неизвестный автор

      — Ты снова наклонил голову, — недовольно произнёс Хёнджин с карандашом в руках.       — Извини, — прошептал Феликс и сел в изначальную позу, пытаясь держать глаза открытыми.        Феликс просидел в одном положении всего десять минут, но всё равно откровенно засыпал. А всё потому что, после тяжёлого дня, Хёнджину приспичило срочно его нарисовать. Ведь не зря Ли устроился работать моделью, и вернувшись при параде после своей первой фотосессии, он застал своего восхищённого парня за приготовлением ужина.       Только в ту же секунду, Хван всё бросил, и выключив огонь, усадил уставшего Ли на диван. И тогда он пулей рванул за скетчбуком, в котором, на данный момент, битые минуты рисовал Феликса.        И всё было не зря — парень пришёл в красивых массивных украшениях и с лёгким макияжем, который подчёркивал его черты лица. Таким образом, и так утончённый Феликс, выглядел ещё более нежно. Поэтому Хёнджин не смог удержаться, и нарисовал ему ангельские крылья за спиной и нимб, которые так ему подошли.       — Ты просто неземной красоты, — Хван одной фразой заставил Ли смутиться, и всё-таки распахнуть веки.             — Ты тоже…       Парень улыбнулся и повернул готовый рисунок парню лицом, а тот залился краской ещё сильнее. Феликс осторожно забрал свой портрет, боясь смазать карандаш, и рассматривал каждую деталь.       И Ли осознавал, что на рисунках Хёнджина он ещё краше.       — Таким ты меня видишь, да? — улыбнулся Феликс, и отложив скетчбук, полез к Хвану обниматься, чтобы после ещё нескольких комплиментов, уснуть прямо в его руках.       — Не так быстро! Ты ещё макияж не смыл, — в ответ послышалось только мычание, а затем и сопение.       — Что же с тобой делать, ангел…

***

      — Выпьем за наше успешное солнце, что озарило этот модельный мир! — крикнул Джисон и поднял напиток, что сделали и все остальные присутствующие.       — Не зря в модельной школе два года впахивал, — улыбнулся Чанбин. — Теперь будешь с нами на обложках красоваться.       — Да, только на обложках журналов, а не объявлений о поиске работы, — подшутил Сынмин, из-за чего на него вытаращились три возмущённые пары глаз. — Молчу.       — Да ну брось, Сынмин. Это же ты их фотографируешь, почему они ещё не на обложке? — Чонин бросил на него хитрый взгляд и обнял Феликса, сидящего рядом.       — Скоро будут. Всё-таки уже популярны, так что приглашения что-то прорекламировать не за горами, — уверенно сказал он, поправив свои очки.       — Ну, уже на сцене сколько фанатов собираете, пора и в свет выйти, — обронил Минхо, доставая телефон. — У вас на ютубе уже больше миллиона подписчиков.       — Да, или в агентство идите, будете стадионы собирать, — предложил Хёнджин.       — Нет, мы хотим в свободное плаванье, а там слишком много подводных камней и условий, — удручёно сообщил Чан.       — А ты что поник? Вы уже столького добились своими силами, и сколько вас ждёт в будущем, — вымолвил Феликс и взял свой стакан. — Пьём за наши успехи и будущее. Я уверен, что наша трирача станет популярной по всему миру, Сынмин и Чонин будут фотографами мирового уровня, а Хёнджин доучится и станет известным дизайнером. И конечно, Минхо будет самым востребованным хореографом. За нас!       — А как же ты? — спросил Хан.       — Так он уже популярная модель, ты видел сколько у него подписчиков и лайков? — обронил Минхо, допивая свой напиток.        — Сколько?       Минхо развернул свой телефон, показывая Джисону экран.       — Офигеть? Сколько? Это же твоя первая фотосессия, — резко встал с дивана Хан.       — Ну да, почти миллион, — искренне улыбнулся Хёнджин, замечая, как стремительно краснеет Феликс. — Тем более, многие агенства хотят забрать его к себе. Ну и Чонин до этого тоже постарался.       — Феликс, дождись, пока я свою компанию открою, — умолял Чонин. — Я из тебя звезду сделаю.       — Хорошо, — хихикнул он в ответ, — но я пока в других поработаю.        — Предатель…       Наигранно-обиженный Чонин заставил засмеяться всех присутствующих, а потом и сам подхватил веселье. И на этой ноте Хану вдруг приспичило расслабиться и потанцевать с Минхо, а тот начал неправдоподобно сопротивляться.       — Если я начну танцевать с тобой, то квартиры Хёнджина и Феликса больше не будет. Ты всё разнесёшь.       — И почему никто не хочет просто отбросить всё и ни о чём не думать.       — Идите, танцуйте. Мы всё уберём, — отмахнулся Хёнджин и начал разговор с Чанбином.       — Видишь! Идём, — И Минхо вздохнул, понимая, что не отмажется.       — Ладно, но если кто-то опять заснимет — убью!       — Да кому вы нужны, — кинул Сынмин.

***

      — Посмотри! Это так смешно, — хохотал Хёнджин, показывая видео с танцем Минхо и Джисона Феликсу.        Сначала они спокойно отрывались, а затем, Хан успел подцепить какую-то бутылку со стола, которая покатилась на пол и разбилась. Жидкость начала распространяться по полу, а Джисон поскользнулся и упал, потянув за собой Ли, который заметил камеру.       — Хван Хёнджин! Я предупреждал, — Минхо со злым выражением лица начал приближаться к парню, и видео резко оборвалось.       — Это забавно, — хихикнул Феликс, залезая в объятия развалившегося на диване Хёнджина, который успел увернуться.       — Сейчас приду, — Хван ушёл в другую комнату и вернулся уже со своим блокнотом.       — Как к тебе приходит столько мыслей? — прошептал Феликс, когда облокотился о плечо парня.        — Всё потому что ты такой прелестный, очаровательный, умный…       — Хорошо, хватит. Ты меня смущаешь.        Хёнджин вдруг повернулся лицом к Ли и оставил короткий поцелуй на его носу, а потом бросил блокнот на колени и схватил его за щёки.       — Я люблю тебя.              За этим последовало зацелованное лицо и полный взгляд счастья смущенного Феликса.        — И я тебя.       Хёнджин отвлёкся от парня и открыл последнюю страничку, чтобы оставить там послание. А Ли щупал свои щёки, всё ещё ощущая влажные следы губ.

Наша любовь будет гореть вечно, и никто ничем не сможет её потушить.

      — Неужели ты заполнил весь блокнот? — Феликс коснулся его руки, которой он водил по полностью исписанной бумагой.       — Да. Придётся купить новый.