Найти себя – вернуть себя?

Проходит не меньше пары месяцев, за которые Акира успевает выполнить несколько десятков или даже сотен мелких и не очень поручений Гильдии Искателей приключений и, кажется, перезнакомиться с большей частью жителей Мондштадта. А ещё несколько раз пересечься и выпить в таверне с Кэйей. И в этот раз она по обыкновению сидит на дереве, мотыляя ногами, наблюдает за вечерним городом и жизнью его жителей. Игнорирует причитания Паймон, что никак не успокоится, не понимая, как она могла отказаться от маленькой, но уютной комнатки в доме, променяв её на ночёвку на ближайшем дереве. Хотя Акира пыталась, честно пыталась привыкнуть к обычному для всех сну в кровати. Но за несколько лет путешествий, она так привыкла спать, где придётся, что безопасная мягкая кровать начала казаться пыткой — слишком хорошим сном, за которым обязательно последует какой-то кошмар. А единственная ночь, когда она спокойно спала в кровати — была после сражения с Ужасом Бури, когда её организм, видимо, просто отключился после пережитого стресса. Из мыслей вырывает пронесшийся неподалеку знакомый силуэт и Путешественница тут же спрыгивает с насиженного места. — Ну вот, сверзилась. А ведь я предупреждала… — вздыхает Паймон, но тут же замечает рванувшую куда-то девушку и спешит следом: — Акира?! — Там тот мальчишка в зелёном, — отвечает Акира, когда Проводник догоняет её за очередным поворотом. — Упустила… — Ты ведь можешь использовать чувство стихий. Девушка недовольно морщится, ведь найти нужный след не так просто, и в прошлые пару раза после использования чувства стихий у неё невероятно болела голова. Хотя Паймон и говорила, что с практикой все недостатки быстро уйдут. Сейчас же желание найти мальчишку из леса превышает инстинкт самосохранения и Акира закрывает глаза, как моментально находит нужный след — такой чёткий и яркий! Спешит по нему вплоть до огромной статуи Анемо Архонта на главной площади, где мальчишка уже играет на лире. Акира останавливается неподалёку, чувствуя силу, что исходит от барда. Чистая, сияющая и яркая, как и его элементальный след. Она словно видит его сияние и даже недоуменно моргает, уверяясь, что не использует чувство стихий. За пять лет путешествий она ещё ни у кого не чувствовала такой сильной ауры. — Пойдём же, наконец! Или ты передумала? — восклицает Паймон, и только теперь Акира замечает, что песня закончена, а слушатели начинают расходиться. Подойдя, знакомится с бардом и, кажется, частично пропускает разговор, не понимая, как такая сильная аура может успокаивать и нести покой. Выныривает из своих мыслей, лишь после того, как видит очищенный кристалл. — У меня есть ещё одна слеза. Сможешь очистить и её? — протягивает второй алый кристалл. Акира лишь берёт его в руки, когда он тут же очищается, а вот к Барду появляются всё новые и новые вопросы. Например, почему та слеза не очистилась при первом прикосновении? А так же, как он мог хранить слезу у себя, когда Лиза и Джинн не могли даже приблизиться к ней? — Ты, действительно, наделена удивительными способностями. Барды слагают баллады о таких, как ты. И снова он скрывает важные слова за какой-то глупой беззаботной чушью. Лишь на мгновение пересекается с ним взглядом и словно тонет в их глубине, задыхаясь в окружившей силе. Лишь мгновение… И Акира едва удерживает себя от твердого желания помотать головой, чтобы отогнать наваждение, словно это поможет понять истинность стоящего перед ней человека. — Даже если мы не будем трогать Двалина, жизненные силы все равно покинут его. Гнев сжигает его изнутри. «Такая тонкая манипуляция», — усмехается про себя девушка. — Я могу чем-то помочь? — на самом деле она просто не сможет остаться в стороне, ведь ей жаль жителей города и она не хочет, чтобы дракона убили, а теперь ещё этот бард! Насколько бы он не был странным, она отчётливо «видит», что он беспокоится и хочет спасти своего друга. Поблагодарить так, словно мы уже его спасли, заявить, что у него есть план, а потом сразу сбежать… Акира вздыхает и прикрывает ладонью глаза — снова она попала в какую-то передрягу. — Присмотрим за ним, — произносит девушка, отвечая на все вопросы и возмущения Проводника, что едва успевает скрыться в «её подпространстве», чтобы не отстать от переместившейся Путешественницы. — Что вы здесь делаете? — улыбается Венти. — Хотя, я ждал, что вы пойдёте за мной. — Тогда к чему такой вопрос? — Акира серьёзно смотрит ему в глаза, но мальчишка лишь добродушно улыбается. — Я хочу узнать об Анемо Архонте? — надеется сбить его с толку, но ничего не выходит, ведь бард уходит от ответа, возвращаясь к Двалину, а мгновением позже неизвестно откуда возникает Глаз бури, победив которого, завязывается просто таки удивительный диалог. Настолько удивительный, что Акире всё больше и больше хочется побиться