Братц для байкерши

Квартира встретила Шин запахом чего-то горелого. Видимо, мамы опять нет дома, и отец пытается что-то приготовить. Сняв каблуки, развязав бантики, завязанные руками Йеджи, девушка прошла прямо по коридору, заходя на кухню, которая была вся в дыму. Покашляв от чёрного дыма, который отец пытался убрать открытым балконом, махая тряпкой, Рюджин схватила другое полотенце, лежащее на кухонном столе. — Что тут происходит? — разгоняя дым, спросила Шин, пытаясь задержать дыхание, чтобы не кашлять. — Омлет, — ответил мужчина, открывая воду, чтобы смочить сковородку, к которой всё прилипло. После пяти минут мучений, дым и запах горелого вроде как выветрился. Ну или это они уже к нему привыкли. — Приятного аппетита, — устало произнесла девушка, падая на стульчик возле стола. — Как погуляла? — спросил отец, игнорируя саркастичный тон дочери. Несмотря на добрую интонацию, девушка почувствовала усталость в голосе. Видимо, мужчина опять работал всю ночь. — Та вроде нормально… — прошептала Шин, вспоминая картинки с вечеринки. Ну по крайней мере те, которые она помнит. Алкоголь всё ещё был в организме, но не настолько, чтобы мешать девушке думать. — Рад, — ответил он. — Ты, случаем, в клубе не видела Чхве Джису? — наверное круглые от шока глаза выдали Рюджин. Мало того, что видела, она ещё и была в доме одной из её подружек. — А что? — Сегодня утром в новости кто-то слил видео про этих девчонок. Родители, конечно же, сразу поднапрягли всех кого только возможно, и видео удалили, но интернет всё помнит, — сложил руки на груди мужчина, смотря за спину Шин. — Видео? Какое? — поинтересовалась девушка, вспоминая лицо Йеджи, которое не показалось ей каким-то странным. — Они договаривались про подставу. Я неуверен, но что-то в этом роде. — А слил то кто? — Не знаем, на данный момент разбираемся с этим кубиком рубиком, но я думаю, это как-то связано с фальсификацией документов. — Что в городе происходит, — тяжело выдохнула Шин, оттягивая руками кожу на лице то вверх, то вниз, пытаясь проснуться. — Не знаю, но верхушка злая до чёртиков. После всего, что с ней произошло, девушке хочется лишь спать. За эти четыре, хотя она уже сбилась со счёта, какой именно сейчас день, но наверное четвёртый. Так вот после их знакомства с Йеджи, её мир уже успел пять раз остановиться, проклиная то сранное приложение — «Местоположение». На кухне, наверное, всё так же воняет гарью, но родным людям напротив — всё равно. Что Шин младшей, что Шин старшему хочется лишь одного — спать, что они и собираются делать ближайший день.

^••^

Хван ходила по пентхаусу, ударяя пультом от телевизора по вискам и не сводя взгляда с плазмы на стене. Слегка прищуренные глаза выдавали нервозность и раздражённость, лёгкие удары пластика по вискам будто пытались освежить заплывший этой ночью мозг, а новости по всем каналам только и твердили про видео-вирус, которое, как они утверждают, было ложью и фальсифицированным. Простые люди бьют тревогу, говоря будто мало того, что они занимаются нелегальными гонками, так ещё и выигрывают нечестным путём. — Хреново, — только одно слово крутилось на языке, пока новости неожиданно прервали какие-то фильмы, футбольные матчи, мультики и всякая разная дребедень. Женщины и мужчины в костюмах успевали лишь начать тему про «скандальное видео», как эфир обрывали, склоняясь на технические проблемы. «Технические проблемы» имело довольно-таки реальное лицо, которое уже названивало Йеджи. Телефон на стеклянном журнальном столике начал вибрировать, выливая в огонь ещё больше бензина. Раздражение поднялось до предельной точки, но брать трубку в таком состоянии — самоубийство, поэтому сделав пару глубоких вдохов и выдохов, Хван смахнула вправо, принимая звонок от Лии. — Да. — Спишь? — Попробуй тут поспать, — хмыкнула девушка, кидая пульт от уже выключенной плазмы на диван. — Езжай ко мне, разговор есть. После этого трубка была сброшена, прям