сигналом, он прикусил нижнюю губу, слегка оттягивая её на себя, чтобы отвлечь старшего. Так и случилось. В один момент их позиции сменились, и Минхо обнаружил себя лежащим спиной на том же покрывале с руками, прижимающими его собственные к кровати. — Чёрт, Джи, что? — он потянулся навстречу Джисону, который наклонился, чтобы продолжить прерванный поцелуй. — Мне больше нравится сверху, — пробормотал он сквозь учащённое дыхание и отпустил руки, перемещая их ближе к торсу, легкими движениями поглаживая горячую кожу через футболку. Прикосновение к бёдрам было таким неожиданным — насколько вообще может быть неожиданным что-то подобное в их ситуации — что Джисон вздрогнул. Но прикосновения тут же отозвались в его животе, и он подстроился под них. Пальцы крепко сжимали мышцы, плавно перемещаясь выше, слегка надавливая. Джисон, понимая намёк, сделал пару поступательных движений к чужим бёдрам, слыша рваные вздохи — уже не понимая, это Минхо или его собственные. Джинсы, ещё полчаса назад казавшиеся удобными, будучи оверсайзом, сейчас стали ужасно тесными. Минхо, словно прочитав ощущения, потянулся к пуговице, соединяющей две части ткани, но чужая рука тут же остановила его. Джисон на секунду оторвался от уже опухших губ, чтобы немного виновато прикусить свою. — Я не хочу заходить далеко, — тихо проговорил он и добавил, — сегодня. — Хорошо, — Минхо убрал пальцы от ширинки и притянул одной рукой ближе за талию, а другую вернул обратно на шею, — а чего хочешь, м? Грубая ткань джинс неприятно давила на чувствительную кожу даже сквозь бельё, но это не мешало градусам вокруг повышаться только из-за поступательных движений навстречу. — Тебя, — пальцы сползли на плечо и сомкнулись на напрягшихся мышцах, у Джисона возникли вьетнамские флешбеки. — М-м, а конкретнее, — как у Минхо хватало сил соображать и ещё задавать вопросы, он не знал. — Я не знаю, — честно и немного надрывно ответил он. — А хочешь узнать, что хотел бы сделать с тобой я? — пальцы зацепились за чёрные волосы на затылке Джисона и притянули к себе настолько, чтобы шёпот был слышен только на ухо. — Чёрт, д-да, — движения бёдрами не прекращались ни на секунду, это был первый подобный опыт у Джисона, и казалось, что возбуждение наполнило его до краёв. — Твои волосы, — Минхо говорил, рвано выдыхая воздух, словно не в силах контролировать дыхание, — они замечательные, я не врал, что тебе идёт новый цвет. Мне хотелось бы сжимать их, пока ты стоишь на коленях, делая мне приятно. — Блять, — чувствуя пальцы, сжимающие его пряди прямо сейчас, его начинало потихоньку накрывать, — я хочу. — Чего хочешь? — рука, лежавшая на талии, сползла ниже, залезая пальцами в задний карман и оттягивая дальше от себя. — Хочу сделать приятно тебе, — пальцы покинули карман, а в следующее мгновение ладонь с шлепком опустилась обратно. От сильного удара Джисон почти грохнулся на парня под собой, не имея сил держаться даже на коленях. Они оба услышали всхлип, и Джисон не понял, когда его голос успел стать таким высоким и плаксивым. — Джисони, ты уже делаешь мне приятно, — он чувствовал, что сейчас был близок к небесам, как никогда раньше. — Сделай так ещё раз, по-пожалуйста, — последнее он выдавил с трудом, будучи невероятно серьёзным и не решаясь открыть глаза ни за что на свете. Рука, сжимающая волосы, исчезла, и Джисон мгновенно почувствовал удар сзади, но уже с другой стороны. — Так? — несмотря на то, что глаза Хана были зажмурены, он практически видел, как Минхо ухмыляется. Чёрт, в его планы не входило кончать от того, как его отшлёпают на собственной кровати. Он неопределённо промычал в ответ, надеясь, что Минхо воспримет это как положительный ответ. А пока единственной целью было уткнуться в шею напротив, чтобы постараться заглушить все смущающие звуки. — Джи, тебе нравится? — невозможно было объяснить, как таким мягким и сладким голосом сейчас он доводил Джисона до предела, просто спрашивая его о чувствах. — Да, — он всё же оторвался от шеи Минхо и наощупь нашёл его губы, снова припадая