головой о ближайшую стеночку. Хотя, это всё же не отменяет важности полученной информации. А ещё его требование помощи в уплату за то, что он заразился проклятием от Двалина, когда Путешественница со своим Проводником ему помешали! Слова Венти у Собора становятся последней каплей терпения, но она так сильно хочет увидеть, как бард надеется достать Небесную Лиру, что просто не может пропустить это зрелище, поэтому следует за ним. И не ошибается — зрелище не разочаровывает. Только вот появляется вопрос — он, действительно, думал, что ему вот так возьмут и отдадут Лиру? «А ещё притвориться Анемо Архонтом! Или?.. Не притвориться?..» — замирает Акира, вспомнив о его ауре и силе, что просто не могут принадлежать обычному человеку! Венти с удивлением понимает, что у него ничего не вышло и всё, что остаётся — просить о помощи Путешественницу, которая отвечает согласием. Пробраться в подвал Собора и добраться до Лиры не составляет проблем, только вот Путешественницу опережают: украв Лиру, поднимают тревогу, и приходится спасаться бегством. Венти ведёт её в таверну. И хотя Дилюк их прикрывает, но ведёт себя так же странно, как и капитан кавалерии. Опять недомолвки и тайны. Девушке это не нравится, но кто её спрашивает. Акира внимательно следит за хозяином таверны, в какой–то момент даже моргает, убеждаясь, что не использует чувство стихий — кажется, его ауру можно пощупать руками, а стоит подойти чуть ближе и почувствуешь испепеляющее пламя. Конечно, аура владельца Пиро Глаза бога намного слабее силы, что исходит от Венти, но в тоже время сильнее, чем у любого другого владельца Глаза бога в городе. Удивляется, как она не заметила эту силу при прошлых посещениях таверны, но вскоре вспоминает, что, ни разу не приближалась к парню настолько близко, да и вовсе обращала на него внимания не больше, чем на его работника–бармена. Как бы то ни было, но всё что ей остается лишь послушно ждать закрытия таверны, подойдя к которой, чувствует зарождающуюся панику, а, увидев действующего магистра, понимает, что не ошиблась — парень сдал их. Только вот когда Джинн говорит, что верит, Акире снова хочется побиться головой о стену. Как? Ну, как? Это ведь ни разу не логично?! Или логично? Значит, они знают то, что ещё не узнала она. Стоп! Но ведь она уже помогает этому барду и Дракону. По крайней мере, пыталась, когда пошла за Лирой. Путешественница прикрывает ладонью глаза — она снова не заметила, когда вляпалась заварушку. Остаётся благодарить случай, что на сей раз она не одна. Только вот Дилюк оказывается не намного меньше занят, чем Джинн, потому поход за слезами Двалина растягивается едва ли не на две недели. После первой вылазки в храм Тысячи ветров, Акира ни капли не в настроении. Сидя в таверне, платит за вино и для барда, не обращая внимания на его подколы по поводу того празднует она или наоборот. Ведь им попался чёртов Страж руин, а от неё снова не было никакого толку! Пришедшую в голову мысль самой испробовать двуручник Акира отметает сразу же. Пять дней спустя компания отправляется за второй слезой, что оказывается на территории одного из трёх далеко не малых племён хиличурлов в ущелье Дадаупа. Кажется, Дилюк имеет свои счёты с магами Бездны, с которым и начинает сражение, заодно зацепив деревянный щит митачурла. Джинн занята Анемо шамачурлом, прикрывая парня, и теперь уже Акира просто не может стоять в стороне. Митачурл в два раза больше неё, достаточно сильный и быстрый, но и она не уступает в скорости. Тело действует на инстинктах, и пускай одноручник не может рубить так же сильно, как двуручник, но она заканчивает со своим врагом всего на пару секунд позже, чем остальные. * Проходит ещё неделя, за которую Путешественница успевает познакомиться с Сян Лин и помочь ей в кулинарном конкурсе. А ещё выполнить вот уже второе задание вместе с капитаном кавалерии. Через день Лиза по–секрету делится, что она первая с кем парень работает, не ища отговорок. Акира же в отличие от Лизы, Джинн и других, не удивлена этому, ведь, кажется, Кэйа уже считает её близким другом, которому доверил свой самый важный секрет, который знали ещё двое. Именно Кэйа приучил её ходить в Долю ангелов, и если они приходили не вместе, то, не интересуясь её мнением, утягивал за свой столик, что, кажется, стало их безмолвной традицией. В этот вечер парень долго молчал, а потом рассказал о том, что связывает его с Дилюком и Каэнри’ах. Конечно, когда алкоголь выветривается, обеспокоенный рыцарь находит Путешественницу, а та заверяет, что умеет хранить секреты. Только Акире кажется, что парня больше беспокоило её дальнейшее отношение к «шпиону», чем раскрытие его секрета, а ведь от этого зависит его жизнь. * Теперь же они направляются к вратам Орла, где их ждёт очередное подземелье. К удивлению Акиры добыть слезу на этот раз