Кроличья лапка

Напряжение титановыми жгутами обвивало тела бессмертных. Их позы были статичны, лица изображали дружелюбие, глаза транслировали жёсткость. Мари с интересом наблюдала за представшими пред ней вампирами. Знакомые по воспоминаниям Каллены излучали уверенность в собственной непогрешимости. Таинственные экземпляры оригинальной диеты вибрировали недовольством. И встретились они, лёд и пламя. Боролись взглядами, пускали в лица пар. Любопытство от взаимодействия среднего класса и элиты разгоралось в душе Изабеллы всё больше. Она уже могла сделать выводы, что Эдвард, самоуверенный, эгоцентричный и не повзрослевший, считал себя выше…по статусу, положению, влиянию? Возможно из-за своего дара. Ибо, как уже было усвоено Мари, не все обретали какие-либо способности в своём бессмертии. Скорее всего и Элис позиционировала себя, как находящуюся в более выгодном положении, по тем же причинам. Имена невольных собеседников так и не были названы, что было достаточно грубым по отношению к ней, но, как человек, она, пожалуй, не рассматривалась за хоть какого-то равного оппонента. Печально, но не смертельно. За свою жизнь она сталкивалась и с большим неуважением. Отсутствие семейного дара помогло с этим. Она усвоила как держаться достойно в абсолютно любой ситуации. Пока Эдвард рычал, а Элис сверкала ясной улыбкой, Мари всё ещё находилась на солнечной части лестницы. На достаточном расстоянии, чтобы быть заметной для окружающей толпы, исключая возможность резкого исчезновения с глаз. Никому не нужна паника среди празднующих, не так ли? Несколько ягод гаултерии всё так же перебирались между ловкими пальцами, иногда летя точно в бронзовую шевелюру особо агрессивного вампира. Шоу перед ней было занимательным, но утомительным. Коты радостно орали ей в уши, перебирая когтистыми лапами по плечам, довольные и ожидающие продолжения. Своим поведением кричали, всё идёт так, как нужно. Мари терпеливо ждала. На сцену вышло новое лицо. Фигурка тонкая, миниатюрная. Плащ скрывал за собой личность явно выдающуюся, если проследить за резко замершим в отчаянии телепатом. Обречённое: «Джейн», – привнесло моментальное изменение в динамику взаимодействия. Каллены сдались. Они больше не твердили, что свободны уйти, не делали вид, что выйдут из противостояния победителями. Мари не видела в стоящей перед ней девушке ребёнка. У той была юная внешность. Вечный подросток, что застрял в переходе от по-детски округлых черт лица, к более точёным и зрелым. Глаза алые, пылали силой, опытом и мудростью. Гордый разворот плеч. Голос звонкий, значимый. Отметив более возбуждённое состояние, до этого лениво наблюдающего за всем с земли кота, Изабелла решительно ступила в тень, следуя за таинственной Джейн. Эдварда, что стремился ухватиться за проходящую мимо него Беллу, яростно атаковал бенгал, что покинул столь уютное плечо своей хозяйки и вцепился своими когтями и клыками в протянутую руку. Шипение, неслышимое никому, кроме Мари, несло за собой ужас. Стадия предупреждения была проигнорирована, потусторонние сущности пришли в боевую готовность. Никакого убийства. На вампира всего лишь навесили ярлык вечной неудачи. Призрачные коты были злы. Они знали больше, чувствовали глубже. Мари их информацию получила не всю, поэтому доверяла безоговорочно. Проверить и обдумать все реакции со своей стороны можно и позже, а пока, через компаньонов направила посыл-проклятие, моментально ощущая отток сил и лёгкий приступ тошноты. Свон шла вперёд. Походка её плавная, шаги еле слышимые, сердце стучит ровно, маска безоговорочной вежливости на лице сидит крепко. Она игнорирует ухмылки на лицах неизвестных ей вампиров, не обращает внимание на пытавшуюся подойти ближе провидицу, не реагирует на дышащего в затылок телепата, постоянно спотыкающегося из-за попыток прикоснуться к ней. Мари движется вперёд, с грацией и достоинством. Она графиня по праву рождения. Она глава Рода. Тёмные туннели. Лишённые света проходы. Тишина и насмешливое внимание. Изабелла движется с точностью воздушных акробатов. Неровности обходит, с ловкостью вора. Повороты не пропускает, неожиданно появляющихся ступеней не пугается. Она видит всё. Чувствует. Призрачные коты подсвечивают для неё пространство вокруг, совсем немного. Мурлыканьем и ласковым боданием лобастых мордочек подсказывают направление. Мари встречает чужие взгляды спокойно. Она не строит из себя спустившуюся до низов аристократку. Скорее вид дипломата на миссии по установлению договорных отношений ей больше всего характерен сейчас. Сопровождение, не конвой. Путешествие по лифту удивительно. Она всё ещё не привыкла к столь одиозным изобретениям человечества. Движущиеся металлизированные коробки непонятны для иноземной души. Если бы ей предоставили выбор, она бы с удовольствием ступила во