Чай с яблочным пирогом

      – А в следующий вторник у нас первый матч в этом сезоне, и Джордж говорит, что нужно будет собираться каждый день на тренировки, чтобы быть в форме и дать отпор «Волкам»… Марс, ты меня слушаешь?       – Что? – растерянно переспросила девушка.       – Я говорю, ты придешь ко мне на матч? – слегка расстроенно спросил Мик.       – Ой, прости, Мик. Я просто немного задумалась. Конечно, конечно же, я приду поболеть за тебя, – поспешно сказала Мара. Слишком поспешно, но блондин не обратил на это внимания, мигом повеселев и продолжив болтать о своем:       – Видела бы ты, как Сэм пасует! У противника нет никаких шансов перехватить мяч, когда подает Сэм…       Мара слушала вполуха, не слишком вникая в подробности. Беседовать с Миком она научилась, еще даже не будучи с ним знакомой: родители отлично воспитали в ней невосприимчивость к спортивным историям. С парнем было намного проще, чем с родными – он не требовал поддерживать разговор, достаточно было лишь иногда кивать и время от времени задавать наводящие вопросы. Пока блондин увлеченно рассказывал о своих успехах, Мара целиком погрузилась в свои размышления.       Они не разговаривали с Джеромом вот уже две недели. С того самого дня, когда случился поцелуй, парень словно избегал ее и даже пропускал занятия по зарубежной литературе. Впрочем, она и сама не слишком торопилась столкнуться с ним: брюнетку несколько пугало непонимание того, в каком векторе будет развиваться их дальнейшее общение. Когда она пришла к Джерому поговорить, то совсем не ожидала, что их беседа повернет в такое русло. Этот поцелуй выбил ее из колеи: девушка не то чтобы не была к нему готова – она даже не думала о том, что до этого вообще может дойти. За эти две недели Джеффри перебрала в голове миллион вариантов: от того, что Джером просто над ней посмеялся, до того, что она сама себе все это нафантазировала.       Но ощущение пустоты внутри было не придуманным. Ноющее чувство в груди, когда она вспоминала его теплые губы, было почти осязаемым. Поцелуи с Миком никогда не вызывали в ней таких чувств – и это пугало, злило и интриговало одновременно. Злясь на саму себя, Мара недоумевала, почему такой человек, как Джером, смог вызвать в ней столько эмоций.       – … из-за тренировок мы не сможем видеться часто на следующей неделе… – Ухо девушки вырвало из контекста фразу, и она быстро вернулась мыслями в настоящий момент. – Ты не будешь скучать?       – Конечно, буду, Мик, – улыбнулась Мара, приобнимая его за талию. – Но я постараюсь найти, чем себя занять. Потому что когда ты вернешься победителем, мы наверняка наверстаем упущенное.        – Верно, детка, – ухмыльнулся блондин, чмокая ее в макушку. – Я рад, что ты у меня такая понимающая. Но сегодня я весь твой. Чем хочешь заняться?       – Как насчет океанариума?