Без солнца

      Дворец возвышался впереди, как огромная скала со снежной верхушкой. Вокруг витала торжественная и немного суетливая атмосфера, какая бывает везде, где скапливается много знатных людей с их прислугой. По дворцовому саду, шатаясь из стороны в сторону, шёл юноша с кожаной сумкой на плече. Выглядел он самым простым образом, — рубашка, штаны, походные ботинки, открытое светлое лицо — поэтому стража не обратила на него внимания. Впрочем, кое-что с ним всё же было не так.       Он был магом.       Юноша запрокинул голову с выцветающими русыми волосами и уважительно присвистнул, оглядывая дворец сверху вниз. Концы шпилей терялись в сизых облаках, грозно нависавших над городом последнюю неделю. Тучи… могли помешать ему сегодня, если солнце не соизволит выйти вовремя.       Маг не знал, сколько при дворе уже работало таких, как он. Может, десять, а может, совсем никого — он надеялся на второе. Сейчас в мире наступило такое странное время, что всем внезапно понадобились маги всех мастей. Почему — неизвестно, однако для юноши, которых шел сейчас через дворцовый сад, это была просто прекрасная возможность сделать свою жизнь немного лучше; несмотря на свой возраст, он знал, что в таких случаях не бывает второго шанса.       Королю Ларса тоже захотелось заиметь себе такого необычного работника. Весть о том, что он ищет солнечного мага, который служил бы при дворе, за три дня облетела всё королевство, однако двор и сад почему-то были таким пустынными… только группа стражников, тихо переговариваясь, пряталась в кустах в надежде, что никто не заметит, как они отлынивают от работы.       Маг хмыкнул и подошёл к двери, обхватив пальцами резную ручку. Потянуть за неё почему-то не хотелось. А что было бы, если бы дверь скрипнула, и стражники сбежались на звук? Но ведь они сидели далеко отсюда, и ничего, кроме карт и выпивки, их в данный момент не интересовало. И дверь эта была не простая, а ведущая в королевский замок — разве могла она скрипеть?       Когда маг, набравшись смелости, всё же потянул дверь на себя, она скрипнула, только очень-очень тихо. Просочившись в щель между дверью и косяком, он оказался в длинном коридоре с высокими потолками. Стены в этом коридоре тоже были резными, как и ручка, только сделанными из какого-то светлого камня. Здесь пахло чистотой немного отдавало запахом первоцветов из сада. Коридор был тёмным, но в его конце маг видел — даже чувствовал — светлое пятно.       Там, откуда струился свет, потолок был стеклянным. В лучах света, пусть и не слишком яркого, маг почувствовал себя увереннее. Стражи здесь не было. Здесь вообще никого не было, кроме него. Значит, до тронного зала было ещё далеко…       Пока маг шёл, ему казалось, что он совсем один в этом огромном замке. Он думал о том, был ли смысл идти сюда сегодня, ведь и погода была не из лучших, и у короля, как поговаривали, характер не сахар. Всё же маг был простолюдином, в нём не было даже капельки благородной крови. Поэтому высок был шанс, что король даже не захочет его слушать. Но попытать удачу всегда стоило. Вдруг его не выставят за порог, как только узнают, что он из обычной, считай — крестьянской семьи? Впрочем, он быстро отмел эти мысли: даже если его и выставят, куда он пойдет? Возвращаться ему было, в сущности, некуда. Поэтому нельзя было настраивать себя на плохое.       Через какое-то время маг добрался до тронного зала, по бокам от дверей которого стояли стражники со смешными жёлтыми гребнями на шлемах. Они не пустили его внутрь, сказав, что король сейчас никого не принимает. В приёмной, куда маг направился после, на кушетках сидели какие-то не знакомые ему люди. Все они походили на лордов и представителей знатных родов, все были немолоды и хорошо одеты. Пристыженный — правда, не ясно, чем — маг постарался уйти оттуда как можно быстрее.       В голове его шаг за шагом рождался план проникновения в тронный зал.       Первым делом он приложился ухом к стене рядом с дверью и закрыл глаза, сосредотачиваясь на ощущении солнечных лучей в зале. Стражник, стоявший ближе к магу, недоверчиво покосился на него.       