Доберман и Рысь

      Петя Хазин выполз из душа, мучаясь отвратительной головной болью из-за весело проведённого вчера вечера. Такое ощущение, что в черепную коробку залезли маленькие бесята, которые предварительно спиздили колокола со Спаса-на-Крови или с храма Василия Блаженного, и теперь вовсю в них трезвонили.       Ирина Шумская, майор следственного комитета, нашлась в спальне майора ФСКН, одетая лишь в рубашку Пети, и, сидя в кровати среди подушек и одеяла в дорогом шёлке, жадно пила шампанское прямо с горла. Утром. Шампанское. Петя усмехнулся, наблюдая, как пальцы девушки крепко сжимают гладкое горлышко бутылки, и как пряди её удлинённого каре прилипли к губам.       - Ириш, бейби, ну чего ты так с утра шампанское долбишь... - из уст Пети слово "долбишь" всегда звучит странно. Словно он не завязал с тем дерьмом, которым занимался в Москве и остался тем же сраным генеральским сынком, а не вставшим на путь исправления майором.       Ирина лишь оторвалась от бутылки, вопреки всем законам распития игристого из горла уже успела добрую половину выпить, посмотрев на Хазина чуть мутными зелёными глазами, после хохотнув так, поправляя на себе Петину рубашку, отсалютовав хозяину рубашки бутылкой.       - Тооооошнит!       Петя наблюдал, как Шумская садится поудобнее в его широченной кровати - не чета её диванчику в этом её маленьком домике, где большую часть занимает её Фауст - сам отпив из стакана узкого воды с лимоном, которую он, собственно, и принёс для Ирины, вдруг спросив:       - Детка из СК, ну-ка скажи, а сколько мы трахаемся?       - Забывчивый придурок из ФСКН, где-то с мая месяца... Два, ну полтора месяца, окей! А чтооооо? - Ирина тянет это нараспев, а Петя уже каким-то образом оказался у кровати, и наблюдает сверху вниз за тем, как тонкие пальцы Ирины с этими длинными ноготками ползут по его шёлковой ночной рубашке, расстёгивая её, очерчивают "блядскую дорожку" внизу живота и замирают где-то в районе завязки на шёлке пижамных штанов.       - Да так... Что, милая, порнушку замутим, или для начала посмотрим то, что засняли вчера? - Петя лениво прикрыл глаза, даже ложась на кровать рядом с Ириной, совершенно не протестующий против того, что девушка нагло так ласкала его через пижамные штаны, устраиваясь поудобнее, потянувшись к тумбе около кровати, дабы взять свой пижонский айфон.       - Ох, Пётр... Давай, что вчера там... Я так и не поняла, как ты развёл меня на анал... - Ирина протянула это прямо будничным тоном, сама же проводя кончиками пальцев по всей длине ствола, лаская словно невзначай, хитро так улыбаясь и поглаживая, пристроившись где-то сбоку. Петя рвано выдохнул, даже дёрнулся на такую ласку, сжимая телефон в руке и заходя в галерею, хохотнув.       - Иди сюда, Шумская, тут жаркий контент!       - Ну давай, Хазин! А то только чужое порно с твоим участием я должна была почему-то смотреть... - Ирина фыркнула, устраиваясь поудобнее на плече у Пети именно в тот момент, когда он нажал кнопку "Воспроизвести", даже сглотнув, не зная, куда деть себя от этих постыдных и возбуждающих кадров. - Боги!.. Ни хуя мы смотримся вместе...       Петя только кивнул, то и дело жмурясь от ласки, и даже не обратил внимание на то, как под его хриплое "Давай поудобнее" Ирина устроилась и впрясь поудобнее, чётко попкой к его члену, лёжа к нему спиной и прямо даже пальцы свои кусая, смотря уже, кажется, третье видео, где чётко видно, как Петя кончает ей на лобок и вспухшие половые губы, вдруг выдав неожиданно даже для себя самого:       - РинАнатольевна, хочется заняться с тобой любовью.       - Любоооовью? Милый, мы абсолютно отвратительные и жестокие мрази в погонах, какая нам любовь, ПётрЮрьич? - Ирина произносит это немного нервно, со смешком, снова прикладываясь к бутылке, но взгляда от экрана айфона не отводит - нравится. Всё ей нравится. И предложение Пети тоже.       Будь что будет.       - Какая любовь? Вот такая абсолютно отвратительная, мразотная, жестокая, да ещё и в погонах... - хриплый шёпот Пети на ухо заставляет майора СК вздрогнуть, сглотнув так шумно, и завести руку за голову, обнимая Петю за шею, вдруг почему-то прошептав:       - Если ты сейчас предложишь мне без резинки...       - А если и предложу? Или даже больше скажу - возьму прямо так, без резинки? Терять уже в любом случае нечего, дорогуша, - Петя прохрипел это на ухо Ирине, прикусывая мочку и чутка потянув её на себя, сжимая осторожно зубами, смеясь хрипло, запуская руки под свою рубашку на девушке, гладя её горячую кожу. Такую горячую, словно загар её впитал в себя жар солнца и теперь отдаёт его постепенно.       Ирина охнула, вцепившись чисто машинально в плечи Хазина, успев уже перебраться на бёдра Хазина, покачиваясь на нём и безбожно так потираясь влажной киской о его вставший член, пачкая тем самым шёлк дорогущих пижамных штанов своей смазкой.       Всё это до безумия напоминало какой-то сюжет для второсортного ситкома из восьмидесятых, с этим тупым закадровым смехом, и Шумской казалось, что Хазин сейчас заржет и скажет, что разыграл её. Она, разумеется, разозлится, натрепет ему по первое число и потом всё будет зависеть только от него - остановит ли он её и они трахнутся так, что сломают всю мебель тут, или же Ира хлопнет дверью так, что высадит пару стёклышек из цветного пафосного витража над дверью.       Горячие пальцы майора ФСКН коснулись затвердевших сосков, и Ирина дёргается, запрокидывая голову, чувствуя, как ведёт от выпитого утром на нетрезвую голову шампанского, как нервы делают своё дело и её откровенно ведёт. Хочется какого-то безумства, драйва, задорного чего-то. Видимо, говорит в ней далеко не алкоголь и более-менее здравый смысл, а остатки вчерашнего веселья. Вот откуда такая смелость на съёмку домашнего порно - господи, хоть бы у Хазина хватило ума надёжно защищать свой ëбаный пафосный айфон! - и на анал, который, судя по видео с того же блядского айфона, был достаточно жёсткий.       Ирина сейчас не чувствует ничего, кроме всепоглощающей жажды, только хочется не пить, хочется трахаться, и поэтому заводит руку за спину, ловко забираясь в пижамные штаны Пети, обхватывая жадно так толстый ствол и пару раз проходясь вверх и вниз рукой, наблюдая за тем, как Хазин жмурится и даже дрожит, тяжело дыша, прямо толкаясь в ладонь Иры, желая явно большего - наверняка и самого не отпустило до конца от такого насыщенного марафона вчерашнего, и слышит его голос словно сквозь толщу воды:       - Шумская, блядь, что ж ты творишь-то... Господи, Ирина..       Палец с длинным острым ноготком так садистски-любовно скользит от уздечки до уретры по нежной головке. Шумская улыбается обдолбанно, тяжело дышит, смотрит расширенными зрачками на то, как вздрагивает под ней от её ласк Хазин и понимает, что это всё ей нравится, что это ей всё по нраву ещё какому. И совершенно не понимает, как оказывается лежащей на шикарном мягком ковре, только ногой упираясь в плечо майора и хрипло, с вызовом смеётся, мол, не касайся меня, чертов московский хуесос.       Мир качнулся, и Ира закатила глаза, не видя ничего перед собой - даже бликов солнечного света на глянцевом потолке, только пелену какую-то. Чертовски хорошо, так, что невозможно просто. Нога так и осталась на плече майора ФСКН, отчего угол проникновения был потрясающе правильный, чувственный, толстый... Словом, то что надо для майора СК.       - Если ты сейчас остановишься, я тебе оторву сначала голову, выебу тебя, а потом и хер твой оторву... - прорычала шёпотом Ирина, подаваясь бедрами в бешеном темпе, даже не сбиваясь, наслаждаясь тем, как восхитительно её буквально втрахивают в ковёр, жадно так, жёстко, а после так вообще майорская ладонь сжимает её горло, отчего Ирина хрипит, высунув язык, жадно пытаясь воздух глотать и не менее жадно двигаясь, чувствуя, как катастрофически темнеет в глазах.       Кайф, какой кайф.       Пальцы резко размыкаются, давая доступ к кислороду и Ирина с жадным глотком воздуха кончает - обильно, даже до судороги в ногах, дрожа и протяжно крича, расцарапывая руку Хазина до крови.       Разумеется, она заставит удалить после все видео с айфона Пети, и больше не снимать их секс.       Но это потом.