Faded rainbow

Воодушевленный своей маленькой «победой» (затащить Минхо в воду было той ещё задачкой), Джисон тут же перешагнул водную линию. Минхо же неуверенно остановился на самом краю берега, оглядываясь в поисках чего-то плавучего, но, не найдя ничего, теперь смотрел на довольно улыбающегося Джисона. — Чего замер? Давай же, иди ко мне, — Хан протянул к нему руки, подзывая к себе, как ребёнка на ручки. Вопреки всему своему недовольству, Ли всё же шагнул вперёд, взявшись за протянутые к нему ладони. Вот, он в воде. Дальше дело за малым. Всё так же не отпуская его рук, Джисон повёл его дальше, останавливаясь, когда вода стала им по пояс. — Садись, — попросил Хан, надавливая на его плечи, чтобы Минхо уж точно не упирался. Теперь вода ему почти по шею. — Видишь? Не страшно же? А теперь попробуем вот что. Джисон под водой нашёл его ладони, переплетая пальцы. Это точно должно успокоить Ли, уже проверенно годами. Минхо сжал их сильнее, вздрогнув от лёгкого испуга, когда чуть не упал от движения воды, но смотрел доверяющим взглядом, полностью отдавая себя в руки Джисона, ведь знает: всё будет хорошо. Джисон не сделает ничего плохого, это ведь он. Тот, кто всегда поддерживает, успокаивает и помогает, дарит спокойствие и комфорт одним лишь присутствием рядом, уже практически десять лет. Потому что любит. — Теперь отпусти ноги и расслабься, — сказал он, когда Минхо встал на ноги. — Давай, я держу тебя. Минхо закрыл глаза. Да, не впервые его учат плаванию, но каждый раз его с головой накрывает если не паника, то лёгкая тревога. Что он снова сделает что-то не так, вода его поглотит полностью в свою тьму глубины, и никто не спасёт. Но тёплые и родные руки Джисона обнадеживают, греют и спасают, а эта ослепляющая улыбка не оставляет никаких сомнений. Вода неприятно коснулась губ и носа, когда Минхо всё же попробовал сделать как ему сказали, но тело совершенно не слушалось, и его тянуло лишь вниз. И он бы так и ушёл под воду, если бы не Джисон, который придержал его за талию рукой, другую же так и не отпускал из цепкой хватки Минхо. — Я держу, не бойся, всё хорошо, — Хан погладил его большим пальцем по тыльной стороне ладони. — Попробуй грести руками и ногами, только сильно не барахтайся, — Минхо снова попытался, вспомнив то, как его учили в прошлый раз и что-то да получилось. Брызги воды залетали в уши, а сама она была не такой уж и тёплой, как все говорят, но ему спокойно, пока рядом стоит Джисон, держит его, и подбадривает. В таком положении у Минхо получилось немного проплыть, пока Хан придерживал его и не давал упасть на дно. — Главное не бойся, сейчас я тебя отпущу, — и уже хотел убрать руку, но Минхо вцепился в неё ещё сильнее, как за единственный спасательный круг. — Не отпускай. — Я рядом, не бойся, я тебя поймаю. И всё же Минхо ослабил хватку, Джисон убрал руку с его тела. Стало снова страшно. Минхо, разом забыв о том, как двигаться, снова пошёл ко дну, но его подхватил Джисон. — Я тут, — сказал он, взяв его за руку и приобняв. Тут же подошли остальные, которые до этого молча наблюдали за этим уроком от великого тренера. — Ты молодец, Минхо! — сказал Чонин, показывая палец вверх, то же сделали и Феликс с Сынмином. — Да, в этот раз почти получилось. Давай я помогу, — Хёнджин подхватил его под ноги, пока Хан держал его за руки, и так они оба снова заставили его лечь на воду. И теперь, почти синхронно двигая конечности Минхо, иммитируя его плавание. Он смеялся от щекотки на ногах, да ещё и Хан смеялся так заразительно от всей ситуации, что не выдержали все. Теперь уже точно вся шестёрка смеялась и дурачилась в воде, даже Минхо был совершенно не против. — Предлагаю в мяч, — сказал Хёнджин. Предложение не было отвергнуто, так что после великого решения всех споров, а именно игрой «камень-ножницы-бумага», Сынмин пошёл к Чану за мячом. Обнаружил его стоящим на берегу и внимательно наблюдающим за сохранением порядка и дисциплины первым отрядом. — Чан-хён, есть ещё мяч? — Да, сейчас, — и достал из большой спортивной сумки резиновый мяч размером с волейбольный. — Держи. Вернуть только не забудьте. — Хорошо. Сынмин уже развернулся и хотел уйти, но Чан его остановил своим: — Как там Минхо? Вышло в этот раз? — Ну… не совсем. Но он смог проплыть больше метра, пока Джисон его держал. — Вау! Делает успехи! — Чан неподдельно порадовался за его успехи, на щеках блеснуть ямочки от улыбки. — Иди уже, а то он сожрёт тебя заживо, если ты сильно задержишься, — и снова отвернулся к озеру. Там уже решали, как они поделятся на команды. — Давайте так: Я, Минхо и Хёнджин против вас троих, — сказал Джисон и положил руки на двоих своих друзей. — Типа ветераны лагеря против новоприбывших? — усмехнулся Феликс. — Ладно, мы не против. Порвём их? — Это кто ещё кого порвёт, сопляки! В итоге «порвали» именно старших. Не успел Джисон начать кричать о несправедливости и требовать реванша, как прозвучал громкий свист. — Так, лягушки, выплываем на берег! Скоро возвращаемся. И путь обратно тоже прошёл спокойно. Все довольные, накупавшиеся, чуть уставшие подростки завалились в свои комнаты, а потом разбрелись кто куда. Минхо же, после такого эмоционального для себя