Тронный зал находился под самым большим стеклянным куполом из всех, поэтому и света в него попадало больше. Из-за туч на несколько коротких мгновений показалось солнце, и маг смог различить две фигуры, загораживающие путь солнечным лучам. Одна из фигур была очень маленькой. Ну да, у короля ведь был сын — Рубен или Роберт…       Слух мог сказать магу очень мало, только громкий детский смех проникал в его голову. Ощущения говорили гораздо больше: ребёнок держал в руках какой-то продолговатый предмет — возможно, меч — и размахивал им из стороны в сторону. Взрослый сидел на чем-то недалеко от ребёнка.       Маг покрутил пальцами правой руки, собирая на их кончиках солнечный свет, в то время как левую он сложил особым образом, готовясь перебросить всю энергию из одной руки в другую. Теперь оба стражника настороженно поглядывали на него. По стене за спиной мага забегали солнечные зайчики, складываясь в постоянно меняющиеся узоры. Люди, сидящие в приёмной, завороженно за ними наблюдали. Маг открыл глаза и, заметив всеобщий интерес к его персоне, улыбнулся. Значит, на службе у короля пока не состоит ни одного мага, раз все так удивились его появлению…       Маг отлип от стены и подошёл к одному из стражников, продолжая заискивающе улыбаться. Он не умел делать этого как надо, как сделали бы люди, сидящие сейчас в приемной, но очень надеялся, что это выглядело хотя бы прилично. — Добрый день, — начал он, продолжая перебирать на пальцах солнечные нити. — Я слышал, Его Величество ищет солнечного мага себе в услужение.       Стражник, с которым он заговорил, дёрнулся, но ничего не ответил. — Я прибыл сюда, — маг решил прибегнуть ко второму варианту своего плана. — потому что хочу поступить на службу во дворец. Я, понимаете… считаю себя довольно полезным. Может, чуть полезнее стражников, которые сейчас пьют и играют в карты в саду.       Второй стражник, стоявший всё это время неподвижно, сложил руки за спиной и произнёс: — Ваше имя.       Первый стражник сделал такое движение, будто хочет ткнуть товарища локтем в бок, но вовремя удержался и вытянул одеревеневшие руки по швам. — Арвэн, — отозвался маг и поколебался, размышляя, стоит ли называть фамилию: она у него была самая простая. Даже фамилией толком не была, зато отражала суть деятельности его отца — что, наверное, не стало бы плюсом в его ситуации. — Фамилию я не ношу, — сказал он все же.       Первый стражник, к которому Арвэн обращался ранее, уставился на своего сослуживца и быстро заморгал. Тот сделал странный жест рукой и, прокашлявшись, открыл дверь в тронный зал. На несколько мгновений он скрылся за дверью, а после вышел и пригласил Арвэна внутрь.       О, этот зал в действительности был достоин короля богатейшего из государств. Стеклянный потолок был настолько высоким, что делал тронный зал похожим на небольшую башню. Колонны, вокруг которых вились выточенные из мрамора лозы, поддерживали, казалось, само небо над головами посетителей зала. Посередине стоял огромный длинный стол из светлого дерева, накрытый красной скатертью. А чуть дальше стола у противоположной от двери стены возвышался золотой постамент, на котором стоял невероятной красоты трон. Ножки его были выполнены в виде звериных лап, по подлокотникам пробегали замысловатые узоры, в верхнюю часть спинки были вставлены большие драгоценные камни, переливающиеся всеми цветами радуги даже в таком тусклом свете.       В данный момент трон пустовал.       А его законный владелец сидел на стуле — спиной к столу — и наблюдал за тем, как маленький мальчик с ещё более маленьким деревянным мечом в руках размахивал им, выкрикивая что-то очень бравурное.       Когда Арвэн вошёл в сопровождении одного из стражников, мальчик даже не обратил на них внимания. Но когда король повернул голову и смерил непрошеного гостя угрюмым взглядом, мальчик топнул ножкой и воскликнул: — Папа! Ты же обещал, что посмотришь!       