Вирус

Спецсерия: Дэни

      Ещё с детства я был ужасным непоседой. И своей гиперактивностью всех сводил с ума. Сначала со мной намучились родители, затем работники детсада, потом учителя. И мне частенько казалось, что все они были бы не прочь однажды пристукнуть меня.       Из-за шила в заднице у меня практически никогда не было друзей, и я с самого детства постоянно был один. Но несмотря на все это мне удалось закончить школу с золотой медалью и получить подходящую профессию. И, даже проработав всего несколько лет, добиться неплохого повышения. Но в один «прекрасный» день на нас сбросили какую-то дрянь, и мир сошёл с ума.       В наступившем хаосе уже никому ничего не было нужно. И у всего человечества осталась лишь одна цель — выжить.       На тот момент я не был один. С Роди мы познакомились ещё в универе на последнем курсе. Он был классным малым и таким же непоседой, как и я. Мы любили шататься по клубам, танцевать всю ночь, а под утро свалить оттуда с каким-нибудь красавчиком и уже дома закончить развлечение горячим сексом.       Вот в один из таких дней я и познакомился с Кевином. После страстного секса он не свалил, как другие, а предложил продолжить наше приятное общение. Кевин был хорош собой, умел ухаживать и говорить правильные слова, от которых приятное возбуждение тут же прокатывало по телу. Но самое главное — он отлично трахался. И я согласился.       Однако обрушившийся на город хаос полностью изменил его. Он стал нервным, раздражительным, частенько огрызался, пытаясь так замаскировать свою трусость.       Я понимал, что если сидеть на одном месте, долго не протянешь. В конце концов, запасы еды и патроны кончатся, и ты сдохнешь, если не от голода, так от клыков и когтей мертвяков.       Втроём мы стали скитаться из города в город в постоянных поисках пропитания или оружия. Нас с Роди вполне устраивала такая жизнь, но Кевину все не терпелось где-нибудь осесть. Для него долгие переходы из одного города в другой были настоящей пыткой. А для меня стало пыткой его постоянное нытье. Хоть я и продолжал любить его, но, все же однажды не выдержав, высказал ему все, что думал и послал к черту. Но он, боясь остаться один в незнакомом месте, наговорил мне кучу слов любви и продолжил путешествовать с нами.       Вскоре мы набрели на небольшой городок, в котором решили остановиться и передохнуть пару дней. Он чем-то напомнил Новый Свет, только жили в нем в нормальных домах, а не в кемпинговых фургончиках. Вот в этом городке и закончилась наша с Кевином «любовь». В один из дней я застал его трахающего белобрысого омегу, у которого мы поселились на пару дней. Из-за предательства любимого я чуть было не пристрелил обоих, но Роди вовремя вмешался, не позволив совершить глупость.       Прорыдав с неделю, я все же взял себя в руки и, пополнив припасы, мы с приятелем навсегда покинули ненавистный мне город.       С того дня я решил, что в моей жизни никогда больше не будет любви. Слишком больно потом отпускать её. И я держал это обещание больше двух лет. Пока судьба не решила распорядиться иначе.       После смерти Роди я так и продолжал скитаться один. Направлялся из одного города в другой как обычно, когда на меня вдруг внезапно обрушилось тягостное чувство одиночества, поэтому решил по пути заглянуть к Майклу.       Этот альфа, живущий в Дайтоне, держал первоклассный бордель с альфами и омегами на любой вкус.       — Малыш Дэни, — как всегда с широкой улыбкой встретил меня Майкл, — рад, что ты заглянул.       — Ну ещё бы, — усмехнулся я, — плата за мои посещения наверняка составляет процентов пятьдесят от всей выручки.       Когда я являлся к Майклу, то проводил в этом месте не меньше недели.       Как-то один омега спросил меня: — Неужели тебе не хочется тёплых, нежных объятий и поцелуев любимого человека?       Я ответил, что после предательства не горю особым желанием встречаться с кем-то. Но на самом деле я врал. Врал им и себе самому. Как и любому омеге, мне хотелось хоть иногда побыть слабым. Хотелось, чтобы и обо мне заботились и любили, ласкали и шептали нежные слова. Но я боялся. Боялся, что меня предадут вновь. Вот и отгораживался от отношений, выстроенной мною непробиваемой стеной.       Но когда все же становилось так тошно и тоскливо на душе, что хоть волком вой, я отправлялся к Майклу. Его мальчики могли хоть ненадолго дать мне все то, в чем нуждалась моя одинокая душа. Вот и сегодня я явился к нему именно за этим.       — Ты вовремя, — лукаво улыбнулся Майкл, — у меня появился новенький.       — Правда? — удивился я. — Откуда ты его взял?       — Он постучался в двери. Весь грязный, ободранный и голодный, — рассказал хозяин борделя, — я помог ему и предложил остаться и поработать на меня. У него отличные данные, я уверен, он тебе понравится. К тому же, я его ещё никому не предлагал. Ты будешь первым.       — М-м-м, звучит заманчиво, — улыбнулся я, — я согласен. Веди его.       — Уверен, ты не пожалеешь, — подмигнул Майкл. — Иди в комнату, я пришлю его к тебе.       Поднявшись на второй этаж, я не спеша прошёл по коридору до конца и, остановившись напротив двери с моим именем, достал из кармана ключ и, открыв её, вошёл в комнату.       Эта спальня, как постоянного клиента и хорошего друга хозяина, была только моей. Я обставлял и украшал её сам найденными в округе предметами декора, создавая атмосферу домашнего уюта.       Прикрыв дверь, первым делом задернул штору. Стянув рюкзак, бросил его в угол, чтобы не мешался под ногами. Порывшись в нем, достал сменку и торопливо направился в душ. Быстро сполоснувшись, вернулся в комнату и, расправив постель, устроился на ней в волнительном ожидании новичка.       Минут через пять раздался стук, и в комнату робко вошёл… мальчик. От увиденного у меня глаза полезли на лоб. Майкл решил прикольнуться надо мной? Да этот малыш скорее всего и омегу-то обнаженного никогда не видел, как он сможет удовлетворить мои сексуальные потребности?       — Привет, — смущённо улыбнулся паренёк, — я Рикки.       — Дэни, — все ещё шокированный проделкой Майкла выдавил я. — Малыш, тебе восемнадцать-то уже есть?       — Мне девятнадцать, — тихо ответил он, и его щеки заалели.       Встав с постели, я подошёл к нему и заглянул в темно-карие глаза.       — Ты уже спал когда-нибудь с омегой? — на всякий случай поинтересовался я.       — Нет, — честно признался он и, не выдержав моего взгляда, опустил глаза в пол.       Сейчас я вполне бы мог отказаться от него. Ну что сможет мне дать этот стеснительный мальчишка?       Однако что-то все же останавливало меня сделать это.       Да, у него несомненно были хорошие данные: в меру смазливая мордашка, красивое подтянутое тело, это было видно через обтягивающую футболку. Смугловатая кожа, до которой хотелось дотронуться или провести языком, пробуя на вкус.       Но не только в этом было дело. Было в этом юнце что-то такое, что притягивало меня к нему.       Поразмыслив, я все же решил позволить ему остаться хотя бы на одну ночь.       Если Рикки оттолкнуть сейчас, вполне возможно, что он замкнется в себе. Для юноши, особенно в таком возрасте, любой отказ может послужить утратой веры в себя как в альфу.       Поэтому я и решил помочь мальчишке в его первом сексуальном опыте. Возможно, он окажется отличным учеником и сможет меня удивить.       — И не целовался ни разу, разумеется, — пробубнил я себе под нос и приблизился к мальчишке почти вплотную.       Ничего не ответив, Рикки мотнул головой и, прикрыв глаза, потянулся ко мне за поцелуем.       Это выглядело так комично, что я невольно усмехнулся. Но, не желая заставлять мальчишку слишком долго ждать, захватил его губы своими.       Рикки пришёл в такой восторг от первого в своей жизни поцелуя, что, не сдержавшись, накинулся на меня за продолжением. Пришлось его мягко притормозить.       — Стоп! Стоп, малыш, — прижал я палец к его губам, — не стоит так жадно накидываться на меня. Ты должен сначала научиться чувствовать омегу, если хочешь стать хорошим любовником. Научиться понимать его желания. Мы, как и вы, все разные. Кто-то хочет только нежности и ласки. Кому-то нравится пожёстче, и без этого он не сможет получить желаемой разрядки.       — А как тебе нравится? — с придыханием спросил он.       — По-разному, — улыбнувшись, ответил я, — но сейчас я хочу именно нежности.       — Хорошо, — кивнул он, — что я должен делать?       — Ну, во-первых, давай избавимся от наших футболок, — подмигнув, ответил я и, стянув так мешавшую сейчас одежду, отбросил в сторону.       Рикки, последовав моему совету, снял футболку и, бросив на пол рядом с собой, застыл, не зная, что делать дальше.       — Давай, малыш, прикоснись ко мне, — тихо попросил я.       Рикки, протянув руку, легонько коснулся груди и почти невесомо огладил её.       — Вот так, молодец, — улыбнулся я, — можешь чуть сильнее, я не съем тебя за это. Можешь смело исследовать моё тело, поверь, мне нравятся твои прикосновения.       Получив разрешение действовать, Рикки, чуть приблизившись, положил обе руки мне на грудь и стал медленно поглаживать её, временами задевая соски.       — Тебе правда приятно? — прошептал он, спустившись одной ладонью к животу.       — Правда, — выдохнул я и, обняв его, впился в губы жарким поцелуем.       Прижавшись к молодому телу, я ощутил, как через ткань спортивных штанов мне в живот упирался внушительного размера член.       Мягко отстранившись и заглянув в ставшие практически чёрными глаза, понял, что пора переходить на следующую ступень обучения. И, взяв Рикки за руку, подвел того к постели.

