Arcade

Феликс любит клубы, бары, алкоголь и сигареты. Он любит своих друзей. Таких как Сынмин и Хëнджин – заводных, весёлых и любящих шумные компании и вечеринки. А ещё он любит секс. Поэтому и ходит по таким местам, ведь к нему тянутся всякие разные парни, да и девушки в общем-то тоже, но он им отказывает постоянно. У него зуб наточен только на парней. И желательно помладше. Он любит заводить разговоры и медленно переплывать со светских тем на более интимные, не требующие посторонних глаз и ушей. Хëнджин даже как-то обмолвился о том, что тоже хотел бы уметь «заводить» такие разговоры, но получил в печень от Сынмина. Ким нередко избивает его, – если это можно так назвать, ведь его кулачки настолько малы, что он навряд ли пробьёт гору мышц Хëнджина под названием грудь. Ликс отдал бы сейчас всё что угодно, лишь бы подцепить какого-нибудь красавчика и затащить в постель. Хëнджин и Сынмин скептически переглядываются и хмыкают. Им явно не нравится этот новый клуб со странным названием «Arcade». Еще у этого клуба такой странный слоган: будь странным, но оставайся собой. И правда странное заведение. Как можно быть самим собой и выглядеть при этом странно? Спросите у Феликса, ведь он тоже не знает ответ. Он всегда выглядит и является собой. Но за спиной всегда слышит «ты странный». Что с людьми не так? Ну, разберётся он потом. Ликс из таких людей, которые не утруждают себя поиском «тех самых» людей. Они сами находят его. Но не сегодня. Сегодня парень ищет кого-то, кто пожелает с ним развлечься. Его слегка пьяный взгляд плывёт по залу, натыкается на лица Сынмина и Хëнджина, брови на секунду съезжаются к переносице, взгляд плывёт дальше. Да, очень много незнакомцев, но как-то не особо кто-то цепляет. — Тебе бы уже парня найти — хмыкает недовольно Хëнджин, но довольно громко, чтобы перекричать громкую музыку. — Ой, сами ебитесь с этими отношениями — Ликс кривит лицо и хмыкает. Ну да, он не заинтересован в постоянных отношениях. Ему больше нравится цеплять парнишек и долго трахать их чуть ли не до потери сознания. Хëнджин пожимает плечами и хмыкает, закатывает глаза. Ликс снова оглядывает зал, в его глазах мелькает заинтересованный огонёк. Он отставляет бокал с ромом на барную стойку, нарекая Сынмина охранником «великого» напитка, а сам идёт в сторону симпатичного и довольно милого парня. Его детские и милые черты лица зацепили так, что Феликс никогда его не забудет. Ликс убирает светлую чёлку от глаз, сверкает ими в полумраке и свете фонарей и вздыхает. Кажется, будто он чувствует, какая устрашающая аура исходит от парня, к которому так стремительно приближается. Его тёмные, почти чёрные глаза сверкают нездоровым блеском, а чёрные, как ночь, волосы прилипают ко лбу из-за пота. Феликс на секунду замедляется, поймав себя на мысли, что парень выглядит жутко, но плюёт на все последующие и лишь ускоряется. Он чувствует трепетное предвкушающее биение сердца и мажет языком по губам. И вот он уже рядом с этим мальчиком-загадкой, который прожигает его лисьим взглядом, изучает. — Познакомимся? — усмехается Ликс и клонит голову слегка вбок. — Я не знакомлюсь — парень смахивает невидимые пылинки со своей кожаной куртки и выгибает бровь, но продолжает сканировать Феликса взглядом. — Да ладно тебе. Тут каждый друг с другом знакомится — Ликс нервно усмехается, наблюдая как чужой, задорный теперь, взгляд сканирует его тело, а на губах незнакомца проскальзывает оскал, заставляющий толпы мурашек пробегать по спине. Парень подходит к Феликсу почти вплотную, задирает голову, будто Ликс очень высокий, и вздыхает, улыбается словно ангел снизошедший с небес. Ли не успевает понять что-либо, когда его довольно резко и грубо впечатывают в стену. Затылком он больно ударяется об неё, но кого-то это вообще волнует? Он чувствует, как азарт в нём зарождается с каждой секундой всё быстрее и быстрее, а язык то и дело пробегает по нижней губе. — Я думаю, нам стоит уединиться — бархатный голос и тёплое дыхание касается уха, волны мурашек снова разбегаются по телу. Ликс и не думал никогда, что его прижмут к стене; не