More Than He Bargained For

      Дверь исчезла.       Как, чёрт возьми, дверь могла исчезнуть? Пит безучастно уставился на стену, а затем всё равно протянул руку, просто чтобы проверить, нащупает ли он хотя бы ручку. Однако его пальцы сжали пустоту, а когда Пит прижал ладонь к стене, то не почувствовал ничего, что указывало бы на дверь, находившуюся здесь всего минуту назад.       И что прикажете делать, когда двери не было? Пит сглотнул, внезапно осознав, что его сердце бешено колотится, а дыхание ускорилось. Двери не было, и теперь он остался наедине с Вегасом. Оказался в ловушке один на один с Вегасом… Его разум отказывался это принимать.       — Я… это ты сделал? — не задумываясь спросил Пит.       Наступила тишина, и когда Пит нашёл силы обернуться через плечо, то обнаружил, что Вегас выглядит таким же потрясённым, как и он сам.       — Я… нет… — ответил Вегас через мгновение. Похоже, он пришёл в себя быстрее, чем Пит, и выражение его лица снова стало таким, как и раньше — напряжённым, немного мрачным, а в глазах кипело то ли разочарование, то ли злость.       — По крайней мере, теперь ты не сможешь снова убежать от меня.       Пит инстинктивно сделал шаг назад, снова посмотрел на то место, где была дверь, а потом осмотрел комнату. Обстановка была красивой, даже успокаивающей — но нигде не было даже намёка на выход, а прямо сейчас Пит почувствовал, что отчаянно нуждается в нём.       — Я… — он замолчал, не зная, что сказать. Вместо этого Пит просто поправил сумку на плече, осознавая, насколько тихо в комнате, если не учитывать звука их голосов.       Вегас сделал шаг ближе к Питу, останавливая пристальный взгляд на его лице.       — Почему ты бежишь от меня, а, Пит?       Взгляд Вегаса заставил пульс Пита участиться, пуффендуец не сдержался и сделал ещё один шаг назад. Вегас, смущал Пита таким взглядом, и в комнате вдруг стало слишком жарко.       — Я просто… я хотел подумать, — наконец выдал Пит.       Это, видимо, оказалось таким себе объяснением, заставившим Вегаса лишь скривиться. Он сделал ещё один шаг вперед, и Пит сделал такой же шаг назад.       — А ты не мог подумать в компании со мной?       Тон его голоса заставил желудок Пита сжаться, и пуффендуец снова схватился за свою сумку. Пит хотел поговорить с Вегасом и до сих пор хочет, но не тогда, когда тот был настолько зол. Пит думал, если быть честным, что Вегас сочтёт его уклонение забавным, а не разозлится.       — Я… Ты меня сбиваешь! — выдал наконец Пит, не зная, что ещё сказать.       Вегас издал при этом тихий звук раздражения, почти рычание, и от этого желудок у Пита скрутило ещё сильнее. Взгляд Вегаса по-прежнему был прикован к его лицу, ничто не могло отвлечь его внимание в этой маленькой пустой комнате. Вегас сделал ещё один шаг к Питу, и тот попытался снова отступить назад, но обнаружил, что его спина упёрлась в стену. Пит издал удивлённый вздох, и тут Вегас оказался прямо перед ним, уперевшись руками по обе стороны от его головы, полностью прижимая Пита к стене. Пульс Пита участился, жар разлился по его лицу, а также по всем остальным частям тела.       Выражение лица Вегаса какое-то время оставалось напряжённым, когда он молча смотрел на Пита. Но постепенно оно смягчилось, можно было даже уловить оттенки уязвимости.       — Я сделал что-то не так? — спросил он мягким голосом.       Пит был так удивлён вопросом, что некоторое время не мог подобрать слов для ответа. Вегас стоял невероятно близко, удерживая Пита в ловушке у стены, но этот намёк на уязвимость выбивался из общего фона. Пит чем-то расстроил Вегаса, избегая его? До сих пор эта мысль даже не приходила ему в голову.       — Нет, — сказал наконец Пит, качая головой. Вегас не сделал ничего плохого, просто он слишком отвлекал и сбивал с толку, особенно находясь так близко.       Похоже, это не помогло. Наоборот, уязвимость в выражении лица Вегаса проявилась чётче. Его глаза странно блестели, и это завораживало, особенно на таком расстоянии.       — Ты избегал меня всю неделю, — сказал Вегас тихим голосом, в котором определённо угадывалась обида. — После того, что произошло в башне, я подумал, может быть, я… расстроил тебя.       Расстроил его? Пит был готов рассмеяться от этой мысли, но не смог. Не тогда, когда Вегас так на него смотрел.       — Нет. Я просто… — как ему это объяснить? — Я не расстроен, — сказал Пит наконец, заставив себя встретиться взглядом с Вегасом. — Просто… запутался, как я уже говорил.       Вегас продолжал смотреть на него. Ну, почему ему приспичило стоять так близко? Пита бросило в жар. Вегас спросил, растягивая слова:       — Запутался, в чём именно?       Это было последнее, что Пит хотел бы сказать, но он чувствовал себя прикованным к месту взглядом Вегаса, не говоря уже о руках, которые всё ещё упирались по обе стороны от него. Пит также не хотел причинять Вегасу боль, и мысль о том, что это возможно, его беспокоила.       — Я… — Пит помедлил, а потом дёрнул плечами, устремив взгляд куда-то за спину Вегаса. — Я думал, что я натурал, вот и всё! — наконец выпалил он.       Это, похоже, застало Вегас врасплох настолько, что он сделал шаг назад, освобождая Пита. Слизеринец некоторое время смотрел на него, явно ошеломлённый.       — Ты… ты не знал… — что-то щёлкнуло в мозгу Вегаса, и он заметно расслабился. — Это многое объясняет.       Когда Вегас отступил назад, Пит почувствовал странное противоречие, ощущая облегчение, получив свободное пространство, но также чувствуя лёгкое разочарование. В этом не было никакого смысла. Вегас выглядел сбитым с толку, и до сих пор не было никаких признаков двери.       — Вот и выяснили, — сказал Пит наконец. Он снова поправил сумку на плече, не зная, что делать. Сколько времени потребуется преподавателям, чтобы заметить их исчезновение?       Однако Вегас всё ещё наблюдал за ним, и теперь выражение его лица сменилось с хмурого несчастного на хмурое задумчивое, и оно продолжало поддерживать тепло в теле Пита.       — Значит, я сбиваю тебя с толку, потому что ты выясняешь свою ориентацию?       — Угу… — Пит снова почувствовал, как его щёки заливаются румянцем, и сделал вдох, пытаясь успокоиться. Почему Вегас спрашивает об этом с таким выражением лица? — Типа того, — наконец ответил Пит. Он изо всех сил старался казаться спокойным, но не был до конца уверен, что ему это удалось. — Может быть, мы попытаемся подобрать заклинание, чтобы вернуть дверь? — предложил он.       Вегас, похоже, совершенно не беспокоился об отсутствующей двери. На самом деле, его взгляд был так тщательно прикован к лицу Пита, что тот задался вопросом, когда Вегас последний раз моргал. Внезапно уголок губ Вегаса дёрнулся в легкой ухмылке, а затем руки слизеринца вернулись на стену по обе стороны от плеч Пита, но на этот раз как-то даже ближе. Вегас медленно наклонился, пока не оказался в нескольких сантиметрах от лица пуффендуйца.       — Хочешь, я помогу тебе с более глубоким исследованием? — промурлыкал Вегас, и его ухмылка стала шире. — Может, помогу тебе кое-что прояснить.       Более глубоким… Мозг Пита не позволил ему даже закончить мысль. У него пересохло во рту. Пит смотрел на Вегаса, не зная, сможет ли пошевелиться, даже если у него появится достаточно места.       — Эм… — Пит не знал, что сказать, сделать или что-то ещё, потому что внезапно он снова вспомнил о башне, о своих ощущениях, и о том, насколько близко сейчас стоял Вегас.       Вегас снова ухмыльнулся ему, и ещё приблизился. Пит почувствовал, как у него перехватило дыхание, когда Вегас провёл губами по его горлу — прямо там, где на прошлой неделе оставил засос, исчезнувший под действием заклинания. Как он запомнил точное место? Но окончательно сформулировать мысль Питу не дала рука Вегаса, опустившаяся на его бедро. И Пит получил возможность вывернуться, если бы он не застыл на месте, немного задыхаясь.       Воспользовавшись ступором Пита, Вегас внезапно лизнул его шею, заставляя того вздрогнуть и издать горловой звук, всё ещё не в силах пошевелиться.       — Да ладно, Пит, я знаю, ты этого хочешь, — прошептал Вегас Питу на ухо. — Я хорошо о тебе позабочусь.       У Пита перехватило дыхание, и он инстинктивно облизнул губы, пытаясь заставить свой мозг работать. Однако это было невероятно сложно, потому что Вегас был прямо здесь, его дыхание обжигало шею Пита, и его слова эхом повторялись в его голове.       — Вегас… — начал он, но тут же остановился, не находя слов.       Это заставило Вегаса вздрогнуть от удивления, и следующее, что ощутил Пит — губы Вегаса, прижимавшиеся к его губам в жадном поцелуе, вдавливая Пита в стену, не оставляя ни сантиметра пространства между их телами. Пит задохнулся от обжигающих прикосновений, жар в его теле усиливался от такого мощного взаимодействия.       Поцелуй был коротким, Вегас отстранился, глядя на ошеломлённое лицо Пита.       — Я не помню, чтобы ты раньше произносил моё имя, прелесть, — прошептал Вегас. Пит продолжал неподвижно смотреть на него, и, прежде чем его тело смогло решиться на какое-либо движение, Вегас снова поцеловал его, одной рукой обхватив лицо, а другой всё ещё обвивая его бедро, крепко прижимая их тела друг к другу.       Единственная связная мысль, на которую Пит был способен, заключалась в том, что по сравнению с башней, их взаимодействие было более возбуждающим, а ещё, он никогда больше не сможет воспринимать слово «прелесть» в прежнем значении. Рука Вегаса согревала его лицо, их тела были так крепко прижаты друг к другу, что Пит снова задохнулся от поцелуя. Инстинктивно он опустил руки на талию Вегаса, и со всей силы вцепился пальцами в его рубашку.       Вегас целовал так, словно был полон решимости остаться единственным, о чём думает Пит, и это работало. Пит чувствовал, как крепко зажат между сильным, спортивным телом Вегаса и каменной стеной позади него. Он ощущал, будто находится в тумане, и мог сосредоточиться только на местах соприкосновения их тел, а это ощущалось повсюду, особенно когда язык Вегаса снова исследовал его рот.       Вегас отстранился только, когда снова потянулся чтобы, выдернув рубашку Пита из штанов, просунуть под неё руку.       — Всё в порядке, прелесть?       Зачем он спрашивает, смутно подумал Пит. Рука Вегаса была такой теплой, Пит вздрогнул в ответ на прикосновение, его пальцы ещё крепче вцепились в рубашку Вегаса, а голова немного закружилась. Пит не был уверен, что способен выдавить из себя хоть одно слово, поэтому, собравшись с силами, ему удалось лишь кивнуть. Он определённо не хотел, чтобы Вегас останавливался.       Пит почувствовал, как Вегас издал тихий, довольный смех. Затем он снова впился тёплыми губами в его шею, отыскав то самое место, чтобы снова поставить на нём засос, заставляя это тепло скользнуть по позвоночнику Пита и осесть в его животе. В то же время рука Вегаса под рубашкой скользнула вверх, дразняще касаясь живота Пита. Тот снова вздрогнул и не смог сдержать ещё один тихий стон, когда Вегас сильнее впился в его шею.       Внимание Пита разрывалось между тёплой рукой, медленно поднимающейся вверх, и горячим ртом Вегаса на его шее. Но только до тех пор, пока большой палец Вегаса целенаправленно не коснулся одного из сосков Пита.       Это ощущение заставило его вздрогнуть, и он судорожно втянул воздух, не понимая, как такое лёгкое прикосновение может быть таким невероятным. По телу прошли волны тепла, и Пит начал слегка извиваться у стены, инстинктивно водя руками по спине Вегаса, чтобы притянуть его ближе.       Вегас подчинился, придвинувшись ближе, пока их бёдра не соприкоснулись, и Пит не почувствовал желание Вегаса в виде твердости, потирающейся о его бёдра. В то же время Вегас перестал сосать метку на шее Пита и переместился выше, нежно ухватив губами мочку уха пуффендуйца и потянув за неё. И в этот же момент, когда Пит снова изогнулся, мысленно удивляясь, как все эти лёгкие прикосновения могут быть такими чувственными, Вегас зажал его сосок между пальцами и слегка ущипнул.       Комбинация оказалась настолько ощутимой, что Пит заскулил, а всё его тело слегка содрогнулось. Они ведь только что начали целоваться, а Пит чувствовал, что возбуждён так же сильно, как и Вегас, предвкушая, куда его руки или рот будут двигаться дальше.       Рука Вегаса ещё какое-то время продолжала сжимать сосок Пита, заставляя того всхлипывать и выгибаться, их бёдра тёрлись друг о друга, пытаясь получить хотя бы небольшое облегчение. Затем Вегас позволил мочке уха Пита выскользнуть из его губ, а его рука скользнула вниз, зацепившись пальцем за пояс штанов Пита. У того перехватило дыхание, и когда его взгляд метнулся к Вегасу, Пит обнаружил, что слизеринец внимательно смотрит на него, с розовыми щеками, расширенными зрачками, и красными губами.       — Хочешь продолжить? — спросил Вегас, дёргая Пита за штаны, чтобы тот не упустил контекст.       — Вегас… — Пит не смог сдержать нотку протеста, прозвучавшую в его голосе. Вегас снова задал вопрос, а Пит просто не хотел сейчас думать. Даже столь малого количества размышлений было достаточно, чтобы заставить его снова покраснеть, хотя это определённо не вызывало у него желания отстраниться или сбежать. Вместо этого Пит просто кивнул, не отрывая взгляда от лица Вегаса.       Глаза Вегаса за мгновение просканировали выражение лица Пита, словно оценивая, а затем слизеринец расслабился. Палец, зацепившийся за штаны Пита, выскользнул наружу, но следом Вегас внезапно и сильно надавил ладонью на эрекцию пуффендуйца. Неожиданное воздействие заставило Пита ахнуть, его бедра рефлекторно дёрнулись вперёд, а руки заскользили вверх по спине Вегаса.       Вегас снова изучил выражение его лица, а затем тихо рассмеялся.       — Ладно, прелесть. Но стояние у стены не лучший вариант для того, что я имею в виду… — Вегас замолчал, задумчиво оглядывая комнату, оставляя предположения о том, что же он имел в виду, крутиться в голове Пита, не говоря уже о том, что его рука всё ещё прижималась к твёрдому члену пуффендуйца. — Хотел бы я, чтобы было место, где мы могли бы лечь, — пробормотал Вегас.       С тихим хлопком внезапно прямо перед камином появилась куча подушек и одеял, призывно разложенных на полу. Это заставило их обоих ошеломлённо притихнуть, а затем обменяться быстрыми, непонимающими взглядами. Прежде Пит гораздо больше заинтересовался бы тем, что происходит, но в данный момент всё, о чём он мог думать, так это о преимуществах загадочной комнаты.       — Что ж… это работает, — пробормотал Вегас, затем отступил назад, схватил Пита за руку и потащил через всю комнату к подушкам. Сердце Пита колотилось где-то в горле, туман рассеялся ровно настолько, чтобы он снова покраснел, но мозг отказывался думать о чём-либо. Добравшись до подушек, Вегас повернулся к Питу лицом, одной рукой схватил лямку его сумки и стянул её, бросая на пол. Затем осторожным движением рук Вегас сбросил школьную мантию Пита с его плеч. Золотистый свет от огня танцевал на лице Вегаса, делая черты лица более острыми. В каком-то смысле он сейчас выглядел старше, но выражение его лица было настолько мягким, что внутренности Пита снова ответили порхающими бабочками.       Вегас быстро отшвырнул в сторону и свою сумку с книгами, затем снял с плеч мантию, зацепил пальцем серебристо-зелёный галстук и, стянув его, свалил всё это в беспорядочную кучу на пол. Это заставило Пита по-настоящему ощутить то, чем они сейчас занимались, и его взгляд упал на воротник рубашки Вегаса, сосредоточившись на участке обнажённой кожи. Вегас был несправедливо привлекателен уже таким, хотя Пит усиленно начал представлять его без одежды.       Следующим движением Вегас подцепил галстук Пита, но вместо того, чтобы полностью стянуть его, он просто притянул пуффендуйца достаточно близко, чтобы снова поцеловать, голодными, но удивительно нежными губами, одновременно его руки развязали свой галстук чтобы также отбросить его в сторону, а затем начали расстёгивать верхние пуговицы на рубашке Пита. Сердце Пита всё ещё колотилось, но Вегас прервавшись, отстранился и поймал руку Пита, его ладонь была тёплой и крепкой.       — Ну же, давай.       Вегас сбросил свои чёрные туфли, и Пит неуклюже последовал его примеру, а затем они оба улеглись на груду подушек. Это было на удивление удобно, подушки оказались настолько мягкими, что не было ни намёка на твёрдый пол внизу.       Приняв лежачее положение, Пит снова задумался о том, что он делает, и его сердце пропустило удар при осознании происходящего. Однако Вегас был рядом, поэтому Пит полностью сосредоточился на нём, и, поддавшись импульсу, наклонился, чтобы ненадолго прижаться своими губами к губам Вегаса. Пит не хотел снова поддаваться панике. Он достаточно паниковал за последнюю неделю и не добился абсолютно ничего, а когда забыл о своих страхах, просто захотел большего.       Вегас удивленно хмыкнул, а затем ответил на поцелуй, повернувшись на бок чтобы обхватить лицо Пита и поцеловать ещё раз, мягче, чем ожидал Пит. Затем руки Вегаса снова стали расстёгивать пуговицы на рубашке Пита, и паника пригрозила вернуться к пуффендуйцу, пока Вегас не прикусил его нижнюю губу, после чего Пит снова потерял связь с реальностью.       Вегас целовал Пита до тех пор, пока все пуговицы на его рубашке не были расстегнуты, и она не распахнулась. Затем слизеринец отстранился, чтобы стянуть рубашку с плеч Пита и отбросить её в сторону. После этого Вегас вернулся, перекинув ногу так, чтобы его колени упирались по обе стороны от бёдер Пита. Сам Пит полулежал на локтях, глядя на Вегаса со стыдливо-удивлённым выражением лица. Вегас расстегнул свою рубашку, и у Пита мгновенно пересохло во рту от вида рельефа его мускулов, оттеняемых светом огня. Пит не мог удержаться и протянул руку к животу Вегаса, немного более рельефному, чем его собственный. Вегас с улыбкой позволил Питу стянуть с него рубашку и отбросить её в сторону, а затем наклонился и начал целовать Пита в шею, слегка прикусив кадык.       Вегас целовал и облизывал грудь Пита, двигаясь так, чтобы ухватить один из сосков губами и пососать его. Жар его рта сделал это действие невероятно возбуждающим, и Пит снова задохнулся, зарываясь руками в волосы Вегаса, и крепко хватая их. Казалось невероятным, что нечто настолько простое может быть таким приятным, заставляя сердце усиленно колотиться в ответ.       Руки Вегаса скользнули ниже, и ухватили Пита за талию, когда он снова слегка пососал сосок, эти прикосновения обожгли в обоих местах. Пит задыхался, его локти подогнулись, и он упал на подушки. Вегас издал тихий смешок, а затем продолжил целовать грудь Пита, остановившись на мгновение, чтобы пососать кожу прямо под его нижним ребром. Прилив крови оказался невероятно приятным и заставил Пита издать хнычущий звук, его пальцы всё ещё путались в мягких волосах Вегаса. Тот же продолжил свой путь, ведя языком по животу Пита, пока не смог поцеловать кожу чуть ниже его пупка. Сердцебиение Пита снова участилось, он глянул вниз и увидел, как Вегас смотрит на него снизу вверх, а его ловкие пальцы расстёгивают ширинку на штанах пуффендуйца.       Пронзительность взгляда на мгновение заставила Пита замереть, но это не помешало чувствовать руки Вегаса и их действия. Пит старался не слишком задумываться о том, чем они собирались заняться, но в данный момент это было невозможно, особенно когда Вегас так на него смотрел.       — Вегас, — начал Пит, а затем сделал паузу, чтобы облизнуть губы. — Я никогда… — он остановился, внезапно снова покраснев. Почему он вообще это сказал?       Однако Вегас сделал паузу и поднял брови.       — В чём дело, прелесть?       Внезапно Питу показалось, что это «прелесть» вызывает у него дрожь, хотя мысли были заняты тем, о чём спрашивал Вегас. На этот раз Пит хотел, чтобы Вегас знал об его отношении к подобным вещам. Сначала Пит собирался сказать, что всё в порядке, но что-то подсказывало ему, что это не сработает. Не после того, как он уже начал говорить.       — Я никогда не делал этого раньше, — наконец выпалил Пит, и ему потребовалось усилие, чтобы по-прежнему смотреть на Вегаса, а не в сторону.       Брови Вегаса дернулись, словно он был удивлен, но затем на его лице появилась лёгкая улыбка. Он приподнялся так, что навис над головой Пита, а не над его тазом, глядя ему в лицо так близко, что свисающие волосы почти касались лба пуффендуйца.       — Всё в порядке, Пит, — пробормотал он удивительно мягким голосом. — Я рад, что ты мне сказал, — Вегас оставил лёгкий поцелуй на губах Пита. — Я хорошо о тебе позабочусь, ладно? А ты просто расслабься, — Пит уставился на него, всё ещё нервничая, и Вегас приложил ладонь к его лицу, поглаживая большим пальцем выступ челюсти. — Если ты хочешь остановиться, можешь сказать об этом в любое время, договорились?       Рука, коснувшаяся его лица, заставила Пита снова вздрогнуть, но он не мог оторвать глаз от Вегаса, попав в ловушку его голоса и выражения глаз. Наконец Пит кивнул головой, и при этом почувствовал, как нервное напряжение в его желудке, наконец, немного ослабло. Он не ожидал, что Вегас отнесется к этому так мило, но что-то подсказывало Питу, что тот был честен. Это дало ему внезапный импульс, и после небольшого колебания он снова поцеловал Вегаса, уже увереннее, чем в прошлый раз.       Вегас ответил на поцелуй, губы изогнулись в лёгкой улыбке, которую почувствовал Пит. Рука Вегаса обвила шею Пита сзади, затем толкнула его обратно, чтобы он снова лёг на подушки, и прижался своей обнажённой грудью к его груди, контакт был тёплым, крепким и потрясающим.       Поцелуй на короткое время оставался нежным, а затем снова стал голодным, губы Вегаса требовательно напряглись, когда он поцеловал Пита, затаившего дыхание. В то же время Вегас немного приподнял своё тело, разрывая контакт между их обнажённой кожей. Но Пит не мог сосредоточиться на отсутствии контакта, потому что почувствовал, как одна из рук Вегаса закончила расстегивать его штаны и скользнула внутрь.       Вегас разомкнул их губы на короткое мгновение, отстранившись, чтобы смотреть на лицо Пита, когда его рука сжала твердый член пуффендуйца. Прикосновение заставило Пита издать сдавленный стон, а его руки инстинктивно легли на спину Вегаса, в то же время он изо всех сил пытался не забывать дышать. Пит был готов к подобному или, может быть, просто думал, что готов, потому что мысленно даже не приблизился к ощущениям, совсем не похожим на те, которые дарила его собственная рука. Вегас даже не шевельнул рукой, но этого было достаточно, чтобы Пит утратил способность связно мыслить.       Губы Вегаса изогнулись в ещё одной довольной улыбке, а затем его рука двинулась, совсем чуть-чуть. Пальцы скользнули по члену Пита так, что тот задохнулся, впившись руками в голую спину Вегаса, в попытке не утратить связь с реальностью, бездумно выгибаясь под ним.       Вегас издал тихий смешок.       — Посмотри на себя. Такой красивый. Такой чувствительный, — он наклонился и уткнулся носом в шею Пита, продолжая эти нежные лёгкие ограниченные движения, не в силах двигаться дальше из-за трусов Пита, мешавших ему. Пит задавался вопросом, должен ли он что-то сказать, но безрезультатно, потому что всё, о чём он мог думать — это Вегас и прикосновение его руки. В конце концов, он просто издал тихий звук, который не в силах был удержать в горле.       Вегас снова тихо рассмеялся, а затем отстранился. Пит слишком плохо соображал, поэтому его хватило лишь на то, чтобы издать ещё один горловой звук, когда Вегас сдвинулся ниже, раздвинул его ноги и встал между ними на колени. Вероятно, Пит должен был чувствовать себя незащищённым или смущённым, когда Вегас стянул его штаны и трусы, ровно настолько, чтобы полностью освободить его твёрдый член. Однако Пит не мог сделать ничего, кроме как издать сдавленный стон, потому что рука Вегаса вернулась, на этот раз поглаживая его по всей длине, раз, другой, затем его большой палец коснулся головки, и Пит выгнулся на подушках, чувствуя невероятное удовольствие, разливающееся по его телу.       