Камера. Мотор. Твою мать, твои руки…

Наконец-то, группа приступила к съемкам тизера на новый клип. Они приехали туда пораньше, чтобы успеть что-нибудь скушать перед съемками, накраситься и подобрать нужный образ. Ребята разделились на гримерки по два человека, чтобы не толпиться в одной маленькой. Как же так получилось, что Феликс оказался с Хенджином в одной из гримерок? Да все просто. Эти двое умоляли стафф, чтобы оказаться вместе хотя бы без камер. Маленькое помещение с огромными зеркалами и лампочками по краям. Куча косметики, ухода за волосами, кисточками и все похожее, оно заполняло туалетный столик, что располагался на всю стену вдоль. Рядом и поперек двери стоял небольшой темный диванчик, а возле него стеклянный стол, на котором стояло много банок с чем-нибудь выпить и куча рандомных и быстрых закусок. Так же небольшая гардеробная стойка на колесах, что перетащили специально для парней. Разойдясь еще со всеми в коридоре, Феликс первым рванул в гримерку. Его желудок до невозможности урчал, а горло так и кричало от обезвоживания. Он не пил ничего с самого утра. А после него, не торопясь, шагал Хенджин, вглядываясь в экран своего маленького телефона. На столе стояла желанная бутылка свежей и еще прохладной воды. Жадно сглотнув, Ли потянулся за ней, сжимая в руке, что моментально мокнет из-за конденсата, что стекал по стенкам бутылки. Крышка щелкнула и осталась стиснутой с крепкой руке парня, а горлышко уже касалось губ. Нужно же было в тот момент оглянуться на него Хенджину, что снимал с себя наушники, в которых играла абсолютно «спокойная» песня: Boyfriend — Dove Cameron. Хван не отрывая взгляда наблюдал, как блондин жадно глотает холодную воду, что сильно заметно по танцующему кадыку. Профиль Феликса выглядел чертовски завораживающе. Его сосредоточенные и одновременно безразличные глаза оглядывали потолок, или просто находились в фиксации на одну точку. На руке, что держала бутылку, были сильно выражены синие вены, они еле пульсировали и иногда пропадали, когда Ли шевелил своими пальцами. Звук закрывшегося кейса наушников оторвал взгляд от блондина, что уже отпустил беспощадную бутылку, выпив оттуда чуть меньше половины содержимого. Встряхнув себя, Хенджин уже точно отложил неработающие наушники, и снял с себя легкую ветровку, что уже так мешалась и давала возможности вспотеть. Наверное здесь жарко, либо Джину настолько понравилась та сцена с ебаной бутылкой. — Хен, ты будешь? — Феликс протягивает тому уже открытую бутылку воды, что пил буквально минуту назад. — Нет, спасибо, — прокашлявшись, он отрицательно покачал головой, укладывая верхнюю одежду на край темного дивана. Ли не возражая хмыкнул, закрывая все еще прохладную бутылку. Съемки. Для каждого из парней подобрали свой образ, и поставив его на зеленый фон, приказали позировать. Феликс был предпоследним из всех тех, кто должен был выйти. Он, одетый в облегающую тёмную водолазку и накинутую сверху черную джинсовку, выглядел ужасно дерзко. Хоть с его поведением за камерой, мало кто мог подумать, каким сексуальным мог бы показаться Ликс. Он спокойно и с легкой доброй улыбкой вышел на съемочную площадку, переменяя свою ухмылку на строгий, байкерский вид. Его макияж, а вернее тени, что отдаляли тёмным оттенком, только придавали напряженности в этот образ. Его сбритые виски так сильно вписывались под его форму лица, что невозможно было просто смотреть, хотелось кричать. Что и делали мемберы. Они покрикивали, издавали истошный смех позади камер, но один все же молчал. Хенджин смотрел на позирующего Феликса, как на модель на подиуме, только он намного лучше. Кулак старшего с силой сжималась на бедре, а язык не мог перестать касаться постоянно сохнущих губ. Шея дергалась и рот издавал неизвестные вздохи, предупреждая о том, что та водолазка, под наполовину расстегнутой