тьму подземных туннелей, нежели добровольно залезла в короб. Но что есть, с тем она и работает. Нежное поглаживание спины пушистым хвостом восстановило нарушенное равновесие в чувствах. Дорога в приёмную залу была длинна. Все сохраняли стоическое молчание. Двустворчатые двери, узорчатые, тяжёлые, встретили Мари блеском лака, искусной резьбой. Весь замок дышал историей, трепетно хранимой и оберегаемой. Лелеемой. Изабелла всё ещё игнорировала своих невольных бессмертных сопровождающих, старательно, ненавязчиво исследуя обстановку. Тронный зал был великолепным. Изображения аллегорического жанра на стенах, мраморные колонны, пестреющие декоративными узорами, виртуозно исписанный потолок. Тона в помещении были светлыми, ненавязчивыми. Никаких ярких акцентов, помимо трёх выделяющихся тронов, находящихся на возвышении. Тёмное дерево, массивность и непоколебимость. Опять же, резьба, явно отличающая один предмет мебели от другого. С её положения, в достаточном отдалении, было трудно рассмотреть, что именно вырезано в дереве. Мари ловко оббежала взглядом по помещению, насчитывая около шести вампиров, замерших в разных углах, не считая троих, занимающих престолы. Их подвели к центру, Джейн направилась к ступеням, встречая на полпути спустившегося с центрального трона вампира. Существо было красивым. Было бы странно, будь это иначе. Высокий, статный, субтильного телосложения. Фигура затянута в плотный, чёрный костюм. Волосы длинные, прямые, тёмные, они практически сливались с пиджаком, если бы редкие отблески света не бликовали на прядях. Глаза бордовые. Цвет густой, насыщенный. Возможно, радужка приняла данный оттенок из-за голода, а может у каждого вампира он был своим. Мужчина был изящным, величественным, опасным. Все его движения рук, хаотичные и бурные, точно просчитаны. – Ах, дорогая Изабелла всё-таки жива. Разве это не чудесно? Теперь ты можешь по достоинству оценить мой отказ в твоей просьбе, Эдвард, не так ли? – голос тягучий, акцент придаёт игривости. Лёгкая нотка безумия, демонстрируемая столь открыто, активно напоминала Сигерда. Расмуссен не хотела бы оказаться по другую от брата сторону. Она знала, что скрывалось за подобным поведением. Сила, с которой не считаться невозможно. Опыт, который нельзя не учесть. Знания и навыки, которые отточены до идеала. Мари приняла тот факт, что оказалась в западне. Коты активно исследовали открывшуюся территорию, обнюхивая всё вокруг, включая вампиров, доверив охранять и беречь тело хозяйки полосатому защитнику. Что лениво умывал свою мордочку, заставляя Мари внутренне ворчать и возмущаться его поведением. Аро, что любезно представился, расхаживал перед ними, ведя активный монолог, редко перерастающий в диалог. Тактильный телепат, о чём Изабелла узнала благодаря болтливому Эдварду, уже успел поближе ознакомиться с конечностями представителей вегетарианского вида, пока заинтригованно не замер перед ней. – Интересно. Кажется, способности юного Эдварда потерпели поражение в отношении вас, Изабелла. Позволите ли и мне проверить, блокируете ли вы и мой дар. Всё же он очень схож со способностями мистера Каллена. Вежливое обращение, протянутая рука. Мари приподняла кончики губ в лёгкой улыбке, прежде чем вложить свою ладонь в чужую. Просьба, аккуратно прикрывающая приказ под собой, звучала даже мило. Расмуссен скучала по своему миру, своему положению, общению. Сколь сильно бы она ненавидела дворцовые интриги, они были территорией давно изученной и родной. Ностальгия паучьими лапками цеплялась за её конечности, оплетая в паутину воспоминаний. Мари, с обещанием вернуться к ним позже, отодвигала их подальше, сосредотачивая всё своё внимание на мужчине перед ней. Мари не была щитом. Способности Беллы не могли бы ей передаться, она всё-таки провела ритуал по возвращению своих сил. – Это…интригующе. Я не узнаю языка, на котором ты думаешь, – красные глаза впились в её собственные. Возгласы удивления позади неё смешались с яростным со стороны возвышения. Мари не отводила взгляда. Она просчитывала все варианты. Вампир перед ней знал, определённо мог понять, что она появилась здесь недавно и уже прожила одну жизнь в другом месте, ином мире. Оставалось выбрать стратегию дальнейших действий. Продолжающий игнорировать происходящее, умывающийся кот на её плече ни капли не помогал. ________________________ «Этнарх (др.-греч. εθνάρχης, из έθνος — народ и αρχων — правитель)— начальник, правитель этноса, народа. Титул правителя провинции в Древней Греции и Древнем Риме и лицо, носящее этот титул. Из сказанного далее можно заключить, что власть этнарха распространялась прежде всего на этническую или религиозную группу, и лишь как следствие — на территорию и другие этнические группы, по отношению к которым могла быть существенно ограничена метрополией.»