думал, что над ним будут так доминировать и он будет чувствовать себя таким беспомощным в этих изящных руках. Он лишь сглатывает и кивает. И почему ему так хочется почувствовать член этого парня в себе? Почему вдруг захотелось стонать до хрипоты и прижиматься телом такому же разгоряченному. — Погоди, — Феликс стонет негромко, когда чужой язык с явным наслаждением проходится по его шее, кадыку и зубы несильно сжимают кожу, заставляя стонать протяжнее. А ведь где-то там стоят Сынмин и Хëнджин. Или же они тоже решили уединиться. Всё же этот клуб для этого и предназначен. — Как… — Ли вдыхает чужой парфюм и чуть ли не мурчит от приятного аромата. Он мычит и скулит, когда чужие большие руки сильно сжимают его задницу. — Как тебя зовут, прелесть? — ровным, насколько это возможно, голосом спрашивает Ли и вздыхает громко, когда его ноги по инерции обхватывают чужую талию. Он сцепляет их на чужой пояснице и мычит, чувствуя нелёгкий шлепок и мычит. — Можешь звать меня Чонином, малыш — отвечает парень и делает поспешные шаги куда-то. Он кусает шею Ликса, оставляет засосы и целует её. — Надеюсь тебе есть хотя бы семнадцать — усмехается он и хмыкает. — Мне… д-двадцать — зачем-то отвечает Ли и пищит, когда чужая горячая рука пробирается под его рубашку, оглаживает спину, поясницу и нажимает на точки на шее, отчего мурашки табунами бегут по шее Ликса, а стоны кажется заглушают музыку. Феликс слышит всё: как усмехается Чонин, как говорит он, что ему тоже двадцать; мурашки снова бегут по коже от ощущения горячего языка на шее и подбородке, а стоны громкие и звонкие рвутся наружу. Феликса кидают на кровать, он открывает резко глаза, когда комната заливается фиолетовым светом и закусывает губу. Он в некотором шоке оглядывается и сглатывает ком предвкушения, вздыхает и хнычет тихо, когда Чонин снова присасывается к его шее. Он оставляет яркие отметины на ней, зализывает их языком и всё мычит от наслаждения. Иногда с уст Ликса срываются болезненные вздохи и хныканья, особенно когда чужие руки непозволительно сильно сжимают его соски и делают с ними всё, что душе угодно. Ли громко вздыхает, когда более не чувствует жара чужого тела и ëрзает, морщится и громко призывно стонет, вскидывает бёдра вверх и вздыхает. Джинсы стали очень узкими и давят на член. Чонин усмехается тому, как парень извивается на кровати и играет взглядом в полумраке. Он заинтересованно мычит и вздыхает, чувствуя как и его член потихоньку набухает. Этот парень такой милый и открытый. Чонину нравится. Феликс снова стонет и выгибается в спине, призывая парня сделать хоть что-нибудь, но тот лишь усмехается и отходит к тумбочке, открывает ящик и, кинув лишь один взгляд на Ликса, говорит: — Хочу видеть как ты раздеваешься, малыш — и упирается рукой в поверхность тумбы, его язык то и дело скользит по пухлым губам, а потом эти самые губы растягиваются в ухмылке, когда он наконец-то вытаскивает то, что так долго искал и когда Феликс беспрекословно выполняет его приказ. Феликс убирает светлую чёлку от глаз и сглатывает. Под прицелом чёрных глаз он поднимается и принимается расстегивать пуговицы на рубашке, делает всё нарочито медленно, ухмыляется и тихо стонет, когда оголив грудь, касается сосков пальцами, сжимает их и прокручивает. В нём точно проснулся азарт и обоих это устраивает. Чонин крутит в руках что-то похожее на наручники и голодным взглядом обдает оголившийся торс Феликса. Он сглатывает вязкую слюну, когда блондин расстегивает ширинку и пуговицу джинсов и громким чётким голосом останавливает его. Феликс закусывает губу и скидывает свою рубашку на пол, вздыхает и чувствует как мурашки снова бегут по его спине и шее, когда Чонин подходит к нему и впивается в губы с настойчивым поцелуем. Он скулит и хнычет в поцелуй от лёгкой боли на губах, но со всей страстью и желанием отвечает. Чонин с громким довольным мычанием отстраняется от истерзанных губ и ухмыляется. Он валит Ликса на кровать, подтягивает его к изголовью и связывает руки лентой, а после прицепляет их наручниками к изголовью, отчего блондин стонет и мычит, прикрывая