Пит мог только смутно видеть, как Вегас стреляет в него озорной улыбкой, а затем наклоняется. Следующее, что Пит осознал, это то, что его член был окружён влажным жаром рта Вегаса. Пит застонал от удивления, и не зная, куда деть свои руки, вцепился в подушки, задыхаясь. Рот Вегаса был невероятен, такого Пит никогда раньше не чувствовал, поэтому тело пробила дрожь, а голова закружилась.       — Вегас, — захныкал он.       Звук его имени заставил Вегас замычать, и исходящая вибрация вокруг члена Пита ощущалась настолько сильно, что пальцы Пита сжались на подушках, а изо рта вырвался ещё один сдавленный стон.       Затем Вегас принял его глубже и начал сосать, а Пит почувствовал, что полностью развалился на части. Его сознание сфокусировалось на языке Вегаса скользнувшем по нижней части его члена, на том, как Вегас отклонился назад, и пососал самый кончик головки… Глаза Пита закрылись, рот наоборот открылся, он был слишком впечатлён, чтобы делать что-либо, кроме как наслаждаться.       Затем движения Вегаса изменились, он начал быстрее наклоняться головой к члену Пита, сосать сильнее, заглатывая так глубоко, что Питу показалось будто Вегас пытается проглотить его. Весь процесс ощущался теперь на совершенно другом уровне. Пит извивался на подушках, цепляясь за них как за спасательный круг, издавая серию очень смущающих звуков, которые сам он не слышал, да и ему было всё равно в его нынешнем положении. Ничто не имело значения, кроме жара во рту Вегаса и того, как он мычал всякий раз, когда Пит произносил его имя.       Предела Пит достиг поразительно быстро — осознав, что близок к нему, Пит смог лишь прерывисто вздохнуть и выгнуться на подушках. Вегас взял его глубже, и Пит кончил с пронзительным криком, бывшим, вероятно, именем Вегаса, но он не мог утверждать наверняка. Вегас с жадностью проглотил всю выделившуюся жидкость и отстранился только тогда, когда Пит полностью расслабился, распластавшись на подушках.       Мозгу Пита потребовалось несколько минут, чтобы снова начать работать, но даже когда это произошло, пуффендуйцу потребовались усилия, чтобы связать мысли воедино. Его мышцы всё ещё немного подрагивали, а в голове было лишь понимание того, что он ещё ни разу не кончал так быстро или сильно раньше. Эта мысль заставила Пита покраснеть, и он взглянул на Вегаса, чувствуя необходимость что-то сказать, хотя и не был уверен, что именно. Пит не смог найти силы, чтобы коснуться Вегаса или сделать что-то ещё, но он понимал, что слизеринец был максимально сфокусирован на нём.       Вегас сместился в сторону и лёг на живот, подперев подбородок одной рукой, и наблюдая за Питом всё с тем же странным, мягким выражением лица. Однако, прежде чем Пит смог решить, что сказать, Вегас, казалось, прочитал это по его лицу и тихо рассмеялся.       — Не волнуйся, прелесть, — пробормотал он. — Я сказал тебе расслабиться и позволить мне позаботиться о тебе.       Это удивило Пита, и он рассмеялся, покачав головой.       — Мне кажется, иногда ты читаешь мои мысли, — сказал он. Пит чувствовал себя лишённым способности думать и слишком обессиленным, чтобы двигаться. При этом он прекрасно осознавал тот факт, что Вегас просто наблюдает за ним, гораздо более собранный, чем Пит.       — Это потому, что твои мысли написаны у тебя на лице, — ответил Вегас, с довольным выражением лица. — С тем же успехом ты мог бы использовать заклинание, которое пишет их у тебя на лбу.       Правда? Эти слова немного удивили Пита. Хотя, может быть, так и есть, поскольку Вегас, читал его на удивление легко. Или, может быть, Пит просто не мог контролировать себя, когда дело доходит до секса.       — Это и так ужасно, — сказал он наконец, не особо думая о том, что говорит. — А заклинание, считывающее мои мысли, было бы ещё хуже.       Это заставило Вегас поднять одну бровь.       — Ужасно? — выражение его лица не было сердитым, но и весёлым тоже не выглядело.       — Нет, не ужасно, — поправил Пит, глядя на Вегаса. Чёрт, как можно было ляпнуть нечто подобное? — Я просто не привык к такому, — сказал Пит, не уверенный, что это действительно помогло. — Ты продолжаешь меня удивлять.       Это заставило уголок рта Вегаса изогнуться, и его нейтральное выражение лица сменилось на весёлое.       — Ты меня тоже удивляешь, Пит, — пробормотал он. Вегас положил свободную руку на живот Пита, прямо над его пупком, и это заставило пуффендуйца вздрогнуть, внезапно осознав тот факт, что его член находился снаружи, в то время как Вегас всё ещё был в штанах. Это заставило Пита покраснеть. Пальцы Вегаса скользнули по его коже, оставляя за собой покалывающие следы.       — Я хотел бы показать тебе больше, теперь, когда ты наконец расслаблен. Ты не против?       Показать ему больше? Пит был уверен, что если он когда-либо попытается сказать что-то подобное, то прозвучит как идиот, но Вегас каким-то образом воспринимался невероятно сексуально, особенно когда он так прикасался к Питу. Слова заставили разум Пита мгновенно перебрать все возможные варианты, и инстинкт взял верх, когда он кивнул головой.       — Я не против, — ответил Пит. Он надеялся, что его голос звучал хоть немного сдержанно, хотя и не был в этом уверен.       Улыбка Вегаса стала шире, сменившись с весёлой на довольную.       — Хорошо. Я собираюсь взорвать твой мозг, прелесть.       Пит был почти уверен, что Вегас уже сделал это, но удержался от того, чтобы произнести это вслух. Выражение лица Вегаса выдавало его излишнее самодовольство, и это в дополнение к тому, что он уже был несправедливо самоуверен и горяч. Пит не имел желания быть пассивным, но он не знал, как это выразить, по крайней мере, пока.       — Оу… — выдал он наконец, хотя это заставило его только задуматься, зачем он вообще потрудился заговорить.       Вегас издал тихий смешок, а затем его пальцы зацепились за пояс штанов Пита, чтобы стянуть их ещё ниже. Пит почувствовал себя совершенно незащищенным, когда Вегас полностью снял их. Однако Вегас, видимо, догадался или почувствовал это, потому что тут же потянулся, чтобы расстегнуть пуговицу на своих штанах.       Это казалось идеальной возможностью. Пит мгновение колебался, но затем приподнялся и протянул руку, чтобы помочь стянуть штаны Вегаса вниз, как только те были расстегнуты. Вегас позволил ему со снисходительно-мягким взглядом, убирая свои руки, передавая Питу контроль. Спустив штаны, Пит только сильнее убедился, насколько невероятно привлекательным был Вегас. Он не мог оторвать от него взгляд под аккомпанемент гулких ударов сердца. Ноги Вегаса были такими же мускулистыми и рельефными, как его пресс и грудь, свет огня танцевал на них, отбрасывая резкие тени на впадины и изгибы. Этого оказалось достаточно, чтобы у Пита пересохло во рту, но затем он полностью отвлёкся, когда Вегас стянул с себя трусы, позволив своему члену высвободиться. И, чёрт возьми, он был большим. Больше, чем у Пита, это факт. Глаза Пита широко раскрылись уставившись в одну конкретную точку, а руки замерли, прекратив свою миссию по освобождению Вегаса от его штанов.       Вегас издал тихий, самодовольный смешок, затем его руки опустились поверх рук Пита, стягивая штаны до конца, чтобы наконец избавиться от них. После этого Вегас встал на колени перед Питом, отсвечивающий золотом в свете огня, что делало его безупречным в полной наготе. Теперь они оба были раздеты.       Пит никак не мог перестать пялиться, его глаза скользили по обнаженной коже Вегаса, оставляя почти физически ощутимые следы. Совершенно несправедливо, что он был таким привлекательным — но, по крайней мере, Питу это доставляло удовольствие.       Какое-то время Вегас позволил ему смотреть, а затем издал ещё один тихий смешок, отчего Пит снова перевёл взгляд на лицо Вегаса. Он выглядел сногсшибательно — щёки раскраснелись, зрачки расширились, волосы были в беспорядке, падая ему на лоб и слегка прикрывая глаза.       — Хочешь прикоснуться ко мне, прелесть?       Вопрос заставил Пита немного покраснеть, но он сосредоточенно продолжал смотреть на Вегаса. Питу казалось, что он может продолжать делать это вечно, но в то же время он определённо хотел прикоснуться к Вегасу. Или точнее, очень сильно хотел. Пит наконец, кивнул, придвинулся ближе, поднимая голову вверх, так что их взгляды снова встретились.       Самодовольный взгляд Вегаса немного смягчился, встретившись с глазами Пита.       — Тогда действуй. В любом месте, где захочешь.       В любом месте? Это заставило Пита сглотнуть, но было трудно сосредоточиться и перестать нервничать, когда Вегас находился прямо перед ним. Мерцающий свет огня продолжал играть на его груди и животе, и в конце концов это соблазнило Пита начать именно с них. Кожа Вегаса была тёплой и упругой, но в то же время мягче, чем ожидал Пит. Он обнаружил, что совершенно очарован, наблюдая, как его рука скользит по груди Вегаса.       Вегас слегка вздрогнул от его прикосновения, и это было странно приятно. Когда Пит поднял взгляд, то обнаружил, что глаза Вегаса полуприкрыты, взгляд потемневший, но такой же мягкий, как и всё время до этого.       Пит медленно провёл рукой по груди Вегаса, просто наслаждаясь теплом голой кожи. Однако, когда он приблизился к одному из сосков, то на мгновение остановился, а затем аккуратно прикоснулся к нему большим пальцем. Это заставило Вегаса немного вздрогнуть, явно удивившись, а затем издать тихий горловой звук. Питу понравился этот звук, и он повторил действия, которые, по его ощущениям, сделал Вегас раньше — поймал сосок между большим и указательным пальцами и легонько ущипнул его, слегка повернув. Вегас вздрогнул в ответ, звук, который он издал на этот раз, был гораздо менее удивлённым, больше похожим на стон.       Мысль о том, что он может заставить Вегас стонать, перехватила у Пита дыхание, и он не задумываясь приблизился, чтобы поцеловать Вегаса, медленно и тягуче. Вегас был невероятно горячим и опытным, но Пит мог заставить его так реагировать? Эта мысль вскружила ему голову и помогла собраться с духом, чтобы скользнуть рукой по животу Вегаса, и продолжить своё исследование там.       Пит был так увлечён своим делом, что немного удивился ощущению, как руки Вегаса обвивают его шею, но через мгновение он просто придвинулся ближе. Быть настолько близко к Вегасу было невероятно соблазнительно, но даже так Питу понадобилось время, чтобы набраться смелости и сделать больше. Вегас был в потрясающей форме, и Пит задержался рукой на твёрдых мышцах, прежде чем, наконец, скользнуть ею дальше, и ещё раз поколебавшись, обхватить рукой член Вегаса. Это просто напомнило Питу о том, каким он был большим, и он почувствовал, как его дыхание стало немного поверхностным, пришлось сделать паузу, собираясь с мыслями.       Вегас снова вздрогнул от прикосновения, издав ещё один тихий стон, Пит не смог удержаться и прервал поцелуй, чтобы отстраниться и просто посмотреть на лицо Вегаса.       Глаза слизеринца оставались наполовину прикрытыми, дыхание так же было немного поверхностным, на шее билась пульсирующая венка, а когда он посмотрел на Пита с очевидным желанием, тот снова напрягся и на мгновение замер. И, тем не менее, Вегас не двигался, просто позволяя Питу медленно водить вверх-вниз по его члену. Тот ощущался бархатисто-гладким и упругим, и Пит смутно задавался вопросом, каково было бы держать его во рту, как это сделал с ним Вегас. Одна только мысль заставила Пита издать тихий звук, и он снова наклонился, чтобы поцеловать Вегаса, набравшись уверенности, чтобы немного сжать руку. Его большой палец поднялся, чтобы коснуться кончика головки, как он помнил Вегас делал с ним ранее. Руки Вегаса сжались вокруг его плеч, и он издал стон прямо в рот Пита, от чего у того закружилась голова.       Вегас отстранился и обнял Пита за талию, а следующее, что Пит осознал, он снова лежал на спине на подушках, испуская тихий вздох, когда Вегас навис над ним, с выражением лица полным желания настолько, что казалось, будто огонь обжигает кожу Пита.       — Извини, прелесть, я стал слишком нетерпелив, — пробормотал он, нависая над Питом и скользя взглядом по его лицу, как будто пытаясь запомнить его. Одна из рук Вегаса легла на бедро Пита, и от этого простого прикосновения Пит вздрогнул. Взгляд Вегаса прошёлся по его телу, а затем снова остановился на лице. — Раздвинешь ноги для меня?       Эти слова заставили Пита почти мгновенно покраснеть, и потребовалось время, прежде чем он смог заставить свои мышцы подчиниться. Однако то, как Вегас смотрел на него, было завораживающе, Питу нравилась мысль, что Вегас так нетерпелив из-за него. От этого было легче не обращать внимание на то, как колотилось его сердце, когда Пит раздвигал ноги, не сводя глаз с Вегаса.       Губы Вегаса расплылись в улыбке.       — Хороший мальчик, — пробормотал он, и что-то в этих словах застало Пита врасплох. У него перехватило дыхание, по телу пробежала дрожь, он просто смотрел на Вегаса, чувствуя себя слишком разгорячённым и неподвижным под его взглядом.       Вегас уловил настроение Пита, и его улыбка на мгновение превратилась в ухмылку. Затем он перевёл взгляд, наклонившись, чтобы выудить палочку из-под мантии, и наложить на свою руку бессловесное заклинание. Пит смотрел, немного зачарованно, как на ладони возникла лужа чего-то скользкого. Вегас небрежно швырнул палочку на соседние подушки, использовал жидкость, чтобы смазать пальцы, и снова склонился над Питом, положив другую руку на подушку рядом с его бедром.       Прикосновение скользких пальцев Вегаса к мошонке Пита заставило того дёрнуться, и слизеринец издал тихий смешок.       — Расслабься, Пит, — пробормотал он, и Пит сглотнул, отчётливо почувствовав, как пальцы Вегаса скользят вниз, пока один из них не прижался к колечку мышц. Пит рефлекторно сжался, и Вегас хмыкнул.       — Расслабься, — напомнил он Питу.       Пит подумал, что это легче сказать, чем сделать в реальности, особенно когда Вегас так смотрел и прикасался к нему. Тем не менее, Пит понимал, что Вегас прав, поэтому медленно выдохнул, стараясь расслабиться и не обращать внимания на то, как его пульс учащался от нервного ожидания.       Вегас явно почувствовал перемену, потому что медленно и аккуратно усилил давление пальца. Когда тот проник внутрь, Пит подумал, что ощущает себя в основном необычно. Это заставило его сглотнуть, сосредоточившись на том, чтобы не напрягаться у входа, а Вегас наклонился, чтобы поцеловать Пита в шею.       — Хороший мальчик, старайся оставаться расслабленным, — пробормотал Вегас, и похвала снова заставила пробежать мурашки по спине Пита. Он сосредоточился на своём дыхании, пока Вегас медленно и осторожно двигал пальцем. Это не было неприятным. На самом деле было кое-что, что нравилось Питу — мысль о том, что какая-то часть Вегаса находится внутри него. Однако, подумав об этом, Пит снова покраснел. Тем временем, костяшки свободных пальцев Вегаса, прикоснулись к ягодицам Пита, когда рабочий палец полностью проник внутрь.       Вегас остановился.       — Как ты себя чувствуешь, прелесть?       Пит не мог сдержать протестующий возглас, но он не был уверен по причине того, что Вегас остановился, или потому, что ему задали вопрос.       — Вегас… — Пит немного поёрзал, а затем застыл, поскольку это движение заставило его ещё больше почувствовать палец Вегаса внутри него. — Я в порядке, — наконец ответил Пит, затаив дыхание.       Вегас приподнял бровь, губы изогнулись в ухмылке.       — Всего лишь в порядке? Что ж, это хорошо. Однако ощущать кого-то внутри себя может быть весьма приятно, Пит. Хочешь, я тебе покажу?       — Вегас! — Пит не имел ни малейшего представления, как реагировать на своё положение, или что ответить на слова Вегаса. Его пульс зашкаливал, мозг просто закоротило, когда Пит пытался одновременно осмыслить заданный вопрос, выражение глаз Вегаса и ощущение его руки, прижатой к своей заднице.       