Адская прокачка

      

Огненный бес

      Дело было на следующий день после того, как я пробудила в Бачире его новое старое «я», и заставила прожить весь день не выпуская мяч…       — Ну что, мой непуганый ещё зверёк, лафа закончилась. К мячику привык? Молодец! А теперь сумей удержать друга! Ибо это он у тебя один единственный друг, а вот у него — их дохрена. И чхал он на твои заскоки. Вперед! — крикнула я, и на полном серьёзе сорвалась с места и вышибла мяч из-под его ног.       Фактически, все последующий часы Бачира то и делал, что пытался всевозможными способами избегать столкновений с бешенной мной, не теряя при этом мяча. Бедняжка)       Это была моя любимая игра — «Убойные салочки», где один игрок со вкусом загоняет жертву, используя любые методы, и не страдая при этом никакими муками совести. Страх и боль наполняли всё пространство, ведь мяч раз за разом превращался из друга во врага. А каждое падение моей жертвы заканчивалось очередным синяком.       — Блять, Бачира, ты словно муха. Я тебя сейчас одним махом прихлопну. Соберись, твою мать! Не можешь просчитать мои движения, так управляй чёртовым мячом! Тебе же боженька зачем-то дал ноги и мозги… Используй, блять, их! — орала я, теряя остатки терпения.       Казалось, еще пять минут, и я превращусь в маленькую копию Кунигами или Баро, и стану мячом тупо выбивать дух из этого прыгающего недоразумения.       — Дебил кривоногий, с такой реакцией тебя и черепаха уделает! Изворачивайся! Прыгай! Приклей чёртов мяч к ноге! Я не хочу увидеть у тебя чудо-приёмы Наги, но, чёрт побери, мяч ты обязан приручить!       — Как же я хочу зарядить этим мячом вам прямо в лицо, — пробубнил себе под нос Бачира, в очередной раз лежавший поломанной куклой на земле.       — Так зарядИ! Может хоть тогда я перестану тебя за одноклеточное принимать!       — Ненавижу!!!       — Тоже мне новость) — хмыкнула я. — Вставай, я не собираюсь ждать, когда ты соизволишь эволюционировать. Усложняем задачку… Сдашься или сдохнешь — всё это исключительно твои проблемы. Другие уже давно впереди тебя, — недовольно продолжила я, и кинула в него эспандер для коленей со специальным фиксатором, чтобы тот не спадал.       — И чего? Мне что реально с этой фигней играть?!       — Именно. Прокачаем твой дриблинг таким способом. По крайней мере, с таким расстоянием между ногами, украсть у тебя мяч будет посложнее.       — Какой нафиг дриблинг?! Я ходить нормально не могу!       — Указать, где выход из СТ, или может напомнить о том, какой мир тебя ждет за её стенами?       — Тварь!       — Не спорю. А ты — сопля! А я хочу видеть монстра, который будет гореть, в прямом смысле, от игры. Не разочаровывай меня еще больше! — бросила я, и указала на измененное поле в зале. — Это не совсем классические «классики», но принцип остался тот же. Доведи мяч до ворот, исключительно дриблингом, в порядке цифр. Вперед!       Сначала я ржала сквозь слёзы, потом материлась как сапожник, а в итоге, ради сохранения собственной психики и душеньки в тельце Бачиры, покинула его персональную тюрьму, и ушла спускать пар на другой жертве.       Когда же под конец дня мне стало немного лучше, и я наведалась к Бачире, то обнаружила того полуживого, всего в пластырях и бинтах, но уже хотя бы в пятнадцати метрах от ворот.       — Неплохо. Вот только ты долго «стоишь» в этом квадрате. Каждая даже не секунда, а миллисекунда, ценная и является решающей, — сказала я, и подхватив еще один мяч с полки рядом, отправилась играть вдогонку Бачире.       Мне это было в кайф, заодно вспомнила как прыгала через скакалку в свои школьные годы, при этом умудряясь не выпускать мяч. Ммм… Чудные времена судорог, боли и … кайфа, от того, что вскоре начинало всё получаться.       Нырнув в свои воспоминания, не заметила, как не просто догнала Бачиру, а и перелетев с последнего квадрата хороших три метра, неосознанно пяткой забила гол в ворота.       — О-фи-геть! Я тоже так хочу! Это было… было… словно танец.       — Любая игра словно танец. И ты тоже у меня затанцуешь, как только я увижу, что ты научился управлять своим телом, чувствовать каждую мышцу… Если увижу…       — Увидете! — огрызнулось это побитое чудо, и глаза его полыхнули как падающая комета.              Следующие несколько часов превратились для него в очередной круг ада, а я едва не охрипла. Мне реально каждую минуту приходилось указывать на допускаемые ним ошибки. Раз за разом, а он, гад безмозглый, всеравно продолжал их делать. А каждое падение заканчивалось не просто очередной травмой, но и начинаем «игры» заново.       Если в предыдущей игре я вышибала его буквально мячом и своими движениями, то теперь комментариями. Я буквально чувствовала, как каждое моё слово, словно забиваемый в его гроб, гвоздь, но хотелось верить, что хоронить придется старого Бачиру, а вместо него жить будет новый.       Но не могу утверждать, что он был вконец ничтожеством, так как какие-никакие успехи, но были. Реакция и скорость ударов так точно на несколько процентов возросли, но это было ещё капец как мало. К тому же, оставалось ещё дофига показателей, которые нужно было буквально в геометрической прогрессии увеличивать.       Радовало, что Бачира, как и мяч у его ног, не смотря на все удары, всеравно возвращался, и бился, сражался за каждую последующую минуту игры.       Мой монстрик закалялся, как реальное железо в печи, под мощными ударами, прессом и адовым пламенем.       Когда его ноги хоть немного привыкли к непомерной нагрузке, мощным и одновременно молниеносным ударам, я снова подняла планку наших тренировок. И теперь те же классики больше напоминали минное поле, где любой из почти 70 квадратиков, мог быть ловушкой. Я специально настроила почти с три десятка боллардов, которые «выстреливали» в хаотическом порядке на пути Бачиры к воротам. И помимо задачи — забить гол, ему необходимо было проскочить их, не потеряв при этом мяча.       После десятка попыток, когда он стал привыкать к подобного рода непредсказуемым преградам, в игру вступила я. У меня же была цель — играя по тем же правилам, любыми способами отбирать у него мяч. Тот считался потерянным, если упадет на поле вне пределов того или иного квадрата.       Вы когда-то наблюдали битву двух одержимых псов, дерущихся за один единственный мячик? Мы не гнушались толкать друг друга, используя мяч для удаления противника с поля, а сами болларды из препятствий превращать в своего рода преимущество, чтобы оттолкнувшись, использовать пространство для дальнейших маневров.       Сколько раз тело уворачивалось буквально в сантиметре от земли, а мяч вновь и вновь взымался вверх. Сколько раз прыжки на грани физики спасали от проигрыша в последние секунды. Сколько… Просто не счесть. Когда же стало ясно, что Бачира научился чувствовать пространство вокруг себя, я опять-таки усложнила задачу.       Мне хотелось, чтобы он подобно демону умел использовать как землю, так и пропасть у ног. А потому наша игра поднялась на полтора метра ввысь, и теперь приходилось вести мяч не по ровному, хоть и поделенному на зоны, полю, а по отдельно поднятым на высоту, его фрагментам.       Фактически, поле приобрело вид головоломки, которую мало было пройти. Как и в предыдущие разы, на этом этапе был свой рейд бос — я. И мне было пофиг, насколько хреново в тот момент было Бачире, только вперед, только хард кор, и никаких послаблений.       Правда ему, не смотря на помятый вид, походу их и не нужно было. Не помню конкретно на каком очередном подходе он зажегся, но это однозначно почувствовалось. Ещё не на том уровне, которого мне лично хотелось, но всё же…он кайфовал. Как уголёк, что с каждым вздохом, только всё больше распалялся, разгорался.       И я с нетерпением ждала того момента, когда он загорится в полную силу, и реально станет если не пожаром, то воплощением адского пламени точно.       Так вот, такой игрой на высоте, я добивалась от него не просто развития умения использовать пространство, а и реакции тела на такой вид сложностей. И когда этот монстрик из игры стоя перешёл в игру на руках, у меня даже что-то похожее на гордость воспылало в груди.       