как нервы Йеджи с самой высокой скалы. «Ко мне» — это то, чего так боялась услышать Минджи. Джису, в отличии от других девушек, сидела в офисе, рассматривая некие бумажки. Таким образом отец приучал её к будущему, показывая все стороны медали. Если надо приехать к ней в офис, значит разговор настолько не для чужих ушей, что лишь ФСБ может позавидовать секретности материала. На мотоцикле ехать минут пятнадцать, поэтому Хван быстро добралась до места назначения, снимая шлем и с обреченным видом осматривая стеклянное здание возле главного суда их города. Пропустили её так же оперативно, хоть девушка в спортивках Адидас и обычной белой футболке не внушала доверие, знакомое лицо заставило промолчать. В лифте кроме неё была ещё какая-то парочка. Парень не сводил взгляда с нервно кусающей губу девушки. Не выдержав сексуального давления вокруг этих двоих, Йеджи зевнула, пытаясь хоть как-то победить сонливость. Парочка вышла на этаже седьмом, поэтому девушка осталась одна. Наконец прижавшись спиной к железной стене, Хван подняла взгляд наверх, втыкая в не менее железный потолок с лампой, бьющей в полузакрытые глаза. Как только послышался заветный щелчок, обозначающий, что они на последнем этаже, Йеджи вышла, не обращая внимания на белую полоску перед глазами из-за лампы. Молодая секретарша вскочила, наверное, чтобы остановить девушку. — Села, — только и сказала Хван, заходя в кабинет Чхве, которая говорила по телефону. Лиа подняла тяжёлый взгляд, осматривая девушку перед собой с ног до головы. Припёрлась к ней в таком виде и сейчас сидит на диванчике, не сводя усталого взгляда с Джису, что уже успела повесить трубку. — И о чём ты хотела поговорить? — сразу начала Йеджи, не желая долго тут задерживаться. Чхве тяжело выдохнула, складывая руки в замок перед собой. — Ты ведь знаешь, что Минджи была для нас всем? — Хван кивнула, чувствуя как в горле пересыхает от слов девушки. — Мой отец довольно не дальновидный человек, стоит признать, думает подставить мою карьеру под удар из-за сегодняшнего инцидента, — слова давались тяжело, но Джису не прекращала говорить. — Неужто он планирует твоего брата поставить на это место? — хмыкнула Йеджи, видя как Лиа сжала челюсть. Брат Джису — запретная тема для всех. Парень старше девушки, вроде как, на два года, но получился глупее младшей сестры, поэтому надежд на него ни у родителей, ни у Лии — нет. Было логично, что место мэра отдадут именно ей, а брат будет где-то там, на всякий случай. Почему Джису так относится к нему — загадка века, но никто не спрашивает и просто глотает всё. — Если моя репутация упадёт — придётся. — Круто. А сестра моя тут при чём? — игнорируя до боли холодные руки, продолжала Йеджи. На данный момент ей всё равно на состояние Чхве. — Перед смертью она тебе ничего не говорила? Может, вела себя странно? — На данный момент странно ведёшь себя именно ты. Лиа хлопнула по столу, наверное ожидая, что Хван испугается и расскажет ей всё. — Ты понимаешь, в какой мы сейчас заднице? — Неправильно подмечено, в заднице только вы, — Йеджи встала, разглаживая штаны. — А потом, если собираешься искать врага в ближнем, то присмотрись к Черён. Или ты правда веришь, что она не знала про камеру, что вас снимала? — подойдя к столу Джису, хмыкнула Хван, чувствуя изменение в настроении Лии. — Что ты имеешь ввиду? — Она неконтролируемая. Близнецы хоть и сумасшедшие, но их возможно контролировать и держать при себе, пока Черён всегда была сама по себе. Минджи пару раз говорила, что не уверена в ней, — пожала плечами девушка, будто вспоминая что-то важное, хотя мысль давно уже въелась в кору мозга. — Ты уверена? — Я всегда уверена, — подмигнула Йеджи, уходя из кабинета прочь. — До встречи, — махнув рукой перед тем, как выйти, улыбнулась она. Но как только нога пересекла порог кабинета, доброе лицо стёрлось, возвращая на место усталое выражение. Это оказалось легче, нежели она думала.

