***
…Лэйн выбирала свободу два долгих десятка лет, грелась на солнце и расцветала душой. На правом запястье жемчужный сиял браслет, жизнь же казалась игрой. Она никому не верила и до жути боялась любить, бежала от чувств, запираясь на сто замков. И, возможно, продолжила так же жить, но исход её был не таков. Бескрайнее море всё больше манило взгляд, а ноги вели её к пристани и маяку. Наверное, тогда зародился весь этот яд, когда влажный воздух оцарапал её щеку. Но, страшась утонуть, Лэйн не смотрела на водную гладь; корабли манили, обнажив свои паруса. Можно долго обманывать себя и лгать, но на море пришла гроза. Конец тихой гавани пришел ещё год назад, когда дикий шторм пленил храброго моряка. Тогда же по водам растёкся дурманящий яд с запахом холода и горького табака. Но девушка-ветер, кому свобода родней, сделала выбор в пользу скальных берегов, хоть не отводила взгляда она от морских огней; сердце же треснуло, когда послышался тихий зов… И тот долетает до пристани, разрывая-кромсая-круша, выдирая с корнем прежнюю зелень трав. И точно также разрывается её душа, и уходит пора забав. Пока Дмитрий тонет в черни студёных вод, задыхается в смерче, поднявшемся над кораблём, ветер надрывно плачет-кричит-поёт: «Ты стала нимфой, проклятием и бедой!» Водная гладь покрывается рябью, чернеет синь, а в непогоде белеет мужской корабль. Средь сотен далёких огней остался уже один; Лэйн накрывает печаль. И она громко просит: «Ты только его пощади: приведи на берег, пожалуйста, не забирай! – вновь тихо молится, чтобы с ума не сойти, – Господи, сил ему дай...» Сделанный выбор оказался совсем не прост, поспешен, неправилен и не по сердцу ей. Пока море и сушу связывает хрупкий мост, сердце делается черствей. Девушка-ветер, свободу свою поправ, бросается в воду, подальше от берегов. Всё-таки голос разума её был не прав – не всегда манит запах привольности и лугов. Храбрый моряк приближается к суше без корабля. Задыхаясь, плывет он на свет её маяка, а в это время затягивается вновь петля, связавшая их на века. Они будто скованы – жизнью, упрямством, судьбой – и теперь погибают, вместе идя ко дну. Проигравшие долгий и трудный бой, они выиграли свою войну. Вокруг пустота и бескрайний голубой простор. Те встречаются, точно осколки льдин; пока на просторе затихает свирепый шторм, в крови пенится адреналин. Больше нет места мыслям «что, если бы...», не хочется думать на двадцать шагов вперёд.Ведь не удастся прятаться от судьбы,
растаял серебристый лёд.