глаза. Теперь он полностью во власти Чонина и ему это жесть как нравится. — Мм, люблю покорных мальчишек вроде тебя, — тянет Чонин с наслаждением и нависает над парнем. Феликс ненасытно скулит и тянется к губам, на которых он разобрал вкус вишневой помады. — Поцелуи – это разовое удовольствие, красавчик — ухмыляется черноволосый и довольствуется недовольным стоном парня. — Ну пожалуйста, Чонин — шепчет Феликс и дёргает руками, после тихо вскрикивает. Чонин усмехается этому жалобному и просящему шепоту и всё же повинуется. Он целует напористо, долго, мокро и развязно; проникает в чужой горячий ротик языком, параллельно с этим сжимая член парня через джинсы, отчего тот скулит и дёргается, не зная что сделать: то ли толкнуться хочет в руку, то ли отстраниться. Чонин отстраняется от Феликса под громкий вздох парня и снова отходит к тумбочке. Ликс громко стонет и сжимает ноги, думая что так давление джинсов на член уменьшится, но кажется оно только нарастает. Чонин выуживает из ящика много различных вещей и подходит к парню, забирается на кровать и хмыкает, наблюдая как тот дёргается. Он молча снимает с него штаны и улыбается, когда довольный вздох срывается с чужих искусанных губ. Феликс точно не ожидал, что ему сегодня сделают минет. Он на это не надеялся, но Чонин точно желает свести его с ума. Ян прижимается к бугорку губами и ведёт языком по члену через трусы. Он без промедления оглаживает головку под громкий стон Феликса и наконец-то снимает ненужный элемент одежды. Ли прерывисто дышит и жмурится. С его губ слетают нескончаемые стоны и тихие хрипы. Член твёрдо стоит, демонстрируя красную головку, а пальцы на ногах в предвкушении поджимаются. — Боишься боли, малыш? — мурлычет куда ему в шею Чонин и усмехается, когда парень отрицательно мычит и силится покачать головой, но всё же не делает этого, наслаждаясь тем, как парень оставляет всё новые и новые метки на его шее. — Мазохист? — Что ты хочешь сделать? — дрожащим от возбуждения голосом спрашивает Ли и сглатывает. — Я готов ко всему Чонин, правда — улыбается он нахально и хмыкает. Он так желает снова впиться в эти красные губы и почувствовать в себе член, что непроизвольно вскидывает бёдра и мычит. — Ты сам это сказал, — словно одолжение делает, говорит Чонин и усмехается. Он щёлкает колпачком от бутылька смазки и что-то ей смазывает. Его губы изучают каждый сантиметр тела Феликса, пока анальная пробка, как понял Ли, погружается глубоко в парня. Блондин стонет и скулит, выгибается в спине и выдыхает громко, когда предмет на долю секунды, касается простаты, и скулит громче и протяжнее, когда Чонин оставляет фаллоимитатор на таком уровне. С губ срываются прерывистые вздохи, слезы собираются в уголках глаз от желания и отсутствия способности коснуться себя. А ещё Чонин измывается. Он проводит ремешками плетки по животу парня, отчего тот кажется перестаёт дышать, и не сильно бьёт, отчего Феликс громко вздыхает и жмурит глаза. Ли стонет, когда ремешки бережно касаются его члена и глубоко вдыхает, ожидая нового удара. И он получает его. Чонин бьёт достаточно слабо, но ощутимо, ведь кожа на бёдрах начинает гореть. Но желание от этого только нарастает и заволакивает разум белой пеленой. Феликс никогда не практиковал бдсм, но сейчас он понимает, что пока что ему нравится. Нравится контраст ударов и поглаживаний, а от горячих поцелуев Чонина он вообще готов сойти с ума. Чонин откидывает плётку назад и с наслаждением наблюдает как содрогается тело Феликса, а член его дёргается даже от мимолётного дуновения ветра. Феликс громко выкрикивает, когда парень оставляет несколько болезненных укусов на его бёдрах и неожиданно даже для себя кончает, когда чужая рука несильно, но ощутимо сжимается вокруг его члена. Он вздыхает громко и прерывисто, мычит и поджимает губы, надеясь на продолжение. Чонин вгоняет фаллоимитатор чуть глубже, задевая простату, отчего звонкий вскрик и стон срываются с пухлых искусанных губ Феликса. — Ты так дрожишь… неужели не можешь продержаться чуточку дольше, малыш? — хихикает тихо Чонин и пережимает член парня у