Адская прокачка

      

Пробуждение истинного монстра

      Бачира встретил меня в своей излюбленной позе — вверх тормашками, и что самое главное — на лице не было ни единой эмоции, которая бы напомнила о его вчерашнем постыдном поражении. Что же, увидь я иное — и никаких тренировок бы не было.       — Что ж, Бачира, тебе повезло, наверное, больше остальных. Твоим противником будут не киборги, нет. Твоей персональной занозой буду исключительно я. И пока ты не одолеешь меня — мир профессионального футбола для тебя будет закрыт.       — Это будоражит Я принимаю вызов!       — Тогда не хнычь, малыш, когда на лбу не останется места для новых шишек. Вперед! Условия победы те же — отбери у меня мяч и протащи его хотя бы к моим воротам. Лады?       — И даже руки не связываете?       — Детские забавы закончились. Пришло время рвать противникам глотки, так что не надейся на какие-либо поблажки с моей стороны. Вперед, обезьянка! — крикнула я, и подкинула мяч.       Естественно за ночь ничего не изменилось, и Бачира не стал совершенством, а потому результат оставался неизменным. Я читала его движения словно открытую книгу, и отбирала мяч, как только он начинал рваться к воротам.       Бачира имел офигенный арсенал умений и мяч реально любил его, но нехватка скорости, реакции, какого-то внутреннего стержня, силы — сводили все его старания на ноль. Я же была достаточно эгоистична и подлая, чтобы использовать это себе на руку.       И после 45- минутного матча, когда табло показывало счет 19:0 в мою пользу, я думала Бачиру разорвёт на куски от переполняемого гнева.       Он неистово выметал злость кулаками об землю под ногами, шипя всевозможные проклятья в мою сторону.       — Что я… Что я, черт побери, делаю не так?! Ты такой же монстр, как и остальные, так какого… я не могу тебя обойти?!       — У тебя просто не хватает силушки даже для того, чтобы открыть пасть на меня. Я уже не говорю о том, чтобы поглотить как делают это истинные алмазики Эго.       — Я стараюсь! Я реально рвусь со всех сил, но… но… — храбро сдерживал слёзы, но не собственную боль в голосе, признался Бачира. — Мне уже кажется, что зря я тогда прогнал монстра. И обретя Исаги с Рином как друзей, я потерял намного больше, чем обрёл. Я… Я… больше не чувствую себя монстром, — прохрипел он последние слова, трясясь всем телом.       — Потому что своего истинного внутреннего монстра ты еще не пробудил. А рассуждения о том, что приобрёл, а что потерял — являются абсолютно беспочвенными. Любой шаг, любой выбор всеравно несет пользу. Вспомни, разве ты чувствовал себя полным ничтожеством, когда Рин с Исаги сражались за власть над полем и своей судьбой, на своем — ином уровне? … Вспомнил? А теперь, когда в твоей головушке пробежала мысль, что ты опять можешь пробудиться, и что-то да крутое сотворить, представь… Вот просто представь на миг, что тебя все бросили… Исаги, Рин, Наги, Чигири… Ушли далеко вперед, и благополучно забыли, как и всех, кого превзошли. Чувствуешь? Это мерзкое ощущение дна… собственного ничтожества, когда вокруг лишь тьма, пустота. Заставь себя прочувствовать эту атмосферу каждой клеточкой тела, последними нейронами в мозгу! … А теперь, когда тебя начинает трусить от подступающей истерики, вспомни, кто действительно был с тобой рядом всегда, не зависимо от обстоятельств. Кто действительно являлся и является до сих пор твоим единственным другом?! И это не монстр, которого ты придумал, чтобы не ощущать себя одиноким. Ну же, вспомни! Он был раньше, чем появился монстр, и только он позволил тебе почувствовать себя особенным. Ну же, Бачира! Вспо-ми-най! — прокричала я по слогам, и со всей силы ударила по мячу, чтобы тот ударился об стену и срикошетил прямиком под ноги скрюченному и подавленном Бачире.       В следующий миг тишину разорвал радостный, немного детский, но абсолютно сумасшедший смех. Смех напополам со слезами. Что ж, это не первая истерика, которая случилась в его жизни, и скорее не последняя с моими-то стараниями.       — Это… Это был мяч. Всё началось с мяча, — как только ему удалось хоть немного усмирить свой внутренний шторм, просипел Бачира.       — Именно. Запомни, что он — единственный, кто был с тобой с самого начала, и будет с тобой до самого твоего конца. И никакой Исаги или Рин не заменят тебе того ощущения, когда ты с мячом становишься одним целым, когда он является неотъемлемой частью тебя самого! Забудь о них всех. Твоему собственному эго не нужны ни что и никто. Тебе не нужно кому-то что-то доказывать. Пойми! Воссоздай ту самую связь, которая возникла, когда ты впервые прикоснулся к мячу. Вспомни те эмоции!       — Я тогда еще не знал, что с ним делать. Он был большим, и я даже толком пинать его не мог, — тихо делился своим прошлым Бачира, медленно перекатывая мяч между ног. — Но… Мне даже такое действие приносило безумную радость. Видеть, как он котится просто от одного моего касания… Это… Это… будто…       — Ты поймал своё счастье, ведь так? — действительно по-доброму переспросила я.       — Да… Да… Именно его!       — А теперь прими тот факт, что твоими сверхсильным оружием является именно счастье. И в нашем случае, пока ты не научишься полностью погружаться в те ощущения, что были при твоем знакомстве с футбольным мячом, или наоборот не воскресишь их настолько, что они заменят всю эту реальность, ты не станешь ни лучшим, ни кем-то стоящим. Понятно?       — Вы осознаете, как это странно звучит?       — А ты понимаешь, что достаточно тебе воскресить ту особую связь, позволить кайфу от игры заполнить тебя до последней клетки, как для тебя откроются неизведанные горизонты твоих возможностей. Тех, кто играет действительно себе в кайф, никому не под силу остановить. Это высшая точка эгоизма, которую ты обязан достичь. И не ради меня, нет, а ради себя — в первую очередь. Хватит требовать от себя невозможного, начни с азов. Проживи просто этот день не отпуская мяч не на миг. Воссоздай ту крепкую связь, которая возможна только для тебя, исключительно тебя и никого другого, — дала я последние наставления, и покинула персональную тюрьму Бачиры.              Хотя его личной тюрьмой были лишь его собственные мысли и предрассудки, и я надеялась, что в ближайшее время пробудится истинный монстр, которому будет под силу превзойти даже меня.