Идеальный момент. Часть 2

      Олеся решила встать вместе со мной и позавтракать. Мы пили кофе с бутербродами и обсуждали вчерашнюю ситуацию. Почему-то моя подруга подумала, что я непременно впаду из-за случившегося в депрессию, и решила начать поддерживать меня с самого утра.       — Хочешь анекдот? — спросила она, активно хрустя хлебцем Dr. Korner, которые всегда были у нее в наличии, когда бы я ни приходила.       — Анекдот? — удивленно переспросила я, не понимая, как мы перескочили от темы забирания вещей от Оксаны к юморескам.       — Ага. Смешной, — кивнула Олеся с улыбкой.       — Давай.       — Один очень воспитанный мальчик упал в люк и закрыл его за собой, — проговорила она, и ее губы растянулись в широкой улыбке.       Я молча смотрела на нее несколько секунд, а потом расхохоталась.       — Олесь, ты ненормальная? — смеялась я, качая головой. — Что за бред?       — Согласна! — горячо закивала она. — Анекдот тупой, но я так смеялась, когда услышала его. Что-то в этом есть.       — Несомненно, — вздохнула я, успокаиваясь. — Так, — взглянув на часы, я в два глотка допила кофе и встала, — мне пора бежать. Не хочу опаздывать в свой второй день. Мне сегодня нужно отобрать кандидатов на собеседования.       — Ты такая секси, когда включаешь руководителя, — промурлыкала Олеся, чем вызвала мой очередной приступ смеха. Я понимала, что она просто пытается меня поддержать, но это было и правда мило. Так что я послала ей воздушный поцелуй и вернулась в комнату, чтобы взять рюкзак.       Олеся вышла в прихожую, когда я уже обувалась.       — Ты собираешься с ней поговорить сегодня?       — С кем? О чем? — не поняла я, думая почему-то не об Оксане, а о Марине.       — Со своей девушкой, — пояснила Олеся. — Бывшей.       — Не знаю, — вздохнула я, одеваясь. — Мне нужны мои вещи, но я категорически не хочу с ней видеться.       — Я могу съездить с тобой, если хочешь, — предложила Олеся, пожав плечами.       — Думаю, это будет очень странно. Завтра среда, обычно Оксана по вечерам ездит к родителям. Так что, думаю, я после работы заеду домой и заберу самое необходимое. А потом уже остальное. И нужно будет заняться поиском жилья… — добавила я, понимая, что не хочу злоупотреблять гостеприимством подруги.       — Брось, — нахмурилась Олеся, — ты меня не стесняешь. К тому же ты делаешь такие вкусные бутербродики, — улыбнулась она.       — Вечером могу что-нибудь приготовить, — решила я хоть как-то отблагодарить ее за помощь и поддержку.       — Переезжай ко мне на постоянку, — рассмеялась Олеся после моих слов. — Ты же знаешь — я терпеть не могу готовку.       — Знаю, — улыбнулась я.       — Напиши мне вечером, вместе сходим в магазин и подумаем, что будет на ужин. Я не люблю готовить, но могу помогать.       — Прости, но… — я покачала головой, снисходительно улыбаясь, — когда я готовлю, я не люблю, чтобы кто-то крутился рядом и мешал. Так что можешь просто сидеть и развлекать меня разговорами.       — Еще лучше. Не женщина, а мечта, — рассмеялась Олеся и, легко поцеловав меня в щеку, пожелала хорошего дня. Майло тоже вышел аккурат перед тем, как я уходила, поэтому пришлось чмокнуть его в холодный влажный нос и только потом отправиться на работу.

