Немного раньше условленного

Ар Серый, казначей Предгорного княжества, сидел за столом в своём кабинете. Он только что разобрался с бюджетом на ближайшие несколько месяцев. Всё было на удивление тихо и спокойно: ничто не предвещало беды — и это, если задуматься, уже было поводом для тревоги: ничего не происходило. При дворе драконьего князя это могло значить только одно: грядёт буря. Поэтому, когда в его кабинет вошла Ми Ледяная с застывшим, словно окаменевшим лицом, он подобрался, как перед атакой. Но к тем новостям, которые она принесла, он всё же оказался не готов. — Здравствуй, Ми. Может быть, чаю? Какие-то новости? — Благодарю, Ар, не стоит. Сегодня я Обрела свою истинную пару. — Не стала тянуть с ответом драконица. Ар поджал губы, вдохнул и медленно выдохнул. Это было неприятно — даже без учёта его крайне негативного отношения к истинности в целом. Девочка выросла у него на глазах, и он надеялся, что по крайней мере увидит до церемонии принятия того, с кем Ми свяжет свою жизнь, разум и вечность. С другой стороны, у неё были брат, родители и старшее поколение. Они не допустили бы к ней кого-то пропащего, верно? — Что же, надеюсь, это по крайней мере достойный разумный? Твои родственники одобрили его? — Это Ри из дома Алых. Лицо Ара осталось неподвижным, а голос — равнодушным, и только ветры, взвывшие ранеными зверями в вышине, выдавали его истинные чувства. — Не смею вас задерживать, высокая госпожа. — Голос его по температуре скорее подошёл бы представителям дома его собеседницы, нежели обладателю воздушной стихии. — Ар, я... — Боюсь, я очень занят, высокая госпожа. Дел невпроворот. Хрупкая невысокая девушка с глазами и волосами цвета инея печально улыбнулась и ушла, не сказав больше ни слова. Ар сжал край стола так, что дорогое тёмное дерево стружкой посыпалось на пол, но обычно педантичного и обожающего порядок Серого дракона это не смущало. Ми... как она могла? Она же вместе со всеми оплакивала Лу, всегда была рядом, и, казалось, всё понимала... Ар ненавидел Алых, всех скопом. А ещё он ненавидел истинность. И он не мог понять — КАК?! Она действительно хочет сделать вид, будто ничего не было? Когда будто не убивала сестра её благоверного её лучшего друга. Как будто сам Ар лично не казнил ту Алую драконицу и её пару. И, честно, Ару доставало рассудка признать, что лично Ри во всём этом не виноват — но Ми могла смотреть ему в глаза, целовать, и не ассоциировать его со старшей сестрой, предательницей и убийцей? Она действительно готова была ради истинности не только забыть о гибели друга детства, не только допустить ко двору род их политических противников, но и поставить на грань вымирания свой Дом ради Дома врагов? При том, что у неё было другое совместимое существо, от которого у неё могли родиться Ледяные? А теперь надежда только на Иса — который, Ар предпочитал быть честным, особого доверия в этом плане не внушает. Пара у дракона всегда под стать его вкусам — а его побратим партнёров по полу никогда особо не разбирал. Ему бы позубастей да поопасней — а пол дело десятое. Так что нет сомнений, что пара у Иса может оказаться и мужчиной — и что тот, несмотря на всё давление со стороны старших родственников, его примет. И тогда, возможно, Ледяной дом действительно со временем исчезнет — шансы, что у Ми родятся Ледяные — около пятидесяти процентов, вот только далеко не всегда у драконов, даже у истинных, рождается за все тысячелетия совместной жизни больше одного ребёнка. Предел количества детей с одним партнёром — двое, и результат крайне не обнадёживающий. Сейчас политическая обстановка сильно переменится — и не в пользу Ледяных, а значит, и Князя. А скоро так некстати официальные смотрины — одно из самых ненавистных для Серого мероприятий. И он знал — Алые драконы не будут собой, если что-нибудь не выкинут.