Вегас издал тихий смешок.       — Я приму это как «да».       И, прежде чем Пит успел подумать о том, что собирается сделать Вегас, палец внутри него согнулся, нажимая на что-то, и удовольствие взорвалось искрами, побежав вдоль позвоночника, и заставив Пита выгнуться от удивления, издав полустон-полувизг.       Он снова услышал тихий смех Вегаса, но был слишком занят, дрожа от потрясения, и не мог заставить себя посмотреть на слизеринца. Вегас ухмыльнулся, явно довольный собой, затем опустился на локти на подушки и начал целовать внутреннюю часть бедра Пита, в то же время отстраняясь достаточно далеко, чтобы ввести в него второй палец. Растяжка заставила Пита немного поёжиться, хотя боли он не почувствовал. Ощущения всё ещё были на грани дискомфорта, но Пит отвлёкся от них, когда Вегас проложил дорожку поцелуев до сгиба бедра, а затем остановился, чтобы поставить отметину на чувствительной коже. Пит снова почувствовал жар в теле и начал извиваться, теряясь где-то между удовольствием и дискомфортом, пока Вегас двигал в нём уже двумя пальцами. Слизеринец то раздвигал их ножницами, раскрывая Пита всё сильнее, то время от времени изгибал их, чтобы очень прицельно задеть то место внутри Пита, от которого по позвоночнику пробегало электричество. Ощущений было так много, но также это было так хорошо, что Пит не мог сдерживать стоны, звуки незнакомые его ушам, но полностью неподконтрольные ему.       Вегас, должно быть, решил, что оставил достаточно устойчивый след, потому что переместился к противоположному бедру Пита, добавив третий палец. Интенсивность воздействия заставила Пита немного поморщиться, но потом зубы Вегаса вонзились ему в бедро, и он дёрнулся сбитый с толку потоком боли и удовольствия, который растекался внутри него. Пит снова был болезненно твёрд, и когда Вегас раздвинул эти три пальца внутри него, то вместо дискомфорта наконец-то почувствовал себя хорошо. Особенно, когда Вегас снова задел чувствительный комок нервов и в то же время оставил ещё один игривый укус на бедре Пита. Эта комбинация заставила Пита дёрнуться ещё раз, но на этот раз громко застонав, осознавая, что его дыхание стало учащённым и прерывистым.       Однако затем Вегас отстранился, что вызвало у Пита возглас удивления и разочарования. Вегас улыбнулся ему и схватил одну из свободных подушек.       — Подними бёдра, прелесть.       Питу потребовалась секунда, чтобы понять, чего от него требуют, возбуждение отвлекающе гудело под его кожей, но пуффендуец, наконец, приподнялся достаточно, чтобы Вегас смог подсунуть дополнительную подушку под его зад. Это было немного странно, но Пит доверился опыту Вегаса и ничего не сказал по этому поводу, устроившись на мягком ложе под собой.       Тем временем Вегас схватил свою палочку и наложил на ладонь ещё одно заклинание, вызвавшее скользкую жидкость. На этот раз он распределил её по своему члену, и у Пита пересохло во рту. Он не мог избавиться от мимолетной мысли о том, насколько большим был Вегас, но в основном он просто сосредоточенно наблюдал. Предвкушение внезапно стало таким пьянящим, что у Пита немного закружилась голова.       Вегас снова устроился между его ног, положив одну из его рук на бедро Пита, обжигая прикосновением, устраивая того поудобней на подушках. Вегас слегка прикусил свою нижнюю губу, когда приблизился, и первое прикосновение его члена ко входу вызвало у Пита электрический разряд по всему телу. Он с трудом смог сосредоточиться на своём дыхании, когда Вегас медленно вошёл в него. Растяжка была больше, чем от пальцев, но не в плохом смысле. На самом деле, это было невероятно. Пит издал хнычущий стон, когда Вегас медленно погружался, всё ещё кусая свою нижнюю губу, и пристально глядя на лицо Пита с голодным выражением. Питу и в голову не пришло бы, что ему может нравиться что-то подобное — ощущать член другого мужчины внутри себя, но с Вегасом это было так восхитительно. Это казалось правильным в том смысле, в каком, возможно, должно было вызывать тревогу, но Пита не заботило ничего, кроме как смотреть, как сжалась челюсть Вегаса, когда он, наконец, вошёл полностью.       Пит почувствовал себя заполненным, и это было восхитительно. Он изогнулся, и это заставило Вегаса резко вдохнуть. Затем слизеринец склонился над Питом, одной рукой обхватив его лицо, и они снова поцеловались. Это было так возбуждающе — член Вегаса внутри него, язык у него во рту, их обнажённые тела сплелись так тесно, что казалось физические оболочки размылись настолько, что перестали иметь значение. По мере того, как длился поцелуй, это становилось всё более ошеломляющим, и в конце концов Пит застонал в губы Вегаса, снова немного изогнулся, и поднял руки, чтобы положить их на спину слизеринца. Всё это казалось невероятно удивительным, но странный жар начал накапливаться глубоко внутри Пита, заставляя его чувствовать потребность в большем, когда все ощущения сосредоточились на Вегасе внутри него.       Как всегда, казалось, что Вегас знает о чём он думает, потому что едва мысль о том, что он хочет большего, пришла в голову Питу, Вегас начал двигаться, медленно скользя назад, пока в Пите не осталась одна головка, а затем с резким хлопком вонзился обратно внутрь. Внезапное возвращение наполненности заставило Пита ахнуть в рот Вегасу, пальцы впились ему в спину, и он почувствовал, как Вегас замычал, а затем снова углубил поцелуй.       Вегас не переставал целовать Пита, задавая ритм выскальзывая назад, а затем снова прижимаясь бёдрами к Питу. Следующий удар попал прямо в то место, что заставило Пита выгнуться и крепко сжаться, наблюдая звезды в глазах. Вегас вздрогнул, застонал и прикусил нижнюю губу Пита, боль от этого была головокружительным контрастом с удовольствием, искрящимся в его теле. Это чувство заставило Пита захныкать от удивления и возбуждения, и он ещё сильнее вцепился в спину Вегаса, ощущая как по телу разливается жар.       Вегас прервал поцелуй, чтобы перевести дыхание, и Пит последовал его примеру, потому что у него закружилась голова от всего этого. Следующий толчок снова попал в то самое место, и Пит выгнулся, запрокинув голову, ошеломлённый. Он понятия не имел, что секс может быть таким.       Вегас вздрогнул, когда Пит снова сжался вокруг него, и уткнулся головой ему в шею, прерывисто дыша.       — В тебе так хорошо, — простонал он, обжигая шею Пита дыханием, и у того закружилась голова ещё больше от звука голоса Вегаса — срывающегося на стон, хриплого от удовольствия. Однако, прежде чем эта мысль смогла окончательно оформиться, рука Вегаса снова обхватила член Пита, и пуффендуец издал ещё один развратный сдавленный звук. Это было слишком — рука Вегаса сжимала его, тёплое дыхание, обдувало шею, и член всё ещё двигался внутри, ускоряя ритм до тех пор, пока Пит снова не начал извиваться. Удовольствие от всего этого смешивалось в его теле, пока Пит не почувствовал, что он состоит из одной лишь похоти и наслаждения, а голова совершенно пуста от всего остального.       Вегас надрачивал ему быстрыми рывками, сжав кулак, и совершая круговые движения над головкой его члена, в то же время он регулировал угол вхождения так, чтобы каждый из его толчков попадал в то самое место внутри Пита. Сам Пит выгибался и извивался, чувствуя себя на грани, издавая стон и выкрикивая имя Вегаса, совершенно потерявшись в удовольствии.       Совсем скоро, выгибаясь под толчками Вегаса с прерывистым криком, Пит снова кончил, излившись сквозь пальцы Вегаса, пачкая грудь им обоим, и крепко сжимаясь вокруг члена Вегаса.       Это выбило проклятия из Вегаса, и заставило тоже приблизиться к краю, кончив с пронзительным криком. Его тело напряглось, когда он излился внутрь Пита. Ощущение этого только усилило волны удовольствия, прокатившиеся по телу Пита, и он слабо застонал, откинув голову на подушки, пытаясь отдышаться. Казалось, что мозг почти не работал, и всё, о чём он мог думать, это то, что он никогда не чувствовал ничего даже близкого к тому, насколько невероятно он чувствовал себя сейчас.       Затем одна из рук Вегаса обхватила его лицо, и Пит почувствовал, что его снова целуют одним из тех поцелуев, которые не связаны с сексом — мягко, нежно, просто касание губ и совместное дыхание. Пит растворился в этом, ощущая себя выжатым, блаженным и расслабленным, его голова была пуста от всех мыслей, кроме прикосновения губ и члена Вегаса, всё ещё находящегося внутри него.       Поцелуй длился несколько мгновений, затем Вегас прервал его с тихим вздохом, вышел из Пита и рухнул сбоку на подушки. Внезапная пустота заставила Пита поморщиться. Он повернул голову, чтобы оглядеться и обнаружил, что Вегас пристально смотрит на него. Они оба лежали спиной на подушках. Вегас выглядел обессиленным, его губы были красными и опухшими, на щеках выступил румянец, волосы находились в беспорядке, взмокшие от пота, а дыхание ещё не пришло в норму. Он никогда не выглядел лучше, подумал Пит.

