Первое свидание в травмпункте
2 апреля 2023 г., 20:14
Последние лучи солнца прощались с очередным днем и скрывались за кронами деревьев. Трасса была совершенно пустой: ни единой машины или пешехода. Уиллоу решила этим воспользоваться. Она откинулась спиной на заднее сидение мотоцикла, а ноги закинула на руль. Байк почти не отклонился от прямолинейного маршрута и послушно вез хозяйку ровно по середине дороги. Девушка сложила руки под головой и спокойно ехала, закрыв один глаз, а второй оставив лениво следить за синеющим небом. Вдруг раздался истошный крик:
— Стойте!!!
Уиллоу за секунду приняла сидячее положение. Нога повернула руль вправо. Раздался удар, скрежет колес и громкий короткий звонок. Байкерша почувствовала, как она в кого-то врезалась. Она затормозила и увидела в паре метров от себя молодого парня, ничком лежавшего на земле. Неподалеку лежал велосипед с крутящимся колесом и помятыми рулем и рамой.
Уиллоу, слезая с байка и ставя его на подножку, покрывала жертву ДТП матом, будто совсем не признавая своей вины в случившемся.
— Ты куда выскочил, придурок? Не видишь, что мотоцикл едет и не тормозит?! ПДД учить надо! Думаешь, раз велосипед купил, так теперь самый главный на дороге? Слышь!
Она села перед пострадавшим на корточки и коснулась его плеча.
— Ты цел? — спросила она резко переменившимся спокойным тоном.
Парень начал медленно подниматься. Уиллоу взяла его под плечи. На коленях брюк велосипедиста зияли огромные дыры, ткань вокруг была пропитана пятнами крови. На коленях и ладонях содрана кожа, а на длинных тонких пальцах крови было так много, что местами она собиралась в капли. Уиллоу взглянула на лицо и увидела на нем глубокие и мелкие царапины.
— Потрепало тебя, конечно, — многозначительно кивнула Уиллоу. — Ща в травмпункт сгоняем, и нормально.
Они осторожно поднялись. Велосипедист держался за девушку, а та почти несла его на себе в сторону байка.
— А велосипед предлагаете здесь оставить, что ли? — спросил, кряхтя, парень. — Вы же не собираетесь меня на своем мотоцикле в медпункт везти? Может хотя бы скорую вызовем?
— Еще чего! — тут же громко возразила Уиллоу. — Тогда придется иметь дело с законом, оформлять заявления, объяснительные. Проще самим всё разрешить. Проще же, правда, парень?
Байкерша улыбнулась и встряхнула парня. Тот зашипел, почувствовав боль в пояснице. В голосе борзой девушки чувствовалась сила, которая чудом выбивала из головы мысль о том, что лучше было бы вызвать инспекторов и написать заявление в полицию. Она усадила раненого перед собой, чтобы придерживать его от падения, а сама села сзади и обвила пассажира руками, как перилами. Велосипед предварительно был спрятан в кусты, чтобы не мешался проезжающим водителям.
— Велосипед твой всё равно только на металлолом сгодится. Потом приедем за ним, если тебе так надо. Можем продать и выручку пополам поделить.
— Вы с ума сошли, девушка? — разозлился парень. — Я такой наглости в жизни не встречал! Да я на вас в полицию донесу, и вы не отвертитесь! Против вас все доказательства, вам ни один адвокат не поможет.
— Тише, легавый, — пораженная реакцией пробормотала Уиллоу. — Я поняла. Возьму пять процентов за содействие в продаже.
Велосипедиста в каждой реплике смущала и раздражала наглость, с которой говорила виновница аварии. Она вела себя совершенно невозмутимо, не чувствовала за содеянное никакой вины. Однако после резкого ответа на свою дерзость она присмирела.
Они доехали до медпункта, отстояли небольшую очередь. Там бедовые и познакомились поближе. Парня звали Хантер. Оказалось, что он возвращался домой после тренировки. Уиллоу посмеялась с того, что он называл занятия бальными танцами «тренировками».
— Тренировки, — поясняла она, — связаны со спортом. Бег, качалка, игры спортивные. А твои потанцульки скорее можно назвать «репетициями». Какая же это тренировка?
— Между прочим, — хмурился Хантер, — бальные танцы — один из видов спорта наравне с волейболом, футболом и другими, более популярными видами.
— Не помню, чтобы в олимпийских играх участвовали бальники. А если олимпийский комитет не признает этот «спорт» достойным олимпиады, то это и не спорт вовсе.
Хантер не соглашался и с напором доказывал, что бальные танцы — серьезный спорт. Пострадавшего вызвали в кабинет врача, а когда нарушители ПДД наконец вышли из здания медпункта, начались разговоры на совершенно другие темы.
Уиллоу поддерживала Хантера за бок. Врачи ничего серьезного не нашли. Посоветовали только полежать и отдохнуть. Ну и раны забинтовали.
Уиллоу воодушевленно рассказывала о ее любимых музыкальных группах. Она была фанаткой рока и металла, на фон часто включала фонк. Хантер оценил взглядом ее наряд: разрисованные берцы, затертые джинсы, цепи, кожанка и, конечно же, напульсники. Не возникало сомнений по поводу предпочтений этой особы. Сам Хантер любил попсу, которую крутили по радио, рэп и прочий подобный «шум», как выразилась Уиллоу.
— «Шум» — это отсутствие ритма и слаженности в сочетании звуков, — строго возражал Хантер. — Если комбинация мелодий эстетически приятна слушателю, то это автоматически музыка. Нельзя никого оскорблять за его предпочтения.
— Я покажу тебе, что такое настоящая, классная музыка, — прищурилась Уиллоу, доставая из кармана телефон и проводные наушники. Она вставила один из наушников в ухо Хантеру, а другой — в свое. Совершенно не обращая внимания на сморщенное и недовольное лицо напротив, Уиллоу включила первый трек. Это был классический панк-рок. Брови Хантера поползли вверх, разгладились морщинки. Голова закивала в такт барабанам и ритмичным струнам гитары. Он никогда не слышал подобного, но ему определенно нравился драйв, исходивший от этой музыки. Под нее хотелось двигаться, ей хотелось жить. Он посмотрел на Уиллоу. В ее глазах читалась гордость за содеянное. Может быть, она не раз косячила за три часа их знакомства, но сейчас своими действиями она задала определенно правильный вектор. Хантер не смог не засмеяться.
Включилась следующая композиция. Она оказалась такой же цепляющей и эстетически совершенной.
Кажется, в кое-чьём телефоне сегодня появится новый плейлист.