^••^

Они ходят с Винтер по магазину уже третий час, ища какие-то мифические штаны, которые срочно понадобились девушке. Рюджин, что уже устала заходить в каждый магазин по пути, села на лавочку в ТЦ и просто смотрела, как её подруга бегала от одного до другого магазина. Карточка родителей однозначно плачет в стороне. Как только к Шин подошла запыхавшаяся девушка и положила рядом с ней больше пяти пакетов из разных магазинов, ей оставалось лишь подвинуться, освобождая место подруге. — Я нашла три кофты, две футболки, одни спортивные штаны, два топика и одну юбку, — считала Винтер, загибая пальцы. — Но штанов нет. — Потому что надо было сразу брать, а не думать сто лет, — фыркнула Рюджин, включая телефон и смотря на белый циферблат на экране блокировки. Уже почти полдевятого. — Надо уходить, магазин скоро закроется, — встала девушка, поправляя джинсовые шорты на высокой посадке. Когда подруги выходили из ТЦ, Ким достала телефон, чтобы заказать такси. Девушкам в разные стороны, поэтому каждый брал такси сам себе. Через минут двадцать приехала машина Винтер, хотя по идее первее должна была уехать Рюджин. За разговорами они не заметили, как к ним подъехала нежно-желтая Шкода. Минут через десять Шин позвонила служба такси, извиняясь за неудобство и говоря, что свободной машины на её маршрут нет. — Та вы прикалываетесь? — истерично посмеялась девушка после того, как такси сбросили трубку. Их город был относительно маленьким, поэтому вызывать такси было проблематично: только одна адекватная фирма, мало машин и не очень хорошая работа. Звонить отцу, который сейчас на работе, тоже не вариант, а домой ей идти час, минимум. Постояв со злым лицом минуту, девушка выдохнула. Делать нечего, надо идти. Как хорошо, что сегодня она додумалась обуть кроссовки, а не каблуки. Музыка в наушниках притупляла звуки дороги, возле которой шла Рюджин. По бокам от неё были жилые дома с маленькими круглосуточными магазинами, возле которых стояли сонные студенты, сдающие экзамены, а также пьяные люди. От ТЦ девушка прошла только от силы минут пятнадцать, но ноги уже болят и просят отдыха, поэтому было принято экстренное решение. Поставив баночку безалкогольного пива на кассу, Шин поздоровалась, подставляя карточку к терминалу. Приятная старушка пробила пиво, отдавая его девушке. Через пять минут она увидела большой мост, проходящий через реку, тем самым делая проход с одного берега на другой. Как правило мостом пользовались лишь автомобили, но пешеходная часть там также присутствовала. На часах было девять часов и девять минут, поэтому единственным светом были фонари возле дороги. Машин было мало, как правило люди к этому времени уже сидели дома, да и через этот мост редко кто проезжает даже днём. Сев на тротуар, свесив ноги вниз и просовывая их между железных палок, Рюджин открыла пиво, отпивая немного и смотря на реку, которая выглядела в темноте так, будто это нафта. Ноги болтались, иногда больно ударяясь об мост, поэтому Шин пыталась следить за этим. Холодное пиво уже было не таким уж и холодным, проезжая машина посигналила девушке, но проехала дальше. Видимо, кто-то подумал, что она решила тут умереть. В наушниках проигрывалась уже четвёртая песня с момента её прихода сюда, банка почти опустела, а голова прижалась к железной палке между её ног, потому что усталость брала своё. Сзади послышался знакомый звук мотора, который не предвещал ничего хорошего. Даже через наушники Рюджин услышала, как нечто сзади остановилось. — Братц? — сняв один наушник, Шин повернула голову назад, замечая знакомый мотоцикл, а на нём Хван Йеджи, державшую шлем в руках. — Тебя только не хватало, — прошептала она, обратно засовывая наушник, точно слыша шаги возле