Часть 4
30 июня 2023 г., 14:33
Их никогда раньше не тяготило молчание в обществе друг друга. Но сейчас, после не самой приятной встречи с нукенинами, Шисуи чувствовал скопившееся в воздухе напряжение.
— Итачи, надеюсь, ты понимаешь, что у нас не было выбора? — Спросил Шисуи, когда они остановились на ночлег. Он поднял глаза к небу, приблизительно оценивая время суток.
Лес, густой и тяжелый, звенел ветвями, вторя порывистому ветру, гоняющему серые облака на небосклоне. Стоит глубокая ночь, а им явно нужен отдых. Миссия выдалась нервной, а до Конохи еще несколько дней пути, ведь они едва ступили на территории страны Огня. Расположившись у широкого дерева, Шисуи прислонился затылком к шершавому стволу и продолжил наблюдать за задумчивым лицом друга. В лунном свете оно выглядело еще более недоброжелательным.
— Завтра утром новым Дайме объявят наследника, а Коноха получит те соглашения, которые не могла подписать уже долгое время. — Озвучил Шисуи, прикрыв веки от усталости. — Мы выполнили миссию, а остальное нас не должно волновать. Ты как хочешь, Итачи, а я посплю. Путь предстоит не близкий.
— Мы могли остановить ее. — Ответил Итачи, присаживаясь рядом. Поняв, что зацикливается на образе Харуно Сакуры, он одернул себя, добавив. — Точнее, их. Мы могли избавиться от двух нукенинов сразу.
Итачи не мог принять компромисса, по которому они были вынуждены отпустить преступников и позволить им уйти. АНБУ Конохи разыскивали Сакуру несколько месяцев, а им посчастливилось наткнуться на нее в стране Волн совершенно случайно. И теперь она снова исчезла. Не появись Хошигаки так невовремя, сейчас они бы транспортировали ее, живую или мертвую, в Коноху, а ее портрет был бы вычеркнут из книги Бинго. Навсегда.
— А еще мы могли разжечь международный конфликт. — Вздохнув, Шисуи поерзал на месте, устраиваясь поудобнее. — Мы пробрались в Резиденцию незаконно. Пойми, если бы мы развязали бой с Акацуки на глазах у чужого Дайме, к тому же, в его же доме — боюсь представить, чем бы подобная выходка обошлась Конохе. Мы все сделали правильно.
Раздражало, что Итачи все это понимал, но тараканы в голове не переставали жрать друг друга, обвиняя в упущенных возможностях. Когда Конохе снова повезет найти Харуно?
— Подежурь первым, раз тебе не спится. — Прокряхтел Шисуи, отворачиваясь, но через мгновение резко распахнул глаза и ровно сел, осматривая пространство вокруг них. — Ты это почувствовал?
Две пары проклятых глаз вспыхнули в темноте глубокой ночи. Конечно, Итачи почувствовал, и здесь они были точно не одни. Первая сигнатура, вторая, третья. Едва уловимые нити чакры кружили вокруг них, словно насмехаясь — они то блекли, то снова появлялись, поддразнивая Учиха. Те, кто пытались скрыться во мраке и подобраться к ним незаметно, вряд ли пожаловали, чтобы просто выпить чаю у костра.
На ноги поднялись рефлекторно, встали спинами друг к другу, чтобы не дать преследователям застать их врасплох. Обнажили тати.
— Ай. — Шикнул Шисуи, хлопнув себя ладонью по оголенному участку шеи. На пальцах осталось размазанное тело какого-то насекомого. Догадка пронзила мысли капитана меткой стрелой — зря он прислонился к дереву, чтобы передохнуть. — Это ловушка.
— Что это? — Спросил Итачи, кинув обеспокоенный взгляд на друга. — Ты в порядке?
Трое шиноби окружили их, появившись из тьмы ночного леса. Их фарфоровые маски бликовали серебром при ярком свете луны.
— Абураме. — Резюмировал Шисуи и сжал рукоять тати крепче.
— Мы вас немного заждались. — Подтверждая догадки Шисуи, вперед шагнул один из членов отряда. Его капитан — Торуне Абураме. — По нашим расчетам миссию в стране Воды вы должны были закончить несколько раньше и пересечь границу страны Огня еще до темна. Что-то пошло не так, Итачи-сан и Шисуи-сан?
