На борту космоса

— Чëртовы всеслышащие уши... — пробубнил Трекер, ворочаясь с одного бока на другой. Ему никак не удавалось заснуть, а всë потому что приспичило проснуться посреди ночи не по своему желанию. Повозившись так ещё минут десять и прождав столько же просто, чтобы сон появился хоть в одном глазу, басенджи решил, что так дело не пойдëт. Лучше уж дойти до медблока и взять снотворного, чтобы не мучиться. Так он и поступил, твëрдо встав на пол.       Не став обращать внимания на всех спящих, он прошëл в коридор, осторожно ступая по полу. Раньше ему было непривычно ходить так одному по кораблю, но со временем он уже свыкся со своими проблемами, а лапы никак не доходили, чтобы купить беруши или что-нибудь подобное. Дома ему никто не мешает, так что и нужды не было. В коридоре горел слабый свет, просто чтобы не встретиться мордой со стеной, чему пëс был несказанно рад. Дойдя до цели, двери сами его впустили в комнату, и спросонья парень даже не сразу заметил полулежащую на полу у стены фигуру. Протерев глаза для ясности, он наконец-то увидел знакомые черты. Подойдя быстрым шагом, так как для бега не было сил, он присел на колено рядом с парнем. — Так! Так! Очнись! — тряс он ретривера за плечи, даже похлопывая одной рукой по щеке, но тот не отзывался. Ото рта до подбородка тянулась алая линия крови, а на губах едва заметна белая пена. Заметив это сквозь темноту, басенджи начал ещё сильнее трясти друга, наконец-то додумавшись прощупать биение сердца или хотя бы пульс. Хоть всë это отсутствовало, Трекер предпринял ещё несколько безуспешных попыток достучаться до ретривера через пелену смерти. Наконец-то поняв, что он уже ничего не сможет сделать, парень помчался в спальную комнату, после чего примостившись рядом с Маршаллом на коленях, начал трясти теперь его. — Маршалл! Маршалл!       Тот довольно быстро открыл сонные глаза, а проморгавшись, посмотрел на парня. — Трекер? Ты чего это не спишь? Снотворные не нашëл?— последняя фраза была произнесена в шуточной манере медика, что прибежавший успешно проигнорировал, едва не кусая когти от волнения. — Что-то серьëзное? — Там Так в медотсеке... И он, похоже, мëртв... — проговорил он, стараясь рассказать всë как можно короче, но информативно, без запинок. — Как? — спросил далматин, подскочив. — Я сам не знаю! Шëл как раз-таки за снотворными, а он там лежит! — объяснил басенджи. — Пошли, — скомандовал голубоглазый, чуть ли не летя в медотсек и таща за собой басенджи, который едва успевал переставлять ноги. Как только они вошли в комнату, в глаза сразу бросился Так. Маршалл осторожно начал его осматривать, и в первую очередь обратил внимание на кровь и пену, параллельно прощупывая пульс на шее и сердцебиение на груди. — Он что, таблеток наглотался?!       Рядом, но в совсем тëмном углу были открыты несколько пачек медикаментов, явно говоривших о правдивости слов голубоглазого. Трекер, видимо, просто не заметил их, когда только-только заметил его. Голубоглазый не нашëл и намëка на то, что ретривер мог быть жив, поэтому шумно выдохнул, помотав головой из стороны в сторону: — У него не было шанса. Если бы он хотел выжить, то попытался бы вызвать рвоту или побежал бы к нам, так что смею предположить, что таблетки он по своей воле съел, — констатировал Маршалл. — Я не знаю, почему он сделал такое... — Я, кажется, знаю, — выдал Трекер. Далматин посмотрел на него, ожидая ответа. — Возможно, он так сильно тосковал по Элле, что не выдержал и...       