себя. — Ты умереть вздумала? — присела на корточки Хван, пытаясь заглянуть девушке в глаза, но младшая продолжала смотреть вперёд, будто не замечая её. Вытянув руку и обхватив чужой подбородок, Йеджи повернула голову собеседницы к себе, наконец встречаясь с разъярённой девушкой глазами. — Ты что себе позволяешь? — убирая чужую руку со своего подбородка, прикрикнула Рюджин. — Умереть вздумала? — Я музыку просто слушаю, — поднимая почти пустую жестяную банку, ответила Братц. — Не видно что ли? — В… — поднимая руку и заглядывая в часы, начала Хван. — Почти что полдесятого ночи? — удивилась девушка, присаживаясь рядом с Шин, однако не спуская ноги как та. — А почему нет? — Ты как тут вообще оказалась? — Не поверишь, — сделала глоток Рюджин. — Дошла. Делая вид, будто Шин рассказала самую смешную шутку, Йеджи рассмеялась, слишком театрально произнося «ха-ха-ха». — И то правда. Как я раньше не додумалась? — Ладно-ладно, — не выдержав взгляда старшей, сдалась младшая. — С ТЦ пришла. Такси меня послало, поэтому я решила пойти пешком. — Небеса, — протянула Хван, будто только сейчас замечая пиво в руках Рюджин. — Ты и вправду пьёшь нулёвку? Какой кошмар, — сделав испуганный взгляд, прошептала она, прикрывая глаза рукой. — А что, собственно, не так? — возмутилась Шин. — Это ты вообще-то сама остановилась возле меня и начала диалог. Я хотела побыть одна, и если я хочу побыть одна и выпить безалкогольное пиво, то я это сделаю. — Ты молодая, красивая и глупая, — помотала головой Йеджи. — Потому что только молодая, красивая и глупая могла купить нулёвку и сесть задницей на холодный бетон, считая это чем-то крутым. — Будто бы ты старая, страшная и умная, — фыркнула Рюджин, игнорируя прилипшие к ней глаза. — Я понимаю последствия. В голове опять всплыла вчерашняя вечеринка, которую Шин помнит только до момента танца в клетке. Лицо неожиданно покраснело, мозг, жуя попкорн и лихо смеясь, будто пускал в кино момент того самого танца, когда Рюджин совершенно ничего не стеснялась. — Достойно похвалы, — пробубнила Шин, отворачивая голову в другую сторону от старшей, пытаясь игнорировать жжение в лице. — Посмотри на меня, — прошептала Йеджи, слегка дотрагиваясь своими пальцами чужих, соприкасаясь друг с другом только кончиками. Рука Рюджин хоть и дрогнула, но не отодвинулась. — Хоть ты и сделала дурость, но это было чертовски горячо. — Мне от этого должно стать легче? Сама сделала глупость, а винит невиновную Йеджи, которая, наверное, просто не ожидала чего-то такого, поэтому и не сводила с неё глаз. Когда-то она научится брать свои эмоции в руки и руководить ими, думая головой, а не одним её названием, но это будет не сегодня, не сейчас. Сейчас хочется услышать поддержку. Зачем ей поддержка? Она не знает. — Тебе должно стать легче от того, что ничего не случилось и ты сейчас жива и здорова, — вспоминая пьяного парня в туалете, прошипела Хван, забирая из рук девушки банку пива, отпивая. — Ну и гадость, — скривившись, добавила она, смотря глазами полными ненависти на жестяную банку. — Мне нравится, — забирая обратно своё пиво, ответила Рюджин, делая большой глоток. Безалкогольное пиво, из которого уже вышли все газы, не смог перекрыть привкус чего-то лимонного. Губы Йеджи. — Надо тебе дать настоящее пиво, — хрустнула шеей Хван, смотря на Шин, которая делала вид, что не чувствует этого, пытаясь сосредоточиться на виде перед ней. — Я пила настоящее пиво. — Хреновое, видимо, пиво, раз ты сейчас нулёвкой балуешься, — улыбнулась Йеджи, смотря как Рюджин сжала губы в полоску, пытаясь сдержать смех. — Унижать вкусовые предпочтения человека — вот что хреново. — Только не плачь, — хмыкнула старшая, видя как Шин вставила второй наушник, вставая и бескультурно