Любовь с привкусом смерти

      Массивное мужское тело повалило Джиён на землю, закрывая собой от свистящих над головой пуль.       – Уводи её отсюда, – рявкнул Феликс парню.       – Предлагаю убираться всем, потому что мы не знаем, кто именно цель, – сквозь шум от прорезающих воздух пуль крикнул Чан.       Не отходя от девушки ни на шаг, Хван помог ей быстро вскочить на ноги, и они направились в более-менее закрытое место, которое парень выбрал, когда оценивал обстановку вокруг.

* * *

      Подросток, лет четырнадцати, сидел напротив неподвижно лежащего тела матери, обхватив руками колени. Лицо было опухшим, глаза и щёки красными и мокрыми от слёз.       – Мамочка, не уходи, прошу… Пожалуйста, не оставляй меня, – хныкал мальчик в пустоту.       Ему так хотелось, чтобы всё это было просто кошмаром, страшным сном, который никак не связан с реальной жизнью. Может, если он себя ущипнёт, то проснётся? Снова почувствует запах только что приготовленного мамой пирога с клубникой, который так любил. Услышит её нежный, добрый и счастливый голос. Почувствует её бархатную кожу руки, которой она треплет его волосы.       После смерти отца мальчик так сильно дорожил единственным оставшимся у него родным человеком. Дорожил счастьем матери, которая из-за смерти мужа внешне сильно постарела, а внутренне, скорее всего, вообще умерла. Дорожил её улыбкой, смехом. Временем, проведённым вместе. Казалось, их пошатнувшаяся семейная идиллия, которая только-только начинала приходить в норму, будет вечной. И кто бы мог подумать, что всё разрушит очередной в жизни мальчика кусочек металла, влетевший на огромной скорости в бьющееся сердце матери.       – Прости… Пожалуйста, прости. Я ничего не смог сделать, – в последний раз взглянув на тело матери, прошептал он.       После смерти обоих родителей Хёнджин пообещал всему миру и самому себе, что в следующий раз сможет защитить дорогого ему человека. Это была твёрдая и решительная цель, редко свойственная даже взрослому, не говоря уже о подростке. Но чего стоит обещание мальчика, который остался совсем один, без крепкого отцовского плеча, без доброго и нежного сердца матери, без поддержки и заботы, без любви и понимания. Обещание, данное себе и всему миру. Обещание, ради которой Хван учился самообороне, владению холодным и огнестрельным оружием, умению оценивать окружающую его обстановку, выявлять безопасные места и слабые стороны противника. Он учился думать наперёд, учился быть готовым ко всему. И был готов пожертвовать всем, даже собственной жизнью, ради тех, кто станет для него семьёй. И он обрёл эту семью. Обрёл её, увидев маленькую девочку рядом с бездыханными телами её родителей.

* * *

      – Все целы? – пытаясь отдышаться, спросил Чан.       – Вроде бы да, – выдохнув, ответил ему Хёнджин. – Джи, с тобой всё хорошо?       – Да, – немного рассеянно ответила девушка, придерживаясь за стенку.       – Ты неважно выглядишь, ­– заметил Ликс.       – Всё хорошо, правда. Я просто немного… – не договорив фразу, девушка почувствовала, что земля уходит из-под ног, а в глазах темнеет.       – Держу, – подхватывая девушку на руки, сказал Хван.       – Я, конечно, не хочу отвлекать вас от заботы о Джи, но ни у кого нет каких-нибудь недовольств по поводу произошедшего несколько минут назад? – задал вопрос Хан.       – Я так понимаю вопрос риторический? – пытался разрядить обстановку Чонин.       – Как догадался? – спросил у него Джисон.       – Я пока не понял, что это вообще было и зачем, но предлагаю всем вернуться домой и, если получится, обсудить всё, – сказал Феликс. – Хёнджин, ты сможешь её донести?       – Да, конечно, – перекидывая через плечо девушку без сознания, ответил парень.