к ним, — я скоро, скоро, кажется. — Я тоже, — проговорил Минхо, чуть не задыхаясь, — Джисони, как бы ты хотел сделать мне приятно? Расскажи, — Джисон переместил руки на покрывало, сжимая его, стараясь сконцентрироваться только на каком-нибудь одном из перекрывающих его ощущений. — Руками, сначала, — мозг был затуманен так же, как и взгляд Минхо сейчас. — Сначала? — проговорив это, изо рта вырвался всхлип ещё выше, чем у Джисона. Он выпустил из рук ткань покрывала, чтобы прикоснуться к напрягшимся плечам. Кровать скрипнула, вводя их обоих в небывалое смущение. Чтобы избежать еще большего стыда, он вновь уткнулся в шею Минхо, вместе с тем мягко прикасаясь губами к горячей коже и продолжая шептать на ухо фразы. — Да, я мог бы тебя дразнить, пока ты не попросишь о большем, — кажется, он видел это у себя во сне, — а потом… — А потом? — у Минхо получалось заглушать звуки только прикусывая собственную губу, но он просил продолжать. — После этого, — Джисон делал большие паузы, находясь на грани и говоря всё, что приходит на ум, — ты перестал бы жаловаться на мой острый язык. — Почему? — в конце слова голос Минхо стал гораздо выше, чем до этого. — Я бы показал, что этот язык умеет, кроме как острить, — чёрные пряди прилипли ко лбу, Джисон чувствовал, что от оргазма его не отделяет даже одно единственное мгновение. В ответ на его фразу раздался уже менее сдержанный стон, наполовину смешанный с его именем. Он почувствовал усилившуюся хватку на своих бёдрах настолько, что даже если бы захотел — не смог отстраниться. В джинсах стало слишком влажно для последних двадцати минут, и больше вокруг себя Джисон не слышал ничего, кроме собственного колотящегося сердца — его словно оглушило. Он замер на несколько секунд, а затем почувствовал такую усталость, как будто только что пробежал за автобусом километра два в быстром темпе, и просто повалился рядом с Минхо на спину, смотря на расплывающиеся стыки потолка со стенами.

ххх

Сынмин толкнул его в плечо, как только препод начал завершать свою лекцию. Уже в очередной раз им читают нотации на тему наркотиков. Кажется, в параллельном классе девушка передознулась. Кажется, всем в этой аудитории было похуй. Кажется, здесь всем всегда на все похуй. На телефоне продолжала доигрывать какая-то аудиокнига, звучащая в наушниках, от которой его и оторвал Сынмин. Джисон кинул взгляд на ряд позади него, кажется, в миллионный раз за последний час, отыскивая кое-кого. Минхо улыбнулся, когда встретился взглядом с ним. Он в ответ смущённо отвёл взгляд и отключил аудиокнигу, вытаскивая наушники. В следующий момент, когда он вновь бросил взгляд на Минхо, того уже отвлёк разговором сидящий рядом Хёнджин. Джисон вернул свой взгляд на Сынмина, который предложил после лекции поехать к нему на ночёвку. Осталось только дождаться Феликса, которого нигде не было видно, возможно, он просто сидел далеко. Хотя, его всё равно бы не отпустила мать, поэтому, наверное, не было смысла ждать. Парни вышли из аудитории вместе с толпой, по пути прикидывая, какой сериал из общего давно составленного списка они ещё не смотрели, чтобы провести сегодняшнюю ночь. — Ты не видел Минхо? — этот вопрос из уст Джисона прозвучал взволнованно. Он хотел пересечься хотя бы на пару минут — после того вечера у него дома им так и не удалось увидеться, потому что Минхо снова репетировал с группой. Длинный и широкий коридор заполнило эхо шумных учеников, которые спешили покинуть свой альма-матер, из-за этого Хан еле слышал, что ему отвечал Сынмин. — Кажется, они с Хёнджином пошли в дальний туалет, но я искал Криса, а не их, поэтому не уверен, — Сынмин указал рукой на дверь в конце полутёмного коридора, — я подожду тебя на улице. — Спасибо, Минни! — Джисон постарался максимально быстро преодолеть расстояние в помещении. Этот корпус был самым старым из всех имеющихся у школы, поэтому здесь были очень высокие потолки, старая планировка и огромное количество дверей — во всём этом можно было запросто заблудиться. Помещение, в которое все вышли