Они давно были знакомы, только вот служили в совершенно разных подразделениях. Итачи всегда считал, что методы воспитания, к которым прибегает Данзо, добиваясь идеального послушания от своих подчиненных, несколько жестоки. Точнее чудовищны. Торуне, Фуу и Сай не более, чем безликие марионетки, знающие лишь слово «приказ».
— Разве нас должны были встречать? — Шисуи хмурился. — Никто не ранен, да и преступника на руках нет.
— Что вам нужно? — Спросил Итачи.
— Мы хотели выразить свои соболезнования. — Фуу Яманака потянулся за тати, висящим за спиной. Голос, ледяной и бесцветный, глухо звучал из-под фарфоровой маски. Никакого сожаления. — Ведь весь клан Учиха мертв.
Растерянность друга Итачи почувствовал буквально затылком. Нет, такого быть не может. Они раньше получали тревожные вести из недр штаба Корня, но Итачи был уверен, что отец сможет остановить Данзо в случае внезапного нападения и защитить клан. Значит, Корень воспользовался их отсутствием?
— И теперь вы пришли за нами?
— Почему же? Мы сопроводим вас в Коноху. Вдруг вам тоже угрожает опасность. — Вооруженный Сай сделал шаг вперед.
В глазах Шисуи три томое слились в единый рисунок, напоминающий четырехконечный сюрикен, заставив Сая остановиться.
— Не советую подходить ближе. — Прошипел Шисуи.
Однако легкий спазм, вызвавший дискомфорт в районе шеи, словно в нее чем-то укололи, заставил инстинктивно дернуть плечом. Он дотронулся до места, куда его несколькими минутами ранее укусило какое-то насекомое, и нащупал небольшую опухающую шишку.
— Это кочу. — Ответил Абураме. — Они могут производить яд, который парализует жертву и убивает ее через некоторое время. Незаметно и очень эффективно. Процесс уже запущен. Тебе осталось недолго. Значит пришла твоя очередь, Итачи.
***
Сакура уже успела отвыкнуть от прохладных ветров страны Огня, которые принимались хозяйничать в здешних местах с приходом темноты, делая ночевки в лесу малоприятными, если не удавалось найти деревушку с гостиницей или хотя бы сухую пещеру. Глухо трепался подол черных плащей, пока они с Кисаме перепрыгивали с ветки на ветку, стараясь как можно скорее догнать свою цель. — Думаешь, они не будут готовы? — Спросила она молчаливого напарника. Идея избавиться от Учиха не была навязчивой для Сакуры, ведь никаких личных счетов с ними она не имела. Да, она пыталась убить Итачи при первой встрече, но обстоятельства тогда сложились так, что и выбора-то другого не стояло. Либо он, либо она. Царапнуло лишь осознание того, что ее техники не совершены, ведь она была уверена, что смогла с помощью яда отправить Итачи к Ками. Да, Учиха слегка подпортили ей жизнь и добавили хлопот к выполнению миссии в стране Волн, но убивать ради убийства… к тому же тех, кто катастрофически силен, ей, мягко говоря, не хотелось. Возможно, она бы избавилась от них, но не идя в лобовую атаку, а дожидаясь более подходящего момента, желательно, застав их порознь. — Может, и будут. Они же профи. — Пробасил Хошигаки, упрямо продолжая путь. Сакура могла его понять. Хошигаки потерял свою команду АНБУ по их вине. — Но идея оставить в живых свидетелей убийства Дайме мне не нравится больше. Они пошли по следам Учиха практически сразу после того, как те покинули Резиденцию Дайме. Старались держаться на расстоянии, ведь такие опытные шиноби, как Шисуи и Итачи, способны легко засечь слежку. Предполагалось, что нападение случится во время привала. — Мы близко. — Оповестил Кисаме, потянувшись за предвкушающей бой Самехадой. Однако, почувствовав неладное, Хошигаки что-то невнятно промычал и остановился, вызвав на лице Сакуры замешательство. — Там что-то происходит. И правда. Земля под ногами дрожала, волнообразные колебания чакры доходили даже до их ступней. Вдалеке вспыхнуло огромное оранжевое облако — оно подожгло деревья, сверкнув на фоне черной ночи золотым заревом. Порывы