Последовала короткая пауза, чтобы оба поняли, что басенджи подразумевал под остановкой в речи. — Они и вправду были очень близки, так что следовало ожидать этого, — пятнистый встал с пола. — Идëм. Ты сообщишь Центру, что у нас ещё одна потеря, сменщик нашего оператора должен быть на связи. А я полностью соберусь и займусь работой. Не заходи сюда в ближайший час.       Трекер молча кивнул, после чего развернулся к выходу. — Ах да! — Маршалл осмотрел лежащие пачки медикаментов и, найдя в них снотворное, всë таки смог найти пару таблеток, после чего потянул руку к уходящему из комнату псу. — Возьми. — Спасибо, — поблагодарил друга Трекер, после чего взял одну и ушëл в коммуникации. Ноги будто сами вели своего хозяина, который начал чувствовать себя, мягко говоря, странно: за прошедшие дни, басенджи не раз видел, своих близких друзей либо мëртвых, либо в слезах отчаяния, но именно сейчас ему стало не по себе, при виде Така. Что же вызвало такую реакцию он не знал, но именно с этими мыслями он дошëл до своей цели. Усевшись за аппаратурой он надел наушники, чтобы не вызывать лишнего шума, после чего сказал в маленький микрофон на них же. — Центр, это КК-7.       Молчание, которое продлилось не так уж и долго. — Приëм, то есть, привет! Что-то случилось? Мне уже рассказали всë, про ваш случай,— запнулся оператор на том конце провода. — Так умер, — сказал пëс. — Какой ужас... Как это произошло? Тем более посреди ночи! — Он наглотался таблеток, а я нашëл его. Маршалл сказал, что было поздно и... — растерялся Трекер. — Мы бы ничего не могли сделать. — Он сам это сделал? Но почему? — оператор, видимо, ответа на этот вопрос и не ожидал услышать, но всë таки получил его. — Скорее всего очень сильно тосковал по Элле, никак иначе, — выдвинул теорию он. — Я очень надеюсь, что это всë, ведь верно? — Да, больше ничего не было. До свидания... — До свидания, то есть, до связи!       Послышался щелчок, после чего связь оборвалась. Трекер выдохнул, пройдя в спальную комнату. Там он проглотил таблетку и провалился в темноту сна.

* * *

      Маршалл постарался как можно скорее расправиться с внезапной работой, но голова отказывалась работать в такое время, да и тем более не над считанием баранов или звëзд. Пятнистый выдохнул с облегчением, когда разобрался с телом и выкинул все пустые коробки от медикаментов, а в «живых» остались лишь несколько штук таблеток, имя которым успокоительное, и раннее найденное снотворное, что медик хотел и сам выпить, но только сейчас размышлял: стоило ли поднимать ещё кого-нибудь, да и ради чего? Как по итогу он плюнул на всë с высокой колокольни, решив, что расскажет утром про ночные происшествия. Конечно, он не забыл удостовериться в своих словах, что шпион в этой смерти не причëм, подëргав люк, который был намертво прикручен к полу. Идти к камерам не стал. Он вернулся к спящим друзьям, глянув на время, которое показывало глубокую ночь, а покрутившись в кровати, заснул.

