Светотень

      Прапрапра — и еще дюжина пра — правнук Накошки Чатул недовольно махнул лапой во сне, царапнув обивку трона. Алина погладила котика по животу и быстро одернула руку, чтобы кара не настигла и ее.       — Еще один? — муж широким шагом пересек тронный зал и занял соседний с Алиной трон.       — Ты всегда жалуешься, — заметила Алина, почесывая Чатула за ушами. — Но я всерьез начинаю думать, что тебе нравятся котята.       Александр облокотился на трон и подпер рукой подбородок.       — Ты думаешь, что мне нравятся котята? — удивленно спросил он.       Чатул широко зевнул.       — Я вижу, как ты ведешь себя с ними, когда думаешь, что никто не смотрит.       Муж мельком взглянул на закрытые двери, первый докладчик еще не прибыл.       — И как же?       — Ты другой. Мягче.       Муж недовольно фыркнул, и Алина поджала губы, пытаясь скрыть ухмылку, и снова потянулась к котенку. Но на этот раз она оказалась недостаточно быстрой, и Чатул успел ее оцарапать. Александр напрягся, и Алина почувствовала, как натянулись незримые узы между ними.       Некоторое время она молча смотрела на царапину, осознавая, что если в ранку попадет инфекция, то пушистому комочку не поздоровиться. Но царапина была неглубокой. Муж расслабился и направил свое внимание на тени у своих ног.       — Иногда ты защищаешь их, — продолжила Алина, глядя на потомка Накошки. — Почти любишь.       Тень мазнула по трону.       — Мы до сих пор говорим о котятах, Алина?       — О чем же еще? — Алина невинно похлопала ресницами.       В этот момент двери распахнулись и в тронный зал вошел министр иностранных дел. Алина незаметно улыбнулась, когда тот низко поклонился им.