Не поддавайся эмоциям.

— И снова ты, Нираги, — выделил Агуни предпоследнее слово, переставая ходить туда-сюда и отвернулся к окну. — выделился, и снова в плохую сторону! Сугуру стоял у стены комнаты для наказаний, размышляя о своём. Эта комната могла бы стать его, потому что можно позавидовать тому, насколько часто он здесь бывает. А что чувствует он сейчас? Опустошение. Уже ничего не понятно. Он пропускает мимо ушей очередную лекцию, отвечая только на вопросы, разглядывая белый, и без того скучный потолок. — Чёрт, Агуни, не я его убил. Кажется, этого лидера легко вывести из себя подобными словами. Агуни повернулся к Нираги, скрещивая руки у груди. — А что это меняет, скажи? Повторюсь: какой-то ссыкун мне лично доложил о том, что ты зажал какого-то парня и угрожал ему. Что я тебе говорил по этому поводу?! — Что Шляпник будет недоволен и выпнет меня отсюда? Да пожалуйста. — Нираги, я тебе ещё раз говорю. Просто держи себя в руках, умоляю! Я поговорю с этим чудаком Шляпником, но ты… — наконец-то шторм его мыслей закончился, он продолжил чуть мягче. — не делай так больше. Уходи. Нираги кивнул и пошёл в свой номер. Плюхнулся на кровать, откинув ружьё куда-то подальше и терроризировал взглядом уже окно. Ну что за день? Однако расслабиться не удалось, послышался звук открывающейся двери. Как же ты не вовремя, блондин… Чишия усмехнулся и прошёл к кровати, вытаскивая руки из карманов. Сел и удручённо вздохнул, посмотрев на своего друга. Именно, друга. Они и сами не поняли, как вместо врагов стали друзьями. Общаться друг с другом было приятно. Чишия всегда упоминал то, что они похожи чем-то. Но чем? — Ещё раз повторюсь, что ненавижу, когда ко мне заходят без стука! — с долей яда выругался Сугуру, потерев лицо руками. — Мне плевать. Наверное, они похожи пофигизмом. Их обоих ненавидит общество, издеваясь над ними, пытаясь сломить. Эти двое явно не против умереть хоть сейчас, если бы не их гордость, которая хочет быть выше всех этих игроков. Они всегда будут выкладываться в играх на полную, дабы показать кто тут лучше. Чишия ненавидит игры Пик и Треф, но всё равно единственный выживет в подобных. Нираги на дух не переваривает Черви и Бубны, для лишней умственной нагрузки, хотя всегда победит в них, как и Чишия. А ещё эти двое были гениями. Их специализация — Бубны. Этим всем они и похожи. — Блондин, неужели ты бы не убил того, кто причинил тебе так много боли, а? — Не убил бы, потому что смысл марать руки на таких идиотов? — Хороший вопрос. В этот раз разговор совсем не вязался. В голову лезло всё самое ужасное. И даже в этой буре идиотизма есть приятное воспоминание. Сакура. Как эта девчонка вообще засела в его голове? Сугуру всегда задаётся этим вопросом. Ответа нет и не будет. Чишия встал и подошёл к окну. Внизу обстановка была весёлой, как и всегда. Аж тошно. Нираги тоже подошёл. Пейзаж… всё такое прекрасное. Особенно если убрать всех этих людей. Это солнце, это пение птиц, которое слышно даже при громко играющей музыке. Шунтаро смотрел на это всё своим привычным пустым взглядом, но Сугуру эта погода подняла настроение, на 1% так точно. Осталось ещё взять 99%. Но где и как? — Неужели тебя действительно радуют такие мелочи? — не поворачиваясь к другу, спросил Чишия. — А что, мне нужно быть таким же камнем, как и ты? Не смеши. — Что же, я тебя понял. И снова эта пауза. — Ответь на вопрос. Что ты чувствуешь к этой девушке, Сакуре? Такой резкий вопрос поставил Нираги в ступор. Он никогда не думал о ней в таком ключе. Ведь если так подумать, она просто его подбодрила в тот день. Но, действительно, почему она до сих пор не выходит из его головы? Для обычной спасительницы, которая раздаёт советы, этот промежуток времени слишком огромный. — Мы