* * *

      Утро. Гончик как всегда будил всех, но не нашëл в комнате Така, из-за чего хотел пойти на его поиски. Еле открывший глаза Маршалл остановил его: — Стой. Ты не найдëшь Така. — Почему это? — удивился овчар. — Он наглотался таблеток ночью. Трекер увидел его, когда шëл за снотворным, — разъяснил он с трудом. — Как? — прозвучал пустой вопрос. Все проснувшиеся прекрасно слышали диалог друзей из-за чего впали в ступор. — То есть, шпион здесь не причëм? — Нет, амиго. Он просто мог сильно скучать по Элле, — басенджи протëр глаза, встав на ноги. — Люк привинчен крепко, а если бы он и хотел передумать, то вызвал рвоту или прибежал к нам. Все факты сходятся, — проговорил голубоглазый. Следующая фраза последовала в обиженной шуточной манере. — Мог бы и до прилëта подождать. Только таблетки зря перевëл. — Уже сообщили Центру? — спросил овчар. — Да, я ночью уже всë рассказал сменщику нашего оператора, — Трекер зевнул. — Да нас всë меньше и меньше... — протянула Эверест, осмотрев всех присутствующих. Рокки, Маршалл, Гончик, Скай, Трекер и она сама. Единственные, кто ещё остался жив. — Скай, сколько нам ещё лететь то осталось до базы? — Примерно два с половиной дня, — ответила кокапу. — Если верить прогнозам нашей базы, то всë должно прекратиться, но если здесь есть ещё и второй шпион, которого не увидели глаза Центра... Не значит ли, что всë может ещё продолжиться? — спросил Рокки. Все помолчали, обдумав сказанное дворнягой. — Наше предложение всë ещё в силе. Находим шпиона — в открытый космос, — напомнил Маршалл. — Я думаю, Центр будет только рад, если мы наконец-то избавимся от Вырезателя, да и от ещё одного шпиона, если он здесь есть. — Нас пожизненным запасом собачьих лакомств наградят, хотя это навряд ли. Мистер Финч просто похвалит и всë. На этом награда закончится, — сказала хаски. Все усмехнулись, что действительно, большой благодарности ожидать от Босса не следует, хотя, наверное, операторы и основной состав работников будет очень благодарен им. Если они вообще долетят.       Ребята уже свыклись со столь частыми потерями на корабле среди их друзей, так что старались не обращать внимания на всë нарастающее напряжение. Чувство, что ты можешь стать следующей жертвой шпиона очень тянуло вниз тяжëлым камнем, но даже не смотря на это, работа, которая осталась в совсем малом количестве у некоторых, заставляла отставить все мысли в сторону и сосредоточиться на ней. — Что ж, у кого ещё осталась работа? — спросил овчар. Подняла руку Скай, так как пилот всегда должен быть за штурвалом, и в случае опасности увернуться, например, от метеора или астероида. Поднял руку и Трекер, которому нужно сначала осмотреть своë оборудование в коммуникационном модуле, а потом и оба свалившихся на него двигателя. — У меня работа заключается только в осмотре оборудования в кислородной. Я могу осмотреть плюс к этому электричество и реактор, — предложил Рокки. Капитан задумался, после чего кивнул. — Я тогда снова посмотрю запасы еды, так как выполнил всю работу, — сказал Маршалл. — Получается, я и Эверест свободны? — приподнял брови Гончик. — Я технически всегда свободна, — заметила девушка. — Но что мы тогда будем делать? — спросил он. — Либо отдохните, либо порасследуйте, если что найдëте, — предложил Рокки. — Да, втроëм мы найдëм, что поделать, — Маршалл улыбнулся, не смотря на обстановку. — Тогда пошлите сначала на зарядку, — повела всех Эверест.       Сначала была элементарная зарядка: наклоны головы, туловища, прыжки и повороты, а потом уже перешли к йоге. — Хей, Маршалл, у нас сейчас поза кошки, а не спящего пса! — чуть рассердилась хаски, смотрела сопящего в странной позе далматина. Все рассмеялись, из-за чего голубоглазый медик проснулся. — Что? — переспросил он, зевнув. — Так, дружище. Давай ты сейчас пойдëшь спать, а не пересчитывать запасы еды, хорошо? — предложил овчар, глянув на пятнистого с улыбкой. — Ну, ладно. Просто разбуди меня, когда вы пойдëте расследовать, — попросил он, развернувшись в сторону спальной комнаты. — Да-да, конечно, — с сарказмом протянул Гончик. — Сначала отоспись, а потом уже расследуй, герой. — Так, а теперь продолжаем. Поза птицы...       