основания, а другой рукой слегка придушивает его, отчего тихий стон заполняет комнату. С губ Феликса срываются хрипы, глаза он закатывает и мычит от наслаждения. Сегодня он точно откроет и даже уже открыл что-то новое. Чонин склоняется над его членом вновь и заглатывает его наполовину, вместе с тем он двигает пробку внутри парня, перестав душить его. Феликс может поклясться, что он видит звезды перед глазами и что ему ещё никогда и ни с кем не было так хорошо, как с Чонином. Ли громко стонет и вскидывает бёдра, толкаясь в горячую полость рта парня. Он судорожно выдыхает, когда стенки чужого горла сдавливают головку члена и с громким протяжным стоном кончает в горло парня, чувствуя мнимое облегчение. — Мм.., — Чонин улыбается довольным котом и усмехается, сглатывая. Феликс лишь что-то мямлит не в состоянии прийти в себя после такого крышесносного оргазма. Он лишь с облегчением выдыхает, когда Чонин развязывает его руки, позволяя размять затёкшие конечности. — Ч-чонин, пожалуйста.. — шепчет Феликс и слегка сгибает ноги в коленях. — Что «пожалуйста», солнце? — улыбается Чонин и чуть ли не мурчит от этого просящего тона и наполненных мольбой глаз. Феликс точно попал к фетишисту. — Попроси по-нормальному, а то я не понимаю — Чонин обхватывает губами сосок парня, терзает его и то же самое проделывает со вторым, только уже пальцами. Феликс мычит и вздыхает, хнычет, вскидывает бёдра, а двух слов связать не может. — Пожалуйста, трахни меня уже, Чонин — выдыхает Ликс вместе со стоном наслаждения и тихо взвывает, когда довольно острые клыки больно прикусывают его сосок. Он продолжает шептать сдавленное «пожалуйста» и скулит, толкаясь в чужой кулак. Он снова возбудился. Из-за этого чертовски классного доминирования, больных укусов и интимного шёпота, который безостановочно льётся из уст Чонина, распаляя ещё больше и возбуждая сильнее. Чонин ведёт языком по уху парня, очерчивая ушную раковину и прикусывает мочку, обхватывает её губами и посасывает, пошло причмокивая и пуская множественные мурашки по телу блондина. — Думаю, ты ещё недостаточно измучен, малыш — усмехается он и наконец-то снимает одежду с себя под пристальным пожирающим взглядом Феликса. Ли громко сглатывает и закусывает губу, когда Чонин несколько раз проводит рукой по своему члену, и мычит, предвкушая. Но Чонин же сказал, что малыш недостаточно измучен, верно? Парень проводит языком по губам и потирается членом о член Феликса, отчего громкий стон в унисон заполняет комнату. Ликс скулит и извивается, он вскидывает бёдра и негромкий шлепок бёдер о бёдра повисает в воздухе. Чонин тихо стонет, гладит его по ногам и продолжает беспорядочно двигаться, создавая трение, которое сводит их обоих с ума. Он оставляет жгучий шлепок на чужом бедре, когда Феликс силится свести колени вместе, и наконец прекращает тереться о чужой стояк. — Не хочешь попрыгать на нём? — спрашивает он хриплым голосом и откидывает чёрные волосы назад, ухмыляется и слегка клонит голову вбок, наблюдая колебания в действиях и даже во взгляде Феликса. Феликс хочет, но наверное, у не просто не хватит сил на это. Но попытка не пытка (тут как раз-таки наоборот), поэтому Ли отвечает положительно и слегка приподнимается. Когда Чонин укладывается на кровать, Ликс нависает над ним, голодно смотрит в глаза и опаляет эти манящие губы горячим воздухом, коротко целует и уползает куда-то в ноги. Чонин лисьим взглядом ща ним наблюдает и лишь сглатывает в предвкушении и мычит, когда парень обхватывает головку его члена губами и с особым старанием посасывает. Но долго он всё же этого не делает, сразу же забирается на чужие бёдра и нахально выжидающе смотрит, ухмыляется и слегка прогибается в спине, тихо простонав. Чонин с ухмылкой ведёт рукой по его пояснице вниз и останавливается возле колечка мышц, слегка надавливает на пробку, заставив парня испустить громкий стон, а после вынимает её и скользит пальцами внутрь. Он мычит довольно, когда стенки ануса парня сжимаются и довольствуется тихим стонами в ответ на свои толчки. Он целует парня в щеку и чуть резче двигает рукой, но не