Синдром спасателя

Жизнь волшебницы оказалась не такой захватывающей, как я думала. Бесконечные битвы рано или поздно начнут выматывать и, так вышло, я смогла прожить достаточно долго для того, чтобы этот момент настал. Это работа, на которую я хожу ради собственного выживания. В такой трактовке это ничем не отличается от обычной работы взрослых людей. Благо, на неё мне ходить не приходится… Наверное, это чем-то похоже на работу сотрудника скорой помощи. А может и полноценного врача… нет, точно нет. Я, может, больше и не получаю удовлетворение от битв, но всё же, эта работа, выполняемая выживания ради, также спасает людей. Я играю важную роль в этой пищевой цепочке. Ястреб, что парит сверху и выслеживает стервятников, сгорбившихся над уже обессиленными жертвами… разве ястребы едят стервятников? Не важно! Важно то, что я спасаю людей! Такова моя работа, в мои-то 16 лет. Кстати, зовут меня Йоши Хироми. Я, как вы уже могли догадаться, девочка-волшебница. Учусь в старшей школе, люблю видеоигры, косметику, острый рамен и гулять со своими подругами — самыми обычными людьми! У меня есть несколько знакомых волшебниц, но общение с ними до мурашек холодное. Самая частая фраза, которую мы друг другу произносим — «Эй, ты зашла на мою территорию». Такие у нас взаимоотношения. И всё же, мы вместе спасаем этот город от бесконечного потока ведьм. Даже несмотря на то, что эти девочки такие грубые, они всё же мои коллеги, преследующие те же цели, поэтому жаловаться не на что. Всё же, если бы я была одна, то наверняка бы не выдержала… Хотя уверена, Кьюбей всегда найдёт подмогу! — Эй, Йоши, Земля вызывает! Из размышлений меня вывела девочка с короткими зелёными волосами. Усыпанное веснушками лицо этой девочки, что была на пару сантиметров ниже меня, украшают элегантно расположившиеся на носу круглые очки. Сомнений нет, из размышлений меня вывела именно она! Моя дорогая, любимая, несравненно великолепная и великолепно несравнимая подруга по имени Ичикава Ако-чан! Я мгновенно кинулась на неё с объятьями. — Какая же ты всё же милая, Ако! Я не сдержалась. На самом-то деле, помимо перечисленных ранее увлечений, у меня есть ещё одно… хотя нет. Я бы назвала это своей слабостью. Той самой точкой, ударив по которой, меня можно обезоружить и парализовать. Милота. Милые вещи. Милые люди. Милые поступки. Я люблю своих подруг потому что они, прежде всего, невероятные милашки! Не только внешне, я бы не стала выбирать людей так. — Отпусти уже! — Громко жаловалась Ако прямо мне в ухо, параллельно пытаясь меня оттолкнуть. — Мы же опоздаем! — Йоши, будь добра… — Раздался сзади мягкий голос моей второй подруги. — У нас ещё есть время, но я думаю, нам стоит прийти пораньше… Застенчивая, хрупкая, невинная роза без шипов, длинные золотистые волосы которой, словно слегка упавшее с двухместной королевской кровати шёлковое одеяло, свисают, ближе к талии завиваясь в эдакие элегантные складки на ткани. Кагава Сато одного роста со мной, но открытый лоб добавляет ей невероятный уровень моэшности, да так, что её становится сложно воспринимать как нечто иное, чем объект умиления! Мужчины от неё без ума, но ни один к ней не подойдёт, ибо сначала им придётся пройти через меня — охраняющего мост к замку принцессы болотного тролля! — Хорошо, хорошо. — Я отпустила Ако и пару раз кивнула. — Я вас поняла. Я прекрасно вас поняла! — А? — Обе издали вопрошающий звук в унисон. — Сато, ты ведь могла и сама сказать, что тебе не хватает внимания! Я набросилась на свою златовласую подругу с объятьями, но та с лёгкостью уклонилась. — Йоши, мы так опоздаем. — Уже более строгим, но всё ещё ласкающим слух голосом упрекла меня Сато. — Пожалуйста, давай поторопимся. — А-а, хорошо… Я слегка расстроилась от того, что мне не удалось обнять свою милейшую подругу-недотрогу. Но я сама виновата — выбрала неверную тактику. На неё нужно нападать исподтишка, словно ниндзя, подкрадывающемуся к своей жертве. Застать врасплох, сбить с толку. Только таким методом можно прийти к победе! Но, так уж и быть, сейчас не время для игр. Мы идём на очень важный