Второй секрет
15 июля 2023 г., 12:25
Соня знала, что сегодня ей дали возможность увидеть, на что она способна. Это просто демонстрация, если можно так выразиться. Любой дар требует отдачи энергии, умения с ним управляться. Сколько времени может ей потребоваться, чтобы научиться видеть и тянуть за нужные нити, она не знала. Когда Софья пыталась услышать то, что говорит ей дом, она тратила очень много сил. Что будет, когда она потянет за нить времени, она не знала, но выбора не было. Соня сосредоточилась, закрыла глаза и прислушалась. Сначала ничего не происходило, она даже подумала, что ничего не выйдет, а потом зазвучала первая, едва слышная нота. Спустя пару секунд комната наполнилась музыкой, будто арфа звучала. Софья открыла глаза и задержала дыхание. Всё вокруг было разукрашено разноцветной пряжей. Нити переплетались, соединялись в узлы, вязали кружево. Некоторые обрывались и безжизненно свисали вниз, некоторые пульсировали энергией. От одних веяло жутью, до других так и тянуло дотронуться.
Сердце Сони трепетало от восторга и ужаса. Мама умела видеть мертвых, Лидочка умела видеть человеческое тело и его изъяны, а ей самой даровано свыше видеть время и пространство. Это… слишком большая ответственность. Она не просила об этом, никогда даже помыслить не могла, что такое возможно. Она не сумеет справиться! Но никто в их семье не привык пасовать перед трудностями, никто не поддавался страху, никто не бросал ничего на полпути. Не будет и она. Она не выбирала этот дар, но не она решает, кто и что должен в этом мире делать. Не она принимает решения. Она может либо принять дар, либо всю жизнь бороться с ним. Но мама как-то сказала ей, что не будь у неё этого дара, она не смогла бы помочь тем, кто в ней нуждался. Многие люди остались бы без упокоения. Так, выходит, и она сможет использовать свой дар на благо людям. Нет, нет, нельзя бояться, нужно учиться слушать и слышать. Иначе никак!
Но какая из нитей ей нужна? Невозможно определить, слишком много их вокруг. «Слушай! Слушай и тяни!» Надо слушать. Софья сосредоточилась еще сильнее. Виски запульсировали, в затылок будто гвоздь забили, даже глаза стало жечь. За каждый такой поиск она будет платить болью, малая плата, если задуматься. Нити зазвучали громче, а потом утихли все, кроме одной, солирующей в этом хоре.
— Есть, — произнесла Соня с облегчением. Она чувствовала, что еще пару секунд и у неё из носа пошла бы кровь.
— Соня, — сказал Павел за её спиной. — Сделай паузу. Тебя трясет.
— Нет, — покачала головой Софья. — Я потеряю её. Подержи меня, пожалуйста!
Селезнев поставил лампу на пол и обхватил жену за талию, принимая на себя её вес, хотя бы физически облегчая её состояние. Соня с благодарностью оперлась на него и закрыла глаза, поймав нить и потянув за неё. Голова закружилась, картинки замелькали перед глазами, сменяя друг друга, и Софья оказалась в коридоре гостиницы.
— Вот сюда, пожалуйста, — проговорила Нина, глядя ей в глаза. Все виделось немного размытым, и Соня ощущала себя не собой. — У меня есть чудесный чай, не тот, который мы гостям предлагаем, сами понимаете.
Она широко улыбалась, глядя на Соню, и та вдруг поняла, что Нина видит её, как одного из солдат. Выражение на лице девушки было таким непривычным, что Софья отшатнулась. Так смотрят женщины, которые преуспели в науке соблазнения мужчин, которые точно знали, что им предложить. Это была не та Нина, которую Соня когда-то знала. Ничего в ней не напоминало девочку, которая когда-то смеялась, стирая краску со щеки, или с удовольствием ела пирожные, запивая их чаем, в кофейне рядом с художественной школой. Этого человека Соня не знала.
— Да, да, сюда, — снова проговорила Нина, открывая дверь в комнату. Где-то в начале коридора мелькнула её мать, поправляя шаль. Она взглянула на дочь и исчезла в фойе.
Картинка пошла рябью, и в следующую минуту Соня увидела себя на той самой кровати, которая стала причиной их с Павлом падения в подземелье. Нина стояла неподалеку, развязывая пояс платья.
— Замечательно, — сказала она, наклоняясь над Софьей. Секунду спустя нужная кнопка была нажата мыском туфли, и Соня вновь летела в темноту. Только в этот раз комната внизу оказалась не пустой. Над Софьей стоял Андрей Чеботарев с топором в руке.
— Я ведь сказал, что платы недостаточно, — проговорил он с ожесточением и сделал замах.
На этом моменте картинка исчезла, и Соня вновь оказалась в комнате рядом с Павлом. Нить оборвалась, как, видимо, оборвалась и жизнь человека, глазами которого Соня видела прошлое. Дар был милосерден и не дал Софье прочувствовать последние секунды перед его смертью.
Это было слабым утешением, но всё же.
