Weave Ourselves in a Circle | Сплетёмся в Круг

      В течение многих лет после этого Стайлза мучили кошмары о ночи пожара. Они усугублялись тем, что воспоминания были неполными. Присутствие контролировало ситуацию в течение нескольких часов, оставив ему смутные воспоминания о магии, дыме и крови. Он помнил собственную грудь, окрашенную в красный цвет, и крики стаи, когда горел дом.

****

      Лаура почувствовала первый намек на дым чуть позже десяти часов. Через несколько минут весь дом был охвачен пламенем.       Талия встаёт и коротко обращается к семье.       — Лора и Дерек ведут детей в подвал. Стайлз встретит вас снаружи, чтобы снять заклятие, — распоряжается она. — Все остальные остаются со мной.       Стая не тратит время на прощания или пожелания удачи. Необходимые слова были уже сказаны ранее. Стайлз замечает, что Питер сжимает в руках кожаный блокнот. Короткий путь через весь дом к потайной задней двери был задымленным и горячим. Стайлз слышит хныканье, когда кто-то обжегся, и детский вой, когда один из детей потерял контроль над собой.       Он быстро справляется с заклинанием. Питер помогает ему выбраться, чтобы он смог разорвать рябиновый круг вокруг дома. Выждав достаточно много времени, чтобы убедиться, что Зак и Талия открыли потайную заднюю дверь, а затем он подбегает к заднему окну подвала. Его слух улавливает звуки паники, исходящие от взрослых членов стаи, которые кружат вокруг дома, что, вероятно, было притворством лишь наполовину.       Обезвредить заклятие над этим окном оказывается сложнее, чем на предыдущем. Ему приходится сильнее сосредоточиться на данной задаче, чтобы заглушить плач детей. Наконец, чары разрушены, и он разбивает окно, выпуская шлейф дыма. Лора, Дерек и все щенки прижимаются к полу в углу, чтобы избежать дыма. Лора набрасывает на разбитое стекло тяжелое шерстяное одеяло и начинает по одному передавать детей Стайлзу. Первой была Кора, чтобы она могла подержать своего кузена, затем остальные в порядке возраста. К тому времени, как Лора выбирается наружу, весь дом был полностью охвачен пламенем.       — Мы пойдем к озеру в центре заповедника, — говорит Лора, и в качестве подтверждая своих слов, уводит младших членов семьи как можно быстрее и тише.       Стайлзу нужно сделать звонок. Он набирает 911 на мобильном телефоне Дерека, когда слышит первые выстрелы Кейт. Он подбегает к передней части дома.       — 911, пожалуйста, назовите характер чрезвычайной ситуации, — говорит голос на другом конце линии.       — Дом Хейлов в огне, — поспешно отвечает он. — И кто-то стреляет в нас. Они пытаются нас убить. Я не понимаю, почему они это делают.       — Хорошо, помощь уже в пути. С кем я говорю, — спрашивает спокойный голос.       — Стайлз Стилински, — отвечает он. Он заворачивает за угол и видит Кейт, стреляющую с ликованием в оборотней. Он надеется, что звук выстрелов был слышен через телефон.       — Вы можете подтвердить адрес? — Голос звучит расстроенно. Он не узнал ее, но это не означало, что она тоже. Называя адрес дома Хейлов, он задаётся вопросом, как его заместителю удалось сделать этот звонок. У взрослого Стайлза был многолетний опыт в подобных ситуациях. Его юное «я», должно быть, напуган еще больше.       — Помощь уже в пути, пожалуйста, оставайтесь на линии до ее прибытия, — инструктирует его голос.       — Я хочу к папе, — умоляет он достаточно громко, чтобы все на поляне перед домом могли его услышать. — Пожалуйста, пришлите шерифа Джона Стилински, я хочу к папе.       Голос в трубке бормочет заверения, но Стайлз полностью переключает свое внимание на Кейт.       Она беззлобно смеётся.       — Значит, Хейлы превратили сына шерифа. Сколько тебе лет, малыш, восемь?       — Мне десять, и я человек, — кричит он в ответ. Он поднимается во весь рост и готовится к удару.       Кейт фыркает:       — Ты бегаешь с волками, мальчик, так что на самом деле ты не более чем животное.       