* * *

      Восьмеро парней сидели вокруг большого стеклянного стола, пытаясь понять, кто и зачем напал на них. Не было понятно, с какой целью это было сделано. Запугать? Убить? Предупредить? Было ясно только одно –  со всем этим нужно разобраться как можно скорее, иначе кто-нибудь пострадает.       – Как думаете, те, кто на нас напали, как-то связаны с тем, кто чуть не убил Джиён? – спросил Сынмин.       – Было бы славно, если это один и тот же человек. При таком раскладе нам нужно искать только его. Но если это разные люди, тогда однозначно будет тяжело, – сказал Феликс, слегка дотронувшись пальцами до бедра Хвана.       – Сомневаюсь, что это один человек. Слишком разный почерк. Думаю, этот человек или эти люди, непонятно сколько их было, намеренно ждали нас. Это не похоже на того убийцу, – заметив руку парня, высказал своё мнение Хёнджин.       – Я согласен с ним, – поддержал парня Чан. – И исходя из логики и здравого смысла, я, Чанбин, Хёнджин, Минхо, Чонин, Хан и Сынмин не представляем интереса для недоброжелателей. Во всяком случае, не такой большой.       – Ты хочешь сказать, что целью был либо я, либо Джи? – насторожившись, спросил Ликс.       – Или вы оба, – добавил Джисон. – Не думаю, что у «Lee Corporation» мало врагов. И так как вы наследники, а ты вообще сейчас законный и полноправный владелец и директор компании, то целью были вы.       – Как бы мне не хотелось, чтобы это было правдой, но, кажется, Хан прав, – сказал Хёнджин.       – Это что получается, мало того, что Джи чуть не убили не давно, так на нас ещё и напали, как только мы начали искать того убийцу, – немного помедлив, Феликс продолжил, – Довольно странное стечение обстоятельств.       – Последние события в жизни семейства Ли вообще странные, даже на фильм какой-то похоже, – пытался разрядить обстановку Чонин.       – Ладно, давайте на сегодня закончим. Можете остаться на ночь здесь, комнат хватит на всех, – указывая, на несколько дверей, сказал Ликс и, улыбнувшись, направился в свою комнату на втором этаже.