настолько глубоко, чтобы достать до простаты. Феликс с громким звуком, похожим на гортанное рычание прячет своё лицо на его плече и слегка прикусывает его, скуля и дергаясь от новой порции возбуждения. Ликс с тихим разочарованным стоном слегка приподнимается и непонимающе смотрит на парня, но после оглядывается и слегка прогибается в спине, чтобы дотянуться до презерватива. Он протягивает пакетик парню и тихо вздыхает, наблюдая как тот открывает его, и слегка улыбается. — Можно я?.. — спрашивает он тихо и протягивает свою маленькую ладошку парню, чуть сжимает руку, которая покоится на чужой груди, отчего Чонин вздрагивает и довольно улыбается, слегка кивает. Феликс принимает презерватив из его рук и слегка разворачивается. Он зубами открывает пакетик и раскатывает латекс по всей длине, облизывает губы и усмехается, вздыхает. Чонин помогает ему приподняться и медленно опускает. С губ Феликса срываются несколько стонов, он недолго сидит, привыкает и начинает понемногу двигаться. Чонин нежно гладит его по бёдрам, поднимается выше, снова теребит соски и двигает тазом навстречу движениям парня. Он толкается совсем неглубоко, отчего Феликс тихо рычит и даже хнычет. Чонин точно не даст ему кончить в ближайшие две минуты не смотря на то, что ему очень хочется сделать это. Ли силится двигаться резче и быстрее, но руки Чонина удерживают его за бёдра, не давая всё закончить. Феликс протяжно стонет и откидывает голову назад, открывая рот в немом стоне, а после и в довольно громком, ведь Чонин наконец-то решил толкнуться глубже и резче. Их стоны сливаются воедино, темп срывается на бешеный, а кровать изредка поскрипывает. Феликс протяжно мычит и обхватывает свой член рукой, стараясь двигать ей в такт толчкам. Чонин замедляется и сильно сжимает его бёдра, заставляя приостановиться и конечно же оргазм отступает под разочарованным стоном Феликса. — Ты хотел кончить? Ах, какая жалость, что ты не смог — хихикает Чонин и поднимается. Он обхватывает Феликса за спину, придерживая его, и впивается в губы, начиная заново. Он сжимает задницу парня в своих руках и ловит губами громкие стоны и хрипы, сминает губы и кусает их. Феликс крепко сжимает свои пальцы на его плечах и выгибается в спине, когда головка члена проезжается прямо по его простате, а перед глазами начинают прыгать чёрные точки. Чонин снова срывается на бешеный темп, доводя парня до конца, но всё равно не позволяет ему кончить, он одевает виброкольцо на чужой орган и снова ловит губами громкие стоны, двигается размашисто и глубоко. Феликс прижимается к нему всем телом и лишь хрипло стонет, вытирает слезы рукой и с громким стоном кончает в руку Чонина, когда тот наконец-то снимает кольцо и доводит его до предела. Тело беспощадно дрожит, тихие стоны всё ещё вырываются наружу, а слезы бегут по щекам, но вскоре прекращают. Чонин поглаживает парня по спине и осторожно снимает его со своего члена, снимает использованный презерватив, завязывает его и кидает в мусорку. — Эй, ты в порядке, малыш? — спрашивает он и слегка улыбается, наблюдая лёгкую улыбку на чужом лице. — Я… меня Феликс зовут, Чонин — шепчет Ликс и поджимает губы, усмехается. — Если тебе конечно что-то даст моё имя — он наигранно язвит и тихо смеётся, прикрывая глаза. — Прекрасное имя, малыш. Думаю, мы сможем это повторить когда-нибудь. Если ты не будешь против конечно — отвечает ему Чонин и помогает подняться. Он кладёт свои горячие руки на талию Феликса, отчего тот роняет тихий стон, и касается носом его уха, а после захватывает его в плен губ. — Я… Я не буду против, Чонин. Мне понравилось — отвечает Феликс и поворачивает голову в сторону, прижимается губами к чужим, желая получить последний поцелуй на сегодня, и мычит, когда чужие руки оглаживают его тело и сжимают ягодицы. — Ну.., мне пора. Думаю, друзья искать будут — оторвавшись от губ Чонина, говорит он и слегка улыбается, получив мягкий поцелуй в щеку. Ли спешно одевается и покидает комнату, уже придумывая отмазки для друзей и способы, которыми он мог бы заткнуть их, чтобы не слышать подколов и шуток про девственника.