ветра услужливо донесли до острого слуха лязг клинков. Не нужно было долго размышлять над ситуацией, чтобы понять, что Учиха ведут непростой бой. — Нас опередили. — Переглянувшись с Кисаме, Сакура поспешила в сторону устроенного Учихами пожара вслед за напарником. — Но кто? Учиха же на своей земле. — Думаешь, у них мало врагов? — Оскалился Хошигаки. — Их клан за многие десятилетия нажил столько недругов, сколько за нами, преступниками, за награду не гоняется. Уж поверь. Они приближались к эпицентру сражения. Воздух становился все горячее то ли от пожара, перекидывающегося по деревьям все дальше и дальше, то ли от характера битвы, — здесь явно дрались насмерть. Вновь остановиться заставило огромное зеленое нечто, ростом превысившее все растущие вокруг деревья. Это было похоже на человека, облаченного в доспехи, но полностью состоящего из чакры. — Что за чертовщина? — Выругался Кисаме и, потянув Сакуру за собой, уклонился от ударной волны, взмыв вместе с напарницей на одну из ветвей, куда еще не добралось пламя. Пришлось обоим погасить чакру, чтобы остаться незамеченными. Бой на выжженном клочке земли валил деревья и проходил столь стремительно, что тяжело было взглядом зацепиться за сражающихся. Над обугленной поляной то и дело сыпались искры, когда в воздухе скрещивалось оружие. Посреди зеленого рыцаря Сакура смогла рассмотреть Шисуи, в глазах которого алел шаринган, а щеки были залиты кровавыми дорожками. Но смущала даже не кровь, льющаяся с глаз. Цепкий взгляд медика отметил дрожащие колени, рваное дыхание и плохо подчиняющуюся моторику. Вряд ли профи, вроде Шисуи, складывает печати со скоростью рядового джоунина. Итачи вел бой практически в воздухе; он принял на себя удар сразу двоих шиноби в масках, оттесняя их подальше от пострадавшего напарника. Пальцы Шисуи задрожали, а в глазах потух шаринган, забирая за собой зеленого рыцаря, защищающего его от третьего недруга. Он с трудом старался оставаться в сознании, ведь мысли уже туманились, медленно перетекая в голове вязкой субстанцией. Упустить такую возможность — ошибка. Видимо, так же подумал шиноби с рыжими волосами. Он бросился в сторону упавшего на четвереньки Шисуи, занося тати для удара. Разве так умирают лучшие? Почему-то Сакуре не хотелось в это верить. Но огромная зеленая рука, появившаяся из-за спины почти поверженного Учиха, перехватила атакующего в прыжке, сжав его тело в кулаке. — Шисуи! — Раздался обеспокоенный возглас Итачи. Он не мог помочь другу, продолжая отбивать атаки. Сначала лес разрезал крик, оглушающий. Так не кричат даже пациенты, когда медики режут их наживую, без наркоза и обезболивающих. Сакура поморщилась. Рука продолжала сжимать тело противника, пока вопли не булькнули в пустых легких. Затем раздался хруст, а землю окропила чужая кровь. Шиноби обмяк. Когда его тело бесформенным мешком упало на землю, с лица съехала фарфоровая маска, открывая вид на выпученные глаза и застывший в немом крике рот. — АНБУ. — Подытожил Кисаме. — Странно, что от них хотят избавиться именно АНБУ. — Другая деревня? — Сакура пожала плечами. — Ты же сам говорил, что у них много врагов. — А если это АНБУ Конохи? Такого Сакуре в голову не приходило. Конечно, предательство своих собратьев — дело нехитрое даже в скрытых деревнях, но Учихи не производили впечатление шиноби, способных нанести вред Конохе. Силуэт Итачи мелькнул совсем близко. Приложив два пальца к губам, он выдохнул большой огненный шар, чье пламя поглотило сразу двоих нападающих и превратило в кляксы нарисованных животных. Он подлетел к Шисуи, едва держащимся за реальность, и попытался его поднять. — Шисуи, ты идти можешь? — Внятного ответа он не услышал. Покачнувшись, на ноги Шисуи все же встал, но беспомощно повис на плечах друга, абсолютно перестав контролировать движения рук и положение головы. — Не смей умирать. Мы