Стайлз почувствовал выстрел раньше, чем слышит его. Воздух выбит из легких, и ему не приходится притворяться, что он падает на землю. Вдалеке он слышит сирены. Его роль выполнена. Стайлз лежит на земле, слушая как вызывают Криса Арджента и начинается схватка между охотниками. Вскоре после этого он услышал, что драка усилилась, когда прибыли пожарные и помощники шерифа.       Стайлз приходит в себя, когда фельдшер опускается на колени рядом с ним.       — Я не умер, — шепчет он смутно знакомой молодой женщине.       — Я рада это слышать, — отвечает она. — Вы можете сказать мне, где болит?       — Боль в груди, и, кажется, я вдохнул немного дыма, — говорит Стайлз. — Вы можете сказать моему папе, шерифу, что я не умер?       — Конечно, милый, — отвечает она, а затем сообщает Стайлзу, что его бесплатно отвезут в больницу.       — Не сейчас, — возражает он. — Мне нужно посмотреть, что произойдет. — Он пытается сесть, но его мягко опускают обратно. — На самом деле я не ранен. На мне бронежилет.       Стайлз задирает толстовку, чтобы показать приспособление из кевлара и фальшивой крови. Парамедик нерешительно соглашается позволить ему остаться, если он сможет переместиться в безопасное место за машинами скорой помощи. Когда они приехали, она дала ему теплое одеяло и настояла, чтобы он дышал через кислородную маску. Он снимает жилет и испачканную толстовку, завернувшись в одеяло.       Стайлз делает глубокие вдохи через маску и молится божествам, в которые не очень-то верил, о том, что он сделал достаточно. Примерно через десять минут к нему присоединяется Крис Арджент, которого ранили в плечо.       — Это ты меня позвал. — начинает Крис, окинув Стайлза долгим взглядом.       — Да, — отвечает Стайлз. Мистер Арджент пока не выглядел подозрительным, но его и в лучшие времена было трудно понять. — Ты упустил пару вещей, — заявляет мистер Арджент.       — Мне нужно было, чтобы вы сами все увидели, — осторожно отвечает Стайлз. Если бы это было возможно, он предпочел бы не рассказывать Охотнику о путешествиях во времени.       — Возможно, но я не уверен в том, что видел.       Кажется, он тщательно собирал информацию, прежде чем вынести свое суждение.       — Кейт Арджент соблазнила шестнадцатилетнего мальчика, чтобы получить достаточно информации для убийства всей его семьи. Когда это не сработало, она начала стрелять во всех, кто убегал, включая человеческих детей.       Стайлз чувствует себя странно, исключая себя из стаи, но он полагает, что это не ложь. Альтернативный Стайлз был частью этой стаи, а в свое время он был частью стаи Скотта.       — Ты человеческий дитя? — спрашивает мистер Арджент.       — Да, — Стайлз намеренно смотрит в сторону кучи снятой одежды, затем распахнул одеяло, чтобы показать синяк на груди. Оборотень был бы уже полностью исцелен. —Единственная причина, по которой семья Хейл не мертва, заключается в том, что они были предупреждены о ее плане и позволили сжечь свой дом, чтобы ты мог выступить свидетелем. Стая Хейлов знала, что им не поверят, если они донесут эту историю до матриарха. Охотники так далеко отошли от кодекса, что только так у них была хоть какая-то надежда на справедливость.       Крис выглядит задумчивым:       — Сегодня ночью люди погибли только от рук человека.       Стайлз кивает:       — Если бы хоть один оборотень причинил вред человеку, все они были бы признаны виновными задним числом.       — Возможно, это правда, но это не объясняет, откуда ты так много знаешь, — осторожно говорит Крис.       — Я — эмиссар в процессе обучения, — поясняет Стайлз. Надеюсь, Крис достаточно мало знает о мире магии, чтобы поверить, что у него есть способность видеть будущее или что-то в этом роде.       — Я не знал, что они начинают свое обучение так рано, — размышляет Крис.       — У вас есть дети, мистер Арджент? — спрашивает Стайлз. Очевидно, он знал ответ, но подумал, что будет жутко, если он начнет говорить об Эллисон.       — У меня есть дочь примерно твоего возраста, — признается Крис.       — Вы начали ее тренировать?       — Да, но она не знает, для чего тренируется, — Стайлз легко мог представить себе юную Эллисон, радостно обучающуюся стрельбе из лука в полном неведении о ее цели.       — Думаю, наш способ мне нравится больше. Я иду на это с открытыми глазами. Я знаю об опасностях и монстрах, которые существуют в этом мире, — Эллисон, должно быть, очень способный ребенок, потому что мистер Арджент в конце речи Стайлза выглядит задумчивым, а не подозрительным.       Мистер Арджент встаёт.       — Ты дал мне много пищи для размышлений, мистер Стилински. Я отправляюсь на поиски обезболивающего.       Он отсутствует не более минуты, когда приходит шериф и крепко обнимает своего сына.       — Папа, спасибо, что пришел. Мне было так страшно, — лепечет Стайлз.       Отец отстраняется и смотрит ему прямо в глаза:       — Я всегда буду приходить за тобой, сынок. Я так рад, что с тобой все в порядке, — Он вздрогнул при воспоминании о том, как его сын упал на землю.       — Ты арестовал всех плохих парней? — спрашивает Стайлз. Он был благодарен за то, что его отец остался невредим, но убедиться в том, что все охотники-изгои привлечены к ответственности, было важнее.       — Мы работаем над этим, — с улыбкой отвечает шериф. К ним подходит Питер, выглядевший усталым и покрытым сажей.       — Я могу остаться с ним, если вам нужно вернуться к своей работе, — предлагает Питер. Шериф благодарит Питера и неохотно оставляет сына.       Когда он был вне пределов слышимости, Стайлз спрашивает:       — Все в порядке?       Питер мрачно улыбается:       — Есть несколько раненных, но мне удалось вытащить пули из оружия Кейт, так что все восстановятся.       — Полагаю, мистер Арджент доложит о событиях своему главе, — говорит Стайлз.       Питер с сомнением фыркает:       — Охотникам.       — В моем времени он союзник и благородный человек, который теряет все, что любит. — Стайлзу не очень хочется тратить время на спор, в котором невозможно выиграть, поэтому он меняет тему. Возможно, время докажет его правоту. — Дай мне свою тетрадь и ручку, — требует он.       Питер не стал притворяться, что ничего не знает. Он просто передаёт требуемые предметы. Стайлз быстро разворачивает блокнот так, чтобы Питер не мог видеть, и пишет пару заметок. Первую он оставляет в блокноте для Питера, а вторую вырывает и аккуратно складывает в карман. Он на секунду оглядывается, чтобы убедиться, что ничего не осталось незамеченным, а затем сплёвывает на палочку.       В его комнате стояла полная тишина. Стайлз и Лидия в изумлении оглядываются вокруг. На стене за его столом висит коллаж из фотографий. Стайлз обнаруживает себя, своего отца и почти всех членов стаи Хейлов. Неловко формальная фотография Скотта и Эллисон, позирующих с ним и Дэнни на школьных танцах. Рядом с ним — фотография Коры и Айзека, игнорирующих камеру и мечтательно смотрящих друг на друга. Его частично перекрывает фотография Стайлза и Эрики, позирующих в костюмах Бэтмена и Женщины-кошки. В нижнем углу была маленькая фотография его матери и смеющегося Дерека в выпускных мантиях со Стайлзом в шапочке выпускника.       — Все выжили, — говорит Лидия. Стайлз чувствует грусть, когда осознаёт, что на доске нет ни одной фотографии Лидии.       — Мы победили, — соглашается Стайлз. На палочке Неметона оставалось еще больше часа, но он не знал ничего, что нужно было бы изменить. Все, что ему нужно было сделать, это завершить заклинание. Он не знает точно, что произойдет, но подозревает, что Лидия и он перестанут существовать, поскольку их сознания сольются с их альтернативными сущностями. Стайлз задумывается о том, много ли он будет помнить о своей прежней жизни.       Стайлз обдумывает, что именно в такие моменты полагается остановиться и поразмыслить или колебаться, стоит отказываться от собственного прошлого ради частично неизвестного. Забудь об этом. Какая-то его часть имела шанс жить в мире, где никогда не было ни канимы, ни ногицунэ, ни альфа-стаи. Большой злодей был побежден, и все выжили. Стайлз разрывает круг и уверенно шагает в новую жизнь.