Перескакивая с квадрата на квадрат с помощью рук, сальто и прочего, он не переставал крутить мяч вокруг своих ног, будто тот был реально приклеен к ним.       Я будто видела элементы флоу или спина из баскетбола — в футболе, которые выполнялись без использования рук.       И улыбка Бачиры, как ничто другое говорила, насколько он сам в восторге от того или иного трюка. Что ж, я только приоткрыла для него шкатулку Пандоры со всевозможными трюками. Их изучения и адаптация под свой стиль — уже были исключительно его работой.       Однако и этого мне было мало. Одними финтами врагов не победить. К тому же, я всё же не добилась от него нужной мне реакции его тела на тот или иной мой выпад. В итоге, приняла решения добавить еще одну изюминку в наши тренировки.       — Почти неплохо, блоха. Движения стали быстрее, не спорю, но ты всё также предсказуем. Просто капец! Я хочу увидеть на поле чёрта, беса, который будет двигаться так, что самому мирозданию будет невдомёк, где ты возникнешь и что вытворишь. Ясно?!       — А если нет, это что-то изменит?       — Нет. Я просто опущу тебя на еще один круг ада… Всего лишь… Как, кстати, у тебя с танцами?       — Эээ… В каком смысле?       — В самом что ни есть прямом)       — Бля… Мне, кажется, впервые за прошедшие дни стало страшно. Эээ… танцы это не моё… вообще…       — Плохо, очень плохо. Значит, всё будет хреновее и больнее, чем я представляла.       — А может не надо? Я готов всю ночь тут без отдыха пахать, только…       — Можем совместить, — «мило» перебила я его.       — Нееее… Не нужно…       — Ты чувствуешь мяч, кое-как научился двигать ноги, но я хочу, чтобы ты контролировал и использовал каждую мышцу своего тела. Знаешь, кто по скорости передвижения ног бьёт рекорды в мире? Танцор! Такие, как танцоры танго, самбы, квикстепа, зумбы и прочего, дадут жару любому футболисту. Причём они же двигают не только ногами, работает всё тело, все до единой мышцы. Я не собираюсь угробить на тебя чёртову кучу времени, обучая латиноамериканским танцам. Это не ко мне, но базовые движения я вобью в тебя точно! Они должны быть на уровне рефлексов, то или иное па обязано быть как обычный вдох или выдох.       — Ты издеваешься?!       — Я ещё и не начинала по-настоящему издеваться. А теперь прикуси язык, и повторяй!              Через пару часов Бачира представлял собой одну сплошную гематому с глазами, в которых быль плескалась на пополам с ужасом.       На самом деле мне был понятен его шок и ужас, вряд ли какого-либо футболиста в мире заставляли вилять бедрами и соблазнять движениями. Но в любых испытаниях, которые я с изобилием сыпала на голову Бачиры, был свой смысл. И будь у него хотя бы десятая часть пластичности Локи, всё могло бы сложится несколько иначе, но увы… приходилось прокачивать её буквально с нуля. Ведь для следующего этапа моего плана она была нужна, как воздух огню.       А ещё Бачире всё также не хватало пламени. Он и не гаснул, но и не загорался на полную мощь.       И когда спустя несколько часов болезненной, жуткой ковки «Бачиры-танцора», у меня опять начали сдавать нервы, я приняла феноменальное решение — бухнуть. Благо, мой термос никто не додумался проверить на входе в СТ.       И когда после третьего глотка, приятное тепло прошлось телом, вместе с улыбкой в мою голову пришла очередная гениальная идея. Я аж ручки злобненько потёрла.       — Я знаю, как тебя быстро апнуть, а заодно пробудить в тебе кроме пластичности, ещё и вулкан энергии!)       — Грохнуть, и воскресить?       — Сыграем) Каждый раз, когда я у тебя буду красть мяч, ты будешь делать глоток … отсюда. Если же… Если ты всётаки умудришься забить гол, я выполню твоё желание. Вперед! Начали!       Кто бы сомневался, что через полчаса в зале была в приподнятом настроении я, и один неокрепший, незакалённый алкоголем, молодой организм.       — Бля… Вы хуевый тренер. Я теперь вообще не понимаю, где ноги, а где руки. Бля…       Понаблюдав за его кислой миной и взглядом, что был сосредоточен исключительно на термосе в его руках, я подошла и забрала тот. Но только, чтобы за минуту опустошить его окончательно.       — Мда… Пол-литра коньяка… И главное, счёт некому выставлять. Но, зато какие плюсы! :)       — Какие? — автоматически переспросил шатающийся Бачира.       — Усталость? Боль? Поможет алкоголь! — рассмеялась я собственной шутке. — А если честно, сейчас, когда тебя не сдерживают вышеперечисленные вещи, а тело фактически принадлежит не тебе, в самый раз сыграть по-настоящему. Или ты зажжёшься сейчас, или я удобрю тобой газон, а голову отдам Баро в качестве мяча. Играй так, как будто от исхода зависит твоя жизнь! Ибо это правда, и я шутить больше не намерена, — строгим, серьёзным голосом закончила я, и ударила мячом об стену так, что осталась небольшая вмятина, а от звука даже сердце пропустило удар.       — Сыграем, — вставая в стойку, ответил не менее серьёзным голосом в стельку пьяный Бачира.        Первые 15 минут, наверное, были самыми сложными в его «новой» жизни, но когда он вошёл во вкус, на поле резко стало жарко. То, на что никогда не решится здравомыслящий человек, пьяный сделает легко, и даже не напрягаясь. Когда алкоголь вместе с кровью разнесся по всему его телу, заставив то пылать, Бачира резко стал непредсказуем даже для меня.       Сколько раз он кидался на меня, словно бешенный, с перекошенным от переполняющих его эмоций, лицом. Он буквально таранил меня, и при этом умудрялся всего в сантиметре от столкновения тел, словно ветер, проскользнуть, не задевая меня. Какой там мяч, когда меня изнутри разрывало на куски: мозг требовал одного, тело — другого, а ещё были рефлексы.       Мы носились по всему футбольному полю, отрываясь на полную катушку. Это был иной уровень игры, соперничества. Пот стекал реками, картинка перед глазами менялась настолько резко, что мне реально приходилось иногда напрягаться, чтобы не ударить в грязь лицом.       Зато Бачира буквально летал, исчезал и возникал так, будто видел мир как-то иначе. Глаза цвета расплавленного золота постепенно превращались в два костра, а каждое его движения после себя оставляло в воздухе огненный след.       Когда воздуха стало катастрофически не хватать, а Бачире всё было мало, я перешла к последнему этапу. Фактически, ему это уже было не так нужно, а вот мне надо было поймать свою волну. А потому, скинув мешающую форму, и оставшись только в майке и шортах, я включила трек «Venom» Eminem на повторе, и пошла в разнос.       Не знаю, сколько длился этот хаос. Мне лично было всё время мало. Мяч превратился в шальную пулю, а поле — в реальный ад.       Помню, в какой-то момент ведя мяч под ритмы песни, я обратилась к Бачире:       — Гори, пылай, ощущай всё! Смотри на весь мир через пелену огня. Сжигай в прах бросающих тебе вызов. Вспыхивай на всём поле! Это твоя территория с ТВОИМИ правилами. И твоей единственной целью является — захватив мяч, не потерять его, и забить гол. Считай, словно это твой ключ к будущему, к воротам из ада, в мир еще большего могущества. Просто наслаждайся ударными ритмами мяча, своего сердца, своего неистового желания играть и побеждать!       — Хочу! Хочу ещё! Играть! Играть! Играть! Монстр хочет поиграть! — повторял пылающий Бачира жутким, потусторонним голосом.       И мы продолжали наш бесконечный бой, игру, где каждое движение было словно смертельный танец.       Не скажу, что прям на равных, но мне определенно перестало быть с ним скучно. И хотелось лишь верить, что когда монстр протрезвеет, огонь не потухнет в его крови.       Остановиться нам пришлось, когда от пышущего жара хотелось уже снять с раскалённых костей все мышцы. И зная причуды Бачиры, это хорошо, что до стриптиза не дошло. А то как-то статья за спаивание несовершеннолетних меня напрягала меньше, чем возможное обвинение в педофилии. А потому, пока не стало совсем поздно, я поспешила покинуть Бачиру. И так, часы показывали полпятого утра.       Даже странно, что Анри не нагрянула вечером, и вообще никто не обратил внимание на отсутствие одного игрока. Но да ладно, не мои проблемы. Самой бы остудиться, пока окончательно крышу не сорвало, и не потянуло на очередные приключения и свершения.