***

      Я почти не заметила, как наступило время обеда. Все утро я провела, просматривая резюме, параллельно обсуждая в чате вопросы по новому проекту. И когда на часах была половина второго, в кабинет, который я делила с Ниной и Таней, зашел Макс. Сегодня на нем была черная длинная футболка и узкие черные джинсы с тяжелыми рокерскими ботинками. Он широко улыбнулся, приветствуя всех нас, и подошел к моему столу, который стоял у самого окна в конце кабинета. Когда он вошел, я заметила, как изменилась в лице Таня, — она стала по-поросячьи розовой. На ее пухленьких щеках заиграл румянец, а сама девушка тут же опустила взгляд, искоса наблюдая за парнем.       «Ага. Тут у нас, кажется, несостоявшийся служебный роман», — подумала я, безошибочно разгадав симпатию девушки.       — Привет! — Максим подошел ко мне, продолжая улыбаться во весь рот. Я приветливо кивнула в ответ, с интересом уставившись на него. — Как второй день? Освоилась?       Макс показался мне немного нервным. Он зачем-то поковырялся в стаканчике с ручками, подвинул его, поправил распечатанные резюме, выровняв их, и наконец посмотрел на меня.       — Вполне, — ответила я. — Чувствую себя султаном, выбирающим в гарем наложниц, — кивнув на стопку с резюме, пошутила я.       — О, я бы согласился быть твоей наложницей, — рассмеялся Макс, а потом крякнул, смутившись, когда понял, что именно сказал.       — Прости, но на наложницу ты не тянешь. Для этого у тебя слишком широкие плечи, — улыбнулась я. — Но и для мужчин там были, к слову, должности.       — Да? Какие? — не понимая, к чему я клоню, спросил Максим.       — Евнухи, например.       Лицо парня побледнело, а улыбка стала сардонической.       — Очень смешно, — наконец, усмехнулся он, понимая, что я просто шучу. — Я вообще зашел спросить, не хочешь ли ты пообедать? Пока ты не обзавелась тут компанией, могу провести тебе экскурсию по столовке.       — О, правда? Я не против, — согласилась я, мельком заметив, как печально вздохнула Таня, дулька которой возвышалась над монитором.       — Тогда я зайду… минут через двадцать? — сунув руки в джинсы, спросил Макс, стараясь не улыбаться слишком широко.       — Конечно, — кивнула я, взглянув на часы. — Я как раз закончу.       — Супер, — удовлетворенно улыбнулся он и, развернувшись, направился к выходу. Дулька Тани печально дернулась.

***

      Удивительно, но когда через пятнадцать минут мне пришло сообщение от Марины в личном диалоге с предложением пообедать, я тут же забыла про Макса. Моментально согласившись, я почувствовала, как мои губы помимо воли растягиваются в улыбке предвкушения. Что поделать, я хотела снова с ней общаться. А моменты, когда она сама предлагала провести время вместе, вовсе были бесценны. Я ломала голову, как нам снова начать коммуникацию и не ограничиваться лишь работой, и вот, шанс возник сам по себе. Хоть она и написала, что во время обеда мы сможем обсудить рабочие моменты, я чувствовала, что ей тоже хочется нашего общения не меньше.       Но мне пришлось вспомнить про Макса, когда он снова появился в кабинете с курткой в руках.       — Ну что, ты готова?       — Черт, — вздохнула я, понимая, что, как только прочитала предложение Марины о совместном обеде, все остальное у меня просто вылетело из головы. — Макс, прости, я… Мне надо с Мариной встретиться. Нужно кое-что обсудить. Наверное, я с ней и пообедаю. Извинишь меня? Она написала пять минут назад, я не успела сообщить тебе, — немного слукавила я.       Было видно, что Макс расстроен, но он постарался не подать виду.       — Не вопрос. Поем один. Но тогда с тебя ланч, — усмехнулся он, стараясь выглядеть невозмутимо.       — Зачем один? — решила я найти выход из ситуации. — У меня вот Таня еще не обедала. Да, Тань? — окликнула я девушку, которая, бесспорно, слушала каждое наше слово.       — Что? Я? — вытянув шею, чтобы посмотреть на нас из-за монитора, переспросила Таня.       — Ты же не обедала? Я видела, что Нина принесла еду с собой. А ты вроде как без ничего. Не хочешь составить компанию Максу?       — Ну, я не знаю… — заметно занервничав, ответила Таня, глядя на Макса, который тоже не ожидал такого поворота событий.       — Макс, ты же не против? Накорми моего дизайнера, — улыбнулась я, радуясь представившейся возможности убить двух зайцев сразу.       — Эм… В общем-то, нет. Пойдем, конечно. Если ты хочешь? — Отчего-то смутившись, Максим опустил взгляд в пол.       — Я… Да, — все еще не веря собственному счастью, с замиранием сердца ответила девушка.       — Тогда… Пойдем? — Макс улыбался, как осужденный перед эшафотом, но мне его было не жаль.       Таня поднялась с места, взяла пальто с вешалки, и они оба вышли из кабинета.       Нина, сидящая за своим компьютером, усмехнулась.       — Она вам памятник поставит, честное слово, — проговорила девушка, чем-то хрустя.       — В каком смысле? — не поняла я.       — Знаете, сколько она уже мечтает о том, чтобы пообщаться с Максом? — выглянув из-за монитора, покачала головой Нина. — Вот сколько тут работает, столько и мечтает.       — А почему нельзя просто пригласить его на обед? Я сразу поняла, что он ей нравится, — пожала я плечами, похвалив себя за наблюдательность.       — Она скромная и застенчивая. А я вообще думала, что он гей. Пока, конечно, он не стал к вам клинья бить.       — Ко мне? Клинья? — удивилась я. Нет, я понимала, что Макс ко мне очень расположен, но не думала, что я ему нравлюсь. Как женщина.       — Это очевидно, — усмехнулась Нина. — Он в восторге от вас.       — Мне кажется, это глупости, — махнула я рукой. — И мы договорились — на «ты».       — Да. Простите. Прости, — тут же поправила себя Нина. — Но, поверь, ты ему нравишься.       — Что ж, бывают в жизни огорчения, надеюсь, он выбросит из головы эти мысли, — пробормотала я. Еще поклонника на работе мне не хватало.       — А что? Он симпатичный. Веселый. Нормальный парень.       — И младше меня на десяток лет, — напомнила я.       — Ой, любви все возрасты покорны… — махнула рукой Нина и, посмотрев на зазвонивший телефон, бросила следом: — Ой, извиняюсь. Алло? — проговорила она уже в трубку, а я выдохнула. Сейчас рассуждать о романе с разницей в десять лет мне точно не хотелось. К тому же на мой телефон пришло сообщение от Марины, что она выходит и будет ждать меня у лифта. Поэтому я встала и, взяв верхнюю одежду и кошелек, направилась на обед.