уходя от озадаченной Хван, которая подскочила за ней, случайно сбивая пустую банку пива в пропасть. Насрать. Этой планете уже ничего не поможет. — Давай подвезу, — прикрикнула Йеджи, пытаясь догнать тяжело дышащую девушку. Рюджин сделала бы всё лишь бы старшая не видела её красных щек. Случайно столкнувшись с ней взглядом, младшая сама не поняла, что произошло. Ей показалось, будто её раздевали взглядом. Самое страшное тут то, что Шин не была против. Собственная реакция напугала её больше, чем Хван. — Не стоит, — рыкнула Шин, не оборачиваясь назад, но рука на талии заставила её затормозить. Да что, блять, между ними происходит. — Давай подвезу. Я не буду с тобой ничего делать. Уже поздно, кто его знает, что может случится, — она пыталась не наклоняться к девушке. Странные духи, больше напоминая мужские, залились в лёгкие Хван больше, чем она ожидала. Дерево, влажность и что-то сладко-фруктовое, будто черника — вот чем пахла Рюджин. — Обещай ехать более медленно. — Обещаю, — выдохнула Хван, отходя от Шин, которая сразу отряхнула руки, разворачиваясь на пятках и проходя Йеджи, направляясь прямо к мотоциклу. Кстати про каблуки. — У тебя есть кроссовки? — по-настоящему удивилась старшая от того, что на ногах у младшей. Каблуки Версаче, конечно, больше подходят её ногам, нежели потёртые кроссовки адидас. — Ну да, — замедленно ответила Рюджин, останавливаясь возле устрашающе чёрного мотоцикла. «Сними их и просто надень чёртовы каблуки», — хотелось уже крикнуть на всю улицу о том, что у старшей, похоже, новый кинк. Подавая младшей шлем, игнорируя её испепеляющий взгляд, упрямо молчала Йеджи, только сейчас замечая, что Шин ниже её. Намного ниже. На голову, если быть точнее. Заводя байк, чувствуя тёплые руки вокруг своей талии, Хван ухмыльнулась. Ветер бил по голым участкам тела, но уже намного меньше, нежели это было до этого. Впервые открывшиеся глаза успели заметить даже через затемнённое стекло шлема всю красоту, что их окружала. Мост светился, как и фонари на нём, вода блестела, а когда они оказались на другом берегу, то высокоэтажные дома встретили их разного вида света в окнах. Тёплый, холодный, фиолетовый, красный, просто мигающий всеми цветами радуги свет создавал рябь в глазах, но это не испортило настроение. Скорее наоборот подняло. — Красиво, — прошептала Рюджин, сама того не замечая кладя голову на спину Йеджи, почти что ложась на неё. И только старшая, чувствуя тяжесть и неудобство в спине от шлема, слегка повернула голову назад, пытаясь посмотреть, что происходит сзади, не пытаясь сдерживать тёплую улыбку, одновременно прибавляя скорости. Как только они оказались рядом с домом Рюджин, адрес которого девушка назвала до того, как надеть шлем, Хван успела даже пожалеть, что ехала слишком быстро. Вставая с чёрного мотоцикла, который в этот раз уже не так отталкивал, Шин остановилась, смотря на снимающую шлем старшую, осматривающую дом младшей. — Спасибо, что довезла, с меня благодарность, — поклонилась Рюджин, заставляя Йеджи по-настоящему удивиться. Братц впервые ей поклонилась. — Подожди, — сама того не замечая, Хван схватила Шин за руку, из-за чего она остановилась, оборачиваясь назад и смотря на девушку на мотоцикле сверху вниз. — Чёрт, — шикнула Йеджи, уже виня себя в том, о чём она думает. Вскакивая с мотоцикла, Хван прижалась своими губами к Рюджин. Девушка, чью руку она держала, слегка подскочила, точно не ожидая этого, выпячивая глаза. Через пару секунд Йеджи отстранилась, смотря на красную от стыда девчонку. — Благодарность принята, — неловко улыбнулась старшая, слегка хмыкая и отпуская руку удивлённой девушки. Ей и вправду каблуки идут больше. А ещё ей чертовски идут губы Хван, но это так, к слову.