неизвестный автор

      На следующий день в школе стало спокойнее, и Хёнджин смог расслабиться. В этот раз усталость хорошо отражалась на его лице, потому что он весь вечер провёл в студии, куда собирался и после сегодняшних уроков. Он и так проводил там огромное количество времени, ведь это уголок для творчества, а Хёнджину такое по душе. В здании находилось много комнат, там проводили танцевальные кружки, художественные мастер классы — всё, что касается искусства. Но у парня была отдельная мастерская — небольшое помещение, где он мог в любое время писать картины, а затем хранить, не опасаясь, что их испортит кто-то посторонний, ведь туда никто не мог зайти кроме него. Комната досталась ему с условием, что студия сможет использовать его работы для выставок и конкурсов. Парень был не против, хоть часто просил не упоминать своего имени, а остаться анонимным.       Хёнджин почти никому не говорил про своё увлечение рисованием — знали лишь единицы. Один из них — его друг Ли Минхо. Парень был старше Хвана на несколько лет, но уже подрабатывал хореографом в студии. Это единственный человек для Хёнджина, с которым он мог пооткровенничать. Хоть Минхо и был душой компании, но с другом он мог разговаривать наедине долго, выслушать его и поддержать в трудный момент. Они оба восхищались друг другом — хоть Ли и не мыслил ничего в рисовании, картины Хвана могли тронуть его, настолько они прекрасны. Зато Хёнджин тоже интересовался танцами, и даже пробовал выучить несколько связок вместе с другом, во время его перерывов между занятиями.       На переменах Минхо часто звонил другу, чтобы поинтересоваться, как обстановка в новой школе. Даже потрудился узнать расписание, чтобы не тревожить Хвана. Именно поэтому Хёнджин стоит, уперевшись в подоконник и слушает ворчание Ли.       — У тебя хоть знакомые появились? А то снова забьёшься в углу, всех отгонять начнёшь.       — Да, познакомился с двумя, вроде хорошие парни. Только вот подходить самому страшно.       — А чего ты их боишься, они тебя укусят что-ли?       — Ты меня никогда не поймёшь.       Минхо усмехнулся, действительно, к Хёнджину нужно искать подход.       — Ладно, ты сегодня пойдёшь в студию? Я был бы не против посидеть на улице и поболтать.       — Да, увидимся после занятий.       Хёнджин весь день переваривал слова Минхо, но всё-таки подойти к парням не смог. Он наблюдал за ними издалека: даже в столовой смотрел на ребят, которые бурно что-то обсуждали, а он прятался от лишнего внимания. Только вот Феликс постоянно оборачивался и искал кого-то глазами, пока не наткнулся на Хвана. Ли мило улыбнулся, заставив парня дёрнуться, но подозвать новенького не успел — время до звонка уже подошло к концу.       Ближе к завершению урока, Хёнджин уже был на нервах, ему не терпелось написать новую картину и он уже нашёл референс — парень случайно наткнулся на инстаграм Феликса и сильно удивился. Ли на фотографиях был совсем не таким, как в школе и это восхищало. Он не мог не заметить россыпь веснушек на лице, которых он не видел в жизни, цветокор на фото только добавлял атмосферы, да так, что Хван понял, для какой цели он использует свой самый большой холст, который ему было жалко трогать.       Наконец, звонок прозвенел, а Хёнджин быстро схватил рюкзак и буквально вылетел из кабинета под удивлённые взгляды одноклассников. Странное поведение не осталось в стороне, но парню было всё равно — он шёл и видел копию фото на холсте.       Утром было довольно тепло и солнечно, но уже к концу занятий погода испортилась: поднялся ветер, небо застелили тучи и стало значительно холоднее. Хёнджин поёжился, на нём лишь лёгкая курточка, которая сильно не спасала.       На лавочке у здания, к которому так мчался парень, уже сидел Минхо, дожидаясь своего друга. Он был одет так же легко, как Хван, но ему это не мешало есть мороженое.       — Ты решил превратиться в ледышку? — пробормотал Хёнджин, подойдя ближе к другу. — У тебя и так руки вечно ледяные.       — Так согрей их, — Хван сел на лавку и подхватил ладонь Минхо, зажав своими пальцами, пытался передать хоть немного тепла.       — У тебя самого они всегда холодные, не осуждай меня, — Минхо выдернул руку, засунув её в карман. — Ну как, решился уже с кем-нибудь заговорить?       — Вроде того, — устало вздохнул Хван. — Я пока не уверен в статусе дружбы, ну или хотя бы знакомых.       — Как с тобой сложно, — недовольно пробормотал Ли, попутно выкидывая обёртку от мороженого в мусорку. — Пойдём, у меня занятие скоро.       Хёнджин зашёл в здание, и поприветствовав смотрящего, побрёл на второй этаж, где располагалась мастерская. В маленьком помещении находился стол, где лежали все нужные принадлежности, шкаф с открытыми полками, там хранились холсты и уже законченные работы — а таких было не мало, ведь они раскиданы буквально по всему помещению. Картины, на которых ещё не высохла краска, стояли около батареи, под одним небольшим окошком. Посреди комнаты стоял потрёпанный мольберт, а возле него, старенький шатающийся стул. В этом помещении он провёл несколько лет, поэтому там находилось много вещей, которые ассоциировались с прошлым — несколько интересных фигурок из дерева, которые он пробовал вырезать вместе с отцом, плед, висящий на стуле, в который он кутался на полу, если решал передохнуть перед тем, как приняться рисовать. На стене висели зарисовки, сделанные в потоке вдохновения ещё в начале пути — этого ему так долго не хватало. Последние картины Хван писал через силу, веря в то, что муза постигнет его. И это случилось.       