кофтой обволакивала все тело младшего. Те тесные кожаные штаны все больше доставляли боль и недостаток рук в районе паха. Небольшая и почти не тянущаяся толстовка что была на нем, еле как скрывала давно заметную выпуклость. Феликс продолжал позировать, будто специально действуя старшему на нервы. Не выдержав такого сильного напряжения и возбуждения, Хен вынужден был выйти, предупреждая Минхо, что устал и ему пора в гримерку. Пустой коридор позволял тому идти спокойно, не беспокоившись, что кто-то застукает его в таком состоянии. Легкая дверь еще раз стукаясь об рядом стоящую стену, рикошетом двигается назад. Джин присел на тот темный диван, расставляя ноги настолько широко, насколько смог. Ширинка, что держала стоящий колом член, медленно спустилась вниз, отдавая легкую свободу. Он шипит и хватает уже открытую Феликсом бутылку, виня себя за такое поведение сегодня. Пересохший рот быстро пополняется глотками уже теплой воды. Душ, нужен душ, потому-что ожидать от Ликса отдачи было бесполезно. Не успев даже встать с дивана, как дверь снова сшибленно открывается. Улыбающиеся солнце ворвалось в гримерку так не вовремя. Перед ним стоял безумно уставший и страдающий от стояка Хенджин, что так торопился принять душ, что находился прям напротив двери в их гримерку. — Хен, что с тобой? — его улыбка постепенно сменяется на беспокойство, и даже особо его не разглядев, к нему сильно прижимаются, расцеловывая прям у открытой двери. Феликс стараясь отодвинуться, шепчет в поцелуй: — Джинни, дверь, — на что тот перемещая руки с талии на нее, закрывает, прижимая уже к ней. Ликс все еще стоит в недоумении и неаккуратно отвечает на страстный поцелуй. — Хен, не сейчас, — он старается отодвинуться, но старший явно был намерен на более серьезные действия. — Помоги мне, милый, — тихо шепчет Хенджин, весь запыхавшийся и такой напряженный. У Ли мурашки по коже. Он забивая на большую людность за закрытой дверью, уводит того на диван, наблюдая, как сильно он вздыхает после каждого нечаянного соприкосновения. Феликс хитро улыбается, снимая с себя ту мешающую кофту, что скрывала все облегающие мышцы. От такого резкого и будто потерявшего рассудок парня, блондин рычит, понимая что возбужден. Они падают на мягкие подушки дивана. Ли, находясь сверху, все больше и больше касался и терся об Хенджина, заставляя тому ухватиться об его талию, прижимая сильнее и сильнее. Оба дышат затяжно и чуть ли не срывают с губ мимолётный стон. Все продолжалось бы дальше, если бы по пустому коридору не послышались поспешные шаги, что направлялись именно к ним. Джин, буквально беря ситуацию в своих руки, соскакивает с дивана, переворачивая позиции. Он теперь сверху. Но насладиться друг другом не хватило времени, ведь дверь открылась, и судя по всему, зашла девушка. Она хихикая, пыталась что-то найти на туалетном столике, не обращая внимание на диван, особенно на то, что за ним. Девушка уже собиралась уходить, как та ветровка, что была на Хенджине по приходе, не свалилась на пол. Она обратив на это внимание, собиралась ее поднять, и хоть как бы заметила двух, жмущихся друг к другу, возбужденных мальчика. Феликс зажмурился, ожидая крик или какую-нибудь другую нехорошую реакцию. Но ее имя резко откликивают, на что она ойкнув, выбежала из гримерки, закрывая за собой дверь. — Нам нельзя здесь, — шепчет Феликс, ужасно переживая, что их спалят за непристойными действиями прямо в их гримерной, выкрикивая: вы ее одну на двоих только для этого попросили? — В душ, — торопясь балаболит Джин, вставая с сильно возмущенного и пугливого мальчика. Дверь открылась. За ней никого не наблюдалось, так что быстро схватив Ликса за руку, он повел его в душевую. Места было не так много, но им хватило бы и каморки, чтобы насладиться друг другом по полной мере. Хен закрывает дверь на замок, чтоб