***

      Мы нашли место в самой дали зала, по дороге встретив Максима и Таню, сидящих за двухместным столом у стены. Макс что-то рассказывал, активно жестикулируя, а Таня слушала его, как змея заклинателя, застыв с котлетой на вилке.       — Не знала, что Максим дружит с Татьяной, — прокомментировала Марина, когда мы уселись за столик.       — Они не дружат, по-моему. Просто обедают, — пробормотала я, чувствуя себя странно. В конце концов, я же не сваха, чтобы сводить кого-то, тем более на второй день работы. Но Таня мне показалась довольно милой, а Макс — приятным.       — Ну как ты? Осваиваешься потихоньку? — проигнорировав мой комментарий, спросила Марина, подвигая поднос.       — Почему у меня все это спрашивают? — усмехнулась я. — Я выгляжу напуганной или что?       — Нет, просто новый коллектив, плюс масса работы, — улыбнулась Марина.       — Да. Я осваиваюсь, — кивнула я. — Сегодня у меня первые собесы совместно с Николаем.       — Совместно? — нахмурилась Марина.       — Ну, я никогда не проводила собеседования сама. Он покажет, как это делать, а потом я буду заниматься этим самостоятельно.       — О, я помню свое первое собеседование, — рассмеялась Марина. — Я полдня собиралась с духом, а остальные полдня отходила.       — Правда? — ужаснулась я. — Это так сложно?       — Нет, — покачала она головой. — Просто было непривычно. Но страшно только в первый раз. Так же, как и увольнять кого-то.       — О боже. — Я прикрыла глаза, понимая, что даже не думала об этом.       — Не переживай, ты справишься, — успокоила меня Марина.       — С чего такая уверенность? — жалобно проговорила я, глядя в тарелку супа.       — Потому что я тебя знаю. Ты настойчивая и упорная.       — Ты меня знала, — поправила я ее. — И я могла уже измениться.       — Вряд ли ты изменилась настолько, чтобы не справиться с собеседованиями, — усмехнулась Марина.       — Ну, тоже верно, — все же согласилась я. — Кстати, что ты думаешь о последнем сообщении Николая? Тебе не кажется, что пример, который он прислал, нам не подойдет?       — Спасибо! — кивнув, ответила Марина. — Я рада, что кто-то это понял, кроме меня. В шесть собрание, и я собираюсь именно об этом ему и сказать.       — Я тебя поддержу, — улыбнулась я, радуясь, что наши мысли совпали и в работе.