Хёнджин поднял с пола огромную коробку с масляными красками и поставил на стол. Нашёл на полке свой любимый набор кистей, оттуда же забрал большой, запечатанный холст, который долго хранил в одном месте, и поставил его на мольберт. Большая палитра заполнилась разными цветами. Усевшись на стул поудобнее, Хван залил в тару масло, достал старую тряпочку, чтобы промокнуть кисть и принялся небрежно наносить краску на холст. Сначала подмалёвок, и в порыве сразу перешёл на первый слой.       Так за работой он просидел до самого вечера — не обращая внимания на усталость и голод, он был настолько увлечён, что не мог оторваться от процесса ни на секунду. В конце концов, Хёнджин печально посмотрел на время, понимая, что дольше остаться здесь ему не разрешат. Он в спешке собрался и прогулочным шагом направился домой.       По дороге парень всё думал о том, что неплохо было бы зайти в магазин и взять что-то перекусить. Перед тем, как Хёнджин перешёл в другую школу, он съехал от родителей и жил один, зато всё было рядом — студия в несколько шагах от дома, да и на учёбу долго ходить не приходилось. Но и учитывая то, сколько Хван проводил времени в мастерской и школе, готовить что-то было некогда. Поэтому парень обходился едой быстрого приготовления.       Но в этот раз планы Хёнджина не сбылись, так как по дороге он встретил Минхо с его друзьями.       — Эй, Хёнджин, пойдёшь с нами в караоке? Мне кажется, что нам нужно хорошенько отдохнуть, — закинув руку на плечо друга, предложил Ли.       — Привет, мы тебя давно не видели, как дела? — заговорил Чан.       — Всё хорошо, лучше скажите, как продвигается ваша группа, — ответил Хван, удивившись тому, что его ещё помнят.       Бан Чан, Хан Джисон и Со Чанбин — старые друзья Минхо и давние знакомые Хёнджина. Ли познакомил их ещё несколько лет назад, когда они начали вместе ходить в студию. Эти ребята часто собирались вместе и писали рэп, давая небольшие концерты, на которые всё-таки собиралось приличное количество людей.       — У нас всё отлично, продвигаемся с большой скоростью, — Джисон стукнул по плечу Чана, — давай с нами, я угощаю.       — Я не люблю шумные компании, но раз так, то идём, — улыбнулся Хван. — Только не надолго, а то поздно.       — Да мы тебя проводим, не бойся. Только к нам ещё два человека присоединятся, ты не против? — спросил Чанбин.       Хёнджин помотал головой, плотнее замотавшись в курку — всё-таки холод никуда не исчез.       Когда компания дошла до караоке, к ним подошли двое ребят. Первый — высокий брюнет в очках, представился как Ким Сынмин, а второй был уже знакомый Хвану — Ян Чонин.       — Привет, Хёнджин, не думал, что встречу тебя здесь, — Чонин протянул руку, широко улыбаясь.       — Так вы знакомы? — удивлённо посмотрел на них Хан.       — Да, мы с Чонином в одном классе учимся, а вы как познакомились? — протягивая руку в ответ, поинтересовался Хёнджин.       — Мы узнали друг друга вчера, это ребята из клуба фотографий, — начал Чан, — ну мы и попросили сделать нам пару фото для обложки, всё-таки в одном корпусе работаем. Потом узнали, что Ян вообще новенький, а Сынмин там давно, они быстро согласились помочь.       Чанбин потрепал по голове Чонина, а тот засмущался, ему было только в удовольствие сделать тематическую фотосессию, а Сынмин ему здорово помог.       — Понятно, идём, — громко заявил Джисон и резко повернувшись, влетел в столб. — Блять, что ж такое!       Ребята засмеялись, что позволило разрядить обстановку. В глубине души Хёнджину не хватало вот так погулять, пусть даже в компании.       Ребята зашли в достаточно большое помещение, которое забронировали заранее и сразу принялись заказывать еду и напитки.       — Я не буду петь, но перекусить не против, — довольно протянул Хван, хватая со стола меню.       — Ты так и не рассказал, как у тебя жизнь протекает. Как родители? Когда успел в новую школу перевестись? — начал допрос Чанбин.       — Я переехал от родителей пару недель назад, они были не против. Поэтому сейчас живу ближе к новой школе, в старой мне не нравилось. Слишком много там возомнили о себе, — вспоминая прошедшие дни, ответил Хёнджин.       Парни продолжали разговаривать до тех пор, пока не принесли их заказ и микрофоны. Теперь помещение заполнилось гулом и пением ребят, что не стеснялись орать во всё горло.       В то время, пока все отвлекались на выбор песни, Хван подвинулся ближе к Чонину, чтобы поговорить.       — Почему Феликс не пришёл? — спросил Хёнджин, ведь этот вопрос его заинтересовал ещё при встрече.       — Он не любит большое скопление людей, — Ян поставил свой коктейль на стол, — но Феликс хотел, чтобы ты сел с нами на обеде и искал тебя.       Хван удивился. Они были знакомы всего день, а он уже хотел обедать вместе. Хёнджину казалось, что он повёл себя грубо в прошлый раз, попросив не разговаривать с ним, но всё оказалось иначе. С плеч парня словно упал тяжёлый груз, и всё в таком же приподнятом настроении он провёл весь вечер, в плоть до того, как лёг спать уже у себя дома.

Твой взгляд настолько пронзителен, что чувствуешь себя так, словно ты мишень для игры в дротики, но кто же знал, что вместо острых игл, там мягкие облака.