***

      Майкл оказался прав, я ни на секунду не пожалел, что согласился на этого мальчишку. Впервые изменив себе, я всю неделю провел в постели только с Рикки.       Этот малыш оказался отличным учеником. Уже через пару дней из застенчивого, робкого юнца он превратился в страстного, но заботливого любовника.       Он не стеснялся экспериментировать и выполнял все мои прихоти. И кайфовал от этого не меньше меня. Мне кажется, что в комнате не осталось места, где бы мы не занимались любовью.       За эту неделю я настолько сильно привязался к мальчишке, что, когда пришло время расставаться, у меня защемило в груди.       Я ревниво не желал, чтобы кроме меня он прикасался к другому омеге. Но просить у Майкла оставить Рикки только для меня я, конечно же, не мог.       Собравшись рано утром, я нацепил рюкзак и, тихо попрощавшись, уже готов был выйти за дверь.       — Дэни, возьми меня с собой! — взмолился Рикки, соскочив с постели и подлетев ко мне.       — Малыш, это невозможно, — покачал я головой, — я практически не сижу на месте. Я постоянно в пути. Поверь, не все выдерживают мой образ жизни. И я не хочу, чтобы ты, однажды устав, пожалел о своём решении и ушёл от меня. Я не хочу заново пережить ту боль, что очень долго сидела тупой иглой в груди. Так что нет.       — Но, Дэни, я… — умоляюще посмотрел на меня Рикки, и в его глазах заблестели слезы.       — Послушай, малыш, мне было очень хорошо с тобой, — протянув руку, я смахнул выступившие слезы, — и я очень не хочу с тобой расставаться. Но я не могу взять тебя с собой. Майкл не позволит этого. Он очень дорожит своими мальчиками. Но не переживай, через пару месяцев, возможно, и раньше я вернусь, и мы снова проведём незабываемую неделю вместе. Если ты захочешь, конечно.       Оставив мягкий поцелуй на дрогнувших губах, я решительно распахнул дверь и шагнул в коридор.       — Дэни, — хрипловатым голосом позвал Рикки, — я… люблю тебя.       — Не говори глупостей, — застыв на месте, возразил я, — мы вместе всего неделю, мы просто занимались сексом и даже толком не знаем друг друга. Просто я первый омега в твоей жизни, поэтому тебе и кажется, что ты испытываешь ко мне определённые чувства. Но, поверь, это совсем не так. Так что не стоит понапрасну разбрасываться словами любви.       — Но это действительно так! — настаивал Рикки и, в несколько шагов оказавшись возле меня, обхватил ладонями лицо. — Я действительно влюбился в тебя, Дэни. Ты нужен мне, словно воздух. И я больше не могу представить себя без тебя. Я просто сойду с ума. Прошу, поверь мне. Ты очень, очень дорог мне. Позволь мне пойти с тобой. Позволь заботиться и защищать тебя. Я знаю, что ты сильный и до этого отлично справлялся без меня. Но неужели тебе не хочется побыть обычным слабым омегой, ради которого я готов хоть толпу мертвяков завалить голыми руками?       — Хочется, — еле слышно ответил я и почувствовал, как одинокая слеза покатилась по щеке.       — Тогда прошу, не отталкивай меня, — прошептал он и сцеловал слезинку, — я ведь вижу, что ты чувствуешь ко мне то же самое.       — Хорошо, — сдавшись, ответил я, — но как уговорить Майкла?       — Не переживай, что-нибудь придумаем, — со счастливой улыбкой проговорил он и кинулся в спальню. — Подожди, я только оденусь.       На моё удаление, придумывать нам ничего не пришлось. Оставив Рикки в холле, я пошёл к Майклу, чтобы оплатить услуги и попрощаться.       — А что, если я заберу Рикки с собой? — словно в шутку спросил я хозяина борделя, признавшись, что мальчик и вправду оказался хорош.       — Забирай! — весело проговорил тот.       — Что? — уставился я на него, пытаясь понять, шутит ли он также или действительно готов отдать мне Рикки.       — Я надеялся, что ты об этом попросишь, — подмигнул Майкл и обнял меня за плечи.       — Но… но почему? — ошарашенно спросил я.       — Дэни, ты хороший парень и отличный друг, — ответил он, потрепав меня по волосам, — но мне надоело наблюдать, как ты время от времени заглядываешь ко мне, чтобы получить хоть небольшую долю «любви», которой тебе так не хватает. Увидев Рикки впервые, я понял, что мальчик тебе понравится. И не смотри на меня так. За столько лет я хорошо тебя узнал. И то, что между вами приличная разница в возрасте совершенно неважно, малыш, когда в сердце зарождается любовь, — мягко произнёс Майкл и снова обнял меня. — До этого мальчика ты ни разу не проводил целую неделю с одним и тем же альфой, Дэни, а значит он действительно хорошо зацепил тебя. Тебе уже давно пора осесть где-то, завести детей. Хватит бегать по этому проклятому миру, ты все равно не изменишь его в одиночку. Пора подумать о себе. Так что давай, обрадуй Рикки, соберите его вещи, что я дал ему, и вперёд за счастьем, — похлопал по плечу хозяин борделя и вновь подмигнул, — но все равно заглядывай хоть иногда поболтать со стариком, ладно?       