***

      Когда я разложила пасту с креветками по тарелкам, Олеся уже вся изошлась от нетерпения.       — Как пахнет, боже! — Схватив вилку, она тут же принялась за еду, прикрывая глаза и причмокивая от удовольствия. — Знаешь, — прожевав, заговорила Олеся снова, — если что, ты совсем можешь не торопиться с поиском новой квартиры, честно.       — Соскучилась по домашним харчам? — рассмеялась я.       — Очень. Я обычно пользуюсь доставкой, сама разве что пельмени варю да яичницу делаю. А тут… — Она накрутила макароны на вилку и мечтательно закрыла глаза. — Perfecto!       — Спасибо, — с улыбкой ответила я, неожиданно осознав, что Оксана никогда так не восхищалась моей стряпней.       Может, потому что привыкла к хорошей кухне — ее мама была поваром. Но обычно я лишь слышала небрежное «спасибо», и то через раз. А Олеся, казалось, готова была душу продать за добавку. Это умиляло.       — И я, наверное, воспользуюсь твоим предложением — по крайней мере, до первой нормальной зарплаты. Если ты не против. Потому что напрямую сейчас квартиру не снимешь, а сразу отдать за первый месяц, последний и еще комиссию — это немало.       — Не вопрос. Кстати, можешь поспрашивать на работе, может, кто-то сдает или знает того, кто сдает жилье. Я так эту квартиру нашла. Случайно обмолвилась на созвоне, что в поисках, и через два дня коллега предложил мне этот вариант.       — Хорошая идея, — согласилась я, — я как-то не подумала об этом даже.       — Что, кстати, Оксана? Писала? Звонила? — закидывая в рот креветку, поинтересовалась подруга.       — Странно, но нет, — медленно проговорила я.       — Это… Это хорошо? — не понимая моей реакции, спросила Олеся.       — Не знаю. Ну, типа… Это странно. И мне это не нравится, потому что я не знаю, чего ожидать.       — Ну, мы идем завтра забирать твои вещи? — напомнила Олеся.       — Я иду забирать свои вещи. А ты остаешься дома, — улыбнулась я.       — А если она тоже будет там?       — И что? Не убьет же она меня, в конце концов, — вздохнула я.       — А если опять поднимет руку? Тебе повезло, что в этот раз синяка не осталось. Кто знает, на что она способна, — пробормотала Олеся, снова упираясь взглядом в тарелку.       — Не демонизируй ее. Да, Оксана не всегда уравновешена, но она не монстр и не маньяк. Когда-то мне даже нравилась эта ее черта.       — Неуравновешенности? — уточнила Олеся, подняв бровь.       — Непредсказуемости. Еще когда мы только начали встречаться, она могла неожиданно позвонить вечером и предложить погулять под дождем. Или заехать на машине и отвезти меня в другой город, где мы проводили все выходные, шатаясь по улицам и осматривая достопримечательности, — с легкой ноткой ностальгии проговорила я.       — Если бы за мной заехал парень и увез в другой город, я бы подняла панику, — усмехнулась она.       — Ну, она же не похищала меня. Я имею в виду, что там не было кляпа, связанных рук и всякого такого.       — И на этом спасибо. Но все же я беспокоюсь. Вдруг она изменила своим планам и решила не ходить к родителям? Она же понимает, что твои вещи остались там и что тебе придется их забрать. Ты же не можешь в моей одежде ходить все время.       — Олесь, за то время, что мы встречались, она только пару раз пропустила семейный ужин. Первый — когда сильно заболела, а второй, когда мы были в отпуске. Так что я более чем уверена — она завтра уедет, и я смогу спокойно собрать все свои вещи.       — Ну, как знаешь. Но я буду тебе писать. И если ты не будешь отвечать, я либо приеду, либо вызову полицию.       — Боже, ты параноик, — рассмеялась я, искренне радуясь, что у меня есть такая подруга.

***

      Ночью, лежа на диване, я размышляла. Думала об Олесе, которая стала мне ближе, чем кто-либо. Даже ближе моей некогда закадычной подруги Женьки, с которой мы сейчас общаемся-то лишь посредством сообщений раз в пару месяцев. Она переехала в Турцию и жила там уже не первый год.       Также я думала об Оксане. Точнее, о том, что я сказала о ней Олесе. Мне и правда нравилась ее непредсказуемость, что была поначалу, но… Сейчас, взвешивая и анализируя то, что было, я понимала, что в этом качестве я искала проявление себя. Себя прошлой. Когда была такой же неструктурной, когда мы с Леной — точнее, Мариной — устраивали квесты по Гоа и творили реально сумасшедшие вещи. Я хотела вернуть эту часть себя, вспомнить, каково быть такой. Ну, и думаю, я все еще скучала по ней. По ощущению себя рядом с ней. По ощущению «нас». И пыталась найти это в Оксане, что тоже было отнюдь не справедливо. Невозможно заменить одного человека другим. Оксана не мазь и не зеленка, способная залечить какие-то прошлые раны. И не ее вина, что я решила, что у нее это получится. Так что в том, что происходит сейчас, виноваты мы обе. И, может быть, я даже в большей степени.