Король тут же отвернулся и обратился к сыну. Он говорил ему что-то утешительное очень ласковым тоном, но от его голоса у мага по спине забегали мурашки. Король не был молод, но от него веяло настолько сильной жизненной энергией, что Арвэн грешным делом предположил даже, что Его Величество тоже был магом. И он был похож на мага гораздо больше, чем сам Арвэн: волосы у него были длинные и светлые-светлые и струились по плечам, как им и положено струится, а нет так, как у Арвэна; глаза были серые, но такого серого цвета, который запоминается навсегда — в его глазах будто плавали две маленькие луны. Даже короткая светлая борода не портила его возвышенный облик.       Весь он выглядел до крайности величественно, даже сейчас, когда не был облачён в свою королевскую мантию. Все короли и все маги по определению величественны, потому что стоят на ступень выше других людей — только у Арвэна никогда не получалось изображать из себя «просветлённого». Его магия далась ему многолетним трудом, но это не давало ему повода — да и желания у него не было — возвышать себя над другими людьми.       Наконец король и маленький принц закончили разговор, и маг набрал в грудь побольше воздуха, собираясь обратиться к королю. Однако тот опередил его: — Это он? — спросил он у стражника, указывая на Арвэна. — Кто его впустил? — Я… — Арвэн начал отвечать вперед своего сопровождающего, запинаясь. — По правде говоря, никто меня не впускал, Ваше Величество. Я зашёл через сад, где стражники играли в карты. Я слышал, что вам нужен солнечный маг, и готов поступить к вам на службу. Ваше Величество, — тут же добавил он после несколько неловкой паузы. — Я ищу мага, это так, — король кивнул. — Но ты не внушаешь мне доверия, хотя сержант сказал, что ты произвёл на них с напарником хорошее впечатление. Слишком уж ты молодой, — он хмыкнул, повернулся к сыну и продолжил: — Может быть, мой сын решит, стоит ли мне оставить тебя в качестве придворного мага?       Арвэн заскрежетал зубами. Ну конечно, это ведь так дальновидно — доверить подобный выбор неразумному ребёнку! Но виду он не подал. Никогда нельзя забывать, с кем говоришь, даже если очень хочется.       Принц бросил свой меч — эхо от удара об пол ещё долго витало по залу, отражаясь от далёких стен — и окинул мага оценивающим взглядом. Тот прыснул; малыш явно во всём старался подражать своему отцу, но величия ему пока что не доставало. — А ты можешь показать, что ты умеешь? — с вызовом спросил принц и скрестил руки на груди. — Если Вашему Высочеству так угодно, — сказал Арвэн сквозь зубы и, закрыв глаза, поставил ладони друг напротив друга.       Откровенно говоря, он… нервничал, причём так, как не нервничал уже очень давно во время использования своей силы. Его судьба сейчас находилась в руках маленького принца, и почему-то он знал — простыми фокусами вроде узоров на стене он расположения не добьётся. А расположения добиться он просто обязан был — ведь, если бы его выгнали после этого из дворца, возвращаться ему было бы некуда.       Поэтому он выдохнул и расслабил плечи; для этого трюка он всё ещё был слишком напряжён.       Ни в коем случае нельзя было показать своего волнения — не сейчас, когда пронизывающий взгляд короля Арвэн чувствовал даже с закрытыми глазами. Он собрал свет вокруг себя на свои руки, чтобы после выпустить его обратно под другим углом. Именно преломленный таким образом свет позволял ему выполнить этот трюк, который — и он всегда говорил об этом очень самодовольно — он придумал сам. Точнее, доработал то, что было написано в книжках: там все было описано крайне размыто и не давало четкого представления о научной составляющей этого приема. Впрочем, он не знал других солнечных магов, которые им владели, так что авторство он с гордостью приписывал себе.       Арвэн не чувствовал ничего, кроме жары вокруг себя, когда проделывал этот трюк, что казалось ему довольно странным, ведь ты буквально исчезаешь — не совсем, конечно, но другие тебя видеть не могут. Впрочем, Арвэн и сам себя не мог видеть в такие моменты. — Ух ты! — воскликнул принц и захлопал в ладоши. Его отец одобрительно хмыкнул, и Арвэн почувствовал неожиданный прилив сил, поэтому отвёл руку в сторону создал такой же резонанс вокруг стражника, стоявшего чуть поодаль. Тот сразу же исчез. Принц захохотал.       