Так они и сделали разминку под руководством Эверест. Благо, она не заставляла их бегать кругами по кораблю, за что ей огромное спасибо. Пересчëт прошëл очень скучно и нудно, а результаты были такими же: всë в норме и будет замечательно. Маршалла будить никто не стал, так что Эверест и Гончик решили сами позаниматься их расследованием, которое всë не могло вывести их на след предателя в их коллективе. Или даже предателей. — Что мы будем сейчас делать? — спросила хаски, находясь в комнате камер вместе со своим другом. — Попробуем осмотреть места убийства Либерти и Рекса. Может быть мы что-то, да найдëм, — огласил своë решение парень. — Разделяться будем? — уточнила девушка. — Ни в коем случае, — сразу же начал отрицать овчар, помотав головой. — Сейчас нужно стараться меньше разделяться. Так меньше шансов на то, что нас поймает шпион. — Ну а если мы ничего не найдëм? Что будем тогда делать? — ещё начала заваливать вопросами капитана она. Тот ловко ответил на все одним ответом. — Мы должны попробовать разобраться, сколько на нашем корабле шпионов: один или два, — Эверест непонимающе выгнула бровь. — Когда мы говорили с более старыми операторами Центра, они упомянули, что отличают многих шпионов путëм, так скажем, стилей убийства и по саботажам. Вот и мы попробуем сопоставить одно с другим. — А, теперь понятно, — протянула она. — Тогда куда пойдëм сейчас? — Давай в реактор. Он ближе.       Они вышли в коридор и сразу же встретились с выходящим из комнаты Рокки. — Привет, Рокки. Как там всë? — спросила очевидный вопрос девушка. — Всë замечательно, — он улыбнулся одному лишь голосу Эверест, что радовал его каждый день. — О! — вспомнил что-то Гончик. — А ты не можешь сказать, как точно произошла дестабилизация реактора?       Механик объяснил всë в мельчайших подробностях, на что пара детективов усердно кивала, но когда тот понял, что они ни черта не понимают, сказал им кратко: расшаталась деталь, из-за чего потребовалась стабилизация. — Возможно, сначала произошло убийство Либерти, а потом уже шпион похимичил с поломкой, — пояснил дворняга. — Скорее всего, — кивнула Эверест. — Что ж, ещё увидимся! — Ага! — попрощался механик, уйдя к себе. — Так-с, а мы теперь должны осмотреть здесь всë, — сказал овчар.       Самая главная надежда была на нахождение хоть шерстинки шпиона. Оттенки шерсти оставшихся довольно разнообразные, чтобы понять, где был чей. Но, как на зло, ни Эверест, ни Гончик не нашли ничего. Далее они направились в щиты, где так же стали прошаривать каждый миллиметр пола в надежде найти зацепку, как делали в нижнем двигателе раньше. Слышались стуки головы о голову и шорохи, но никак не радостного возгласа, что что-то найдено. Им ничего не осталось, как пройти в главный зал и обсудить тогда второе дело. — Почему именно главный зал? — удивилась хаски, так как обычно они всë обсуждали в более безлюдном месте. — Здесь легче соображать, — усмехнулся овчар. Девушка точно также рассмеялась, но согласилась с высказыванием. Здесь обстановка была в разы легче и свободнее, так что думать здесь было действительно легче, чем на камерах. — Нам надо как-то связать все убийства и саботажи, да? — спросила хаски. — Да. Для этого давай разберëм убийства, для начала. Крепыша придавило, как будто это инцидент, Эллу задушили, Зуму убило током, Либерти и Рекса связывают ножевые ранения, наверное, а Так не в счëт, — перечислил кареглазый. — Я бы связала убийство Зумы и Крепыша, как они оба настроены на «случайность», а остальные, как «насильственная смерть», — после минуты молчания сказала девушка. — А саботажи все сразу подстроены под случайность, — продолжил овчар. — И при этом случайность и насильственно никак не свяжешь, — нахмурилась хаски. — Возможно Вырезатель так с нами играется, — несмело предположил Гончик. — А возможно у нас просто два шпиона. — Учитывая, что этого Вырезателя никак не могут поймать, то скорее вероятен первый вариант, и ему просто скучно, — кивнула головой голубоглазая. — Но меня никак не отпускает ситуация с Таком... Вдруг его заставили напиться таблеток? — Тогда пошли посмотрим камеры. Если они отключались, значит шпион замешан в этом, а если нет, то это однозначно самоубийство, — предложил капитан. Эверест не стала медлить, и сразу же согласилась.       