Искусство любить

— Да, слушаю? — послышался женский голос из динамика. — Привет, это я, то есть Джесс, мы на выставке познакомились, помнишь? — это звучало неловко с попытками не заикаться. — Помню конечно, сказать честно, я ждала весточки от тебя. — Отлично, давай может встретимся? Как на счет завтра? — Джесс в этот момент переминалась с ноги на ногу, излучая волнение. — Завтра? Извини, у меня уже были планы, как на счет субботы? Этот день у меня свободен. — Конечно! Да, давай в субботу, до скорого! — Джесс резко сбросила трубку и расплавилась в улыбке. Элеонора в этот момент лишь призадумалась, почему Джесс так резко сбросила и неловко звучала по телефону. Может, действительно, просто волновалась. Эли допила напиток, собрала вещи в свой шопер и вышла. Погода сменилась, несмотря на небольшое количество времени, проведенное в заведении. Теперь, на небе не было ни облачка и светило яркое солнце. Своими лучами оно приятно грело, даруя своё тепло, а ветер в это время легонько щекотал щёки и играл с кончиками волос. Птицы своим щебетом ласкали ухо, заставляя сердце трепетать. Вдали слышались брызги фонтана, и чем ближе к нему подходили люди, тем сильнее их обдавали капли воды с каждым дуновением ветра. Такая погода действительно вдохновляла. В голове Эли снова всплыл образ Мэнди. Для неё сестра — это было гораздо больше чем просто причина общения из-за общих родителей. Возможно это было самое доверенное лицо в её жизни: если кому и можно доверить свой самый постыдный секрет или же самые потаенные чувства в глубине души, так это ей. Были моменты из детства, когда родители наталкивали на соперничество, оправдывая это якобы «мотивацией» на лучшие успехи. Но время шло, а сестры лишь сближались, даже понимая, что в какой-то момент им придется разделиться и жить своей жизнью. Физически между ними было расстояние, но эмоционально они всегда оставались прежними. Эли направилась домой. Несмотря на её уютную квартирку и мягкую постель, она понимала, что ее ждет домашняя работа, хотя, кто знает, может в какой-то момент её чувства снова возьмут управление на себя, держа уверенный курс в искусство. По пути домой и слушая музыку, она всё раздумывала о последних событиях.

***

Джесс.

Боже, неужели я действительно это сделала? Я действительно ее позвала на прогулку в субботу? — проскакивало в мыслях у Джесс. Она испытывала бурю эмоций, сердце билось слишком сильно, губы пересохли, в голове был сплошной туман. Девушка также направилась домой. Серьезный шаг и проявление инициативы уже наступило. Обе девушки взволновано направляются домой и обе путаются в своих мыслях. Каждый шаг делается неуверенно, в голове лишь мысли о том, как пройдет встреча. Большая вероятность того, что происходящие события поверхностны — неловкое знакомство, неловкое предложение встретится, детское волнение и смущение. Но они подростки, такой этап должен пройти каждый, иначе и не может быть.