Довольный произведённым эффектом, маг, забывшись на секунду, стал объяснять, как это работает: — Из-за того, что я направляю лучи в противоположную естественным лучам сторону, воздух вокруг меня сильно нагревается, и лучи преломляются под таким углом, что я становлюсь невидимым. И… если честно, мне очень жарко, поэтому позвольте…       И Арвэн снова появился на прежнем месте, как и поражённый до глубины души стражник. Король встал со своего места и спросил: — Как твоё имя, юноша? И сколько тебе лет, раз ты успел в совершенстве овладеть стихийной магией? — Арвэн, Ваше Величество, — маг поклонился, сложив руки перед собой. — Мне семнадцать. И, — спохватился он. — вы слишком добры ко мне. Я не заслуживаю столь высокой оценки. — Почему же? — король добродушно улыбнулся — впервые за это время — и кивнул на своего сына. — Руперту понравилось. И ты, я полагаю, не лишён стратегической ценности. Надеюсь, ты понимаешь, что твоя работа во многом будет сопряжена с опасностью, хотя я буду стараться снижать риски до минимума. — Вы… имеете в виду войну? — осторожно уточнил маг. — Война — не единственное место, где можно применить твои навыки, — покачал головой король. — Во многом ты будешь полезен здесь, во дворце. Я слышал, что ваша сила каким-то образом может оказывать успокаивающее влияние на человеческий рассудок, если верно её направить. Также ты будешь небесполезен в разведке, — король загибал пальцы. — Только что ты наглядно это продемонстрировал. Но, конечно, чтобы понять, какую работу ты будешь выполнять первое время, мне нужно в полной мере оценить твои возможности.       Арвэн просиял и снова поклонился, после чего поспешил рассказать ещё немного о своих силах. Хоть Его Величество уже назвал кое-какие его преимущества, но заученный текст о полезности в бою и защите, умении влиять на душевное состояние людей и — в редких случаях, и то с купюрами — о манипуляциях погодой словно отскакивал у него от зубов. В конце, когда он договорил и перевёл дух, король, решив что-то для себя, кивнул и сказал: — Первое время будешь жить во флигеле для слуг, чуть позже я выделю для тебя отдельные покои. Думаю, придворному магу нужна будет особая форма, так что завтра мы вместе зайдём к моей портнихе. Есть будешь в общем обеденном зале, расписание завтраков, обедов и ужинов висит на входе в жилые помещения. Руперт, — позвал король, и принц тут же подбежал к нему. — Проводи его вместе с сержантом до флигеля. Познакомь его с нашими слугами, хорошо?

***

      Утром принца разбудила какая-то возня по ту сторону шторки. Должно быть, Арвэн уже проснулся и теперь собирал свои вещи, готовясь уезжать. Но через какое-то время, когда принц собрался встать, он услышал голос мага, говоривший: — Мы можем придумать что-нибудь по дороге, — говорил он очень тихо — видимо, думал, что его попутчик ещё спит. Ему долго никто не отвечал, а потом вдруг послышался низкий голос Лозы: — Но твой друг разве не будет против того, что вы отклонитесь от маршрута?       Руперт в миг покрылся холодным потом. Лозу он боялся — и сам не понимал, почему. Боялся и недолюбливал. Он решил не вставать пока и послушать, что ещё скажет Арвэн. — Руперт? — в его голосе слышалось замешательство. — Даже если он будет против, я смогу его уговорить. Мы давно дружим, так что, я думаю, он меня послушает.       Принц улыбнулся своим мыслям, но тут же одёрнул себя — Арвэн и этот тип планируют сделать по пути что-то такое, что может ему не понравиться? Лоза, стараясь говорить как можно тише, ответил: — Ты никогда не рассказывал мне про него, а тут вдруг оказывается, что вы такие хорошие друзья. Хм, — было слышно, как он ухмыльнулся. Почему-то от этих слов что-то кольнуло у Руперта под рёбрами. — Ну ладно. Значит, ближе к Сокелю узнаем побольше об этом дипломате. А вот это, — Лоза зашуршал чем-то, потом послышалось бряцанье металла. — не потеряй. Других у меня нет.       