Все ещё пребывая в состоянии шока от разговора с Майклом, я все рассказал с нетерпением ожидавшему меня Рикки. От услышанного у мальчишки загорелись глаза и он, схватив меня за руку, потащил к своей комнате.       Вот так рухнула выстроенная и удерживаемая в течение почти двух лет стена, и в моем сердце вновь зародилась любовь.       — Откуда ты, Рикки? — решив узнать мальчишку получше, поинтересовался я.       — Я из Аргентины, — помедлив, рассказал он. — Мой папа был работником борделя, там я и родился от одного из клиентов. С ним я прожил до трех лет, а затем меня забрали к себе дедушки. Мы жили в очень бедном и преступном районе, и это были самые страшные годы моего детства. Когда мне было восемь, папу убил какой-то неадекватный клиент. Хозяин борделя выплатил нам небольшую сумму и, поднакопив через пару лет, дедушки сбежали сюда в Америку, — поделился со мной историей своей нелёгкой жизни Рикки.       — Не весёлая история, — сжал я посильнее ладонь мальчишки в своей, — а как ты к Майклу попал?       — Ну, когда на нас скинули бомбы, дедушки и я спрятались в подвале-бункере нашего дома, — объяснил он. — Мы просидели там безвылазно больше двух лет. Но недавно дедушки… умерли. Я не мог больше оставаться там и покинул место нашего схоронения. Живя там, я даже не представлял в каком мире окажусь, выйдя наружу. Для меня это был настоящий шок. Я несколько недель прятался от кровожадных тварей по заброшкам. У меня не было никакого оружия, кроме палки. Закончилась еда. На меня напала стая зомби и я, кое-как отбившись, совершенно случайно наткнулся на бордель Майкла. И когда тот предложил поработать, я, не раздумывая, согласился. Уж лучше там, в безопасности, чем одному среди кровожадных тварей.       — Больше двух лет в бункере — не малый срок, — задумчиво произнёс я, — теперь мне совершенно понятно, почему поначалу ты был настолько робким, — улыбнулся я и оставил быстрый поцелуй на чуть приоткрытых губах. — Ну что же, любовным делам я тебя научил, теперь осталось обучить выживанию и защите. Давай-ка заглянем в Новый Свет и прикупим тебе все необходимое для этого.       — Дэни, можно вопрос? — пряча глаза, робко проговорил он.       — Валяй! — кивнул я.       — Я понимаю, такое неприлично спрашивать у омег, — замялся он, — но… сколько тебе лет?       — Тебя это так сильно волнует? — резко затормозил я, внимательно посмотрев на мальчишку. — Тебе стыдно из-за нашей разницы появляться на людях?       — Нет, что ты! — запротестовал он. — Мне плевать на это. Просто… интересно.       — Тридцать три, — ответил я, смотря в кофейные глаза. — Это что-то меняет?       — Нет, — покачал головой Рикки и, обняв меня, мягко поцеловал, — совершенно ничего. Я просто хочу узнать о тебе больше.       — Ладно, — расслабился я, — постепенно мы узнаем друг друга. И надеюсь, ты не пожалеешь, что ушёл от Майкла.       — Не пожалею! — уверенно отрезал он. — Значит, идём в Новый Свет. А что это?

***

      В кемпинговом городке мы провели около двух недель. Купили Рикки все необходимое для выживания и как следует отдохнули перед дальней дорогой. На тренировочном поле я научил его пользоваться оружием и стрельбе. Он и тут оказался очень смышленым учеником и быстро освоил навыки стрельбы из пистолета и дробовика. Гордясь тем, что без особых усилий попал в цель девяти мишеней из десяти, Рикки заявил, что отныне он сам будет защищать нас, и я смело могу прятаться за его спиной.       Мне безумно нравилось его немного детское стремление показать себя настоящим альфой: сильным, смелым, страстным и в то же время нежным и заботливым. И с каждым днем он все сильнее проникал в моё сердце, чтобы остаться там навсегда.       За пару дней до запланированного продолжения путешествия я заподозрил неладное. Так плохо мне было всего лишь раз, когда с голодухи я траванулся консервами. Тогда я думал, что на этом и закончится моя жизнь. Но мой организм оказался намного сильнее, и через пару недель я пришёл в норму.       Однако в этот раз я с Рикки ел одно и то же. Но меня, в то время как он мирно посапывал в постели, почему-то выворачивало наизнанку. Сначала я было решил, что и правда съел что-то не то. Но когда в течение дня все было нормально, а на следующее утро я вновь обнимался с белым дружком, понял, что со мной и правда не все в порядке.       Порывшись в рюкзаке, нашёл припасенный тест и вернулся в туалет.       — И как, блять, это могло произойти?! — выругался я, пялясь на две полосочки.       Я точно был уверен, что мы предохранялись. По правилам заведения Майкла незащищённый секс был под запретом, а нарушившего сразу изгоняли. Поэтому в большей половине раз я лично натягивал резинку Рикки. А в остальные следил, чтобы он делал это сам. Так какого хрена я залетел?       Решив пока ничего не говорить виновнику моего интересного положения, умылся и вернулся в постель. Ещё пару часиков можно поваляться, прежде чем продолжить наш путь.