Но сначала они зашли к Маршаллу, чтобы его разбудить. Да, он устал с ночной беготнëй, но уже совсем скоро обед, так что ему пора бы проснуться. — Сколько я проспал? — спросил далматин, потянувшись и сладко зевнув. — Почти до обеда, а мог и дольше, — улыбнулся Гончик. Голубоглазый чуть удивился такой новости, но всë же встал. Друзья кратко посвятили его в курс дела и что они надумали про шпиона, так что уже скоро ребята были одни единственные в задней части корабля. Как только они зашли в комнату и подошли к камерам, их встретили мониторы, с высветившейся надписью «нет сигнала». Хаски очень удивилась такому и стала переподключать некоторые кабели, но всë было без толку. Тогда они направились к Трекеру в коммуникации, ведь именно оттуда шëл весь сигнал по кораблю. Открывшиеся двери даровали троице такую картину: стоит басенджи около всей аппаратуры и то что-то отвинчивает отвëрткой, то прижимает плоскогубцами. Как только он их заметил, сказал: — Это не то, о чëм вы втроëм подумали, — парень сглотнул. — А вот я думаю, что это именно оно, — протянула Эверест. — Что ты делаешь? — неожиданно строго спросил Маршалл. — Я-я... Кто-то перекрутил здесь все винтики, вот я и пытаюсь всë вернуть, — разъяснил он. — Возвращает он. Ага, конечно. Гончик, созывай всех на собрание. Кажется, мы нашли Вырезателя, — сказала победно Эверест, вместе с Маршаллом заслонив проход, чтобы басенджи никуда не убежал. Овчар пошëл за Рокки и Скай, быстро сказав им о ситуации. Собрание решили проводить прямо в коммуникациях, чтобы специалист в лице Рокки определил, врëт ли Трекер. — Итак, друзья мои, похоже, мы нашли шпиона, — указав на сидящего в углу Трекера сказал Гончик. Тот понурил голову, но при первой возможности начинал отстаивать свою точку зрения, что он не шпион. — Рокки, осмотри модуль и скажи, ломал Трекер или чинил. — Хорошо, — ответил дворняга, после чего начал шуршать в проводах и винтиках. Последовало несколько минут томного ожидания, после чего механик вынес вердикт. — Судя по всему, он ломал модуль. — Но его никак нельзя было бы починить, если бы я сначала не отвинчивал винты, а потом только ставил всë на место! — возразил басенджи. — Ты врëшь! — Трекер, ты имеешь право хранить молчание, пока мы тебе не дозволим говорить, — не поворачиваясь в сторону обвиняемого, ответил кареглазый капитан. Тот замолчал, не усугубляя ситуацию в свою сторону. — Все улики против тебя. Ты говорил раннее, что у Така были ночью загоны по поводу Эллы. Так может, ничего такого не было и ты просто давил на него или подталкивал к самоубийству? — предположил Маршалл. — И камеры тоже мог отключать ты, вот так играясь с проводами, — продолжила голубоглазая. — Да и почти никто тебя не навещает в процессе работы, и люк здесь имеется, так что ты мог спокойно совершать все убийства, — уже вступила спокойно Скай. — Только ты можешь иногда ходить к остальным. — Ну и что мы будем с ним делать? — спросил Рокки. — То же, что и собирались делать с найденными шпионами, — проговорил Гончик, махнув Маршаллу и Рокки на басенджи. Далматин грустно кивнул, до сих пор не понимая, почему Трекер делал такие зверства с их друзьями. Обвиняемый пëс что-то кричал, но никто его уже не слышал. — НЕТ! Я НЕ ВИНОВЕН!       Дальше всë было, как в тумане: плотно закрытая дверь, после которой следовало помещение со шлемами и прочими нужными вещами для выхода, неугомонно кричащий Трекер, а после и выход в открытый космос. Рокки отрыл дверь, а ребята вытолкнули, казалось бы совсем недавно их друга. Далее они смотреть не стали. Зашли назад к ждущим девушкам.