* * *

      Лунный свет проникал в комнату через панорамные окна, не до конца закрытые плотными графитовыми шторами в пол. Подойдя ближе к стеклу, парень поднял голову и уставился в ночное ясное небо. Полная луна освещала многочисленные многоэтажные здания, почти пустую дорогу, заполненные машинами дворики, безлюдные парки и сады. Чёрное небесное полотно было усыпано маленькими яркими точечками, которые так и притягивали на себя внимание парня.       – Когда я смотрю на небо и вижу это бесчисленное количество звёзд, сразу вспоминаю твои веснушки. У них есть что-то общее, – с улыбкой на лице сказал Хёнджин. – Я знаю, тебе сейчас тяжело, но это пройдёт. У тебя есть семья, которой ты можешь рассказать о своих беспокойствах. Не переживай всё это один, – кладя руку на плечо Ликса, добавил парень.       – Я и не заметил, как ты вошёл. Давно тут стоишь? – спросил парень, разворачиваясь лицом к собеседнику, но тут же замер от представшей перед его глазами картины, боясь пошевелиться и спугнуть момент.              Белоснежный свет луны падал на Хёнджина, освещая его стройное подтянутое тело в одежде, сквозь которую можно было увидеть очертания рельефа его торса и груди. Широкие плечи, внушающие полое спокойствие, когда находишься за ними. Руки со слегка выступающими на них венами, изящные тонкие пальцы, на которые были надеты несколько колец, в том числе и их парное с Феликсом кольцо. Шею, плавно переходящую в подбородок с острой линией челюсти и выраженными скулами. Пухлые губы, имевшие слегка розоватый тон. Глубокие, завораживающие глаза цвета горького шоколада или крепкого кофе без молока. Растрепавшиеся после нападения русые волосы с пепельным оттенком, несколько прядей которых свисали прямо на глаза, закрывая обзор. Рука Феликса автоматически потянулась к непослушным волосам, убирая их и полностью открывая вид на лицо Хёнджина.       Недоумённый взгляд парня, заставил Ли понять, что тот делает. И он уже было хотел убрать свою руку, но рука Хвана накрыла её сверху, переплетая пальцы и спуская к себе на щёку.       – Ликси, – сорвалось с губ Хёнджина, привлекая на них внимание парня.       Хван сделал небольшой шаг, сокращая расстояние между их телами и, немого нагнувшись, между их лицами. Горячее дыхание обжигало мочку уха Феликса, заставляя всё тело покрыться приятными мурашками.       – Можно? – шёпотом он задал вопрос.       Ликс немного неуверенно кивнул. И в ту же секунду жаркие губы Хвана накрыли его, создавая нежный и нерешительный поцелуй.       Отстранившись, Хёнджин опустил глаза и неуверенно начал говорить: – Прости, я… – не дав закончить фразу, Феликс вцепился в губы парня.       – Мне это нужно, Джинни, – прошептал он, не отрываясь от столь мягких и сладких губ Хвана.       Постепенно поцелуй наращивал темпы, становясь более требовательным и пошлым. Язык Хёнджина по-хозяйски исследовал рот Феликса, не оставляя ни одного места незамеченным. С каждым покусыванием губ Ликс тихо постанывал в поцелуй, сильнее прижимаясь к большому телу парня, заставляя того покрываться мурашками от каждого прикосновения. Руки Феликса всё больше зарывались в длинные волосы парня, наводя там полный беспорядок, в то время как руки Хвана блуждали по телу Ли, изучая каждый сантиметр фигуры и сжимая некоторые части его тела, доводя до новых и более громких стонов.       Не обрывая поцелуй, Хёнджин подхватил немного ослабшее тело парня и положил на кровать, нависая сверху. Отстранившись от губ, парень начал спускаться ниже, покрывая поцелуями шею и оставляя на ней багровые пятна.       – Я так давно этого ждал, – прошептал Феликс. – Ждал, пока ты, – не дав парню договорить, новый стон вырвался из его уст.       – Тише, малыш, нас могут услышать, – спускаясь к ключицам, сказал парень. – Я не был уверен в твоих намёках, – добавил он, захватывая ртом новый участок кожи и оставляя на нём очередную отметку.       Протянув руки к рубашке Хёнджина, Феликс начал расстёгивать одну пуговицу за другой, освобождая от ткани разгорячённое тело, открывая себе вид на его грудь и торс и одновременно постанывая и изгибаясь в спине. Избавившись от ненужной ткани и опрокинув Хвана на кровать, пока тот был в замешательстве от уверенных действий парня, Ликс припал губами к его шее, оставляя кровоподтёки. Проводя рукой по рельефному телу и обводя каждый изгиб пальцем, парень добрался до ремня и, расстегнув его, забрался под брюки, кладя руку на пульсирующий орган, немного то сжимая, то разжимая его. Одновременно с тем его рот нашёл затвердевший сосок и, водя вокруг него языком, начал посасывать.       – Ликси, – с громким стоном с губ Хёнджина вырвалось имя парня, который и приносил безумное удовольствие, и мучал, не давая большего. – Я больше не могу.       Перехватив инициативу, Хван опрокинул Феликса на спину, стягивая с него футболку и брюки и бросая их следом за своей рубашкой. Сам же, освободившись от брюк, которые сжимали твёрдый член, навис сверху.       – Малыш, ты хочешь этого? – прошептал на ухо парню Хёнджин.       – Да, Джинни. Я безумно этого хочу.       Стянув с себя и Феликса нижнее бельё, парень надел презерватив и, выдавив смазку, нанёс её на латекс, обволакивающий его возбуждённый орган. Войдя на половину длины, Хван остановился, давая Ликсу возможность привыкнуть к члену внутри себя.       – Джинни, – жалостно простонал тот, намекая парню, что хочет большего.       Поняв намёк, Хёнджин вошёл во всю длину и начал медленно двигаться, задевая чувствительные зоны Феликса. Одновременно припадая к его губам в требовательном поцелуе и проникая в парня не только своим членом, но и языком. Постепенно толчки наращивали темп, заставляя Ликса стонать, прогибаться в спине и выкрикивать имя парня так, что казалось, их услышал бы весь город, если бы Хёнджин не занял рот Ли своим.       Поняв, что Феликсу до разрядки осталось совсем недолго, Хван обхватил рукой член парня и начал водить вверх-вниз, подстраиваясь под толчки своего органа.       – Хёнджин! – выкрикнул Ликс, содрогаясь от оргазма.       Получив одновременный оргазм, парень вытащил член и, сняв презерватив, обессиленно упал рядом с Феликсом.       – Тебе понравилось? – отдышавшись, спросил Хёнджин.       Вместо ответа Ликс припал к губам парня в нежном поцелуе и, немного отстранившись, произнёс: – Да.