***

      — Куда мы на этот раз направляемся? — спросил Рикки во время привала.       Привыкший путешествовать один, я не всегда делился с ним своими мыслями. Пора бы было это менять, но я все ещё частенько забывал сообщать ему о своих дальнейших планах.       — Мы идём в одно очень плохое место, малыш, — предупредил я Рикки.       — Плохое место? — удивлённо переспросил он. — Там много зомби?       — Давай я все объясню на месте, — ответил я, запаковав рюкзак, и поднялся с места, чтобы продолжить путь.       — Ладно, — согласился он и последовал моему примеру.       Мы были уже полторы недели в пути, ночуя иной раз под открытым небом. И за все это время Рикки ни разу не сказал, что устал и хотел бы передохнуть подольше. Он бодро шёл рядом со мной, а иногда и забирал мой рюкзак, чтобы я мог немного отдохнуть. Этим он сильно отличался от Кевина. Тот уже на второй день пути жаловался на усталость и боли в ногах. И это тот человек, что не вылезал из качалки в спокойное время. Я не верил ему, догадываясь, что он просто боялся встречи с зомби. Он каждый раз уговаривал меня остаться в том или ином месте, пока наконец не прыгнул в постель к другому. Сейчас я был рад этому. Сейчас рядом со мной совсем другой человек. Находясь рядом с Рикки я чувствовал, что он не предаст и останется со мной до конца, что бы ни случилось.       До «Чёрной Звезды», куда мы направлялись, оставалась всего пара часов пути. Но на землю уже начали опускаться сумерки, а это значило, что пора было подыскать место для ночлега.       Разместившись на каком-то заброшенном складе, мы расстелили надувные коврики и, устроившись на них, решили сначала поужинать.       — И как, ты ещё не пожалел, что пошёл со мной? — лукаво улыбнувшись, спросил я.       — Дэни, я никогда не бросаю слов на ветер, — серьёзно проговорил Рикки, — если я сказал, что хочу быть рядом с тобой, значит так и есть. Если я пообещал никогда не оставить и защищать, я обязательно сдержу слово. Я не знаю, что за идиот был твой бывший, раз бросил такого офигительного омегу как ты. Но поверь наконец — я не такой.       — Малыш, я знаю, — ласково ответил я и мягко прикоснулся к его губам, — я чувствую это. И я очень благодарен тебе за то, что подарил возможность снова ощутить в сердце такое прекрасное чувство, как любовь.

***

      — Дэни, что с тобой? — испуганно спросил Рикки, впервые застав меня за прощанием с завтраком.       — Ничего! — рявкнул я. — Со мной всё в порядке!       — Дэни, милый, скажи правду, — дрожащим голосом настаивал мальчишка, — ты болен?       — Болен? — усмехнувшись, развернулся я. — Нет, малыш, я не болен. Но в моем нынешнем состоянии виноват ты! — прикрикнул я, ткнув пальцем ему в грудь.       — Я? — ошарашенно уставился он на меня. — Но я не понимаю, почему ты обвиняешь меня?       — Не понимаешь, да?! — злился я от того, что тошнота вновь подкатила к горлу. — А кто, блять, забыл надеть резинку?       — Я всегда надевал, — стал оправдываться Рикки, — просто…       — Что просто? — настороженно переспросил я.       — Просто один раз она порвалась, — промямлил мальчишка, — я заметил это уже когда кончил.       — Почему ты сразу мне об этом не сказал?! — наконец-то узнав правду, ещё больше разозлился я. — Я бы мог принять таблетку. А теперь…       — Дэни, прости, я не думал, что ты можешь… забеременеть, — оправдывался Рикки, смотря на меня виноватым взглядом, — я думал, это возможно только в течку.       — Иногда можно залететь и без неё, — вздохнув, пояснил я, — особенно, если она приближается.       — Дэни, ты не рад? — обняв и заглянув мне в лицо, спросил мальчишка. — Ты не хочешь детей?       — Нет! Не знаю! — с отчаянием произнёс я, так как рожать в ближайшее время в мои планы не входило. — То есть… не так скоро, по крайней мере.       — Но, Дэни, тебе же уже… — запнулся Рикки, заметив мой недовольный взгляд, — когда-нибудь станет поздно, и ты начнёшь жалеть об этом. Милый, ты ведь теперь не один. Я помогу тебе, буду вставать по ночам, менять пелёнки. Прости, что испортил тебе все планы, но я отвечу за свой поступок и обязательно стану хорошим отцом.       — Эх, Рикки, ты ещё совсем мальчишка, — вздохнул я, напяливая рюкзак, — дело не только в том, каким отцом ты будешь. Посмотри, в каких условиях мы живём. Скитаемся из города в город. Выживаем из последних сил. Такую жизнь ты хочешь дать и своему сыну?       — Но мы можем остановиться где-нибудь, хоть на время, — неуверенно предложил он, — я знаю, это не для тебя, но раз уж так вышло...       — Да нет такого места, где бы мне хотелось остаться хотя бы на месяц. Куда бы я не пришёл, везде вижу только голодные похотливые взгляды. Каждый альфа только и мечтает затащить в постель. Тошнит от этого.       — Но сейчас ведь я с тобой, — возразил Рикки, — так что никто не посмеет смотреть на тебя так.       — Это только кажется, — вздохнул я, — ты плохо знаешь людей, малыш, а я за эти года повидал всякого. Ай, да ну, к черту все это! Пошли, мы скоро уже доберёмся до места.       Часа через два мы остановились возле высокого бетонного забора.       — Что это за место? — удивлённо спросил Рикки, очевидно ожидая, что нашей целью был очередной лагерь выживших.       — Когда-то это был завод по производству рыболовных снастей, — объяснил я, — сейчас это тюрьма.       — Тюрьма? — ошарашенно уставился на меня мальчишка.       — Да, — кивнул я, — тюрьма для омег, находящихся в сексуальном рабстве. Это что-то типа борделя, только омег удерживают здесь насильно, заставляя работать, как говорится, за кусок хлеба.       — Откуда ты знаешь об этом месте? — настороженно спросил Рикки.       — Потому что я сбежал оттуда около пяти месяцев назад.       — Что?! — ошарашенно воскликнул мальчишка. — Тебя что, тоже заставляли?       — Не говори глупостей, — усмехнулся я, — я задушил первого своего клиента. И у меня чудом получилось спастись. Так, смотри, за забором находится огромное здание завода. Но большая его часть разрушена. Бордель находится в правой части здания. Омеги содержатся в подвале. На первом этаже бандиты. Их немного, человек десять-пятнадцать. С ними мы без проблем справимся. Но вот с охраной… Придётся немного попотеть.       — А что там за охрана?       — Зомби, Рикки, зомби, — ответил я, приготовив железную трубу и пистолет с глушителем, — двор просто кишит ими. Согласись, просто отличная охрана. Ты знал, что эти твари могут до полугода не жрать и с ними ничего не случится? А здесь их подкармливают замученными до смерти омегами. Суки!       — Ты хочешь освободить омег? — догадался Рикки. — Но как? Как мы попадем внутрь? Может тебе лучше остаться здесь. Ты только скажи, что делать?       — Малыш, я уже давным-давно путешествую в одиночку. Я умею постоять за себя, — усмехнулся я, — так что тебе не удастся уговорить меня отсиживаться здесь. И так единственный безопасный путь — это переход от ворот к зданию. Там зомбаки ходят в специальных ошейниках. Когда кому-то нужно пройти, их бьют током, и они вырубаются на какое-то время. Но нам пофиг на это. Мы их просто тихо завалим. Тихо. Ты понял?       Рикки уверенно кивнул и приготовил бейсбольную биту.       Ворота были достаточно высокими, но находившаяся в них дополнительная дверь помогла нам без труда попасть внутрь. Оказавшись за забором, мы тут же столкнулись с парочкой метнувшихся в нашу сторону мертвяков. Рикки, не растерявшись, одним ударом снёс головы обоим.       — Отлично! — показал я большой палец вверх и осторожно начал продвигаться вперёд.       По обе стороны перехода был сетчатый забор. Зомби, почуяв свежатину, кучей собрались у него, протягивая руки через крупную сетку. Это было достаточно жутко даже для меня. И захотелось как можно скорее преодолеть этот чёртов переход.       Перебив всех тварей, мы наконец-то добрались до главного входа в здание. За дверью слышались голоса и, прислушавшись, я насчитал пятерых бандюков.       — Так, на счёт три врываемся и берём всех на прицел, — шепнул я, — сейчас можешь пользоваться дробовиком. Главное следи, чтобы они за пушками не полезли, сразу стреляй.       — Угу, — кивнул Рикки и, поменяв оружие, сосредоточился на двери.       Пинком распахнув её, мы ворвались внутрь.       — Не двигаться! — предупредил я, целясь из двух пистолетов.       Один из бандюков все же дернулся вперёд, но тут же, схлопотав пулю в лоб, свалился на пол мешком.       — Ещё кому-то не понятно? — обвел я взглядом застывших мудаков. — Оружие на пол и руки за голову!       Действуя осторожно, бандюганы побросали пушки на пол и подняли руки вверх.       — Собери, — кивнул я Рикки.       Подождав, пока мальчишка подберёт стволы, безжалостно прострелил ублюдкам коленные чашечки и, махнув рукой, направился дальше.       Крики и стоны боли, так ласкавшие мне слух, постепенно стихли, и мы продолжили осторожно продвигаться вглубь здания.       Всем встретившимся нам бандюгам я простреливал колени, чтобы они как следует помучились от боли и не смогли пойти за помощью.       — Сейчас мне понадобится твоя помощь в качестве альфы, — сообщил я Рикки, убедившись, что мы расправились со всеми.       — Это какая? — недоуменно уставился на меня мальчишка.       — Нужно перетаскать их всех вон на то возвышение к двери для погрузки, — указал я, — не волнуйся, я помогу.       — Не нужно! — отрезал Рикки. — Ты ждёшь ребёнка и тебе нельзя поднимать тяжести. Так что я справлюсь сам. И возражения не принимаются!       Не задумываясь и ничего не подозревая, Рикки принялся перетягивать сопротивляющихся и орущих от боли бандюков в указанное мною место.       Усмехнувшись такой настырности мальчишки, решил немного осмотреться.       Сохранившееся здание было небольшим, и я быстро справился с осмотром. Затем обыскал бандитские вещи и, забрав все самые необходимые ништяки, распихал их по нашим рюкзакам. Закончив с этим, подобрал валявшееся оружие и сложил в кучу у входной двери.       — Это последний, — сообщил Рикки, стерев рукавом пот со лба.       — Спасибо, малыш, — злорадно улыбнулся я и оставил короткий поцелуй.       Подойдя к погрузочной двери, я распахнул её и с широкой улыбкой повернулся к стонущим бандюкам.       — Ну что, лапочки, будем отвечать за свои нехорошие поступки? — издевательски ласково проговорил я и схватил первого за шкварник.       — Дэни, постой! — воскликнул Рикки, догадавшись, что я собираюсь сделать.       — Не подходи! — выхватив пистолет, пригрозил я.       Мальчишка, шокированный моим поступком, замер на месте.       — Эти ублюдки издевались над омегами, над такими как я, — сквозь зубы процедил я, — они насиловали их и отдавали для сексуальных утех всем желающим за любую плату. Они бросали их зомбакам, когда те были полуживые, потому что толку от них уже не было. И я мог бы оказаться на месте любого из них. Я могу простить что угодно, малыш, но только не это, — закончил я и спихнул первого с погрузочного помостка.       Снизу раздался крик отчаяния и боли и довольное рычание зомби. Осознав, что я собираюсь всех отправить к мертвякам в качестве обеда, бандюки стали сопротивляться, пробовать уползти и молили о пощаде, предлагая заплатить столько, сколько я захочу. Кто-то даже просил просто пристрелить их.       Нет уж, дорогие, вы на своей шкуре испытает то, что чувствовали мои собратья в последние минуты жизни.       — Ты мне поможешь? — спросил я, кое-как сбросив третьего ублюдка.       — Ты сказал не подходить, — недоверчиво ответил Рикки и поднялся ко мне.       Сбросив всех бандюков и как следует насладившись их воплям, закрыл двери.       — Ты разочарован во мне? — смотря мальчишке в глаза, спросил я. — Если хочешь, можешь уйти. Я не держу и пойму тебя.       — Вовсе нет, — поспешил ответить Рикки, — ты прав, они совершали ужасные дела, думая, что наказать их некому. Поэтому я на твоей стороне и никуда не уйду.       — Отлично! — улыбнулся я. — Тогда вперёд, освобождать омег.       Взяв его за руку, повёл в сторону лестницы в подвал.       Здесь я однажды уже побывал. Жуткое место. Каменные стены, покрытый мхом пол. Клетки с тонкими подстилками для сна и дырявое ведро, чтобы справить нужду. Здесь пахло сыростью, отчаянием и смертью. Здесь содержали омег хуже скота.       Сбегая, я обещал, что вернусь и отомщу! И я сдержал слово!       Спустившись по ступеням, открыл клетки, выпуская собратьев на свободу.       — В здании сейчас никого нет! Только зомби за забором! — как можно громче прокричал я, чтобы меня было слышно через возгласы радости. — Со всеми, кто обижал вас, мы расправились. У входа лежит оружие, берите его и бегите отсюда. Возвращайтесь к своим родным, если они у вас остались, к друзьям и просто куда-нибудь, где вас никто не тронет. Если вам некуда идти, то всего в паре дней пути есть небольшой городок «Кемптэн», там много выжившие, там вас примут и помогут.       — Спасибо тебе, — подошёл ко мне один из омег и, схватив мою руку, прижался к ней губами, — от всех нас, спасибо.       — Беги, — ответил я, обняв дрожащего паренька, — зови других и беги. Я не уверен, что все бандиты были здесь. Возможно, кто-то и отлучился на охоту. Поэтому бегите, бегите в Кэмптен, скажите, что от Дэни и вам помогут.       — Спасибо, спасибо, Дэни, — ещё раз поблагодарил он и побежал за остальными в сторону выхода.       — Чувствуешь? — вдохнув полной грудью, обратился я к Рикки. — Это запах свободы. У нас получилось, и я благодарен тебе за это.       Убедившись, что все пленники покинули место своего заточения, мы с мальчишкой заперли дверь, затем ворота и отправились на поиски спокойного места, где можно было передохнуть.