концерт, которого втроём ждали целых два года! Столько он откладывался. И если мы опоздаем, то уж точно не пройдём в здание из-за огромной толпы перед ним. Я бросила взгляд на свою правую руку. Кольцо с инкрустированным в него жёлтым камнем было довольно тусклым. Я ещё в безопасной зоне. Вечером нужно будет выйти на охоту… а? Камень подал слабый сигнал, слегка засияв. Это… весьма не вовремя. — Сато, Ако… — Я старалась не звучать мрачно, но не уверена, что у меня получилось. — Я тут вспомнила, что забыла кое-что… Идите без меня, я догоню! Сейчас мне бы очень понадобилась помощь другой волшебницы. Пусть даже она заберёт зерно бед с моей территории. Я хочу провести этот день с подругами. Но сейчас на помощь надеяться не стоит. — Йоши, ну надо тебе такой безответственной быть?! — Сорвалась Ако. — Почему ты постоянно уходишь во время наших прогулок?! Я опешила. Я никогда не говорила подругам о том, что стала волшебницей. Это не первый раз, когда я ухожу посреди прогулки. У нас срывались походы в кино, вылазки в лес, путешествия в другие города на каникулах, игровые вечера, ночёвки, да даже простые прогулки по городу, лишь из-за того, что где-то поблизости появлялась ведьма. — Йоши, это очень важно? Возможно, Сато что-то понимала. Она всегда с пониманием относилась к моим внезапным уходам. Несмотря на её внешнюю моэшность, подходящую больше какой-нибудь младшей сестре, характером она походит на мудрую старшую. — …Да. — Я кивнула. — Извините. Затем, я незамедлительно убежала в ближайший переулок. Ако что-то кричала мне в спину. Уверена, Сато пыталась её успокоить. Девочки… надеюсь, вы сполна оторвётесь на этом концерте. Я постараюсь успеть. Но сейчас пришло время выйти на работу. Будто начальник вызвал в выходной и сказал, что без меня всё сгорит. Я могла соврать, что, допустим, сейчас отдыхаю на даче, в гостях у бабушки, болею, но никакие отговорки на моей работе не являются уважительными. Чем дольше я тяну — тем больше людей подвергаются опасности. Кольцо ведёт меня через переулки к незнакомым улицам. В какой-то момент я начала задаваться вопросом о том, а не зашла ли я на чужую территорию. Здесь ведь могли справиться и без меня. Но затем поняла — я уже в лабиринте ведьмы. Бесконечные переулки без привычного шума города. Отсутствующий в пустых окнах свет. Декорации паршивого театра, абсурдная урбанистическая выставка, словно высмеивающая структуру современных городов. Вечернее небо куполом накрывало эту картину. Лабиринт гораздо меньше, чем кажется. В поисках ведьмы, среди бесконечных переулков без единой основной улицы, я заметила… человеческую фигуру. Другая волшебница? Мой взгляд в первую очередь зацепился за её огромную косу, что была в два раза больше самой девушки. Затем — на то, как она одета. Я бы назвала этот стиль готическим. Современным готическим, со всеми этими кожаными прибамбасами. Одежда была довольно открытой, даже чересчур. И, конечно, с ног до головы чёрной, добивая эту мрачную картину короткими чёрными волосами. Она посмотрела на меня. Или, может, сквозь меня? В её глазах наблюдалась какая-то отстранённость, незаинтересованность. И всё же, она заговорила. — Волшебница? Заговорила монотонно, будто робот. — Д-да… А ты? На этот вопрос она не ответила. — Идём. И, развернувшись, ушла в глубины переулков. Я поплелась за ней. — Я… не видела тебя здесь раньше. — Я отчаянно пыталась завести разговор в её давящем присутствии. Или, может, в отсутствии. — Ты новенькая? Она молчала. — Слушай, у нас, волшебниц, есть деление на территории… — Я продолжала, стараясь перебороть неловкость. — И ты, ну, забралась на мою… Я, конечно, не прогоняю тебя, ни в коем случае! Просто нам нужно обсудить… — Заткнись. — Безжизненно рубанула она по остаткам жизни в моих словах. — Ведьма сейчас является приоритетом. Грубиянка! Вмазала бы ей сейчас, да вот только она права. Незачем начинать драку в лабиринте. Вот выберемся мы отсюда… Остаток пути до ведьмы прошёл в тишине. На самом-то деле, оказалось, мы прошли мимо неё несколько раз. Она находилась за прилавком в единственном кафе на весь этот