доберемся до Конохи, слышишь! Я отнесу тебя к Пятой. Не отключайся! — Сомневаюсь. — Огонь расступился, позволяя Саю и Торуне выйти из него непострадавшими. С их лиц спали только маски. — Скоро наступит паралич. Затем откажут легкие, но он не успеет задохнуться, ведь его сердце остановится раньше. — Все-таки яд. — Прошептала Харуно. Профессиональный интерес зудел на подкорке. — Его отравили. Двое против одного. Нечестный расклад, учитывая, что Шисуи больше не боеспособен. Он выглядел как поломанная кукла, которую пытается спасти любящий владелец. Зря Итачи взвалил на себя эту ношу, вряд ли его друг протянет хотя бы пару часов. АНБУ, что рисовал животных, схватился за свиток и кисть, намереваясь атаковать Учиха в последний раз, ведь, удерживая Шисуи на плечах, Итачи не сможет защититься. Не успеет. Тати пробило грудь Сая настолько внезапно, что Торуне едва успел отскочить в сторону, чтобы не стать легкой добычей для оригинала. — Клон. — Сакура ухмыльнулась. Она даже не заметила, когда Итачи успел создать его. Все рассказы Кисаме, предупреждающие о талантах Учиха, оказались более, чем правдивы. Их ведение боя восхищало. Прикрываясь телом поверженного врага, Итачи метнул в сторону Торуне кунаи, однако, благодаря щиту из насекомых, созданным Абураме, ни один из них не достиг цели. Брови Сакуры сошлись у переносицы, и она тревожно переглянулась с Кисаме. Такой щит из насекомых был ей знаком. Чувство, будто его она раньше где-то видела, скрипело за грудиной, заставляя легкие набирать все больше воздуха, а сердце — стучать громче и быстрее. Неужели это он? — Неплохо, Итачи. — Торуне сложил первую печать. — Но не рассчитывай, что сможешь уйти отсюда живым. В висках у Сакуры громыхнуло, когда на ее глазах кожа Торуне приобрела цвет сине-фиолетовой гематомы. Мелкие насекомые полностью покрыли каждый миллиметр его тела. Уши заложило, а кулаки сжались до впившихся в ладони ногтей. Сакура искала этого человека всю свою сознательную жизнь, чтобы поквитаться. — Сакура, нет. — Кисаме схватил ее за локоть и покачал головой, призывая остановиться и не делать глупостей. — Может, это не он. Но Сакура не могла ошибиться. Вспышки-воспоминания, превращающие ее сны в кошмары по ночам, точно совпали с реальностью. Это точно был он.***
Изо всех сил Итачи старался не показывать противнику усталости, но сдерживать отдышку становилось все труднее, учитывая, что запас его чакры был не бесконечен. Он бросил взгляд на друга, оценивая критичность его состояния. Если он не поторопится и не остановит Абураме, то они с Шисуи погибнут сегодня, здесь. Мысли о том, что клан Учиха мертв, Итачи отгонял далеко-далеко. Не верил. Или не хотел верить. По крайней мере, не сейчас, пока бой с ублюдком из Корня не закончен. Кожу Торуне покрыли насекомые. Вероятно, не менее смертоносные, чем та дрянь, что укусила Шисуи до боя, а значит, прикасаться к Абураме категорически запрещено, если не хочется умереть, будучи отравленным. Однажды Итачи чуть не отдал душу Ками из-за яда Харуно Сакуры, и полученные впечатления ему жутко не понравились. Не лучший способ расстаться с жизнью. Торуне атаковал первым. Пришлось отбросить тело Сая в сторону, а вместе с ним и тати, что прошило грудину художника насквозь. При условии, что касаться Торуне нельзя, кунай — не самое надежное оружие. Приходилось отступать. Ждать, когда противник ошибется. Но время утекало, и Итачи был вынужден атаковать в ответ. Он крутанулся. Пропуская атаку над головой, присел и нанес удар подошвой по голеням Торуне, из-за чего из штанин АНБУ посыпались насекомые и разбежались, скрывшись в почерневшей траве. Какая мерзость. Всплеск смутно знакомой чакры отвлек, и Итачи едва не схлопотал удар по лицу, но умудрился извернуться и отскочить в сторону. Рядом всколыхнулась чужая сила, и боковым зрением Учиха смог лишь мельком заметить