***

      — Куда теперь? — спросил Рикки утром во время завтрака.       — Ты предлагал найти подходящее место, которое можно было бы назвать своим домом и спокойно воспитать ребёнка, — ответил я, мягко улыбнувшись.       — Угу, — кивнул он, — но ты сказал, что такого места нет.       — Сегодня ночью я вспомнил об одном, — подмигнул я мальчишке, — и, пожалуй, его я бы мог представить себе в качестве постоянного места жительства.       Придвинувшись к Рикки, я обнял его и мягко поцеловал.       — Ты замечательный! — прошептал я, перебирая пальцами короткие пряди на затылке. — И ты уже не раз доказал, что я действительно дорог тебе. Что ты по-настоящему любишь. Поэтому я хочу отправиться туда с тобой и вместе прожить отведенный нам срок.       — И где же находится это чудесное место? — поинтересовался мальчишка, нежно поглаживая меня по спине.       — В Лоисвилле, — ответил я и вскочил. — Ну что, отправляемся в путь! У нас впереди целых две недели увлекательного путешествия!

***

      Мы почти дошли! Вдалеке виднелись полуразрушенные здания практически безлюдного города и до него было от силы час пути. Но я так устал, что боялся уснуть стоя. Беременность с каждым днем все больше давала о себе знать, и к тошноте прибавилась вечная сонливость и плаксивость. Всего за пару недель из смелого, непоседливого омеги я превратился в вечно сонного нюню. И это очень раздражало меня, но поделать с этим я все равно ничего не мог.       Недалеко от дороги мы заметили какую-то постройку, на заборе которой большими буквами было написано «Надежда» и «Добро пожаловать в спокойную жизнь».       Почему-то это место очень сильно привлекло меня, как будто бы что-то родное было в нем.       — Давай заглянем, — предложил я Рикки, — заодно и передохнем.       — Конечно, родной, — не раздумывая, согласился он. — Я знаю, что ты очень устал.       Подойдя к воротам, я как можно громче постучал.       — Кто там? — через пару минут раздался знакомый голос.       — Лекс, это я — Дэни! — радостно воскликнул я.       Вслед за этим послышался звук открывающегося замка, и вскоре ворота распахнулись.       — Дэни, вот это неожиданно! — удивлённо проговорил слегка повзрослевший омега с малышом на руках. — Я очень рад увидеться вновь!       Запустив нас во двор, он закрыл ворота на засов и крепко обнял меня одной рукой.       — Я тоже очень рад нашей встрече, — прослезившись, сказал я, сжимая его в объятиях в ответ.       — У нас гости? — послышалось сбоку, и я, обернувшись, встретился взглядом с совершенно здоровым парнем Лекса.       — Это то, что я думаю? — ошарашенно спросил я.       — Это то, что ты думаешь, — усмехнулся омега.       — Да как такое возможно? — все ещё пребывая в состоянии шока, спросил я.       — Мы и сами толком не знаем, — пожал плечами Лекс, — возможно, помогли таблетки, которые ты нам дал. Может вирус уже ослаб и железный иммунитет Лиама смог побороть болезнь.       — Или твоя любовь спасла, — подмигнул я ему. — Кстати, это Рикки, мой парень, — представил я мальчишку.       — Оу, а кто-то утверждал, что больше никогда не влюбится, — звонко хохотнул Лекс, протянув руку Рикки. — А как вы здесь оказались?       — Я запомнил название вашего города, и мы шли к вам, — ответил я.       — О-о, так это очень здорово! — воскликнул он. — Если вы ищете, где можно прожить спокойную жизнь, то вы дома.       — А мы не потесним вас? — настороженно спросил я.       — Что? Нет, конечно! — радостно ответил он. — Дом просто огромный. У нас есть свободная комната на верхнем этаже. Она большая и полностью обставлена.       — А твои друзья не будут возражать? — решил уточнить я, услышав плач ещё одного малыша.       — Ну что ты, Дэни, — ответил Лекс, — они тоже будут рады вас видеть. Мы совсем недавно вспоминали нашу встречу.       — Тогда мы согласны, — с облегчением выдохнул я и, взяв за руку Рикки, последовал за омегой и его парнем в дом.       Я не ошибся, когда предположил, что именно с этими ребятами могу представить себе жизнь на одном месте. Пусть и знал я их всего пару часов. Здесь и правда ощущалось все своим, родным. И именно здесь, я уверен, мы сможем стать до конца счастливыми.       Остановившись на пороге и набрав полные лёгкие воздуха, я смело шагнул теперь уже и в наш дом.       — Привет, я очень счастлив встретиться с вами вновь...