Арвэн задумчиво выдохнул: — Не нравится мне всё это. — Никому не нравится, — раздался третий, не знакомый принцу голос. — Но тебе же просто жизненно необходимо узнать, в чём там дело. — У меня предчувствие! — повысил голос Лоза. — Хью, ну ты же знаешь, у меня нюх на такие вещи! С ним точно что-то не так… Это, наверное, тот самый…       Человек, названный им Хью, невесело хмыкнул. Руперт решил не показываться пока из-за шторки, поэтому он просто тихо сел и накинул на плечи валявшуюся на полу рубашку.       А тем временем диалог между приятелями продолжался: Лоза и Хью спорили. Спорили крайне разгорячённо, поэтому Арвэн сделал им замечание, сказав, что его попутчик ещё спит. А потом… — Нет, я так не могу, решайте тут всё между собой, только тихо, — вдохнул маг. Послышались шаги — шаги, знакомые Руперту до рези в зубах. Каждое утро в детстве его будил звук этих шагов, приближающихся к его постели.       Шторка зашевелилась. Руперт хотел было лечь и накрыться одеялом с головой, но всё тело будто одеревенело. Он не мог и пальцем шевельнуть и, что самое ужасное, даже не мог сказать, почему. Арвэн уверенно ступил на его половину комнаты. Его взгляд тут же метнулся к Руперту. Он приподнял брови.       «Ты не спишь?» — означало это движение.       Руперт помотал головой и попытался отвести взгляд. Чувство было такое, будто его поймали на какой-то шалости. В придачу к этому Арвэн был без рубашки; принц, конечно, много раз видел его без рубашки в детстве, когда тот тренировался летом, но сейчас было уже не детство, пусть Руперту и было всего восемнадцать лет.       Арвэн пожал плечами и указал на кровать принца. Тот кивнул, — «Садись» — не задумываясь. Последнее, чего бы он сейчас хотел — это чтобы Лоза узнал о том, что он слышал по меньшей мере треть их разговора. Маг снова вздохнул, на этот раз гораздо тише, и сел, а потом кивком указал на штору.       «Ты слышал?»       Руперт заторможено кивнул. Его мысли, как бы он ни старался оставаться здесь, с Арвэном, где он должен был быть, раз за разом уносились куда-то в другое место; он оглядел Арвэна, поняв, что грудь его все еще была перевязана — значит, до сих пор не до конца оправился после ранения. Надо будет поговорить об этом с отцом, подумал было Руперт, как вдруг Арвэн наклонился к нему и тихо сказал в самое ухо: — Я рад, что ты всё слышал, и мне не придётся объясняться ещё и с тобой, — зашептал он. — Но как бы я ни был рад, я всё равно на тебя злюсь. — Почему? — выдохнул Руперт, покрываясь мурашками. Очень хотелось пить. — Это моя рубашка, — сказал он и принялся осторожно, чтобы ненароком не зашуршать, стаскивать рубашку с плеч принца. — И я ума не приложу, почему она валялась здесь.       Руперт задержал дыхание. Холодные пальцы коснулись шеи, потом плеча, потом предплечья. На левой ладони у мага был рваный шрам, и он никогда не рассказывал, как и где получил его, аргументируя это тем, что и так рассказал принцу о большинстве своих шрамов — ему, наверное, уже должно было наскучить. Руперту всякая история о шрамах наставника внушала чистое восхищение, и никогда, никогда такие истории не наскучили бы ему.       Арвэн не был рыцарем, но сила, кроющаяся в этих руках, в этих пальцах, могла бы сделать честь любому воину. Руперт вновь ощутил себя мальчишкой рядом с телесным воплощением солнца. Казалось, что вся его энергия, сколько её есть, умещалась в этом человеке — и Руперт просто не представлял, как это возможно. Он практически всю жизнь жил рядом с этим человеком, наблюдал за тем, как он использует свою силу, но так и не понял, как возможно удержать такую огромную мощь в хрупком человеческом теле.       Наконец Арвэн снял с него рубашку и надел на себя — впрочем, пуговицы он застёгивать не стал. Хью и Лоза в той части комнаты внезапно затихли. Маг поднялся и, кивнув, — «С добрым утром» — исчез за шторкой.       Руперт сполз под одеяло и накрыл лицо подушкой. Боги, какой же он идиот.