… … …

      Пит выглядел охуенно. Его волосы растрепались и торчали во все стороны, лицо раскраснелось, губы опухли и были хорошо зацелованы на них играл намек на улыбку, глаза увлажнились и блестели, тело было полностью расслаблено.       Вегас и сам чувствовал себя расслабленным. Расслабленный, сытый, кайфующий, возможно, немного довольный собой. А также немного удивлённый. В конце концов, Вегас много трахался. Но по какой-то причине этот раз с Питом был самым потрясающим сексом, который у него когда-либо был. С того момента, как он снял одежду с Пита, Вегас чувствовал себя как провод под напряжением, кожа покалывала, реагируя даже на лёгкие, неуверенные прикосновения Пита. Это опьяняло, и одновременно сбивало с толку. Вегас никогда ни к кому не был таким чувствительным — но Пит, видимо, пробудил в нём это.       Также было что-то в энергии всего этого, от чего в голове и груди Вегаса скрутились узлы. Он не знал точно, как и почему, и не мог сказать, нравятся ему эти чувства или нет. Вегас отодвинул их в сторону, чтобы разобраться позже, вместо этого сосредоточившись на Пите здесь и сейчас. Пите, который только что потерял девственность и лежал перемазанный в сперме.       Вегас пошарил вокруг и нашёл свою палочку.       — Позволь мне позаботиться об этом, — пробормотал он, и Пит просто моргнул, когда Вегас взмахнул палочкой, убирая беспорядок. Затем снова отбросил её в сторону, перекатился на бок и положил подбородок на предплечье, изучая лицо Пита.       — Как ты себя чувствуешь?       Пит снова моргнул, а затем издал тихое и довольное мычание, и медленно потянулся.       — Потрясающе, — ответил он немного удивленным тоном.       Это заставило Вегаса рассмеяться, на его лице появилось довольное выражение.       — Хорошо, — Вегас тоже потянулся, чувствуя себя замечательно после оргазма, хотя он устал и немного проголодался. Ему не удалось нормально поесть за ужином, перед тем как кинуться догонять Пита… который, вероятно, сейчас тоже был бы голоден после того, как кончил дважды. «Я бы хотел, чтобы у нас была еда».       Раздался ещё один мягкий хлопок, заставивший Вегаса моргнуть, а потом они с Питом обернулись и обнаружили тарелку с булочками, стоящую между грудой подушек и камином. И не каких-нибудь — булочек с черникой, от мисс Перл из Хогсмида.       — Откуда они взялись? — спросил Пит. Теперь до Вегаса начало доходить как работает комната. Она отвечала желаниям и просьбам… а это значит, что его поспешная мысль не допустить, чтобы Пит ушёл, была причиной исчезновения двери.       Вегас не хотел этого говорить, потому что тогда Пит узнает, как вернуть дверь, а слизеринец пока не хотел, чтобы тот уходил. Так что Вегас просто протянул руку и взял тарелку, а затем с улыбкой предложил её Питу.       — Хочешь?       — Конечно, — медленно сказал Пит. Он всё ещё выглядел немного сбитым с толку, но через мгновение пожал плечами и протянул руку, чтобы взять булочку. — Я голоден, — добавил он немного удивлённо, и аккуратно откусил.       Вегас поставил тарелку и тоже взял булочку, сел прямо и скрестил ноги под собой, чтобы поесть. Эта выпечка действительно была его любимой — маслянистая, пышная, сладкая, с достаточным количеством черники, добавленной для пикантного вкуса. Но сейчас Вегас не обращал на это внимания, вместо этого наблюдая за Питом, также сидевшим прямо, быстро справившимся со своей порцией, и облизывающим пальцы.       Когда Пит поднял взгляд, и встретился с ответным взглядом Вегаса, то некоторое время просто молча смотрел на него. Пуффендуец всё ещё выглядел расслабленным и немного опьяневшим, но в выражении лица проскакивал какой-то интерес.       — У тебя здесь учится младший брат, верно? — спросил Пит. — А есть другие братья и сестры?       На мгновение это застало Вегаса врасплох, но затем он расслабился, и откинулся на подушках, уперевшись на руки.       — Нет, только Макао. Я не знаю, видел ли ты его когда-нибудь. Он самый шумный гриффиндорец на третьем курсе.       Пит сделал паузу, а затем рассмеялся, блеснув ямочками на щеках, и продолжил облизывать пальцы.       — Ты говоришь как Тэ о своей младшей сестре. По его словам, она самая надоедливая на своем курсе.       На мгновение Вегас слишком завис на этих ямочках на щеках Пита, чтобы понять сказанное, а затем ему потребовалось ещё мгновение, чтобы вспомнить, кто такой Тэ. Но осознание пришло через секунду — серебристоволосый пуффендуец, всегда сопровождавший Пита. Впрочем, Вегасу было наплевать на него, и он снова сосредоточился на Пите.       — Я так понимаю, у тебя нет братьев и сестёр?       — Нет, — ответил Пит. Он на мгновение нахмурился, а затем пожал плечами, и снова посмотрел на Вегаса. — Мой отец получил сына, которого хотел, поэтому не видел необходимости в большем. Думаю, мама хотела ещё детей, но ему было плевать.       Это заставило Вегаса нахмуриться, вспомнив разговор в Астрономической башне.       — Звучит так, словно твой отец был мудаком, — сказал он не задумываясь.       Пит слегка улыбнулся, хотя улыбка вышла скорее натянутой.       — Да, так и есть, — ответил он тихим голосом. — Мама всегда говорит, что раньше он был другим, но я не знаю, верить этому или нет.       Вегас тихо хмыкнул, услышав это.       — Моя мама умерла, когда Макао был ещё маленьким, поэтому я понятия не имею, был ли раньше мой отец другим, — тихо признался он. — Или он всегда был таким, как сейчас, — Вегас тихо вздохнул и снова плюхнулся на подушки, устав сидеть прямо. — Иногда я думаю, что Макао — счастливчик, — пробормотал он, медленно водя пальцем по узору подушки под собой. — Наш папа отказался от него в тот момент, когда его распределили на Гриффиндор, потому что, знаешь ли, это позор для любого Терапаньякула поступить куда-то, кроме Слизерина. И сначала это казалось ужасным, но по факту папа просто оставил его в покое, — Вегас снова вздохнул. — Иногда я этому завидую.       — Ты когда-нибудь думал о том, чтобы заниматься тем, чего хочется тебе? — спросил Пит. Он старательно жевал, доедая вторую булочку, героически разделив своё внимание между ней и Вегасом. — Если он всё равно не будет удовлетворён, что бы ты ни делал… Я понимаю, что это не так просто.       Заданный вопрос заставил Вегаса замереть, царапнув ногтем по ткани подушки. Думал ли он об этом? Может быть, мимоходом, изредка, когда был по-настоящему несчастен. Просто сказать «нахуй всё!» и уйти в закат…       — Иногда да, — признался Вегас тихим голосом, не глядя на Пита, снова обводя узоры на подушке под ним. — Изредка. Но я не думаю, что решился бы это сделать, — его старый, тайный страх вырвался наружу, и Вегас снова обнаружил, что не в состоянии скрыть нервозность в своём тоне. — Что, если вместо этого он возьмётся за Макао, если я сдамся? Или что, если он отречётся от меня, и я никогда больше не увижу брата?.. — эта мысль, как всегда, заставила его горло сжаться.       Пит ответил не сразу, но наконец Вегас услышал его вздох.       — Ты хочешь защитить его. Я понимаю, — повисла пауза, но потом Пит снова заговорил. — Чем бы ты хотел заниматься? Я имею в виду, если бы ты мог выбирать.       Этот вопрос заставил Вегаса поднять глаза, и ощутить восхищение от того, как теперь выглядел Пит — всё ещё затраханный, с розовым лицом, голый, красивый.       — Если бы я мог выбирать? — Вегас на мгновение замолчал, закусив губу. Он думал об этом, в моменты, когда принимался мучить себя, мечтая о будущем, которого у него никогда не будет. — Я… — он сделал паузу, затем издал тихий смешок, позволив своим глазам закрыться. — Я знаю, как это прозвучит, потому что слизеринцы должны быть амбициозными и всё такое. Но иногда я думаю, что вместо того, чтобы пытаться сделать себе имя в госслужбе, было бы неплохо иметь где-нибудь небольшой магазин. Может быть, в Косом переулке или здесь, в Хогсмиде. Я мог бы просто продавать свои товары и общаться с соседями, не беспокоясь о международной политике волшебников.       Наступило долгое молчание, нарушенное тихим голосом Пита:       — Как ты ожидал, это могло прозвучать? Я думаю, это замечательно. Иногда стереотипы об учащихся на определённых факультетах — чушь собачья.       Это заставило Вегаса широко распахнуть глаза. Он обнаружил, что Пит смотрит на него с выражением, которое он не мог понять. Но в нём было что-то мягкое, от чего в груди Вегаса возобновился трепет. Он проигнорировал это ощущение, пожав плечами.       — Я согласен. Стереотипы о факультетах — действительно ерунда. Но это не значит, что я могу от них сбежать.       Пит долго ничего не говорил, но, наконец, медленно кивнул:       — Да, не думаю, что можешь, — тихо согласился он. Под взглядом Вегаса Пит отправил последний кусок булочки в рот и отряхнул руки. Закончив, Пит снова встретился взглядом с глазами Вегаса, и, немного задумавшись, внезапно опять залился румянцем.       Вегас поднял бровь, отрывая подбородок от руки.       — В чём дело?       — Всё в порядке, — поспешно ответил Пит, качая головой. Он начал осматриваться, но затем замер, когда прозвучал ещё один мягкий хлопок, и ему на колени упало одеяло, сопровождаемое озадаченным взглядом Пита.       Вегас тоже был сбит с толку на мгновение, но потом его настигло озарение, и он слегка улыбнулся Питу:       — Ты стесняешься?       — Я… немного… — ответил Пит растерянно. Он быстро взглянул на Вегаса, но затем снова отвёл взгляд, а румянец на его щеках усилился. — Но… Подожди, комната каким-то образом знает, чего мы хотим?       — Похоже на то. Булочки, подушки… «Дверь», — Вегас снова посмотрел на Пита, позволив его губам изогнуться в ухмылке. — Не слишком ли поздно для смущения, прелесть? Я уже всё видел.       — Ой, заткнись, — буркнул Пит, но это не скрыло того, что он покраснел ещё сильнее, взглянув на Вегаса, а затем снова отведя взгляд. — Но… Подожди, значит ли это, что мы можем вернуть дверь?       Вегас подавил разочарованный вздох. Конечно, он быстро разобрался.       — Да, держу пари, что сможем, — Вегас не позволил своему разочарованию по поводу завершения этого вечера отразиться на лице. Он просто попал под очарование момента. Теперь, когда он забрался к Питу в штаны, то сможет избавиться от своей странной одержимости и вернуться к нормальной жизни. Так что было к лучшему, что всё закончится сейчас.       — Значит, нам просто нужно этого хотеть? — сказал Пит неуверенно. — Подожди, а почему тогда… — он замолк, а затем повернул голову и посмотрел на Вегаса, слегка прищурившись. — Дверь исчезла, потому что ты этого хотел?       Несмотря на понимание, что Пит умён, этот скачок логики застал Вегаса врасплох, и, он почувствовал, как его щёки позорно вспыхнули. Вегас откашлялся и, избегая смотреть Питу в глаза, произнёс:       — Я… ну, в свою защиту скажу, что не знал, что дверь просто исчезнет.       Пит помолчал минуту или две, но потом вздохнул.       — Думаю, я не могу тебя винить. Я избегал тебя всю неделю, — сказал он с грустью. — Мне жаль.       Внезапное извинение удивило Вегаса, и он снова взглянул на Пита.       — Всё в порядке, — сказал Вегас тихим голосом. — Я… больше беспокоился о том, что мог чем-то обидеть тебя, чем расстроиться самому.       Пит медленно кивнул, не сводя глаз с Вегаса.       — Мне и в голову не приходило, что ты будешь об этом беспокоиться, — ответил он. — Иначе я бы поговорил с тобой раньше.       Это заставило желудок Вегаса скрутиться в узел — оказывается, Пит отбросил бы дискомфорт и замешательство, чтобы поговорить с ним, если бы знал… Вегас отогнал эту мысль. Его бы это не волновало, если бы не произошедшее в башне. И внезапно Вегас ощутил дискомфорт из-за всех тех эмоций, что бушевали внутри него, чувствуя себя слишком уязвимым (и нагота тут была совершенно ни при чём). Вегас сменил позу, отбросив мысли и чувства в сторону.       — Всё в порядке, в конце концов нам удалось всё выяснить, — сказал он, затем поднялся, и начал искать свою одежду. — Я должен вернуться в свою гостиную.       — Да, я тоже, — ответил Пит. Он казался удивлённым, но мгновение спустя послышался шорох, когда Пит встал с подушек, а затем ещё один мягкий хлопок. — Похоже, дверь вернулась.       Так и есть, подумал Вегас, влезая обратно в трусы и штаны, чувствуя под кожей легкий зуд от противоречия, потому что одна его часть не хотела уходить, а другая именно этим сейчас и занималась. Вегасу нужно просто дистанцироваться от Пита, и он со всем справится. Теперь, когда Вегас добился своего, он разберётся со всеми сбивающими с толку чувствами, которые вызывал Пит. Вегас сосредоточился на этой мысли, натягивая школьную рубашку, застегивая её и засовывая в штаны, наплевав на галстук. Оказалось, что Пит тоже успел одеться, хотя выглядел откровенно помятым: волосы в беспорядке, щёки слегка покрасневшие, на шее, прямо над воротником униформы виднелся свежий засос. Вегас не мог справиться с мыслью, что люди могут увидеть эту метку и догадаться о произошедшем между ними. Однако слизеринец заставил себя не зацикливаться на этом, и поднял свою сумку с книгами.       По какой-то причине Вегас не смог заставить себя уйти раньше Пита и подождал, пока тот закончит завязывать свой школьный галстук, и заберёт свою сумку. Парни молча подошли к двери и потянули её. В коридоре снаружи было пусто и тихо. Подобная тишина дала знать Вегасу, что уже довольно поздно.       Они с Питом оглянулись на дверь, и та захлопнулась, а затем исчезла. Бывшие узники странной комнаты уставились в пустое пространство стены, а затем молча посмотрели друг на друга. Глаза Вегаса снова скользнули по розовым губам Пита, и опустились к тёмной отметине на шее. Вегас хотел что-то сказать, слова просились сорваться с губ. Однако он понятия не имел что говорить, поэтому просто внутренне вздохнул, закинул сумку повыше на плечо и послал Питу фальшивую ухмылку.       — Увидимся, прелесть.       Пит на мгновение заколебался, а затем кивнул, изучая лицо Вегаса.       — Да, наверное, — ответил Пит. В его взгляде и голосе было что-то странное, но Вегас не хотел об этом думать, поэтому просто отвернулся и направился обратно в гостиную Слизерина, подчёркнуто игнорируя необычные чувства, которые всё ещё трепетали в его груди. Они скоро пройдут, он был уверен. Однажды он снова оградит себя от них.       И только когда Вегас почти добрался до подземелья, ему пришло в голову, что если дверь исчезла и в ту же секунду не появилась вновь, значит, Пит не хотел уходить. Это заставило его призадуматься, на мгновение внутри воцарилось самодовольство, затмевая все остальные чувства. «Во время нашего следующего разговора, я могу подразнить его по этому поводу». Вегас остановился как вкопанный. «Подожди, но я ведь не собираюсь с ним снова разговаривать. Так ведь?»       Эта мысль эхом прокатилась в его голове, вызвав кучу эмоций, с которыми Вегас не хотел иметь дело, поэтому он отбросил всё это в сторону и снова направился в гостиную Слизерина, полный решимости сделать домашнее задание, лечь спать, и не думать о Пите.