***

Элеонор

Эли наконец пришла домой, её путь не был далёк — родители купили квартиру в удобном и безопасном районе: деньги — это настоящее счастье. Зайдя в квартиру, Эли сделала привычные вещи: помыла руки, переоделась, взяла бутылку с прохладной водой из холодильника и села в своё кресло за стол. Прямо напротив окно, за стеклом виден парк. Иногда можно понаблюдать за происходящим: за людьми, что выгуливают своих питомцев, за детьми, бегающими на площадке с лучезарными улыбками, а также родителей с тревожностью, которые пытаются за всем уследить, тем более, за своим чадом. Рядом у стола стоял мольберт с незаконченной работой. Девушка долго всматривалась в свой набросок, но наконец решилась приняться за начатое. В руках кисть, на кончике небольшое количество краски, а перед глазами холст. Рука с большой неохотой опускается и вот появляются первые бесформенные мазки. Сколько бы времени ни шло, так и кажется, что этот набросок — лишь каракули ребенка. А стоит только понять всю суть. Каждый мазок, словно кадры из воспоминаний, которые никак не могут выйти из головы. Пока художница создавала нечто невообразимое, Джесс только почти добралась до дома. Она не жила в богатом или хотя бы безопасном районе, это скорее можно было обозначить как «Гетто». Единственный плюс, так это разрешение на что угодно, никогда нет порядочных соседей вегетарианцев, что занимаются йогой по утрам и жалуются на любой излишний шум. Пока это единственная территория, в которой Джесс могла позволить себе жилье. Несмотря на прекрасные взаимоотношения с родителями, она поставила себе цель, что добьется всего сама. Она знала, что ничто не сможет ей помешать забраться на высоту общества, даже со дна. Выйдя из метро, она попала в привычную ей атмосферу. Бездомные на выходе из метро, проживающие дни одинаково. Встречались компании подростков, которые будто с рождения распределились по небольшим шайкам. Торгаши, продающие всякий хлам, утверждая, что это легендарный антиквариат. Естественно, зависимые от алкоголя и специфических веществ, только и гадай, насколько большой спектр того, что может украсить взгляды на мир. Джесс ускоренным шагом направилась к дому. Несмотря на такой район, некоторые жильцы имели свое уважение к девушке. Им нравилась ее музыка, да и по характеру она отличалась искренностью и честностью. Прийдя домой, Джесс захлопнула дверь и прижалась спиной, тяжело дыша. Почти каждое возвращение домой вызывало тревожность, но винить было некого, она сама решила выбрать этот путь, даже несмотря на то, что родители всегда готовы принять её обратно или помочь. Джесс направилась в комнату. Всё, что ей сейчас хотелось, это просто поваляться на диване без лишних мыслей. Девушка плюхнулась на мягкую поверхность и попыталась уснуть на некоторое время. Получилось ли? Это на вряд ли, девушка постоянно ворочалась и никак не могла улечься: то поза неудобная, то снаружи какие-то перестрелки и возмущения, то мысли вновь нагоняют на тоску. Нервные клетки не восстанавливаются, но ведь можно попытаться сохранить оставшиеся. Джесс резко подскочила, взяла гитару и, собравшись с мыслями, отдалась эмоциям. Пальцы с невероятной ловкостью перебирали струны инструмента, который предоставлял самый подходящий путь к самовыражению. Воздух вблизи ее пальцев буквально содрогался, выходила прекрасная мелодия, способная тронуть даже самые дальние и сокровенные частички души, ударялась о стены помещения. Обыденной вещью для девушки стало более громкое и резкое звучание. Играя на гитаре, Джессика выпадала из серой реальности, становилась намного увереннее и грациознее, это был ее мир, ее вселенная, зона комфорта. Вечер. На улице стемнело, фонари излучали тоскливое освещение, в парке напротив окна Эли почти не было людей, лишь собачники, которые напоследок выгуливают своих любимчиков, чтобы поскорее вернуться в свои уютные уголки и отдохнуть после тяжелого дня. Эли наконец закончила свое творение и сделала необходимые работы по учебе. Время ужина, на готовку сил не осталось, поэтому в помощь поздняя доставка. Эли заказала еду и в ожидании легла в постель. Она просматривала новостные источники города, в надежде увидеть новости о скорейших новых выставках. Увы, спустя сотни сайтов, были лишь известия о ярмарке в субботу. В голове промелькнули идеи о том, как может пройти встреча с Джесс, поскольку еще не было конкретных планов на эту прогулку. Эли решила написать Джесс по этому поводу, несмотря на позднее время. Набрала нужный номер и написала: Привет, это Эли, я хотела узнать, как мы проведем нашу встречу! Я слышала о ярмарке, она будет как раз в субботу. Эли отправила сообщение и пошла забирать свой ужин у курьера. Забрав его, вернулась в постель, включила фильм на фон и принялась за еду, одновременно ожидая ответа от Джесс. Вечер прошел спокойно. Девушки, несмотря на свои тревожные мысли, смогли лечь спать.

Пятница. Утро.