из аудитории, представляло собой один большой зал с множеством дверей в другие места. Перед Джисоном совсем скоро появились очередные деревянные створки, одна из которых была закрыта на щеколду у самого верхнего края проёма, вторая же створка открывалась свободно. Как только он приоткрыл эту дверь, из неё тут же полилось намного больше дневного света. Он зашёл внутрь, огляделся и понял, что оказался в более узком коридоре, ведущем на маленькую заброшенную террасу. Вроде, на этой террасе обычно курят старшеклассники, — думалось Хану. Прямо перед ним красовалась дверь в туалет с соответствующим символом на ней. Ручка поддалась с трудом, всё в этом корпусе разваливалось по частям. В старом школьном сортире было необычно много места между раковинами и кабинками, но там было пусто, никого не было возле раковин. Джисон уже хотел было выйти обратно, но до его слуха донеслись какие-то шорохи. Когда он прислушался, то услышал высокий стон, приглушённый, кажется, чьей-то рукой. — О боже! — он замер. Это же не мог быть Минхо? — Мистер Ли, ты такой горячий, — голос было практически не разобрать из-за дверцы кабинки, да и Джисон стоял очень далеко от неё. Он прикусил губу. Все слова он расслышал отлично. Какого хуя? Джисон вцепился в ручку позади себя настолько, что кости свело. В небольшом просвете между полом и дверцей средней кабинки вдруг показалось что-то красное. Это была упавшая куртка. Словно в замедленной съёмке внутри его мозга возник Феликс, который ещё две недели назад выебал одной вещью все его с Сынмином мозги.       — Блять, да где он откопал эту куртку? — они стояли на заднем дворе школы, и Феликс практически истерил, — Я ещё вчера её последнюю забрал из винтажного магазина! Сука, это невообразимо! — всё дело было в том, что в один из очередных понедельников, когда они вошли в школу утром, Феликс увидел точно такую же, как у него самого, красную кожаную куртку с чёрными вставками возле молнии и нашивками на рукавах. У Чонина. Эта нашивка сейчас издевательски смотрела на Джисона, пока тот слушал стоны и пытался не расплакаться в этом идиотском туалете. Он вылетел оттуда, хлопнув дверью. От хлопка и открытого окна в туалете образовался сквозняк и стеклянная дверь на террасу резко открылась, будучи неплотно закрытой из-за находящихся там учеников. Он толкнул вторую, двустворчатую дверь, ведущую в более тёмный коридор, где всё ещё оставались пара человек после лекции про наркотики. Привалившись к стене, он почувствовал, как его накрыло каким-то немыслимым чувством злости и непонимания, кровь стучала в висках, живот свело от тревоги. Блять, блять, блять! Этого просто не может быть, нет, нет, нет. Перед сильно зажмуренными глазами пронеслись вспышками выходные, проведённые с Минхо, и все приятные чувства, ощущаемые тогда, больно резанули по внутренностям. Джисон крепко сжал кулаки, врезаясь ногтевыми пластинами в ладони, чтобы хоть немного заземлить собственное состояние. Блять, неужели ему, как и Хёнджину, было нужно только одно? У них не было полноценного секса, как с Хёнджином, так и с Минхо. В этом была проблема? Этим так не подходил Джисон? С ним нельзя было развлечься? Все самоуничижительные мысли вдруг закрутились в голове, как ураган, не давая подумать ни о чем другом. Голос подсознания давил одним: «Тебе все изменят рано или поздно». За двустворчатой дверью послышался скрип, затем оттуда вышел Чонин. — Джисони, приветик! — он наигранно сощурил глаза и улыбнулся. Джисон подошёл ближе к нему и почувствовал запах сигарет. Который он терпеть не мог. О, он знал этот запах отлично. Это были сигареты Минхо. — Привет, ну как тебе? Понравилось? — он состроил такую же наигранную улыбку, стараясь сдерживать приступы накатывающей истерики. — Конечно, — Ян развернулся и пошёл прочь из здания, туда же, куда минут десять назад вышел Сынмин. Его фигура медленно расплывалась в бликах дневного света, у Джисона же плавилось сознание, и било в виски осознание. Он проводил Яна взглядом, пока за спиной послышался точно такой