нечто красно-черное, пронесшееся мимо столь стремительно, что он с трудом успел сообразить о потенциальной опасности и броситься к Шисуи, чтобы прикрыть его. Земля вздрогнула от чудовищного удара, который пустил по земле кривые широкие трещины и поднял в воздух облако пыли. — Сакура? — Прошептал Итачи. Он разглядел цвет ее волос раньше кроваво-красных облаков на плаще. Появившаяся следом грозная фигура Кисаме заставила Итачи подобрать с земли тати Шисуи и принять оборонительную позицию. Хошигаки лишь фыркнул, будто Учиха сейчас интересовал его меньше всего. — Лучше не вмешивайся, парень. Эта битва теперь не ваша. Что значит «не ваша»? Впервые Итачи почувствовал, как внутренности обдало холодом, когда его взгляд зацепился за силуэт Харуно. Ее чакра металась, бесновалась, посылая вокруг волны силы, заставляющие волосы на руках вставать дыбом. — Акацуки? — Хлопнул глазами Абураме, точно не ожидавший настолько наглого вторжения в его бой. — На стороне Учиха? Звучит, как что-то интересное. Сакура слушать глупые вопросы и предположения не стала. Не стала ждать, когда АНБУ отойдет от шока, чтобы наброситься первым. Нет. Она ринулась в бой, концентрируя в кулаках чакру. Гнев бурлил в жилах, а желание отомстить застилало глаза кровавой пеленой. Сакура видела перед собой лишь цель, которую необходимо устранить, но не равнодушно и хладнокровно, как заведено в правилах, созданных для «идеальных шиноби», а уничтожить, разнести на куски, разорвать на части, — так, чтобы от жалкого существования этого подонка и следа не осталось. Она теснила, напирала, не позволяя противнику лишний раз вздохнуть. Если попадет хотя бы раз… хотя бы один единственный раз. Промах, снова промах. Его скорость впечатляюще высока, и он уклонялся от ударов, ожидая, что полоумная девчонка, нахально вмешавшаяся в бой, быстро выдохнется. Торуне почти ликовал. Напрасно она приняла решение сражаться с ним в ближнем бою, ведь только руку протяни — и он сможет огладить своими фиолетовыми пальцами ее красивое личико, пустив по бледной коже насекомых, способных с удовольствием ее подпортить. Летящий в сердце скальпель чакры он перехватил намерено, умудрившись вцепиться как клещ в тонкое запястье под тканью плаща. — Как жаль. — Он вздохнул, привлекая внимание соперницы к их телесному контакту. Почувствовав, как насекомые принялись хозяйничать на чужой коже, он ощутил себя победителем. — Теперь ты тоже умрешь. Поляну накрыла тишина, когда противники застыли, глядя друг другу в глаза. В их последнем бою Итачи показалось, будто Сакура хладнокровный ирьенин, лишенный милосердия и сочувствия, но сейчас он видел гнев, бурлящий в ее жилах и готовый обрушиться на Абураме более жарким пламенем, нежели огненный шар. Торуне ошалел, когда в ответ на констатацию будущей смерти Сакура хмыкнула, а затем почти засмеялась. — Я медик, идиот. — Выплюнула она ему в лицо. С левой ее удар всегда был слабее, но концентрации чакры хватило, чтобы нанести удар в грудину — с чувством, с размахом, — и сломать Абураме несколько ребер, а затем отправить его тушу в полет. Треск. Спиной тот сломал ствол ближайшего дерева, когда влетел в него словно кусок бесформенного мяса. Пытаясь прийти в себя после атаки, он предпринимал попытки подняться, беспомощно царапая ладонями землю. С рук Сакуры, обрамленными зеленой чакрой, осыпались мертвые жуки. Взмыв в воздух, она налетела на поверженного врага и вцепилась в черную водолазку одной рукой, а второй начала наносить по лицу удар за ударом, с трудом сдерживаясь, чтобы не приправить их чакрой. Ведь она не хотела проломить ему череп раньше времени. Сначала хрустнула чужая переносица, затем в стороны брызнула поганая кровь. Всё, что мог делать Итачи — это ошарашенно наблюдать за боем отступницы, совершенно не контролирующей волну захлестнувших ее эмоций, что смогли напрочь