Эли открыла глаза, с улицы доносились крики и смех детей, а также диалоги прохожих. На часах было двенадцать тридцать семь. — Долго же я проспала. — сонным голосом смогла выдавить из себя девушка. Так как пятница, Эли решила не ехать на уроки, даже учитывая пропуски. На столе царил творческий беспорядок, а на тумбочке остатки вчерашней еды, которую Эли благополучно поленилась убрать. Надо разгрузить голову и провести хотя бы часть дня с пользой — проскочило в голове у девушки. Затем пришло уведомление на телефон, на экране высветилось: Встреча с Мэдди. Девушка закатила глаза и почесала голову. В мыслях промелькнуло: Черт… Как я могла забыть… Девушка вскочила с постели, взяла сменную одежду и побежала в душ, время явно не для уборки.

***

Джесс.

Джесс привыкла к ранним подъемам, поэтому проснулась еще в девять утра. Громко слушая музыку, она наводила порядок в доме, на случай, если пригласит в субботу Эли к себе. Правда сложно было это назвать уборкой, потому что девушка большую часть времени уходила в отрыв из-за музыки. Времени в любом случае, было полно, планов никаких, поэтому было позволительным заниматься чем-то полезным. Несмотря на продолжительную уборку, Джесс ловко в ритм каждой песни вытирала пыль, мыла посуду, подметала, делала свое место жительства уютнее хотя бы внутри, так как вид снаружи явно оставлял желать лучшего.

***

Эли.

Время час ноль пять. Девушка вышла из душа в сменной домашней одежде, попутно вытирая волосы полотенцем, затем завернула их в тюрбан, словно сикхи (1). Села за свой стол, сдвинула все лишнее перед собой в сторону, подвинула ближе зеркало и корзину с косметикой. Нанесла увлажняющий крем, чтобы подготовить кожу. В ход пошел консиллер, аккуратными мазками девушка нанесла под глазами, на веки, лоб и подбородок, чтобы высветлить черты лица. Смочила спонжик и начала вбивать косметику в кожу. Затем, взяла кисточку и нанесла пудру, а дальше — румяна. Пора приступать к глазам. Эли не особо привлекают тяжелые или яркие макияжи, но казаться более презентабельной ей нравилось, поэтому она научилась и привыкла красить глаза в корейском стиле. Девушка углубилась в процесс и наводила марафет. (1) Сикхи — Народ, проживающий в Индии; последователи сикхизма, десяти учителей: от Нанака (1469-1539) до Гобинд Сингха (1675-1708). В национальном составе сикхов преобладают пенджабцы — жители индийского штата Пенджаб. Мужчины носят лунги и штаны, рубахи, жилеты, тюрбан (пагри).

Центр города

Пока Джесс и Эли занимались своими делами, девушка беззаботно, под любимую музыку и попивая кофе ехала к назначенному месту встречи. Автобус был забит, но это не мешало ей наслаждаться видами из окна и ждать назначенной остановки. Неожиданно громко прозвучал голос парня впереди автобуса: — Тормози! Но было поздно. За секунду до ожидаемого столкновения перед глазами пролетела вся жизнь, словно кино, но закончилось это всё слишком быстро. В голове стало совсем пусто. Люди, заставшие ужасное зрелище, с криками ринулись к месту происшествия. Но все эти вопли были где-то далеко. Виски ужасно пульсировали, голову пронзила ужасная боль, а всё тело будто бы парализовало. Подняться было невозможно. Что-то тяжёлое силой давило на туловище, не позволяя даже глубоко вздохнуть. Сущий ад. Минуты тянулись так долго, что казались уже вечностью, а всё происходящее было скорее сном, нежели реальностью. Глаза, которые до этого держались открытыми через силу, вскоре стали закрываться. И чем больше окутывала тьма, тем дальше казались голоса и сирены. Несколько тяжёлых мгновений, и сознание бросилось в небытие. После столкновения, автобус лег на бок посреди города. Девушка сквозь боль набрала номер в телефоне и позвонила. Время час сорок шесть. Эли стояла перед открытым шкафом и размышляла над тем, в чем ей пойти на встречу. Телефон начал вибрировать и издавать знакомую мелодию. Девушка ответила на звонок. — Привет, ты уже в центре или еще в пути? — Эли, кажется, встречу придется перенести… — еле живым голосом прозвучало из динамика. — Менди, все в порядке? Где ты?