постоянно говорим о ней, вот мне и интересно. — оборачиваясь на все 180° и снова пряча руки в карманы, сказал Чишия. Хлипкий подоконник чуть наклонился под его итак довольно худощавым весом. — Ну, что скажешь? — Я даже не думал об этом. — А мне кажется, что она понравилась тебе в тот злосчастный день. А ты это пытаешься забыть, обманывая самого себя. — А мы можем поговорить о другом? — О твоих проступках на Пляже? Теперь-то Нираги действительно взбешён. Да, он считает этого человека своим другом, но не настолько, чтобы Шунтаро имел право здесь читать лекции. В миг он оказался прижатым к стенке, а в его подбородок направлено дуло винтовки, предвещающее скорый выстрел. Что чувствует Чишия в этот момент? Как всегда — ничего. Что он сделал, так это просто усмехнулся и ждал дальнейших действий от своего психованного друга. — Тебя ведь Агуни сюда прислал, да? Иначе какая тебе разница, как я себя веду? — Мне? — Чишия усмехнулся, ещё больше выбешивая Нираги. — Действительно, никакой. Спрашивай у Шляпника. — Делать мне нечего, чтобы к нему ходить. Отвечай за него! — О боже, ну что за детский сад? Шунтаро высвободился из хватки, отходя на несколько шагов назад. Нираги ожидал ответа, опустив винтовку. Когда они установили зрительный контакт, убивая всю нахлынувшую враждебность друг к другу, то Шунтаро вздохнул и наконец смог продолжить. — Сейчас было собрание, но к нам ворвался Агуни и начал стучать на тебя. В итоге Шляпник послал меня к тебе, как и всегда. Ну, я и пошёл… — договорить он не успел. — То есть, ты приходишь ко мне по поручению Шляпника? — Может ты позволишь договорить? — дождавшись тишины, Чишия продолжил. — Да, я ходил тебе по его поручению. Но, как ты помнишь, я ни разу не спрашивал тебя про твои проступки. Потому что я не твоя нянька, и мне это просто не интересно. — Ладно, я тебя понял, не пыхти. Пойду я выпью, наверное. — снова отбрасывая винтовку, буркнул Нираги. — Ты со мной? — Ты уже знаешь ответ. — Чишия развернулся на пятках и подошёл к двери. — Увидимся, когда протрезвеешь. Сугуру усмехнулся и проводил друга взглядом. Поправив причёску, он вышел следом, но в другую сторону. Хотелось выйти уже из этого душного отеля, проветриться, забыться. Последние события выбивают из колеи. Сев за ближайшую барную стойку, он попросил «что-нибудь, да покрепче и побольше, мелюзга». Испугавшийся Боевика парень нервно закивал и принялся готовить напитки. Нираги ничего не оставалось, кроме как следить за людьми. — Извините, я присоединюсь? Сугуру будто холодной водой окатило вперемешку с ударом тока. Он обернулся, заставляя девушку вздрогнуть. Этот голос, это лицо, эти волосы и телосложение. Без всяких сомнений, это Сакура. Однако и девушка смотрела на него ошарашенно. Неужели тот зашуганный мальчик стал таким? Всё лицо в пирсингах, очков больше нет, а стиль одежды совершенно другой. — Сакура? — Нираги?! Вот так встреча… Она села рядом, так и не дождавшись разрешения. Этим двоим нужно многое обсудить. К тому времени несколько видов крепкого алкоголя уже стояли на стойке. — Ты что, новенькая здесь? — усмехнулся Сугуру, крутя стакан в руке. — Есть такое, недавно притащили сюда. А ты… — Боевик. Услышав это слово, девушка невольно сжалась. Она начала теребить свой браслет, оглядываясь по сторонам. Нираги всё понял. Эта реакция нормальная, с учётом того, что Боевиков боятся все. А будет ли бояться она? — Так ты всё-таки стал таким? — саркастически вопросила она, тоже взяв стакан. — Смотря про что ты говоришь. — Жестоким, мстительным, чудовищем. — Советую держать язык за зубами и больше такую тему не поднимать! Его бесило это. Да, он стал таким. Нираги никогда не позволит сравнивать себя сейчас и тогда. Он уверен, что так лучше, чем