поддельный район, в переулке, который физически не мог вместить в себя это здание. Пульсирующее болотно-зелёное нечто прилипло к стене, а исходящие от неё похожие на вены отростки обвивали здание изнутри. Я не успела даже отреагировать, как тут моя спутница рванула вперёд и прошлась косой по, вероятно, сердцу этого места. Густая жидкость, похожая на болотную воду, полилась из этого органа на пол, проедая его. Вскоре, отростки также начали ей истекать. Если здесь и была ведьма, это точно не было её сердцем. Мы оказались в ловушке! — За мной. — Безжизненно произнесла моя готическая спутница, двинувшись в сторону двери в зону для работников. Через прожигающую всё вокруг кислоту, я рванула за ней, молясь, что жидкость не попадёт на меня. Мы оказались в комнате, в которой на стуле, располагавшемся посередине, сидело нечто похожее на куклу, лишь только обвитую странной полупрозрачной оболочкой. От неё, словно провод, один большой отросток шёл в основную часть кафе, которую мы уже оставили позади. Быстрым движением косы моя спутница разделила эту куклу напополам и… лабиринт рассеялся. Зерно бед упало на холодный асфальт. Девушка с косой незамедлительно подобрала его и прикарманила себе. Затем, посмотрела на меня. На сей раз, с некоей заинтересованностью или, возможно, фиксацией. — Извини, если напугала. Я считаю, что на поле битвы нет места для диалогов. — Она наконец улыбнулась. — Меня зовут Мэри. Волшебница со стажем 5 лет. Она разговаривает! Да ещё и так дружелюбно! Я уже хотела ей вмазать за такое обращение со мной, но теперь даже не уверена… И всё же, не поругать её я не могу. — Ты о чём вообще думала, Мэри? — Я произнесла её имя с укоризненным тоном. — Нельзя было как-то мягче сказать?! — Прости. — Она отвела взгляд. — У меня не очень хорошо получается общаться с людьми… А в лабиринте адреналин так и хлещет. — И всё же, что ты здесь делаешь? Знаешь ведь о территориях! — И за это извини. Я странствую с одной небольшой целью. — Хм? С целью? И что же это может быть? — Я охочусь на ведьм. Рука стремительно приблизилась к моему лбу, после чего раздался характерный звук, олицетворяющий моё нескончаемое раздражение. — Так почему ты не охотишься на ведьм в своём районе? — Их там больше нет. Эта фраза прозвучала как-то странно. С ней что-то не так. Не может же быть такого, чтобы ведьмы просто перестали появляться в одном месте… — То есть, вообще нет? — Вообще нет. — Я слышала нотку гордости в её голосе. — Я об этом позаботилась. — Это как? — Ты знаешь, что происходит, когда самоцвет заполняется скверной? — Ээ… Волшебница умирает? — Не совсем. Как я понимаю, Кьюбей никогда не рассказывал тебе о его истинной цели, а друзей-волшебниц у тебя никогда не было. Моё сердце забилось быстрее. Истинная цель? И при чём здесь мой круг общения? — Я видела это своими глазами. — Продолжила она. — Самоцвет почернел. Полностью. Затем, произошло самое трагичное. — О чём это ты? — Я запечатлела рождение ведьмы. Самоцвет души превратился в зерно бед. Из моей бывшей подруги, Анжи, родилась ведьма. — Ч-что… что ты несёшь?! — Я не хотела в это верить. Я… я превращусь в ведьму? В это несущее смерть и отчаяние существо? — Где твои доказательства?! — Кьюбей всегда говорит правду в ответ на прямые вопросы. Иногда он может уходить от ответа ради своей выгоды, но если ты уже что-то знаешь, он подтвердит это знание. — Она говорила с неумолимой уверенностью. — Или же, ты можешь понаблюдать за тем, как затемняется чужой самоцвет, чтобы выяснить исход. Но, признаюсь честно, не у всех нас есть столько времени. — Я не верю. Я не верю! — Я кричала на неё, чуть ли не срывая голос. И всё же… «Вчера пропала Мидори» — со скорбью произнесла волшебница, чьего имени я не запомнила. «Она каждый день появляется на одном и том же месте, где мы договорились встречаться. А сегодня…» Красноволосая волшебница поведала мне о том, что увидела ведьму, интерьер лабиринта которой очень сильно напомнил ей об увлечениях своей подруги. Мы вместе теоретизировали на тему того, что это могло значить, но одну теорию упускали из вида. Возможно, случайно. А