потрясения, упал на кровать и заснул, полностью проигнорировав предложение поиграть в волейбол, футбол, баскетбол, да и вообще любую активность. Кажется, он даже пропустил перекус перед ужином, потому что когда проснулся (по его ощущениям, через часа два, не меньше) во всем корпусе было тихо. Никто не ходил, никто не разговаривал и не пел, как оно обычно бывает. Просто тишина, лишь из-за окна доносились крики детей. Он кое-как разлепил глаза после своего лёгкого перерывчика, теперь голова немного побаливала, а глаза сами собой закрывались, стремясь вернуть человека опять в сон, но Минхо упорно этому противостоял. Можно было бы еще поспать, но тогда ночью придётся втыкать в тёмный потолок и думать о вечном, а этого, почему-то, совершенно не хочется. И так надоело. Поэтому, преодолев притяжение кровати, Минхо встал, подтягивая шорты и руками приводя волосы в хотя бы немного достойный вид, первым же делом решил найти Хана. Вероятность того, что этот энерджайзер будет в своей комнате — крайне мала, но попробовать стоило. Минхо пару раз постучал по двери (всё же вежливость превыше всего, и не важно, в каких отношениях вы с хозяином комнаты) и, не услышав ответа, открыл её, та оказалась не заперта. Послышался тихий всхлип. Сам же Джисон сидел на полу, поджимая колени к себе и уткнувшись в них лицом. Чёрной макушки не было видно из-за натянутого капюшона голубого худи, руки тоже закрыты её длинными рукавами. Вообще, в гардеробе Джисона такие яркие вещи можно пересчитать по пальцам одной руки, но именно это худи занимало там особое место, ведь оно принадлежало Минхо. Джисон не услышал, как в комнату кто-то зашёл, продолжил тихо всхлипывать, пряча лицо в коленях и большом капюшоне. Своеобразная защитная капсула, как всегда хорошо работает. Нужно лишь перетерпеть, вытереть слёзы и вернуться к друзьям с улыбкой до ушей, снова став тем самым Джисоном, душой компании и никогда не унывающим человеком. Всё должно пройти, он знает точно. — Хани? Но голос вывел из транса: Джисон поднял заплаканное лицо на вошедшего парня, сдерживаясь, чтобы не разреветься с новой силой, попытался что-то сказать, но лишь вытер слёзы рукавом, правда, уже мокрым. — Хани, боже мой, что случилось? — Минхо подошёл к нему, осторожно сел на колени рядом с ним, беря его за дрожащие руки. Да и сам он дрожал, как от холода, всё пытался сжаться до размеров атома и закрыться от всех. И только потом, когда через пелену, застилающую глаза, и, распознав голос сквозь шум в ушах, он понял, что рядом с ним сейчас Минхо. Он смог один раз за это время вздохнуть нормально. Дрожью било по телу, лёгкие словно сдавило вакууом, из-за шума и тревоги мир перестал ощущаться как что-то привычное. Очень страшно. Джисон поднял голову, закусывая нижнюю губу почти до крови, в попытках сдержать подступающие слёзы и ком в горле, но тщетно. Минхо смотрел на его расфокусированный напуганный взгляд, чувствовал руками его дрожь и подумал: «Только не снова». — Хани, ты меня слышишь? Я тут, всё хорошо, — Минхо переплел его холодные пальцы со своими, придвинулся ещё ближе, соприкосаясь своими коленями с его и смотрел прямо в глаза. — Давай, дыши вместе со мной, вот так. Хан стал дышать глубоко, полной грудью, но из-за слёз дышать через нос было проблематично, скорее получалось как хрипы, но Хан старался, хотя воздуха словно и не было вовсе. Будто Джисона выкинуло в открытый космос, и он задыхается. — Умница, Хани, — когда он стал понемногу успокаиваться, Минхо погладил Джисона по красной щеке с мокрой дорожкой слёз на ней. Он выглядел сейчас так разбито и таким нуждающимся в помощи, что сердце больно сжалось, а рёбра будто впились в тело острыми копьями и проткнули его насквозь. Оцепенение немного спало, и Джисон сразу же, ещё слабыми руками, обнял Минхо, а тот усадил его к себе на колени, крепче прижимая к себе. Всхлипы теперь заглушались его плечом, на футболке появились мокрые пятна. — Я рядом, Хани, — прошептал он ему на ухо, одной рукой зарываясь ему в отросшие чёрные волосы на затылке. — Скажи, что тебя так напугало? Джисон всхлипнул и сильнее сжал руки на его спине. — Я… — голос дрогнул, почти что охрип от слёз. — Я лишь на секунду подумал, что ты мог утонуть, и… вот… Минхо как молотом ударило, когда он понял, о чем говорит парень. Тогда, когда они ещё играли на озере, ему случайно попал в голову мячом Сынмин, и Минхо, не удержавшись на ногах, плашмя упал. Да так напугался, что глотнул воды и закашлялся. Напугались все, Сынмин долго извинялся, хотя Ли и заверил, что не в обиде. Он и не думал, что этот пустяк так подействует на Хана. — Но я же сейчас здесь, так что всё хорошо, верно? — Ага… Минхо, пожалуйста, не покидай меня, — всё таким же дрожащим голосом сказал он, чуть отстранившись, чтобы смотреть прямо в глаза. — Никогда я тебя не брошу, Хани. Никогда. Минхо, нежно касаясь его мягких щёк, чуть наклонился вперёд и поцеловал, осторожно так, почти трепетно, и Джисон, почувствовав такие родные ощущения его губ на своих, начал отвечать. Всё стало так, как должно быть, тревоги ушли, что будет в будущем — теперь не важно, пока он в его руках, дышит с ним на одной волне, а сердца бьются в унисон.