наверняка. Он подхватывает Ли, усаживая на крышку унитаза, параллельно раздеваясь и раздевая друг друга. Штаны уже летели подальше, ближе к раковине. Оставляя только Хенджина в открытой майке и одних черных боксерах. А Феликс уже без одежды. Он ожидал, пока старший поспешно стягивал боксеры. Уводя в пошлый и сладкий поцелуй, Хен ведет рукой вверх по ноге, касаясь ляжки, а после и члена Ликса. Тот дергает ногами и подрагивает. Сильные руки скользят по всей длине, размазываю естественную смазку. Младший не пропускает ни единого вздоха после каждого касания Хенджина. Понимая, что тот может уже кричать от удовольствия, поспешно включает воду надеясь что вряд ли что-то будет слышно. — Поторопись…— поспешно и истошно умоляет Феликс, пытаясь сам коснуться своего члена. Но Хен лишь отводит руку, заключая ее в плен. Пытаясь шире раздвинуть ноги Ли, Джин приступает к нежным поцелуем, а вернее к тому, что тот будет целовать, еле проводя мокрым языком. Губы оказываются на груди, после того как он закончил мучать шею. Там уже двигаясь более уверенно, он прижимает, посасывает и кусает. На месте остается покрасневшее пятно. Феликс недовольно фыркает. Опять придётся замазывать. Но если честно, сейчас не об этом. Хенджин преподносит палец ко рту младшего, заставляя смачно облизать. Он разместился у ног Ликса, вставляя в ужасно тугого феликса намоченный палец. Не поспешно он водил палец и так бе уводя его обратно. Добавляя второй палец, Ли сильно гнется, слишком ощущая в себе тонкие и длинные палицы старшего. С губ слетает намертво громкий стон. Он даже не пытаясь скрыть, что ему хорошо, продолжал громко постанывать. Хенджин, торопясь, просовывает третий палец,. Длинные пальцы двигаются, обдавая по стеночкам выпирающими косточками пальцев. Феликс уже не может, гнется изо всех сил, кусая губы, тем самым сдерживая стон. Он сам насаживается на них, пытаясь растянуть удовольствие. Но Хенджин, заставляет блондина чуть потерпеть, пока тот настроится на серьезный шаг. — Блять, смазка, — серьезно рявкает Хен, чувствуя сухость. — К черту. Джин, касаясь головки своего члена мокрыми от слюней пальцами, размазывает, надеясь на меньшую боль и рваность. Головка пристает к отверстию, аккуратно и медленно проникая внутрь. Феликс истошно стонет, не имея силы сдерживать. Хенджин старается его успокоить, наклоняется, целует, шепчет и старается успокоить, пока гладко проникает внутрь на половину от всей длинны. Стенки сжимаются, пока Ли извивался, не зная куда себя деть. Буквально все чувства в одном, и это, что-то снова неизвестное. Когда Джин старается продвинуться все дальше, он сам нагибается к парню под ним, выдыхая прям на влажную от поцелуя шею. Когда движения стали более свободными, Хен уже мог входить полностью, при этом, издавая редкие шлепки. Феликс нежно проговаривал дрожащим голосом имя старшего, что давало ему все быстрее и резче уместиться в нем. Хенджин чувствуя разрядку, поспешно выходит из него, поспешно шлепая по бедру. Ликс понял и поменял свою позу, вставая на колени спиной вверх. Джин поспешно играется с задницей, шлепает, мнет, растягивает. Но буквально в тот же момент, вновь устраивается в нем. Ли сам насаживаясь на твердый член выгибается, пряча свое смущенное лицо. Старший рычит от удовольствия, выкрикивая его имя, параллельно шипя и сжимая руки на подтянутой и крепкой талии. Он буквально издевается, переодически замедляя темп, путая Феликса полностью. — Джинни…я! — он не успевает закончить, как с дрожью кончает на холодный пол душевой. Он выгибается, чувствуя толчки прямо в простату. Через несколько секунд и толчков, Хен поспевает и за ним, кончая тому прям на спину. — Я больше не поеду с тобой на съемки, — прошептал Феликс, чувствуя ужасный дискомфорт в зоне бедер. — Я бы с удовольствием съездил еще раз. — отвечает ему Хенджин, целуя в щеку.