Часть 2
19 апреля 2023 г., 20:07
Пушкаревой нравилось поведение Павла Олеговича и их встречи, она наслаждалась и горела от одного понимания, что он издевается над ней, ведь знала же, что он может с ней сделать. А Павел даже не намекал ни на что из того, что они обсуждали в мелких деталях по телефону.
Остановив авто недалеко от её дома, он сказал:
— Мне приятно проводить время с тобой. Надеюсь на скорую встречу, для которой место, время и форму одежды в этот раз выберу я сам. А сейчас сними свои трусики и иди домой.
Он ошарашил Катерину настолько неожиданным прощанием и посмотрел на неё таким взглядом, что она смогла выдавить из себя только:
— Как скажете, Павел Олегович.
Пушкарева руками поползла по ногам под платье, большими пальцами подцепила тонкую ткань и, приподняв задницу, она спустила трусики до колен. С задранной юбкой села так, что было видно ее лобок и блестящее анальное колечко, спустила трусы к полу, сняла с одной, а затем и с другой ножки, случайно зацепив каблук, и положила их сбоку на сиденье. Открыла дверь и молча, не поправляя платье, вышла из машины.
Вскоре Пушкарева наконец-то стояла в гостиной его дома и принимала из его рук алую розу.
— Здравствуй. Выглядишь, как я и велел. Мне нравится.
— Я рада, что Вам нравится, — теребила она в руках розу, пытаясь скрыть волнение.
— Ну ладно, не буду томить тебя. Пожалуй, начнём. Только давай-ка я добавлю изюминку, — Павел взял с комода тёмную ткань и подошел к ней сзади, накинул повязку на глаза и завязал.
— Ну что, пойдём? Давай свою розу.
Стоя в прохладном помещении в тишине, Катя почувствовала прикосновение к щеке. Бутон розы скользил по коже, губам и шее.
— Умница, девочка, приехала ко мне сейчас будешь послушной. Будешь той, кем хотела быть. Ответь, ты не передумала? А то двери сзади, я не держу.
— Нет, я остаюсь.
— Вот и отлично, значит прямо сейчас и начнём. Я не буду тебя бить. Я тебя буду насиловать.
Мысли путались, и Катя почувствовала, как бретельки майки съехали по плечам, а руки Павла Олеговича продолжили стягивать ее вниз. Тело покрылось мурашками, вагина горела. На уровне поясницы майку больше ничего не сдерживало, и она упала к её ногам. Беззащитная в одних трусиках, как Павел и хотел, Катя стояла и пыталась уловить происходящее с ней и вокруг неё. Он любовался ей, а бутоном розы касался её сосков, бедер, промежности, живота, лица и губ. Обошел сзади, обнял, сжал соски и, опустив руку на трусики, сказал:
— Ты — восхитительная сука, — и развязал повязку.
Свет ударил в глаза, и Катя не сразу разобрала, что стоит в середине комнаты, на стенах которой везде, где только можно было, висели и стояли девайсы для любых пыток и практик.
— Ну как тебе?
У неё округлились глаза и задрожали руки, ноги и губы.
— Не бойся, дурёха, у тебя сейчас другая задача. Ты же помнишь, чего я хочу?
Она кивнула.
Руки Павла расстегнули штаны, под которыми уже стоял член колом. Всунув ей в вагину свой поршень, Павел начал страстное соитие.
По окончанию он сказал:
— Умница, девочка, старалась. Ты прелестная дрянь, - он поцеловал её в губы, шаря своим языком в её рту и сталкиваясь с её языком.
После Катерине от Павла прилетела звонкая пощечина вместе со словами:
— Достойное завершение для шлюхи.