оказывается вполне легко, а после, встретившись со всеми у винокурни, оказывается, что этого достаточно — теперь они, наконец, могут призвать Ужас Бури. Прежде, чем отправиться к утёсу Звездолова, девушка задерживает хозяина таверны и задаёт давно интересующий её вопрос: «Зачем он им помогает?». Ответ оказывается достаточно очевидным, но парень продолжает: — Хочу кое-что прояснить. Я помогаю не рыцарям, а лично тебе. Сначала слова вызывают тепло на сердце, но потом девушка вспоминает, что Дилюк недолюбливает рыцарей, потому отмахивается от его слов, сосредотачиваясь на предстоящей встрече, а возможно и сражении. Утёс Звездолова. И снова Ужас Бури. Путешественница чувствует боль дракона, потому делает шаг вперед. — Акира, стой, — обеспокоен Венти, не зная, не решит ли она напасть. — Он страдает. Это проклятие ужасно… — разводит руки и вокруг неё, словно сгущаются маленькие белые облачка энергии. А ещё тут маг Бездны, и он не позволяет продолжить, атакую барда. — Ты целитель? — удивлён Дилюк, когда дракон и Маг Бездны улетают, а девушка помогает Архонту подняться на ноги. — Вроде как. А что? — Целители не сражаются, — произносит Джинн, но Путешественница лишь пожимает плечами. Она не хочет об этом говорить, да и не знает что. Она лишь Путешественница и не вправе менять обычаи чужого Мира. Теперь компания убеждается в том, что Дракон отравлен. А ещё, что бард, действительно, местный Архонт, который всё не сдаётся, надеясь спасти друга, и снова просит помощи у Путешественницы, ведь она очистила слёзы дракона, а значит, сможет очистить и его проклятие. Только вот Акире становится не по себе, от предстоящей встречи с Гео и Электро Архонтами, что правят своим народом, а значит они, со слов Барбатоса, намного сильнее его. Но она должна найти брата, а встреча с Архонтами — её единственный шанс. Проходят долгий путь к логову Ужаса Бури и встречи с драконом, а после освобождают его от проклятия. Двалин опускается к Венти, давая себя погладить, а после поворачивает морду к Акире. — Такой красивый. Прости, что нам пришлось сделать тебе больно, — улыбается девушка, касаясь гладких чешуек. Едва сдерживает смешок, краем глаза замечая, как Джинн и Дилюк отступили на шаг назад. Архонт заинтересованно чуть склоняет голову в бок, видя, как довольно жмурится Хранитель, почувствовав силу, что исходит от Путешественницы. — Двалин не против общения, но обычно с некоторой настороженностью относится к незнакомым, — произносит Бард, когда дракон улетает. — Драконы в определённом роде животные. А животные отлично чувствуют отношение к себе, — объясняет Акира. — Двалин не первый дракон, которого ты встречаешь? — интересуется Джинн. — Третий. — Он будет рад, если ты будешь наведываться к нему, — улыбается Венти. — Я тоже. И, кажется, история должна закончиться хорошо, но это не сказка, а реальность, в которой ещё долгое время придётся разгребать последствия «предательства» Хранителя, послов из Снежной и козней Ордена Бездны. Последним делом на сегодня остаётся вернуть Лиру, но… Акира, направляясь в долину Ветров, со злостью сжимает зубы, раз за разом, прокручивая в голове произошедшее меньше часу назад — Восьмой Предвестник Фатуи. Она не знает почему, но чувствует обязанность позаботиться о бродяжке–Архонте, а ещё вину, что не смогла ничего сделать, не смогла защитить. — Венти… — подойдя, игнорирует слова Барда и, приложив ладонь к его груди, использует целительную силу — всю, что только может. — Спасибо, — искренне благодарит он, когда девушка делает шаг назад. — Что такое Сердце бога?.. — тихо произносит она. — Я не могу обсуждать это с простыми людьми. Но, думаю, с тобой я могу поделиться. Рассказывает об элементальной энергии, на что Акира понимающе кивает. Судя по всему, именно это она видела, когда использовала чувство стихий, когда Архонт наделял её силой и сейчас, используя целительство — она чувствовала оборванные «нити», которые инстинктивно попыталась соединить. А ещё Венти рассказывает чуть больше о Фатуи и Крио Архонте. — Поговорим о них в другой раз. Поиск ещё шести Архонтов будет трудной задачей. Насколько я знаю, то Электро Архонт закрыл границы своего государства, но Гео Архонт правит своими регионами напрямую. Раз в год он является жителям Ли Юэ и даёт указания. Это называется Церемонией Сошествия. Следующая Церемония пройдет через четыре месяца. Не пропусти её, или тебе придётся ждать ещё целый год. А ещё он даёт наставление и Акира только теперь позволяет себе улыбнуться. — А сейчас мне пора снова стать обычным бардом. — До встречи, Венти, — Путешественница отходит на несколько шагов и тихо обещает: — Я верну тебя Сердце бога. — Акира?.. — произносит Архонт и, когда девушка исчезает, удивлённо моргает, ведь Дерево хоть находится близко от телепорта, но не настолько, чтобы переместиться.