же скрип, как и до этого. — Джи, привет! — Минхо был в самом лучшем настроении и даже подошел ближе, чтобы обнять его одной рукой, как всегда. На что Джисон отреагировал однозначным жестом — скинул его руку и зарядил пощёчину, как тогда в парке Хёнджину. Ладонь тут же загорелась от боли. В этот раз получилось сильнее, чёрт. Хёнджин, как раз выходивший за Минхо, оценил жест. — Бро, и ты туда же, — он хохотнул. Джисон развернулся и направился на выход. Туда же, конечно, блять, Джисон, а ты ещё сомневался, может ли он изменять. Вспомни, кто его друг. Охуевший Минхо следовал прямо за ним по коридору. Хан успел преодолеть уже большую часть тёмного помещения. — Джисон, блять, что произошло? — тот даже не остановился. — Джисон! — Минхо догнал его и схватил за запястье, чтобы развернуть к себе лицом. Желудок пронзило ноющей болью, когда он увидел слёзы в глазах напротив. — Отъебись от меня! — он попытался выдернуть свои запястья из захвата и старался вообще не смотреть на Минхо, но когда взгляд снова приклеился к его лицу, Джисон смог разглядеть там страх и непонимание. Злость схватила его с новой силой. — Хватило мне твоего «бро», теперь ты будешь следовать его принципам жизни? — на слове «бро» он сделал пальцами кавычки и наигранно улыбнулся. По щекам сверкали мокрые дорожки. — Каким принципам жизни? — Минхо в душе не ебал, что вообще происходит и причём здесь Хёнджин, но плачущий Джисон уже испугал его не на шутку. — Делить парней на двоих, изменять, ебаться с другими, называй как хочешь! Я видел вас с Яном в туалете, — Джисон прикусил губу, понимая, как отвратительно это звучит, даже являясь правдой. На лице Минхо всё ещё не наблюдалось просветления, — «Мистер Ли, ты такой горячий», — он изобразил интонацию голосом, но отвращение и подступающая тошнота затмевали все эмоции. Ему было больно. — Чего? Ты думаешь я и Чонин? В туалете? Зачем мне это? — от шока Минхо так и застыл с приоткрытым ртом. Джисон успел ещё раз подумать о том, каким красивым он был, когда были видны передние зубы. Как всегда, когда он вытягивал высокие ноты, улыбаясь. От этого стало ещё больнее. Он понял, почему его не так задевало, что Хёнджин изменял ему, но так сильно ударило, когда ему изменил другой человек. Джисон влюбился в Минхо. — Не знаю. Больше не подходи ко мне, — последние слова были произнесены очень тихо и без эмоций, несмотря на то, что внутри его всё ещё переполняла боль вперемешку со злостью. Руки опустились сами собой, отпустив и запястья Джисона. Горло неприятно жгла выкуренная на террасе пятью минутами ранее тупая сигарета, запах которой так не нравился Джисону.

ххх

— Всё, боже мой, подожди, — Феликс снял с себя очки, протягивая их обратно владельцу. — Ликси, ты охуенный, я тебя люблю, — он был очень смущён, слыша столько комплиментов в свой адрес за последние полчаса. Взглянув на себя в зеркало, парень глубоко вздохнул. Засос можно будет скрыть консилером и свитерами, ладно. Он проверил, застёгнута ли ширинка и, наконец, обратил внимание на своего спутника, который сейчас стоял, прислонившись спиной к раковине и рассматривал его. — Чанбин, это последний раз, ты понял? — он поднял вверх воротник своей красной куртки, за который Чанбин притянул его, вновь утягивая в мягкий поцелуй, из которого, тем не менее, Феликс тут же выбрался. — Я понял, ангел, но мой номер у тебя есть, — он провёл кончиком носа по ключице, выглядывающей из-под полурасстёгнутой рубашки Феликса. — Жди пять минут, Бинни, я пойду первым, я не шучу, — Чанбин послал в его сторону воздушный поцелуй, — пять минут, Чанбин! Феликс пальцами взъерошил выпадающие из челки волосы и огляделся по сторонам, к собственному облегчению не замечая знакомых в полутёмном помещении коридора.  Дверь террасы была захлопнута. Отлично, значит, здесь никого не было. Он вышел в общий коридор. Там тоже было практически пусто. Взгляд привлек только Хёнджин вдалеке, подошедший к Минхо и говорящий ему что-то, на что тот только толкнул его в сторону и быстрым шагом пошел прочь.

ххх