не уметь за себя постоять. И ему нравится быть здесь психом, потому что никто больше не станет его унижать, и даже лишнего ничего не скажет. Это всё, что ему было нужно. — Ну а что насчёт твоего обидчика? Он мёртв? — Да. И убил его не я. — Надеюсь, ты чувствуешь себя лучше. — Именно так оно и есть. — допив насколько стаканов залпом, он встал. — Мне пора идти. Ещё увидимся на вечернем обходе Пляжа, милашка. Часы показали, что вечер уже близится. А это значит, что музыка станет ещё громче, в людей ещё больше. Но самое главное было другое. Он увидит Сакуру, ведь им есть о чём поболтать. Из-за выпитого крепкого алкоголя он забыл поблагодарить её за этот давний совет. И ведь пора бы забыть и жить дальше. Но он так сделать не мог. Да, он был тем ещё беспощадным человеком, но не настолько, чтобы не поблагодарить ради приличия. В дверном проёме показалась чья-то голова. Агуни, точнее. — Ну что, готов? Нам надо Пляж обойти. — Пф, ещё спрашиваешь, босс. Он перекинул через плечо свою винтовку и вышел из комнаты вслед за их лидером. Рядом шёл и Ласт Босс, а остальные уже не так важны. У одной из дверей показалась голова Чишии, который подмигнул своему другу и тоже пошёл к улице. В ответ он получил то же самое. Обойдя все комнаты, и не найдя ничего интересного, они двинулись на улицу. Там-то уж точно можно найти что-то интересное. Как минимум — новенькие. Как максимум — Сакура. Но пока что они нашли только очень громкую музыку, бьющую по ушам, из-за чего ужасно раскалывается голова. — Выключите это дерьмо! — крикнул Нираги. Юноша у огромных колонок повиновался и, крикнув своим друзьям, отключил всю музыку на Пляже. Теперь были слышны перешёптывания и редкие всплески воды. Их команда двигалась неспешно, разглядывая каждое напуганное лицо. Спустя некоторое время они дошли до новеньких, которых как всегда дружелюбная Куина учила правилам Пляжа и рассказывала об их иерархии. Скукота. Они все обернулись. Их было человека 3, среди которых была и нужная Нираги. Он хищно улыбнулся и подошёл к Сакуре. — Босс, не против, если я возьму её себе? Осуждение Агуни можно было взять и даже потрогать. И тем не менее, эта девушка его тоже заинтересовала. Делать было нечего. — Забирай. А вы… — обратился Агуни к оставшимся новеньким. — Пойдёте со мной. Нам нужно поговорить. Нираги не стал ждать чего-то, а просто взял девушку под руку и повёл за отель от лишних глаз. На всякий случай. Нет, он ничего не собирался с ней делать. Он просто не хотел, чтобы кто-то видел его таким. Когда они пришли, он отпустил её немного резко. Сакура довольно больно ударилась головой о стену, из-за чего начала судорожно тереть место ушиба. Этот полный решимости взгляд, даже когда ей больно… Он ей восхищался. Но её удивило даже не это. А губы Нираги, что накрыли её на недолгий поцелуй. Это было неожиданно, но не противно, как ей могло показаться. Они отстранились друг от друга, отдышавшись. — Этим поцелуем я хотел сказать тебе спасибо. Это так, чтобы ты себе ничего не надумала. — Ты… ты! Мог бы сказать своё спасибо без поцелуя! Он усмехнулся и посмотрел на звёздное небо. Немного поколебавшись, она повторила за ним. — На этом месте я хотел убить этого придурка. Ты стоишь там, где стоял передо мной на коленях он. — Меня интересует одно. Ты действительно не убивал его? — Именно так. — Так ты его унизил… — Да. Потому что он заслужил этого. Они помолчали, думая об одном. А может и о разном… но какая разница? Для Нираги этот вечер сложился просто прекрасно. Как и для Сакуры, которая думала, что умрёт здесь и сейчас, но стоит, живая, и даже поцеловалась. Хоть и с главным психом Пляжа, но её это не волновало. — Тогда зачем тебе нужен был мой совет? — Чтобы понять, что я наконец-то свободен.