снести стену натренированного самоконтроля. — Небольшое поселение на краю страны Огня! Помнишь? — Сакура почти кричала. Встряхнула его за грудки со всей силы, чтобы не смел терять сознание, пока она задает ему вопросы. — Десять лет назад. Ты был там! Взглянув на Кисаме, Итачи отметил, что тот явно в курсе произошедшего в прошлом Харуно, раз не вмешивается и позволяет Сакуре выплеснуть всю злость и ненависть на оппонента. Торуне закашлялся. Выплюнул сгусток крови. Сквозь боль, заволакивающую сознание, он не сразу смог рассмотреть Сакуру. — Ты… — Прохрипел он. — Отпрыск Кизаши. Кизаши? Это имя Итачи слышал впервые, но смог заметить, как от упоминании имени отца у Сакуры затряслись руки. — Помнишь. — Констатировала Сакура. Глубоко выдохнув, она попыталась успокоиться и взять себя в руки. — Это хорошо. Еще один удар по лицу. В этот раз Торуне нехило приложился затылком о землю. — Чей это был приказ? — Она трясла его сильнее. — Говори! Кто приказал уничтожить поселение? Кто? Болтаясь в руках Сакуры тряпичной куклой, Торуне хрипло усмехнулся. Кровь текла по подбородку, пачкая пальцы и плащ Харуно. — Жаль, что ты не сдохла тогда. В Конохе. — Застыли все присутствующие на поляне, ведь хриплую фразу они смогли разобрать. — Ведь это я… в последний день пытался тебя убить. Теперь Итачи понимал, что ни черта не знает о жизни Харуно Сакуры несмотря на то, что прошерстил архив Конохи в поисках информации о ней вдоль и поперек. Никаких сведений о Кизаши, отце Харуно, о деревне, что была уничтожена десять лет назад, он не находил. Он вздрогнул, когда Сакура закричала: — Мне плевать! — Истерика подкатывала к горлу, заставляя ее голос труситься. — Мне нужно знать, кто отдал вам приказ! В районе сердца засаднило, и Итачи поджал губы. Мысли подкинули картинки теперь мертвого квартала Учиха, заваленного трупами. Пришлось тряхнуть головой, чтобы прогнать их. Рано поддаваться панике, они с Шисуи должны увидеть все собственными глазами. — Быстро ты не умрешь. — Прошептала Сакура, и скальпель чакры блеснул в ее руках. Итачи узнавал это состояние. Сейчас она способна достать из него информацию любой ценой. И чихать ей на моральные устои и сострадание. — Я буду резать тебя на куски, потом собирать обратно, потом снова резать, пока ты не расскажешь мне все, что я хочу знать. Торуне усмехнулся, языком нащупал небольшую капсулу во рту и раскусил ее, высвобождая наружу яд, специально подготовленный в штабе АНБУ как раз для таких случаев. Его тело забилось в конвульсиях, а скрюченные пальцы отчаянно впились в землю, словно умирающий слишком хотел жить. — Нет… — Она не могла упустить его. Ладони засветились зеленым и принялись судорожно сканировать тело. — Нет-нет-нет. Нет! Когда изо рта потекла пена, его взгляд застыл в пустоте, а грудная клетка перестала подниматься. Чужая жизнь утекла прямо из-под пальцев Сакуры. — Сакура? — Позвал Кисаме. Его беспокоило состояние Харуно с момента, как она кинулась в драку с человеком из прошлого. А теперь дала слабину перед людьми, которые по плану должны были умереть. — Он что-то раскусил. — Бормотала она. Голос и руки дрожали. — И теперь он мертв. Капсула с ядом. Итачи не понаслышке знал о ней, даже видел механизм ее действия не один раз. Однажды Данзо отдал приказ для разработки яда, убивающего поверженного члена АНБУ не только быстро, но и… Глаза Итачи расширились от осознания реальной угрозы. — Сакура, отойди от трупа! Каждый член АНБУ остается опасным инструментом для убийства врагов Корня. Даже после смерти. Особенно, если смог умереть, раскусив капсулу. — Что? — Накатившие апатия и безысходность не сразу дали Сакуре понять, почему на нее кричит Итачи. — Сакура, немедленно отойди от трупа! — Он ринулся к ней в надежде, что успеет. Но гигантский взрыв накрыл их раньше, чем Итачи успел сделать хотя бы пару шагов, чтобы спасти ее.