***

В княжеском дворце Ару было неспокойно. Стоит признать, что Ри, несмотря на свою огненную природу, достаточно неплохо выполнял свои обязанности пары советницы и помогал Ми с решением дипломатических вопросов. Для молодого дракона из Дома буйных и пылких Алых это был, пожалуй, настоящий подвиг, но Ар в любом случае не упускал возможности поддеть его, а тот не забыл, что Ар лично казнил его старшую кузину на глазах у самого Ри и остальных родственников, и не оставался в долгу. В итоге атмосфера была... не самой приятной. Тир уже дважды аккуратно пресекал их пикировки, и Ар не жаждал продолжать испытывать его терпение — Бирюзовый мог быть его другом детства и побратимом, мог выглядеть мечтательным и легкомысленным юношей (всего-то около шестиста — плёвый срок для драконов, чья продолжительность жизни ничем не ограничена, и чей срок фертильности истекает лишь к трём тысячелетиям. Неформально дракон считается полностью взрослым после тысячи. Формально дееспособным — в зависимости от обстоятельств), однако недооценивать Тира не стоило. Он был лицом официальной власти, Князем Предгорья уже больше трёх столетий — и продержался на этой должности так долго не только благодаря верным миньонам. Проверять, что изобретёт друг в наказание за его выходки, не хотелось — фантазия у побратима с раннего детства была бо... гатая. Очень, очень богатая. Совещание уже подходило к концу, Ар уже предоставил Тиру материалы нескольких проектов, когда Ри колко улыбнулся и, мельком взглянув в глаза Ару, произнёс: — Мой князь, я хотел бы сообщить вам о том, что мои брат и сестра изъявили желание присутствовать на нынешних Смотринах. Ири, как самая знатная из дебютанток, просит о праве открывать бал с одним из свободных Советников. Ар невольно напрягся. Тир блестяще улыбнулся, словно это были отличные новости. — Полагаю, речь о Первом советнике? — Нет, моя сестра выбрала господина Иса Ледяного. Ис вопросительно изогнул бровь и иронично заметил: — Кажется, Алый Дом всерьёз решил с нами породниться? Ри безмятежно улыбнулся: — Мысли моей сестры — загадка для меня. Ар испытал смесь беспокойства с подозрением. Взглянув на Иса, он увидел именно то, чего опасался: интерес. Ис любит игры. А уж в подобные, пахнущие риском и загадкой, он обожает играть. Не зря он всё-таки в своё время выбрал должность Советника по вопросам Безопасности. Ар не хотел потерять ещё одного друга. По правде, он опасался, что эта Алая выберет его самого и попытается спровоцировать скандал — но, встань она между ним и обоими его побратимами, было бы ещё хуже — потому что Казначей не сомневался — в этом вопросе Тир его не поддержит. Серый дракон был уверен, что истинность, невозможность быть с любым выбранным существом и иметь с ним детей, что дурманящие разум инстинкты — это цепи и принуждение, а в случае с существами непарными, вроде людей и фейри — и вовсе рабство для оборотня. Князь не разделял точку зрения своего побратима, пусть и не слишком рвался его разубеждать — знал, что это совершенно бесполезно. Да, Ар знал, что формально ему не в чем обвинить оставшихся в живых Алых. Молодое поколение не участвовало в той Смуте — были слишком малы. Вот только слишком уж много в той истории тёмных пятен и недосказанностей. Дети не были замешаны, а вот их предки деятельно, но недоказанно поддерживали мятежного сородича. И эти же драконы воспитывали своих потомков, вкладывая в них СВОИ идеи и стремления. Мог ли он доверять юным огненным при таком раскладе? Разумеется, нет. Впрочем, правда была иной: Ар искал себе оправданий. Оправданий своей ненависти— потому что весь Дом Огня Недр был ему живым напоминанием о случившейся в его жизни трагедии. Одним своим видом Ри Алый оттаптывал ему больную мозоль. И тут ещё Ири выбрала Иса. А ведь тот всегда любил сомнительные развлечения. Как бы это не закончилось плохо.