может и намеренно. Вероятно, она бродила где-то там, в глубинах наших мыслей, но мы не позволяли ей материализоваться в слова. Это было неделю назад. — Это правда. — Раздался голос Кьюбея. — После того, как самоцвет достигнет предела, он превратится в зерно бед. Я посмотрела на Кьюбея, который появился будто из ниоткуда. Сейчас я уже ничего не понимаю. Я… стану ведьмой? — То есть, ты хочешь сказать, что мы сражаемся, чтобы потом принести в мир ещё больше скорби?! Теперь я кричала уже на него. Он, впрочем, не моргая, спокойно смотрел на меня, и не менее спокойным голосом продолжал объяснять. — Это естественная ступень вашей эволюции, её не нужно так бояться! Он объяснил всё про пищевую цепочку, про энтропию, про энергию от эмоций. Всю свою речь он избегал неизбежности превращения в ведьму, твердя, что этот процесс можно отложить, собирая зёрна бед. Но сколько его не откладывай… — Есть ещё один способ избежать превращения в ведьму. — Внезапно высказала Мэри. Мы с Кьюбеем посмотрели на неё. У меня есть ощущение, что Кьюбей знал, какая фраза за этим последует. — Самоцвет души является яйцом, в котором взрастает ведьма, готовящаяся вылупиться. И если разбить скорлупу раньше времени, то ведьма не родится. — Ч-что ты хочешь этим сказать? — Я прекрасно понимала её слова. И всё же, мне нужно было подтверждение. Что-то более финальное и определённое, чем все эти метафоры и хождения вокруг да около. — Нужно разбить свой самоцвет души. Я упала на колени. Ну конечно. Такой очевидный ответ. Но разве могу я позволить себе умереть? Ведь пока вокруг есть ведьмы, они приносят страдания всем в округе… — Нет ли… другого выхода? — Нет. — Холодно ответил Кьюбей. — Если ты хочешь избежать становления ведьмой, разбить свой самоцвет души — единственный способ. Но я очень не рекомендую этого делать! Подумай о своих друзьях, они ведь лишатся довольно важного человека в своей жизни! — Но если ты превратишься в ведьму, — возразила Мэри, — то принесёшь ещё больше скорби не только своим подругам, но и другим невинным людям. Ты ведь знаешь, насколько страшны ведьмы. — Но кто будет сражаться, если я… — Не волнуйся. — Пыталась успокоить меня Мэри. — Я возьму твою роль. Я истребила уже не один город ведьм. — Но ты можешь отложить свою судьбу, собирая зёрна бед! — Возразил Кьюбей. — И что произойдёт, когда ведьм больше не останется? — Резко спросила Мэри. — Я… я не смогу… защитить их… Я была готова расплакаться. Нет, я, сама того не заметив, уже заплакала. — Послушай… — Мэри подошла ко мне. Она положила свою на удивление нежную руку мне на щёку. — Я буду здесь, защищать этот город, пока не избавлюсь от всех ведьм. Тебе не обязательно выносить это. Ты ведь уже на грани… Мой самоцвет души, который я, сама того не замечая, держала в руке, был почти полностью чёрным. — Н-нет, я… я не хочу становиться ведьмой! Я кинулась в объятья Мэри и разрыдалась ещё пуще прежнего. Она понимающе обняла меня и похлопала по спине. — Я верю, что ты сделаешь правильный выбор. — Проговорила она мне на ухо успокаивающим голосом. — Д-да. Я знаю, что делать… Ради своих подруг, ради множества невинных, я сделаю это. Согласившись на контракт, я уже подписала себе смертный приговор. Мы распустили объятья. Я положила самоцвет на холодный асфальт, на который совсем недавно упало зерно скорби — душа когда-то живой и приносящей надежду защитницы этого города. Я не позволю себе превратиться во что-то подобное. Моя верная алебарда появилась у меня в руках, чтобы послужить благому делу последний раз. Кьюбей продолжал отпираться и пытаться убедить меня остаться, но я его уже не слушала. Простите меня, Сато, Ако. Я была слишком беспечной… Взмах. Я услышала как мой самоцвет души разлетелся вдребезги. Раздался красивый звон бьющегося стекла. Когда-то полный надежд сосуд, сломался под весом собственной ответственности. Я улыбнулась. Мне слегка жаль моих подруг, но им бы в любом случае пришлось пережить потерю рано или поздно. Волшебницам суждено умереть рано. Такова моя судьба. Я благодарна за время, которое мне удалось здесь провести. Прощайте.